info@syntone.ru   +7 (495) 507-8793

Что такое психология. Том 1

Автор: ГОДФРУА Ж.

Книга канадского автора. Учебник общей психологии с основами физиологии высшей нервной деятельности. В первом томе рассмотрены подходы и методы психологии сознания эмоции и мотивации, научение, память, интеллект и творчество.

Для студентов-биологов, психологов, медиков, педагогов-и всех читателей итересующихся вопросами психологии

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА ПЕРЕВОДА

Во все времена человечество интересовал конкретный человек, его внутренний мир, причины и закономерности возникновения тех или иных его поступков, законы поведения в обществе себе подобных. Не менее интригующей казалась задача понять, как возникают мысленные образы, что такое сознание, мышление, творчество, каковы механизмы этих явлений. Всем этим занимается психология, которая с момента своего возникновения пыталась и пытается стать наукой, до сих пор балансируя где-то между искусством, наукой и верой.

Такая неопределенность положения психологии связана с тем, что исторически она всегда находилась под мощным прессом идеологи­ческих воззрений общества. Очень часто развитие многих областей психологии определялось и поощрялось политическим строем государ­ства и господствующей идеологией.

В нашей стране поколения психологов воспитывались в основном на догматическом, огульном отрицании многих достижений научной мыс­ли, которые не укладывались в существовавшие идеологические каноны. Яркими примерами служат полное отрицание психоанализа, однобокие представления о воспитании и формировании личности, потребностей и т.д. Желание создать советскую психологию обернулось кризисом психологии в нашей стране. Этот кризис углубляется и отмежеванием ряда психологов от мировых достижений, нежеланием знать и использо­вать результаты, полученные естественными дисциплинами, в частности нейронауками, в области познания человека и его природы. Следствием всего этого явилась фрагментарность знаний и отсутствие базового фундаментального образования при подготовке молодых специалистов. А это в свою очередь вызвано и тем, что при наличии отдельных высококвалифицированных психологов в СССР отсутствует полнокровный учебник по психологии, в котором были бы изложены самые современные данные по всем областям этой науки. В результате -несоответствие подготовки молодых специалистов-психологов в СССР ми­ровому уровню.

В связи с этим кажется важным, что издательство «Мир» дало прекрасную возможность советскому читателю познакомиться с очень интересной книгой франко-канадского психолога Годфруа – профессора с большим лекторским опытом. Книга, названная автором во француз­ском варианте «Пути психологии», характеризуется рядом важных особенностей, позволяющих использовать ее в качестве основного учеб­ного пособия для студентов колледжей, институтов и университетов а также и как руководство для преподавателей.

Предисловие редактора перевода

Моим детям Фредерике и Кристофу

Во-первых, она энциклопедична. В ней не только представлены все существующие научные направления психологии, но затрагиваются и последние достижения в самых различных областях психологических знаний. Автор рассматривает не только традиционные проблемы вос­приятия, памяти, мышления и т. д., но и вопросы естественно-научного познания внутреннего мира с помощью медитации, смело привлекает данные социобиологии при объяснении поведения людей в обществе.

Во-вторых, в книге привлекает научность изложения и интерпретации результатов. Материал учебника максимально деполитизирован. Это очень важное достоинство книги; при ее написании автор руководство­вался убеждением, что наука становится наукой только тогда, когда философская дискуссия перестает быть единственным методом познания, уступая место точному и систематическому эксперименту. Всю книгу пронизывает мысль об однозначной зависимости психологических за­кономерностей от деятельности мозговых механизмов.

В-третьих, материал книги очень хорошо организован дидактически. Книга легко, увлекательно читается. Но главное в том, что материал книги организован как бы на нескольких уровнях сложности. Основной учебный материал изложен в начале каждой главы. Затем каждый раздел главы расширяется за счет дополнительных данных в разделе «Докумен­ты». Отдельные главы (приложения А и Б) дают расширенное представ­ление о механизмах мозговой деятельности и методах статистического анализа в психологии. Существенно наличие вопросника после каждой главы для контроля или самоконтроля усвоения учебного материала студентом. Вопросы при желании легко ввести в ЭВМ, что позволит преподавателю проводить компьютеризованный контроль подготовки к экзамену и облегчит самоподготовку учащихся.

В целом книгу можно рекомендовать в качестве основного учебника по психологии на младших курсах психологических и педагогических факультетов, а также как учебное пособие для биологических, медицин­ских и технических вузов. Безусловно, книга представит интерес для всех, кто интересуется природой человека, кого волнуют тайны психики, ее закономерности и механизмы.

Профессор Г. Г. Аракелов

Работа по переводу книги была распределена следующим образом:

Т.Я. Эстрина-гл. 1-3; А.В. Пегелау-гл. 4-6; Н.Н. Алипов-гл. 7-9, приложение Б; В. В. Свечников-гл. 10-12, приложение А.

Чем больше я узнаю человека, тем больше я лю6лю свою собаку, говорил дурак.

Чём больше я узнаю человека, тем больше я его люблю, говорила собака.

Чем больше я узнаю, тем больше я люблю, говорил человек.

Жан Марсенак

ПРЕДИСЛОВИЕ

Будучи научным консультантом серии, в которую включили этот труд, я взял себе за правило отклонять любые просьбы о написании предисловий к публикуемым в ней книгам. Говорят, однако, что нет правил без исключений и что исключения лишь подтверждают правило. Признаться, я никогда не мог уловить логику в этом утверждении, но тем не менее осмелился на сей раз им воспользоваться. К тому же это руководство –несколько особый случай, что и оправдывает допущенное мною отступление от правил.

Автор был моим учеником; он любезно напомнил мне об этом и даже выразил свою благодарность. Я тоже помню его, а также помню о чем, несомненно, помнит и он, — как я прогнал его с одного из первых экзаменов, который он мне сдавал. Он собирался в то время заниматься преподавательской деятельностью в Центральной Африке, а экзаменовался по культурной (этнографической) антропологии. Пробе­лы в его знаниях показались мне тем более недопустимыми, что он мог вскоре оказаться в местах, где как раз и следовало бы задуматься о возможностях этой дисциплины, которая в то время редко фигуриро­вала в обязательной программе начального курса психологии. Как я полагаю, Жо Годфруа согласился со мной и, приняв вызов, не только быстро наверстал упущенное, но и вплотную занялся предметом, кото­рый был для меня главным (и вскоре стал единственным), -эксперимен­тальной психологией. Он в ней преуспел, доказав, что можно одно­временно быть человеком действия со страстным, пылким темпераментом и неукоснительно подчиняться жесткому режиму лаборатории. Он про­явил творческое воображение, впервые проведя исследование, в котором сочетались перспективы этологии и экспериментальной психологии жи­вотных, на десяток лет раньше, чем большинство специалистов в этих двух областях науки обнаружило их взаимодополняющий характер. Он проводил ночи напролет возле своих хомячков и заснял кинофильм, который мой коллега этолог Ж. Рюве и сейчас демонстрирует нашим студентам. Лет двенадцать спустя хомячков сменили канадские белки. На этих белках Годфруа сделал блестящую докторскую диссертацию, работая в одиночку в Квебеке, где он продолжал свою преподаватель­скую деятельность.

Настоящее руководство-плод этой деятельности, которой автор отдается с упоением. Он не признает, однако, преподавания в той его бесплотной форме, когда учитель довольствуется простой передачей знаний, рискуя вселить в своего ученика, подавленного энциклопеди­ческим объемом материала, ощущение, что ему предстоит труд Сизифа.

Годфруа — приверженец динамичного и, как теперь принято говорить, «коммуникационного» стиля. Он обращается не к будущим специа­листам, уже решившим стать психологами. Его аудитория (особенно учащиеся колледжей, в том смысле, какой вкладывают в это слово в Северной Америке) ожидает получить от курса психологии не только некую целостную совокупность сведений, но и представление о вкладе психологических дисциплин в решение кардинальных проблем нашего времени. А поэтому для Жо Годфруа важно прежде всего возбудить в своих учениках любознательность, которая к тому же выходила бы за пределы его курса. С этой целью он без колебаний рассказывает о спорах, которые ведутся в наши дни и отражаются, как в зеркале, в развитии психологических дисциплин, а подчас и сами бывают резуль­татом этого развития. Автор не боится, что читатели догадаются о его собственных затруднениях, и не пытается создавать впечатление, что психология способна ответить на все их вопросы. Он предпочитает показать им, как психология, подобно всякой развивающейся науке, постоянно испытывает сомнения; как, для того чтобы продвигаться вперед, она пересматривает свои суждения и представляет стоящие перед ней проблемы в ином свете; он стремится также показать, что психоло­гия больше, чем любая другая наука (кроме, быть может, социологии), рискует оказаться в зависимости от господствующей идеологии общества, в которое она «вписана», и что изучать психологию — это означает, помимо всего прочего, учиться выявлять дефекты этого общества. Но, излагая читателю честно и реалистично все эти сомнения, он постоянно опирается на научные данные, причем объясняет, как эти данные были получены и как их следует интерпретировать. Будучи противником конформизма, автор не присоединяется ни к одной школе; а для такой позиции в современной психологии, как это ни парадоксально, надо обладать очень независимым мышлением и даже известной интеллекту­альной смелостью. С конструктивным эклектизмом он черпает из разных источников и подчеркивает двоякие корни поведения человека -биологические и культурные. Знакомясь с теоретическими рассуждениями и конкретными данными, читатель встретится с рядом крупных ученых, талант которых оставил след в этой странной науке о нас самих.

Это введение в психологию, в отношении дидактической ясности продолжающее традицию начальных американских руководств, заполня­ет пробел в публикациях по психологии на французском языке в Европе. Оно послужит путеводной нитью для многочисленных преподавателей, читающих лекции тем студентам, которые не обязательно решили посвятить себя психологии, но заслуживают тем не менее того, чтобы получить основательное и пробуждающее интерес введение в дисци­плину, с которой им еще придется столкнуться. Такие студенты найдут в этой книге не какую-то сумму твердо установленных научных фактов, а скорее путь, полный увлекательных приключений, который им захочет­ся продолжить. Я не сомневаюсь в том, что труд Жо Годфруа будет способствовать реабилитации психологии в общей системе образования из которой ее в последние годы нередко исключали — иногда под тем

10

предлогом, что она слишком специфична и в некоторых своих аспектах доступна только профессионалам, а иногда потому, что она несет на себе слишком явные отпечатки предвзятости той или другой школы. Эта книга заинтересует и всякого «порядочного человека» в обычном смысле слова, даже если он никогда не был студентом или уже перестал им быть. Своим успехом, уже достигнутым в ее недавнем канадском издании, книга, несомненно, обязана той убежденности, которую вло­жил в нее автор; с такой же убежденностью он, прежде чем передавать своим квебекским студентам собственную увлеченность психологией, обучал сначала африканских ребятишек, а затем объединял под своей эгидой однокурсников или, играя в любительском театре, который, вероятно, мог бы стать профессиональным, заставлял своих зрителей разделять переживания героев.

Марк Ришель

Предисловие автора

Эта книга обращена ко всем, кто желает войти в курс основных течений в западной психологии и ее подходов к изучению различных аспектов поведения человека. Автор хотел, чтобы она служила учебным пособием в науках о человеке, которое позволило бы каждому выработать собственные методы и критерии для анализа поведения в свете данных всех этих наук. Хотелось сделать содержание книги как можно более доступным и привлекательным как по характеру изложения материала, так и по стилю, который будет далеко –да простят автору великие ученые -от строгого языка научных трудов, способного сразу отпугнуть начинающих.

Книга отличается, однако, от американских учебников, где очень часто изложение сводится к наполнению глав фактами, из которых иногда бывает трудно извлечь основную идею. Автор пытался по возможности придерживаться в своей книге некой путеводной нити, с тем чтобы логически переходить от одной главы к другой; главы сгруппированы в четыре части, соответствующие различным уровням переработки информации головным мозгом.

Это, однако, не означает, что автор, стремясь сохранять объектив­ность, остается нейтральным (возможно ли это вообще?). Он вынужден делать выбор и становиться на какую-то точку зрения, которая не всегда совпадает с ясными представлениями торжествующей науки, обычно излагаемыми в начальных курсах. Таким образом, можно не считать книгу неприкосновенным текстом и вместилищем истины, а рассматри­вать ее скорее лишь как одну из возможных попыток найти некий смысл в фактах, обнаруженных в результате исследований, и оценить теории, созданные на основе этих фактов и объясняющие их. Тем самым автор предоставляет лектору, преподавателю или студенту широкие возмож­ности для обсуждения или для иного истолкования базовых данных.

Многочисленные приложения к главам -«документы» и «досье» -тоже помещены главным образом для того, чтобы порождать вопросы, а не для того, чтобы давать ответы. Многие из них представляют собой синтез статей, опубликованных в специальных обзорах или же в таких журналах, как La Recherche, Quebec Science или Science et Vie. Многие другие взяты из популярных психологических журналов, таких как Psychologie или Psychology today, на которые авторы начальных курсов, исполненные заботы о «научной строгости», никогда не ссылаются. Однако именно такие источники, гораздо более доступные, способны вызвать у читателя желание продолжить ознакомление с предметом,

12

начатое с этой книги, и таким образом проверить эффективность тех новых средств анализа поведения, которыми он овладел.

Кроме того, в одном из досье, а также в некоторых документах описаны нетрадиционные модели или поиски новых путей исследования. Наше мнение по этому вопросу существенно отличается от взглядов популяризатора науки Мишеля де Праконталя, автора недавно вышед­шей книги «Научный обман в десяти уроках»2. В этой книге Праконталь клеймит позором ученых-физиков, биологов, нейрофизиологов, этологов, которые в итоге длительных исследований и размышлений выдви­нули ряд гипотез, не укладывающихся в рамки рационального научного объяснения.

С нашей же точки зрения, наилучший способ развития критического мышления состоит не в том, чтобы выступать в роли цензоров, а в том, чтобы как можно объективнее излагать состояние исследований, теорий и моделей, которые теснят друг друга, стремясь пробиться в узкую дверцу гуманитарных наук.

Важно помнить, что Декарт со своими концепциями «мыслящей души» и «животного разума» или Фрейд с его представлениями о «под­сознательном» и о «либидо», а также большая часть психологов, цитируемых в этой книге (в том числе психофизиологи, взгляды которых на нервную систему непрестанно изменяются в связи с новыми научными открытиями),-тоже в какой-то мере «обманщики» в науке или же их концепции еще ждут своего подтверждения2. Нет никаких причин отка­зываться от того, чтобы расширить поле зрения психологии, включив в нее, например, «голографические» гипотезы Прибрама и Бома или гипотезу «в глубь собственного я» Лилли3.

Психология не может ждать, когда появится некая окончательная теория о функционировании головного мозга, и только тогда перехо­дить к попыткам понимать и действовать. Как и другим гуманитарным наукам, ей нужны свои модели, чтобы помогать людям жить, любить и умирать. Это очень своевременно сейчас, когда вновь стали заботиться о накоплении знаний, которые позволят отделить зерна от плевел и проложить новые пути, все больше приближающиеся к реальной жизни человека. Недавний период в истории психологии показал, что стремление навязать слишком быстро редукционистское и «научное» представление о поведении человека приводит в лучшем случае лишь к карикатуре.

Беда не столько в изложении представлений, на первый взгляд кажущихся «ложью», сколько в стремлении выдать их за истину, за

1 Michel de Pracontal, L’imposture scientifique en dix lecons, editions La Decouverte, Paris, 1986.

2 Эволюционная теория Дарвина, которую мы излагаем в главе 1, продол­жает испытывать сильные потрясения (см. М. Denton, Evolution: „Theory in Crisis», а также статью S. Ortoli, Science et Vie, № 834, 1987).

3 См. документы к гл. 5.

Предисловие автора

единственный возможный путь, или же, напротив, во имя научной ортодоксальности высмеять их (а заодно и всех, кто хотел бы к ним приблизиться) и окончательно изъять из области возможного. Автор старался на протяжении всех последующих страниц избегать как одного, так и другого из этих подводных камней. Если ему не везде это удалось, он смиренно примет критику.

ПРЕДСТАВЛЕНИЕ КНИГИ

Настоящая книга была задумана как попытка в максимальной степени удовлетворить любознательность студентов независимо от того, какой области знаний, связанной с человеком, они собираются себя посвятить: научным исследованиям, клинической медицине, педагогике, криминалистике или праву, административной работе или врачебной практике и вообще любой деятельности, требующей знания основ человеческого поведения.

Структура книги

Первые девять глав составляют содержание курса «Введение в психо­логию». Что касается трех последних глав, то их можно использовать как дополнение к вводному курсу, представив, например, в форме резюме или приложенных к ним документов; они составлены, однако, так, что могут служить канвой для таких курсов, как «Развитие личности», «Социальная психология» или «Введение в психопатологию», в случае если преподаватель и его слушатели не собираются обратиться к специальным руководствам по тому или другому из этих предметов. В этом качестве настоящая книга могла бы служить справочником по психологии в течение всего периода обучения студентов, специали­зирующихся в различных областях науки, непосредственно касающихся человека.

Приложение «Психофизиологические основы поведения» изложено относительно углубленно, с тем чтобы дать представление о состоянии проблемы или подкрепить знания, полученные в разных главах. В от­личие от этого приложение, в котором очень конкретно рассмотрены «Статистика и анализ данных», содержит сведения, необходимые для того, чтобы облегчить изучение этой области математики, столь полез­ной в науках о человеке. Резюме, завершающие каждое приложение, дают достаточно широкое общее представление об основных понятиях этих двух областей науки.

Структура глав

Автор стремился избегать перегрузки глав материалом, стараясь выделить важнейшие понятия и сделать изложение как можно более доступным и логически последовательным. Что касается всякого рода

14

дополнительной информации, то они сгруппированы в «документы» и «досье», помещенные в конце каждой главы.

Все главы завершаются довольно подробными резюме и вопросни­ками, позволяющими проверить усвоение материала.

Методические рекомендации

Возможны различные подходы.

Прежде всего классический подход: преподаватель более или менее углубленно излагает содержание какого-то раздела книги, расставляя акценты в соответствии с собственными взглядами, и приводит соб­ственные примеры или использует материалы из документов.

Студенты могли бы при этом заранее готовиться к каждой лекции, внимательно читая текст и проверяя степень усвоения материала по специальному приложению, помещенному в конце каждой главы. В этом случае преподаватель может сделать лишь краткий обзор проблемы, опираясь на резюме, а главное внимание уделить разъяснению или углублению моментов, оставшихся неясными, а также чтению и об­суждению одного или нескольких «документов».

Можно также уделять в аудитории основное время обсуждению некоторых документов, рассматривая текст данной главы как синтез различных моментов, выявленных в процессе предшествующего обсужде­ния, а усвоение материала проверять по приложению в конце главы.

Вместо этого можно поручить изложение части материала группе студентов, которых особенно заинтересовали некоторые «документы» или «досье» и которые проработали этот материал более глубоко по обзорам или оригинальным работам, приведенным в библиографии; они могли бы сопроводить изложение демонстрацией видеофильмов.

Наконец, студенты могли бы прорабатывать книгу в одиночку или, объединившись с одним-двумя сокурсниками, контролировать успеш­ность своих занятий по проверочным материалам в конце глав. В этом им помогут многочисленные иллюстрации и словарь терминов, поме­щенный в конце книги. Такие самостоятельные занятия можно было бы дополнить просмотром документальных видеофильмов. Личные встречи с преподавателем позволили бы заполнить некоторые пробелы и обме­няться мнениями по вопросам, имеющим особое значение.

Во всех случаях для проверки приобретенных знаний могут служить многочисленные вопросы, помещенные в конце глав. Эти вопросы можно использовать в том виде, в каком они сформулированы, или видоизменять для более строгой оценки знаний.

Благодарности

Эту книгу я писал в одиночку на протяжении трех лет в разных местах западного Квебека в свободное от преподавания время и в пери­оды возвращения в Прованс. Она, однако, не могла бы получиться такой, какая она есть, без разумных замечаний и предложений моих

15

квебекских коллег. Я горячо благодарю Annick Beve, Louise Bergeron, Michele Beaudry, Leandre Boufiard, Serge Levesque, Paul Potters, Frederic Legault, Fran9ois Berthiaume, Lise Matteau, Pierre Cloutier, Jacynthe Thiboutot, а также Francois Cauchy, координатора по психологии про­винции Квебек; все они, каждый по-своему, указали мне на те или иные аспекты отдельных глав, которые, по их мнению, следовало бы изло­жить как-то иначе.

Я весьма обязан моему собрату Claude Gelinas из колледжа в Аби-тиби-Темисками за составление досье 5.1 по проблеме «наука и паранормальные явления», большую часть которого он отредактировал, и моему другу Louis Belanger, который прочитал и пополнил данные и библиографию, относящиеся к изучению пси-феноменов.

Я выражаю также блогадарность проф. Marc Richelle (лаборатория экспериментальной психологии Льежского университета), который сделал из меня экспериментатора, а также впервые приобщил меня к этногра­фической антропологии и психолингвистике, за любезно высказанные критические замечания по разным частом книги, относящимся к сферам его интересов.

Я пользуюсь также случаем, чтобы поблагодарить других своих учителей, которые обнаружат на этих страницах, что во всех своих рассуждениях я постоянно опирался на заложенные ими основы; это профессора Jean Paulus, который в свое время ввел меня в лабиринты психологии, Francois Duyckaerts, вложивший в меня основы динами­ческой психологии, Andre Husquinet, обучавший меня основам клини­ческой психологии, Maurice Dongier, пробудивший во мне понимание невротических расстройств, Adele Dubuisson-Brouha и Jacques Faidherbe, которым я обязан своими знаниями в области психофизиологии, Jean-Claude Ruwet, сформировавший меня как этолога, Michel Chardon, передавший мне часть своих зоологических знаний, и многие другие, участвовавшие в формировании моих представлений о поведении чело­века. Я надеюсь, что этой книгой я не слишком сильно обманул их ожидания и что они признают преемственность, которую я им навязы­ваю по прошествии столь многих лет.

Бихевиористская подготовка, полученная от одних, и психоанали­тический взгляд на личность, переданный мне другими, обогатились мало популярным в Европе в последние 20 лет гуманистическим подходом, которым меня одарили мои квебекские коллеги сразу после мая 1968 года. Именно такой подход, более соответствующий моим оптимистическим и прогрессивным взглядам на человека и его эволю­цию, особенно помог мне создать педагогические принципы, положен­ные в основу моих методов преподавания.

И все-таки постоянным углублением и переосмыслением своих знаний и педагогики я обязан любознательности и заинтересованности, неиз­менно проявляемой множеством студентов в Абитиби-Темисками, ко­торым я преподавал в колледже на отделении для взрослых, и в Кве­бекском университете. Я надеюсь, что они воспримут мою книгу как выражение моей признательности за те радости, которыми они меня

16

непрерывно одаривали, и как отпечаток нашего общего вклада в интел­лектуальный взлет этого обширного края западного Квебека.

В заключение я должен поблагодарить всех тех, без кого эта книга никогда не могла бы выйти в свет, и в особенности двух моих верных сотрудниц Raymonde Milesi в Провансе и Use Cadorette в Квебеке, неизменно обеспечивавших тщательную перепечатку рукописи, а также всех сотрудников издательства и типографии за их серьезный подход и качество работы и, самое главное, за их бесконечное терпение.

Жо Годфруа

Предисловие автора к русскому изданию

В 1965 году, будучи еще студентом, я имел возможность побывать в Москве и Ленинграде и соприкоснуться с советской психологической наукой. Знакомство с проф. Леонтьевым, его рассказы о состоянии психологических исследований в СССР, посещение разных лабораторий, где велись исследования, внесшие столь много в развитие рефлексоло­гии, а также работы Васильева в области «паранормальных» явлений, волнение, охватившее меня при входе в кабинет, бывший свидетелем развития гениальных идей Павлова, теплые встречи со студентами-психологами, многие из которых, по всей вероятности, стали в дальней­шем моими коллегами, — все эти знаменательные картины встают передо мной в тот момент, когда благодаря моей книге возобновляются контакты, прерванные четверть века назад.

Мне особенно приятно, что перевод моего учебника, предпринятый издательством «Мир», происходит в момент сотрясающих наш конти­нент грандиозных политических событий, сквозь которые благодаря свободному обмену идеями проступает надежда на возрождение евро­пейского мышления, и в особенности психологических концепций. Можно в сущности предвидеть, что ознакомление западных ученых с глубоко оригинальными трудами Выготского, Лурия и Леонтьева, а также с новыми направлениями, порожденными этими работами или возник­шими позднее, будет способствовать расширению наших знаний и соз­данию новых перспектив в анализе поведения человека. Вероятностные представления о Вселенной, высказанные, в частности, профессором Московского университета Владимиром Налимовым, не могут не при­вести к глубочайшему пересмотру наших концепций относительно чело­века и его деятельности, что откроет новые пути исследований.

Что касается самой этой книги, то ее единственная цель — представить в простой, как можно более доступной форме высказывания психологов нашего столетия, приведшие к попытке показать, что любая концепция человека-это чаще всего отражение того общества, в котором она была создана. Этот труд, однако, не сводится к простому обозрению суще­ствующих теорий. На протяжении всех его страниц я старался систе­матизировать фактические данные и пропустить их с максимальной объективностью сквозь сито давно усвоенного мною прогрессистского и гуманистического взгляда на общество, с тем чтобы осветить разного рода политические уловки, совершавшиеся именем науки. Удалось ли мне этого достигнуть, я предоставляю решать читателю.

Каким бы ни оказалось отношение к моей книге, я, воспользовавшись

18

ее публикацией, хотел бы выразить наилучшие пожелания советским читателям-коллегам, учащимся и широкой публике, а через них -всем людям, пытающимся в конце нынешнего века найти наилучшие пути сочетания социальных завоеваний революции с возможностями для расцвета отдельной личности в условиях свободы. Успех такой попытки мог бы послужить моделью для мира, занятого поисками гуманисти­ческих ценностей на пороге третьего тысячелетия.

Жо Годфруа

1. ИЗУЧЕНИЕ ПОВЕДЕНИЯ – ИСТОРИЯ И МЕТОДЫ

Введение

В 1799 году в лесах Аверона на юге Франции охотники нашли мальчика, который, по всей видимости, жил там один (рис. 1.1)

Мальчик не был похож на человеческое существо ни в психическом отношении, ни даже физически. Он передвигался на всех четырех конечностях, ел как животное и кусал тех, кто к нему приближался. Обоняние и слух были у него чрезвычайно развиты, но очень своеоб­разны; при малейшем треске ветки или звуке разгрызаемого орешка он подскакивал, тогда как хлопанье дверью не вызывало у него ни малей­шей реакции. Он был способен ходить голышом в мороз или вытаскивать пищу из очень горячей воды, не испытывая при этом, по-видимому, никакой боли. Он издавал лишь нечленораздельные звуки, не пытаясь вступать в общение со своим новым окружением, которое он рассматри­вал скорее как препятствие к удовлетворению своих потребностей.

В начале XIX века известный психиатр Пинель (Pinel) обследовал мальчика и заявил, что тот страдает неизлечимым слабоумием. Моло­дой врач Итар (Itard), специализировавшийся на лечении глухих детей, не согласился с таким диагнозом. По его мнению, поведение ребенка, которого назвали Виктором, — следствие очень ранней и длительной изоляции от людей. Итар был убежден, что путем надлежащего обуче­ния он даст возможность мальчику вступить в лоно общества и жить нормальной жизнью. Он решил взять это на себя.

Однако после пятилетних усилий Итар был вынужден признать, что ему никогда не удастся достичь поставленной цели. К юношескому

20

Введение к части 1

Рис. 1.1. Виктор — «дикий ребенок» — как он представлен в фильме Франсуа Трюффо, в котором рассказана его история. Можно ли признать в этом устремленном на нас взгляде взгляд человека?

возрасту Виктор научился узнавать различные предметы, понимал несколько слов и умел их произносить, мог написать и прочитать некоторые из них, не очень представляя себе их значение; но вскоре мальчик перестал делать успехи.

Попытки приучить Виктора к общению потерпели полную неудачу:

он так никогда и не смог научиться играть или вступать в какие-либо другие отношения с людьми, а его поведение в сексуальном плане было еще менее адекватным. Вплоть до смерти в возрасте 40 лет никаких заметных улучшений в его поведении не произошло.

История Виктора порождает серьезные вопросы о том, что состав­ляет основу человеческой природы.

Рождается ли человек с теми признаками, которые отличают его от прочих живых существ, или же приобретает их в результате общения с себе подобными? Виктор «чувствовал» иначе; он «слышал» и «видел» не так, как нормальное человеческое существо. Его эмоции и его мотивации тоже были иными. Сделала ли его таким среда, в которой он жил, или у него изначально отсутствовал умственный багаж, необходи­мый для того, чтобы вести себя как подобает человеку?

Тем не менее он относительно быстро научился передвигаться на

Введение к части 1 21

двух ногах, а не на четвереньках, пользоваться предметами обихода цивилизованного человека и, что самое главное, овладел, хотя и в зача­точной степени, членораздельной речью, к чему не способна ни одна обезьяна.

Какова же роль врожденного и приобретенного в развитии индиви­дуума? Это один из вопросов, лежащих в основе понимания нашего поведения.

При рассмотрении истории Виктора встает еще один вопрос, выте­кающий из первого: если мальчик был наделен признаками человека, то почему он не смог полностью освоиться в человеческом обществе? Был ли он идиотом от рождения, как это считал Пинель, или аутистическим ребенком, который не смог бы адаптироваться в любом случае, даже если бы воспитывался среди себе подобных? Ведь впоследствии в разных частях земного шара находили и других таких детей. Большую часть этих «детей-волков» или «детей-газелей», обнаруженных в Вест-Индии, а также пятилетнего «маленького Тарзана», перелетавшего с ветки на ветку в лесах Сальвадора, удалось перевоспитать. Создается при этом впечатление, что чем они были моложе в тот момент, когда их находили и начинали с ними работать, тем легче удавалось вернуть их в общество. По-видимому, в процессе развития имеются некие оптимальные периоды для обучения определенным вещам, которые позднее не усваиваются, как в случае Виктора, начавшего обучаться лишь в 12 лет.

Какое же заключение можно сделать о Викторе на основании всего, что о нем известно? Был ли он нормальным или нет?

Безусловно, да -до тех пор, пока он жил в лесу. Одно то, что он сумел выжить на протяжении стольких лет, говорит о его почти идеальной адаптации к этому образу жизни. Но люди, ежедневно соприкасавшиеся с Виктором после того, как тот был найден, утвер­ждали обратное, поскольку он жил и реагировал не так, как они. Вот еще одна проблема, встающая перед тем, кто начинает изучать поведение: на какие критерии следует опираться при определении нормы? Нередко мы обращаемся к своим собственным схемам мышления, чтобы судить о том, что считать «нормальным», а что нет. В этом случае мы легко можем посчитать сумасшедшим того, кто ведет себя в соответствии с обычаями, присущими другим культурам, как только его поведение начинает отличаться от нашего и мы перестаем его понимать. Но существуют ли абсолютные критерии?

Все вопросы, поднятые в связи с историей Виктора, находятся в центре внимания психологии, когда речь идет о развитии любого человека. Цель данной книги -дать ответы, пусть пока частичные, на эти вопросы.

В первой части книги мы намерены определить, что такое поведение человека, и показать, как его объясняют психологи, принадлежащие к различным школам; затем будут рассмотрены методы, которыми они для этого пользуются.

В главе 1 мы попытаемся установить, что в поведении зависит от врожденного, а что -от приобретенного, подойдя к этому вопросу со

22

Введение к части 1

стороны теории эволюции, особенно гипотез относительно эволюции человека.

История возникновения психологии и изучения поведения будет рассмотрена в главе 2. Мы проследим за развитием основных концепций вплоть до XX века и увидим, как в конце этого века различные течения, противостоявшие друг другу, становятся взаимодополняющими и при­ходят к более широким представлениям об индивидууме.

Глава 3 посвящена общему обзору разных разделов психологии, с особым упором на методические проблемы, возникающие при научном анализе поведения.

В трех других частях мы рассмотрим само поведение людей, осо­бенности их восприятии и ощущений, научения, мышления, самовыра­жения, развития и взаимоотношений с себе подобными.

Так, во второй части читатель ознакомится с данными, позволяю­щими понять, каким образом происходит активация нашего мозга под действием сигналов, поступающих как извне, так и изнутри, интерпре­тация которых зависит от состояния сознания и мотивации в данный момент.

После сделанного в главе 4 обзора различных состояний сознания, нормальных или нарушенных сном, употреблением наркотиков или медитацией, мы перейдем в главе 5 к тому, каким образом выраба­тывается наше восприятие внешнего мира, зачастую в ущерб восприятию мира внутреннего, и, наконец, в главе 6 увидим, как наши мотивации и наши эмоции влияют на расшифровку поступающих сигналов, а также управляют нашим обратным воздействием на то, что нас окружает.

В третьей части будет сделана попытка объяснить, как происходит переработка всех сигналов, активирующих мозг, и как она делает возможным приобретение навыков и хранение информации в памяти.

В основном, однако, речь пойдет о развитии двух способностей, при­сущих только человеку: мышления и способности пользоваться языком, позволяющим выражать мысли.

В главе 7 дан обзор различных способов научения -от самых при­митивных до наиболее развитых. Рассмотрев в главе 8 процессы мышле­ния и необходимые для них память и язык, мы перейдем в главе 9 к изучению разума и творческих способностей, от уровня которых зависит способность индивидуума к адаптации.

Четвертая часть посвящена индивидууму как целостному разви­вающемуся существу, живущему в постоянном взаимодействии с другими, Здесь мы увидим, как устанавливаются критерии нормальности и как проводится анализ форм поведения, считающихся патологическими.

В главе 10 мы постараемся объяснить, почему каждый из нас приобретает индивидуальность в процессе физического, полового, ум­ственного и социального развития. Глава 11 посвящена изучению социальных взаимоотношений, установок и предрассудков, которыми пропитано наше восприятие других людей и которые очень часто побуждают нас «наклеивать на них ярлыки». И наконец, в главе 12 мы займемся в основном объяснением того, как выражаются эти явления

Введение к части 1 23

в случаях развития отклоняющегося поведения у людей, которым ложное состояние или ранимость при столкновении с житейскими неурядицами мешают вести себя нормальным образом.

Психология развивается полным ходом. Продолжается накопление знаний и нередко то, в чем мы вчера были уверены, сегодня подвергает­ся сомнению. Эта книга не претендует на всеобъемлющую полноту -она не может дать ответы на все вопросы. Ее цель -привлечь внимание читателя к различным аспектам нашего поведения и помочь лучше понять, что мы собой представляем и что побуждает окружающих нас людей действовать именно так, как они действуют.

ГЛАВА 1 ЧТО ТАКОЕ ПОВЕДЕНИЕ?

Врожденное и приобретенное

Виктор был человеческим детенышем. Какое же наследие он получил от своих родителей и поколений, которые им предшествовали? Было ли это наследие минимальным, как это считал Пинель, или же оно полностью трансформировалось под влиянием той особой среды, в которой Виктору пришлось жить? Безусловно, мы этого никогда не узнаем. Виктор унес свою тайну в могилу, а записи, оставленные Итаром, не дают возможности разобраться в этом вопросе.

Между тем соотношение вклада наследственности и среды в развитие индивидуума — фундаментальная проблема, породившая много споров.

В сущности почти во всех аспектах человеческого поведения постоянно проявляется, с одной стороны, основа, унаследованная от предшест­вующих поколений, а с другой — все множество непрерывных воздействий физической и социальной среды. Врожденное и приобретенное присут­ствуют в каждом нашем действии. Но в каком соотношении?

Идет ли речь об агрессивности или о развитии интеллекта, о сексе, социальном неравенстве или даже о некоторых половых извращениях,-не удастся предпринять никаких эффективных действий до тех пор, пока не будет пролит свет на этот вопрос. Принятие многих решений зависит от ответов, которые будут получены, особенно в нынешнюю эпоху быстрого прогресса и роста озабоченности общества многими проб­лемами.

В самом деле, если агрессивность – врожденная черта человека, то почти наверное конфликты между разными социальными или культур­ными группами будут продолжаться и усиливаться; войны неизбежны, и мы, вероятно, движемся к уничтожению нашей планеты. Если же, напротив, агрессивные тенденции, свойственные многим людям, обус­ловлены главным образом привычками, приобретенными в результате общения с другими людьми, будь то родители, учителя или друзья, либо слишком частого просмотра спектаклей и телепередач, демонстри­рующих насилие, то можно пересмотреть методы воспитания и характер спортивных и культурных мероприятий, с тем чтобы они способствовали созданию гармоничных взаимоотношений между членами общества.

Точно так же, если будет доказано, что умственные способности обусловлены главным образом наследственностью, то бесполезно будет продолжать тратить средства на создание учебных заведений, в которых даже при самых лучших методах обучения не удастся поднять уровень умственного развития индивидуума выше пределов, установленных ему

Что такое поведение? 25

от рождения. И напротив, если можно показать, что как физическая, так и социальная среда играет важную роль в развитии с самого начала жизни — быть может, еще в чреве матери, то в таком случае следовало бы приложить все усилия для создания условий, благоприятствующих реализации потенциальных возможностей и максимальному умствен­ному развитию каждого, причем создавать эти условия с первых минут жизни.

Если будет твердо установлено, что половые различия в психике имеют биологическую основу и что мужские и женские черты детерми­нированы от рождения, как у низших существ, то риск перемены в роли женщин и мужчин невелик, несмотря на ведущуюся борьбу за изменение порядка вещей. У папуасов, во Франции, в Китае и в любом другом месте женщины будут продолжать играть главную роль в воспитании детей и в домашнем хозяйстве, а мужчины — заботиться о материальном обеспечении семьи. Тем не менее, если исследования психологов под­твердят, что слова «мужская» и «женская» — всего лишь ярлыки, прик­леенные к разным ролям, детерминированным культурой, и что профес­сиональная ориентация и выбор специальности в основном определяются характером полученного воспитания, то тогда следует сделать все, чтобы с самого раннего детства каждый индивидуум мог развиваться в соответствии со своими склонностями.

Если доминирование отдельных индивидуумов над множеством дру­гих — врожденная биологическая особенность, то весьма велика вероят­ность, что в будущем успех отдельных групп и обществ будет зависеть от качеств их вождя и от его доброй воли. И наоборот, если изучение среды, в которой растут дети, покажет, что именно она лежит в основе будущих взаимоотношений индивидуума с окружающими, то очень важно будет обеспечивать самые благоприятные условия для развития таких взаимоотношений, которые позволили бы создать более справед­ливое общество, где царили бы равноправие и братство.

Наконец, если человек-это существо, находящееся во власти инстин­ктов и врожденных наклонностей, которые оно не в силах преодолевать, то можно ожидать, что число изнасилований, преступлений на почве ревности или нарушений закона о порнографии удастся уменьшить лишь с помощью репрессивных мер -вплоть до тюрьмы и смертной казни. Если же удастся доказать, что воспитание чувств, начатое с детства и позволяющее индивидууму глубоко познать самого себя, дает ему возможность понять причины, побуждающие его к действиям, и сохра­нять власть над собой, то нет никаких оснований для пессимизма в отношении возможности предупреждать такого рода правонарушения.

Как мы увидим в следующей главе, разные школы, существующие ныне в психологии, дают на этот основной вопрос – о соотношении биологического и социального в человеке — порой весьма противоречи­вые ответы. Несомненно, потребуется еще немало исследований, чтобы окончательно оценить аргументы, выдвигаемые каждой из этих школ. К ним мы вернемся позднее.

А сейчас мы прежде всего попытаемся обрисовать эволюционные

26 Глава 1

предпосылки формирования человеческой природы и посмотрим, чем наш вид отличается от других животных.

ЭВОЛЮЦИОННАЯ ТЕОРИЯ

Можно ли сказать, что человек в основе своей отличен от всех других представителей животного мира? Что он изначально предназначен быть полновластным повелителем, стоящим над всеми остальными видами? Долгое время люди придерживались именно такого мнения, а многие убеждены в этом и до сих пор.

Согласно традиционной точке зрения, весь живой мир с его расте­ниями, животными и человеком был создан сразу и в окончательном виде. В Библии утверждается, что это было сделано за шесть дней. а один ирландский богослов в XVII веке даже «вычислил» точную дату-4004 год до рождения Христа. Креационистская теория господ­ствовала до середины XIX века, и даже в наши дни ее все еще придерживаются различные религиозные секты и даже некоторые поли­тические деятели в США и других странах (см. Reeves, 1986).

Этой концепции происхождения всего живого была противопостав­лена теория, выдвинутая в 1859 году английским естествоиспытателем Чарлзом Дарвином (рис. 1.2). Согласно его гипотезе, все существующие ныне растения и животные происходят от одной формы жизни и пред­ставляют собой результат эволюции, продолжающейся миллиарды лет. Что касается человека с его физическими и поведенческими признаками, то и он в конечном счете -всего лишь один из результатов этой эволюции (рис. 1.3).

Каким образом удалось Дарвину создать столь революционную гипотезу?

Мысли о ней впервые возникли у него во время экспедиции, целью которой была топографическая съемка берегов Южной Америки.

Рис. 1.2. Чарлз Дарвин – английский натуралист и биолог (1809-1882). Теория эволюции, разработан­ная в его труде «О происхождении видов» (1859). разожгла страсти, особенно среди тех, кто отказы­вался признать происхождение человека от живот­ных.

Рис. 1.3. Генеалогическое дерево царства животных. Это царство развивалось на протяжении последнего миллиарда лет, образуя многочисленные ветви. В преде­лах отдельной ветви зоологи различают классы, которые они подразделяют далее на отряды, семейства, роды и виды (положение вида Homo sapiens в такой системе представлено в табл. 1.1). Последовательности возникновения классов соответ­ствует возрастающая сложность организмов: одноклеточные появились раньше многоклеточных, беспозвоночные-раньше позвоночных, а среди последних вод­ные животные предшествовали обитателям суши и воздушной среды.

* Стрекающие — первая группа животных с двусторонней симметрией тела.

** Иглокожие-единственная группа, которой свойственна пятилучевая сим­метрия.

28 Глава 1

Приглашенный в 1831 году участвовать в этой экспедиции, Дарвин, находясь на борту корабля «Бигль», должен был регистрировать все виды растений и животных, встречавшиеся во время путешествия. После привычной фауны и флоры Англии Дарвина ошеломило разнообразие форм, подчас очень близких друг к другу, которые он увидел в обследуе­мых местах. С тех самых пор он уже не мог верить, что мир был создан с полным набором всех существующих видов, уникальных и неизмен­ных1. И он пришел к выводу, что эти виды, по всей вероятности, достигли такого разнообразия в результате изоляции, когда та или иная группа была отделена от других пустыней, морским проливом или горной цепью. Различные условия, в которых оказались эти группы, привели к тому, что эволюция каждой из них протекала по-своему.

Выдвинув гипотезу, надо было объяснить, почему эволюция данной группы шла именно в таком, а не ином направлении, и, прежде всего, выявить механизм происходящей дифференциации.

Первым толчком к ответу на этот вопрос послужила для Дарвина работа английского экономиста Томаса Мальтуса, касающаяся челове­ческого общества. По мнению Мальтуса, рост численности населения происходит гораздо быстрее, чем рост источников пропитания; в случае голода или войны, когда пищи становится недостаточно, возникает конкуренция и в «борьбе за существование» отбор благоприятствует сохранению более сильного.

Почему бы не приложить этот принцип к популяциям растений и животных?

Если, например, в густом лесу деревья преграждают друг другу доступ к источнику энергии -солнечному свету, то все они рискуют погибнуть. Но если некоторые из них достигнут большей высоты, потому что они случайно унаследовали более высокий рост, то эти деревья смогут уловить больше света. Эта вариация даст им возмож­ность выживать и размножаться более эффективно, производя другие высокие деревья, которые мало-помалу вытеснят более низкие.

Для других видов такой вариацией, обеспечивающей выживание, может оказаться способность развиваться в тени, для третьих — форма корней. Природа, таким образом, была вынуждена отбирать признаки, наиболее приспособленные к данной среде, благоприятствуя их передаче. Она действовала как фактор отбора, позволяющий выживать наиболее жизнестойким за счет более слабых.

То же самое относится к животным. Если в какую-то эпоху, длившую­ся много тысячелетий, климат резко холодает, то можно представить себе, что среди рождающихся особей более устойчивые к холоду будут выживать дольше других. Они, таким образом, смогут оставить больше потомков, которые унаследуют их благоприятные признаки и среди которых будет происходить дальнейший отбор. Аналогичным образом можно объяснить наличие у полярного медведя таких признаков, как

1 В настоящее время насчитывают около 12 млн. различных форм бактерий, растении и животных (включая человека), принадлежащих примерно к 1,2 млн. видов

Что такое поведение7 29

Рис. 1 4. Длинные ноги и непропор­ционально длинная шея жирафа ко­нечный результат эволюции этого жи­вотного. Благодаря этим признакам жираф мог выжить, объедая листву с высоких веток деревьев, растущих в саванне.

густой мех, толстый слой жира на всем теле и способность плавать под водой, -признаков, возникших в результате отбора в длинном ряду поколений (см. также рис. 1.4).

Далее мы увидим, как подобным же образом можно объяснить вертикальное положение тела и развитые руки у человека -два особых признака, обеспечивших его эволюционный успех и позволивших ему заселить почти всю планету.

Дарвин затратил около двадцати лет на создание своей теории эволюции, основанной на принципе естественного отбора. Тем не менее он отказывался ее опубликовать, не желая вступать в дискуссии, которые она неизбежно должна была вызвать. Но в 1858 году другой естество­испытатель, Альфред Генри Уоллес (Wallace), выдвинул теорию, опи­равшуюся на ту же идею, и Дарвин, не желая, чтобы кто-то другой единолично пожинал все лавры за исследование, которому он отдал столько лет, опубликовал на следующий год свою работу под названием «Происхождение видов». Как он и ожидал, она вызвала ожесточенные споры, которые, впрочем, все еще не вполне затихли.

С тех пор теория эволюции обогатилась данными генетики, раз­вившейся на рубеже XX века; были использованы, в частности, законы Менделя, приобретшие популярность в это же время. Все это позволило объяснить, с одной стороны, сохраняемые отбором вариации как ре­зультат мутаций, возникающих на уровне генов, а с другой -способ передачи признаков из поколения в поколение.

Сами неодарвинисты не всегда едины во взглядах на механизм эволюции. По мнению одних, она происходит в результате ряда после­довательных мелких сдвигов с использованием случайных мутаций в соответствии с сиюминутными потребностями; другие считают, что в эволюции есть определенная внутренняя тенденция, которой следует развитие видов, подчиняющееся неким ориентирам, уже заложенным в генах; по мнению третьих, эволюция совершается скачками, начинаясь с крупных переделок, возникающих в каких-то «узлах» — избранных точках эволюционного пути, в которых происходит дифференциация видов.

Тем не менее, даже если отдельные (иногда существенные) моменты эволюционной теории подвергаются критике и переформулируются, ее

30 Глава I

основы в настоящее время принимает большинство ученых. Благодаря этой теории можно понять, как эволюционировали физические признаки организмов, а также как изменялось их поведение с момента возник­новения, два или три миллиарда лет назад, жизни на Земле путем перехода от сравнительно простых движений к сложным поведенческим актам, присущим высшим животным, и в особенности человеку (см. документ 1.1).

ЭВОЛЮЦИЯ ПОВЕДЕНИЯ

Согласно теории эволюции, виды животных, а внутри них особи (индивидуумы), наиболее способные к выживанию и размножению, — это, как мы убедились, те, которые обладают признаками, обеспечивающими наилучшую адаптацию к среде; это могут быть как физические особен­ности (например, густота шерстного покрова зимой), так и поведенческие признаки (миграции в более теплые края с приближением холодного времени года, способ устройства нор у грызунов или характер песни у птиц и т. п.)

С этой точки зрения даже самые простые среди живых организмов благодаря отбору обладают поведением, адаптированным к их образу жизни. Так, у растений можно наблюдать определенные формы поведе­ния, называемые тропизмами; например, поворот соцветия к солнцу у подсолнечника обусловлен гелиотропизмом, а проникновение корней в почву в поисках влаги и необходимых минеральных солей -геотропизмом.

ТАКСИСЫ

Одноклеточные существа, находящиеся на нижнем конце лестницы животных, обладают более сложным поведением.

Такова, например, парамеция (рис. 1.5)-крошечный организм, едва видимый невооруженным глазом (длина его 0,25 мм), обитающий в прудах и лужах почти по всему земному шару. Она состоит из одной клетки, снабженной «ртом» и примитивной пищеварительной системой, а на ее поверхности разбросаны участки, чувствительные к свету, теплу, прикосновению и к различным химическим факторам. Парамеция по­крыта ресничками, благодаря волнообразному биению которых, на­правленному назад, клетка передвигается вперед. Парамеция питается бактериями, которых она переваривает, извлекая из них питательные вещества и выбрасывая остальное в воду.

С помощью очень простых автоматических движений парамеция направляется ко всему тому, что похоже на пищу, и удаляется от любых неприятных стимулов, в частности от слишком яркого света. Такая общая и притом механическая ориентация организма по отношению к источнику раздражения получила название таксиса.

Таксисы обычно свойственны одноклеточным организмам, лишенным нервной системы, но наблюдаются также и у некоторых видов с более высокой организацией. Например, насекомых летним вечером неудержимо влечет к зажженной лампе -это тоже проявление таксиса.

Что такое поведение? 31

Рис. 1.5. Парамеция, или туфелька, — крупное одноклеточное существо. Как всякая клетка, она состоит из цито­плазмы и ядра. Парамеция передви­гается по спирали за счет биения по­крывающих ее ресничек.

РЕФЛЕКСЫ

Как мы только что видели, таксисы представляют собой реакции организма в целом на определенные раздражения, исходящие от среды. Эти примитивные формы поведения исчезают по мере продвижения вверх по эволюционной лестнице. Их место занимают более локализо­ванные и более точные реакции — рефлексы; это уже механизмы, связанные с развитием нервной системы.

За одноклеточными организмами в процессе эволюции следуют многоклеточные, у которых разные группы клеток выполняют разные функции. Хорошим примером служит медуза, тело которой состоит из студенистой массы в форме зонта. Медуз можно встретить, плавая в море (рис. 1.6). У них еще нет мозга, но уже имеется примитивная нервная система, состоящая из нервных клеток, связанных между собой наподобие рыболовной сети. Если прикоснуться к поверхности медузы в каком-то месте, то раздражение быстро распространяется по всей сети, и в результате сокращения мускулатуры животное удаляется от раздра­жителя. Например, когда краб пытается ухватить медузу своими клеш­нями, нервная сеть реагирует на это раздражение и животное уплывает в сторону от источника опасности.

Рис. 1.6. Медуза в воде имеет вид зон­тика со свисающими по краям щупаль­цами. Выброшенная на песок, она вы­глядит как студенистая масса.

32

Такая цепь событий, когда сигналы от какого-либо органа чувств передаются с помощью нервной системы и вызывают автоматическую реакцию, называется рефлексом.

По мере специализации нервной системы у высокоорганизованных животных эти врожденные, генетически запрограммированные рефлексы постепенно все больше локализуются в определенных частях организма, а для особо важных функций заменяются более сложными формами поведения. У человека сохранилось лишь небольшое число рефлексов, полезных для выживания (отдергивание руки или ноги при воздействии, причиняющем боль, мигание, расширение зрачков в темноте, слюно­отделение, чихание и т.п.).

Как мы увидим позже при обсуждении проблемы научения, не­которые ситуации могут вызывать «перепрограммирование» врожденных рефлексов, заставляя индивидуумов реагировать на привычный стимул по-новому. В таких случаях говорят о выработке условных рефлексов. Если, например, направить в лицо новорожденному младенцу струю холодного воздуха, то он заморгает. Ему не нужно учиться этой реакции: она врожденная и автоматическая. Но, если перед тем, как подуть в лицо младенцу, мы позвоним в колокольчик, и, если это повторится несколько раз, он начнет моргать при одном лишь звуке колокольчика — у него выработался условный рефлекс.

ИНСТИНКТИВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ

Таксисы и рефлексы -это простые и стереотипные реакции, особенно характерные для самых примитивных животных.

Но как объяснить такие формы поведения, как постройка гнезда у птиц, у которых все представители данного вида строят его совершенно одинаково, или организацию общественного образа жизни в пчелином улье, миграцию у гусей и лососевых рыб, создание геометрически правильного узора паутины у паука? Здесь мы имеем дело со сложными стереотипными формами поведения, присущими данному виду, причем модели и цели такого поведения детерминированы генетически. Его называют инстинктивным поведением1 (см. документ 1.2).

Этологи, изучающие поведение животных, сообщили нам много сведений об инстинктивном поведении. В таких исследованиях под­черкивается, что животные, способные к инстинктивному поведению,- не просто автоматы, реагирующие на стимулы каким-то одним способом в любое время (см. документ 1.3).

1 Следует различать инстинктивное поведение-комплекс врожденных и при­обретенных компонентов—и инстинкт как часть этого поведения, наименее пластичный его компонент -Прим peд.

Что такое поведение7 33

ВРОЖДЕННЫЕ ПУСКОВЫЕ МЕХАНИЗМЫ

Для того чтобы инстинктивное поведение могло проявиться, нужна не только стимулирующая ситуация вовне, но и определенные внутрен­ние факторы в форме потребностей или мотиваций. Лишь в случае объединения внешних и внутренних факторов может произойти запуск такого поведения. В результате создается впечатление, что животное специфически реагирует на какую-то определенную стимуляцию в опре­деленный момент. Такое соответствие между типом раздражения и типом реакции навело этологов на мысль о существовании какого-то меха­низма, способного решать, какую именно из всех свойственных данному виду форм поведения следует запустить в том или ином случае. Этот механизм, присущий данному виду и встроенный в его мозг с самого рождения, получил название врожденного пускового механизма. Его можно было бы сравнить с заложенной в вычислительную машину программой, которая с учетом информации, поступающей извне, поз­воляет решить, в какой момент и в каких условиях нужна та или иная ответная реакция.

Подобного рода механизм управляет в большинстве случаев пове­дением очень многих видов. Особенно это относится к брачному поведению. Так, например, у гусей и уток с наступлением времени брачных церемоний самец начинает проделывать ряд строго определен­ных движений (приподнимает туловище, раскрывает крылья, виляет хвостом и т. п.) в определенном порядке в ответ на приближение или удаление самки. Число и интенсивность этих движений возрастает, по мере того как все больше проявляется рецептивность самки, и достигают кульминации при сближении и спаривании.

ИМПРИНТИНГ

При наблюдениях над животными этологов особенно интересует относительная роль в их поведении врожденного и приобретенного.

Работы австрийского этолога Конрада Лоренца помогли понять взаимодействие между этими двумя факторами в некоторых явлениях.

В частности, Лоренц занимался изучением гусят, вылупившихся в инкубаторе. Первым движущимся объектом, с которым встречались гусята в момент вылупления, была не их биологическая мать, а сам Лоренц. Произошла удивительная вещь: вместо того чтобы присоеди­ниться к стаду гусей, эти гусята повсюду следовали за Лоренцом и вели себя так, как если бы он был их матерью (рис. 1.7). Оказавшись в присутствии своей настоящей матери, они не обращали на нее никакого внимания и возвращались под защиту Лоренца. Проявления этой привязанности к человеку стали особенно необычными, когда, достигнув половой зрелости, эти гуси принялись искать брачных парт­неров, сходных с человеком, не проявляя ни малейшего интереса к представителям собственного вида.

34

Рис 1.7 Привязанность к Лоренцу — объекту импринтинга, который гуся­та увидели после вылупления, -заставляет их от­носиться к нему как к сво­ей настоящей матери.

Лоренц назвал эту глубокую привязанность к первому движущемуся

объекту, который увидели гусята после вылупления из яйца, импринтингом (запечатлением). Другие исследователи показали, что в условиях эксперимента импринтинг может быть вызван любым объектом: мячи­ком для пинг-понга, футбольным мячом, подушкой, картонной коробкой или животным, относящимся к иному виду, при условии, что этот объект движется. Механизм импринтинга, судя по всем данным, важен для выживания. В природных условиях первый движущийся объект, попа­дающий в поле зрения гусят, — это обычно их мать; естественно поэтому, что импринтинг у них направлен именно на нее и что она становится той моделью, которая дает им возможность адекватно проявлять формы поведения, присущие данному виду.

Такие явления, хотя они продемонстрированы главным образом у выводковых птиц, у некоторых рыб и ряда млекопитающих, по-види­мому, существуют также у птенцовых птиц. У обезьян-животных, у которых детеныши гораздо дольше зависят от родителей, импринтинг происходит намного позднее и выражен сильнее. У ребенка социальные связи устанавливаются очень рано и носят более глубокий характер. Если индивидуум первые годы жизни находится в изоляции, то это приводит к отклонениям, иногда очень значительным, в его поведении (примером может служить одичавший мальчик Виктор). Изучив такие примеры, мы, возможно, сумеем частично объяснить явления, подобные импринтингу.

НАУЧЕНИЕ

Механизм импринтинга служит как бы связующим звеном между врожденным и приобретенным. В самом деле, у видов, которым свойствен эффективный импринтинг, формы сыновнего или дочернего, а также социального и полового поведения детерминированы генетически, но направленность их зависит от опыта, получаемого с самых первых минут жизни, т. е. является приобретенной.

Чем выше мы поднимаемся по эволюционной лестнице, тем больше стереотипное поведение замещается поведением приобретенным. Один из самых известных примеров инстинктивных действий – материнское поведение у некоторых животных: постройка гнезда и забота о потом­стве, наблюдаемые у самок многих видов, часто приводят нас в вос­хищение. И хотя эти формы поведения кажутся наследственными, они могут также в огромной степени зависеть от научения. Хорошей ил­люстрацией служит пример, приведенный в документе 1.4.

Способностью к научению обладают главным образом виды, далеко продвинувшиеся в эволюционном развитии. Можно спросить: в чем состоит прогрессивность форм поведения, возникающих в результате научения, по сравнению с врожденными стереотипными поведенческими актами, относящимися к инстинктивному поведению? Чтобы ответить на этот вопрос, следует рассмотреть эту проблему под углом зрения адаптации.

К инстинктивному поведению (как, впрочем, в меньшей степени -к рефлексам и таксисам) относятся те формы поведения, которые обеспе­чивают животному максимальную приспособленность в обычной для него среде и обычных обстоятельствах: «правила игры» записаны в нас­ледственности данного вида, и при этом имеются врожденные пусковые механизмы, обеспечивающие максимально возможное соответствие между внешними стимулами и ответными поведенческими реакциями. Но что станется с пчелой, если извлечь ее из родного улья и увезти за тысячу километров от него, или с пауком, если он вынужден ткать паутину, потеряв одну конечность? Шансов на то, что в таких условиях индивидуум сможет проявить адекватное поведение, «перестроиться» или даже просто выжить, очень мало. В сущности только особи тех видов, у которых доминирует способность к научению и выработке навыков, могут справляться с новыми ситуациями и формировать новые поведенческие акты, позволяющие им адаптироваться.

В 1912 году Йеркс (Yerkes) пытался выяснить, на какой ступени эволюции животного мира появляется эта способность чему-то нау­чаться. Ее зачатки с несомненностью обнаруживались уже у дождевого червя. Действительно, Йеркс сумел научить некоторых особей поворачи­вать направо в Т-образном лабиринте. Чтобы достичь такого результата, потребовалось больше 150 проб, в которых червь, если он поворачивал налево, натыкался на сетку, находившуюся под током. Тем не менее было доказано, что простая нервная система этих животных может накапливать информацию, способную изменять их поведение1 (рис. 1.8).

1 Цит. по Maier N. R F, Schneiria Т. С., Principles of Animal Psychology, N. Y., McGraw-Hill, 1935.

36 Глава 1

Вход

Рис. 1.8. Т-образный лабиринт, использованный Йерксом для изучения способ­ности дождевого червя к научению. Если червь поворачивал направо, он попадал в темный отсек, наполненный сырой землей (А); если же он поворачивал налево, то получал удар электрического тока (Б).

Эта способность обучаться развивается по мере продвижения вверх по эволюционной лестнице. Так, у наиболее продвинутых форм-шим­панзе и человека — почти нет форм поведения, которые позволяли бы им с момента рождения и без тренировки адекватно приспосабливаться к окружающей среде. У человека несколько форм поведения, которым он не должен обучаться, -это врожденные рефлексы, дающие ему воз­можность выжить после появления на свет (сосательный, глотательный, чихательный, мигательный и т. п.). В остальном развитие у ребенка навыков, необходимых для того, чтобы он мог включиться в группу себе подобных и приобрести независимость от нее, целиком зависит от взаимодействия с физической и в еще большей степени – с социальной средой.

СПОСОБНОСТЬ К УМОЗАКЛЮЧЕНИЯМ

Навыки чаще всего формируются путем подражания или выработки условных рефлексов, но также путем проб и ошибок, причем с увеличе­нием числа проб ошибок становится все меньше. Именно это наблюдают у крысы, помещенной в лабиринт, или у кошки, запертой в ящике со сложным запором (см. гл. 7).

У высших млекопитающих, главным образом у обезьян и человека, благодаря высокому уровню развития головного мозга появляются новые способности, позволяющие решать задачи без предварительных пробных манипуляций (см. документ 1.5).

Очевидно, наиболее далеко продвинувшиеся в процессе эволюции обезьяны и, разумеется, человек смогли выработать эту способность улавливать связь между различными элементами ситуации и выводить из нее правильное решение путем умозаключений, не прибегая к проб­ным действиям, производимым наудачу.

Умозаключения используются в самых разнообразных ситуациях повседневной жизни, идет ли речь о выполнении какой-нибудь задачи, о перемещении из одного места в другое или о получении и осмысли­вании информации, исходящей от среды, в которой живет индивидуум.

Что такое поведение? 37

Эта способность дала возможность человеку достигнуть огромного прогресса в своей эволюции.

ЭВОЛЮЦИЯ ЧЕЛОВЕКА

Происхождение вида Homo sapiens частично все еще остается тайной. Тем не менее последние ископаемые находки, особенно из восточной Африки, позволяют считать, что предки человека появились примерно 3 млн. лет назад1. Более того, несколько сотен ископаемых остатков из Старого Света позволили датировать важнейшие этапы в эволюции человека (см. документ 1.6).

Итак, область гипотез сужается день ото дня, и история нашего происхождения все больше уточняется.

Ниже будет изложена точка зрения директора Коллеж де Франс палеоантрополога Ива Коппанса (Yves Coppens, 1983).

От деревьев до первых поселений

В настоящее время, по-видимому, можно считать установленным, что род человеческий зародился в восточной Африке. В результате геологического катаклизма восточная часть этой области, представ­лявшая собой лесистое высокое плато, опустилась. Это событие, проис­шедшее 8 млн. лет назад, разделило наших предков на две группы. Члены группы, оставшейся на возвышенности, продолжали вести дре­весный образ жизни, а их потомки -это наши ближайшие родичи, шимпанзе и гориллы (рис. 1.9). Другая группа оказалась на равнине, которая со временем утратила былую влажность и покрылась высокой травой. В этих условиях отбор должен был благоприятствовать особям, наиболее приспособленным к жизни в саванне, лишенной деревьев; только существа, способные издалека обнаруживать хищников и быстро убегать в укрытие, могли здесь выживать и оставлять потомство. Таким образом, мутанты, способные передвигаться в вертикальном положении смогли адаптироваться к происшедшему изменению среды (как кениапитек, см. рис. 1.18).

Благодаря переходу к двуногому хождению передние конечности, занятые раньше в процессе локомоции, постепенно освобождались. Рука с ее больше и больше противопоставлявшимся большим пальцем превращалась во все более совершенный хватательный орган, облегчая нашему предку возможность манипулировать ветками и камнями.

1В 1982 г. на конгрессе, организованном Папской академией наук в Вати­кане, известные всему миру антропологи, биохимики и генетики, основываясь на современном состоянии знаний, пришли к общему мнению относительно родст­венных связей человека с животным миром.

38 Глава 1

Рис. 1.9. В Рифт-Валли в восточной Африке обнаружены данные, позволяющие считать эту область колыбелью человечества. Поиски производились главным образом в Танзании, Кении и Эфиопии.

За это время положение головы постепенно становится уравновешен­ным при вертикальном положении тела; черепная коробка может, таким образом, развиваться во всех направлениях, что создает возможность значительного увеличения объема мозга.

С переходом хватательных функций к рукам облегчается эволюция рта возрастает подвижность его мышц, и это позволяет расширить репертуар производимых звуков.

Постепенно создаются условия, обеспечивающие развитие речи и способности к мышлению и предвидению.

С течением времени создаются новые виды. Несколько больше двух миллионов лет назад появились первые признаки гоминизации: их носителем был Homo habilis- человек умелый (рис. 1.10), названный так потому, что он впервые начал изготовлять орудия1.

1Это были не просто случайно найденные камни с режущим краем, а настоящие орудия, изготовленные с применением других камней; именно использование одного орудия для изготовления другого и представляет собой важнейший признак гоминизации.

39

Таблица 1.1. Паспорт для космоса

Одно из заключений, к которым приводит теория эволюции, состоит в том, что каждый из нас в конечном счете -всего лишь пылинка, затерянная в беспре­дельной Вселенной. В век космических исследований полезно будет определить место человека среди видов, населяющих нашу планету, и место самой этой планеты среди множества галактик

Место человека в пространстве:

Вид Homo sapiens

Род Homo

Семейство Hominidae (представлено лишь одним видом)

Отряд Primates (ближайшие родичи человека среди приматов-шимпан­зе и горилла, с которыми у него, по-видимому, был общий предок, живший 7,5 млн. лет назад)

Охота становится

Класс Mammalia (теплокровные позвоночные, тело которых покрыто шерстью и которые выкармливают своих детенышей молоком)

Тип Vertebrata (животные с внутренним скелетом, центральной осью которого служит позвоночник)

Царство Animalia

Планета Земля

Система Солнечная (Солнце -одна из сотен миллиардов звезд, состав­ляющих нашу Галактику)

Галактика Млечный Путь (одна из нескольких сотен миллиардов галактик, образующие нашу Вселенную). Его диаметр около 100000 световых лет»

Вселенная Единственная, а может быть и нет; радиус той ее части, которая доступна для исследования, составляет 15 млрд. световых лет.

1 Один световой год-расстояние, которое проходит свет за один год -10000 млрд км)

Таблица 1.2. Эволюционный календарь

В настоящее время наиболее широким признанием пользуется теория, сог­ласно которой Вселенная возникла в результате Большого взрыва, произошед­шего примерно 15 млрд. лет назад; взрыв привел к образованию галактик, которые с тех пор удаляются друг от друга с огромными скоростями. Чтобы сопоставить эволюцию человека с историей Вселенной и Земли, можно использо­вать модель в виде годичного календаря, приняв, что первая секунда 1 января соответствует Большому взрыву. В этом масштабе продолжительность жизни человека равна восьмой доле секунды.

Месяцы

Дни

События

Примерная давность, годы

Янв.

1

Большой взрыв

15 млрд. лет назад

Февр. Март Апр.

10 млрд.

Май

2

Возникновение нашей Галактики — Млечного Пути

Июнь Июль Авг.

9

Возникновение Солнечной системы

5 млрд. лет назад

Сент.

14

Образование Земли

Окт.

20

Возникновение жизни в морях

4 млрд. лет назад

Ноябрь Дек.

7

Возникновение пола

1 млрд.

19

Первые позвоночные

500 млн.

20

Первые наземные растения

450 млн.

22

Первые рыбы

400 млн.

23

Первые амфибии

350 млн

24

Первые рептилии

300 млн

26

Первые млекопитающие

195 млн.

27

Первые птицы

150 млн.

29

Вымирание гигантских рептилий Первые приматы 70 млн.

31 дек.. 19.30

Первые гоминиды

7,5 млн.

21.45

Первые люди

4 млн.

22.45

Homo habilis

2,2 млн.

23.07

Homo erectus

1,5 млн.

23.42,30с

Овладение огнем

500000л

23.53

Первые Homo sapiens

200000

23.58,36с

Первые люди в Америке и Австралии

40000

23.58,57с

Первые наскальные рисунки

30000

23.59,18с

Начало земледелия

20000

23.59, 41 с

Первые поселения на Среднем Востоке

9000

23.59,56с

Нулевой год н. э.

2000

23.59,59с

Изобретение книгопечатания; Христофор Колумб высадился в Америке

400

Что такое поведение? 41

С появлением Homo erectus (рис. 1.11), т.е. примерно полтора миллиона лет назад, начинаются великие миграции в сторону Азии, а затем Европы. Миграции в Европу связаны с первыми успехами в овладении огнем (500000 лет назад).

Homo erectus-человека, прямоходящего — сменил Лото sapiens-чело­век разумный; первым его представителем был неандерталец, живший более 200000 лет назад.

Примерно 65 000 лет назад неандерталец окончательно уступил место линии нашего непосредственного предка, Homo sapiens в прямом смысле -кроманьонца: древнейшие из известных ныне представителей кро­маньонцев появились 100000 лет назад. Их потомки 40000 лет назад заселили северную часть Европы, а затем обе Америки и Океанию. Лишь гораздо позднее, примерно 9000 лет назад, появились первые поселения на Среднем Востоке.

Как подчеркивает Коппанс, 200000 поколений, сменявших одно другое после первых этапов гоминизации, произвели на свет 70 мил­лиардов индивидуумов, которые, таким образом, все связаны между собой родственными узами.

Развитие речи

Любая группа, для того чтобы выжить, должна обладать средством, которое позволяло бы ее членам общаться между собой, направлять и координировать действия каждого из них.

Почти у всех видов животных имеются способы передачи информа­ции, с помощью которых каждая особь может сообщать другим представителям своего вида об опасности, привлекать внимание по­тенциального брачного партнера или запрещать проникновение на свою территорию. Эти сигналы, однако, всегда связаны с той или иной сиюминутной ситуацией. По-видимому, ни одно животное, кроме чело­века, не способно передавать информацию, не относящуюся к данному моменту1. Только человеческие существа могут при помощи слов возвращаться в прошлое, делая доступным познание давних событий, а также сообщать заранее о некоторых событиях или действиях, пред­стоящих в будущем, или необходимых шагах для их осуществления.

Исследователи еще не пришли к единому мнению о том, в какой именно момент возник язык. Некоторые авторы считают, что это произошло очень давно, возможно 2 млн. лет назад, в эпоху, когда Homo habilis изготовлял свои первые орудия. Разнообразие этих орудий и передача соответствующих навыков были бы невозможны без языка.

1Нам, однако, пока еще не известно, какими возможностями обладают в этом отношении дельфины и киты.

42 Глава 1

Рис. 1.12. Многие наблюдатели обра­тили внимание на то, как шимпанзе используют орудие, в данном случае ветку. Животное отламывает ветку где-то вблизи термитника, очищает ее от листьев, увлажняет собственной слюной и погружает в одно из отвер­стий, а потом вытаскивает и лакомится прилипшими термитами; но шимпанзе отличается от человека тем, что хотя иногда сохраняет свое орудие, однако никогда не пытается его усовершенст­вовать. Человек же не только совер­шенствует свои орудия, но и создает для этой цели новые приспособления.

По мнению других, однако, навыки вполне могли передаваться в результате простого подражания, подобно тому как детеныши шим­панзе перенимают у взрослых особей способ ловли термитов путем введения в их гнездо ветки (рис. 1.12). Эти авторы считают более правдоподобным, что речь начала развиваться в эпоху, когда потреб­ность в ней стала настоятельной, ибо от этого зависело выживание вида. Они полагают, что эта эпоха соответствует последнему оледенению, когда 75 тыс. лет назад наступление льдов резко изменило среду обитания человека. По мере того как группы людей осваивали тот или иной образ жизни, все больше возрастала необходимость передавать информацию не с помощью криков или урчания, а каким-то иным способом. Но как объяснить в таком случае, что язык развивался также и в экваториальных областях?

Вероятно, вопрос этот никогда не удастся разрешить, поскольку существование речи нельзя установить по ископаемым остаткам скеле­тов. Тем не менее строение головного мозга, восстановленное по слепкам полостей очень древних черепов, позволяет предполагать, что область, управляющая речью, развилась на относительно ранней стадии эволюции человека. Известно также, что человек – единственный примат, который благодаря низкому положению гортани способен к развитию членораздельной речи. Однако, как показывает строение костного осно­вания ископаемых черепов, такое расположение гортани появляется на относительно поздних стадиях эволюции наших предков. Переход от высокого расположения гортани, как у Люси, к полувысокому, типич­ному для Homo erectus, было, по-видимому, связано с преобразованием верхних дыхательных путей в результате изменения климата в умерен­ных областях, так что членораздельная речь появилась, вероятно, 1,5 миллиона лет назад.

Социальная и культурная эволюция

Как уже говорилось, первые человеческие существа, вероятно, бро­дили группами по саванне, питаясь плодами, кореньями или мелкими животными, которых они убивали камнями.

43

Семейный, групповой, а затем и племенной образ жизни обладает многими преимуществами, облегчая добывание и дележ пищи, ночную охрану стойбища от диких зверей, воспитание детей, требующих заботы в течение многих лет, прежде чем они становятся самостоятельными.1

После создания такого оружия, как деревянные палицы, каменные и костяные рогатины и ножи, охота стала главным занятием человека, обеспечивающим пропитание группы. С этого времени на охоту, все более длительную, отправляются только самые сильные члены группы, а пожилые люди и матери с детьми остаются на стойбище или в пещере. По всей вероятности, именно те, кто остается дома, совершенствуют гончарные изделия и другие предметы домашнего обихода (рис. 1.13), но главное их занятие-развитие земледелия, начавшееся 15-20 тыс. лет назад, сперва методом проб и ошибок, а затем путем отбора лучших форм растений.

Общественная организация присуща не только человеку; ее можно обнаружить и у многих видов животных. Но при этом человек -един­ственный примат, который делится пищей со своими сородичами и обра­зует постоянные брачные пары, составляющие ядро семьи2. Эти обычаи сыграли важнейшую роль в эволюции групп человека; в частности, они способствовали укреплению семейных уз и повышению качества заботы о детях и их воспитания. За длительный период обучения молодые особи имеют возможность приобрести социальные и культурные навыки и вобрать в себя опыт предшествующих поколений. Освоив эти достижения, каждое поколение может продолжить поиски новых решений, которые оно в свою очередь передает своим потомкам.

2Таким образом, благодаря союзу руки и мозга, языка и группового образа жизни область познанного развивалась по спирали со все возрастающей скоростью.

В последние 10000 лет человек двигался вперед гораздо быстрее, чем в предшествующие миллионы лет. За этот период он прошел путь от каменного века до выхода в космос. Сегодня отдельный человек узнаёт за один день больше нового, чем его предок, живший в саванне, узнавал за всю свою жизнь.

Поколение двухтысячного года в свою очередь будет знать в сорок раз больше, чем поколение восьмидесятых годов. Но сможет ли оно употребить все эти знания себе на пользу? Дадут ли они ему возмож­ность обеспечить физическое и психологическое благоденствие населения земного шара или же заведут его в тупик? Второе тоже может случиться, если повсеместные проявления агрессивности между группами людей будут не только продолжаться, но и поощряться созданием все более и более изощренных средств разрушения.

1 Переход от обезьяны к человеку представляется результатом мутаций, ведущих к продлению периода роста и развития ребенка и подростка. Эта неотения влечет за собой более длительную зависимость молодых особей от взрослых. У человека этот период вдвое больше, чем у других приматов.

2 Среди других приматов только гиббоны тоже образуют постоянные пары; однако у них нет семьи, так как лишь немногие детеныши остаются с родителями больше одного года.

44

Глава 1

Рис. 1.13. Совершенствование орудий, использование огня и социальная органи­зация дали возможность человеку достигнуть за последний миллион лет больших успехов, чем за предшествующие 6 миллионов лет.

Агрессивность человека

По-видимому, агрессивность между особями одного вида существует у большей части приматов. Наблюдения, проведенные в 60-е годы Джейн Гудолл, показали, что у шимпанзе она может даже доходить до полного истребления самцов враждебной группы.

На всем протяжении развития нашего вида агрессивность играла важную роль в выживании его представителей. Первым охотникам приходилось иногда проявлять жестокость, убивая животных или других людей, которые вступали с ними в конкуренцию за пищу, брачного партнера или территорию. Но вся последующая история всех цивилиза­ций отмечена вооруженными конфликтами между кланами, племенами или нациями, причем связи между этими конфликтами и выживанием индивидуумов как таковым обнаружить не удается.

Существуют, однако, культуры, которые сумели создать способы сдерживания агрессивности, выработав системы особых сигналов, угро­жающего поведения или воинственных ритуалов, подобных встречаю­щимся до сих пор у племен на берегах Амазонки или островах Океании. Этнологи обнаруживают даже общества, которым агрессивность, по-видимому, неведома (Mead, 1969).

Что можно заключить из этих фактов? Следует ли считать агрес­сивность врожденной чертой или нет? Подобные дебаты лишены смысла. Главный вопрос, который должны ставить перед собой все гуманитарные науки, состоит в том, чтобы понять, каким образом культура может обуздать жестокость в тот час, когда все более изощренные виды вооружения грозят уничтожить миллионы людей в результате простого нажатия кнопки.

Что такое поведение? 45

К 1987 г. население нашей планеты достигло 5 миллиардов человек, тогда как в 1850 г. был только 1 миллиард. В дальнейшем численность будет возрастать на 1 миллиард каждые 12 лет.

Население земли, составлявшее 10-40 тыс. лет назад всего несколько тысяч человек, в настоящее время достигло 5 млрд., а через 15 лет оно превысит 6 млрд. (рис. 1.14). Перед лицом все более смертоносных войн, вспыхивающих в разных уголках земного шара, всплеска расизма и слепого терроризма настало время использовать в индивидуальном порядке наши способности рассуждать и общаться, с тем чтобы объяснять другим людям, и прежде всего детям, что при разрешении конфликтов всегда следует отдавать предпочтение ненасильственным методам.

Все другие виды живых существ эволюционируют вслепую, по воле изменений, происходящих в окружающей среде. Человек – единственный вид, который благодаря языку и умственным способностям начал направлять собственную эволюцию. Чрезвычайно важно, не отказываясь от наследия нашего животного происхождения, использовать ресурсы, которыми мы располагаем, чтобы в будущем придавать проявлениям этого наследия надлежащие формы. В этой книге, где собраны знания, накопленные психологами, делается скромная попытка помочь прогрессу в этом направлении.

46

Глава 1

Документ 1.1. Уровни поведения и эволюция

Принято различать пять уровней поведения – от таких врожденных стереотипных форм адаптации, как таксисы и рефлексы (а также — в некоторых отношениях – инстинктивное поведение), до приобретенных поддающихся модификации форм, связанных с мышлением.

Относительную роль каждого из этих уровней поведения у животных, находящихся на разных ступенях эволюционного развития, можно отобразить в виде диаграммы, предложенной Детье и Стелларом (Dethier, Stellar, 1961) и воспроизведенной с некоторыми упрощениями на рис. 1.15.

Из этой диаграммы видно, как по мере повышения организации животных врожденные стереотипные реакции все больше и больше вытесняются приобретенными формами поведения. Если, например у насекомых преобладает инстинктивное поведение, то у низших млекопи­тающих, таких как крыса, оно замещается способностью обучаться; что же касается способности к умозаключениям, почти отсутствующей у крыс, то она вместе с научением представляет собой главный тип поведения у человека, утратившего большую часть стереотипных реакций.

Таксисы

Рефлексы

Инстинктивное поведение

Научение

Рассудочная деятельность

Рис. 1.15. Схема, предложенная Детье и Стелларом (Dethier, Stellar, 1961).

Что такое поведение? 47

Документ 1.2. Миграция лососей — инстинктивное поведение или результат научения?

Весной в быстрых и прозрачных водах какого-нибудь ручейка на севере Канады, в Скандинавии или в Шотландии появляется молодь лосося. Икра, отложенная прошлой осенью самками на гравии, покры­вающем дно ручья, оплодотворяется самцами, и примерно через три месяца из нее вылупляются мальки.

Спустя несколько лет (от двух до семи в зависимости от широты), проводимых в пресных водах, малек, превратившийся в молодого лосося-так называемую пестрятку-спускается вниз по реке, чтобы вскоре устремиться в океан. На этой стадии лосося называют сере­брянкой, или смолт.

Самцы и самки остаются в открытом море два или три года, удаляясь иногда от берегов почти на 3000 км.

Лишь после достижения половой зрелости лососи начинают свое фантастическое путешествие на нерестилища. Рыбы проходят 50-100 км в день, чтобы прежде всего найти устье своей родной реки. Из десятков впадающих в море рек они направляются в ту, по которой спустились в море несколько лет назад, а затем без колебаний плывут по ней вверх до своего родного ручейка, где приступают к нересту.

Хотя рыбы попадают в настоящий лабиринт притоков со многими разветвлениями, на каждой развилке между двумя направлениями они неизменно делают правильный выбор. И если они все же иногда ошибаются, то тут же поворачивают назад, возвращаясь на то место, где произошла ошибка; затем они вновь пускаются в путь, преодолевая самые быстрые течения и водопады, высота которых достигает подчас нескольких метров, чтобы после многодневных изнурительных усилий добраться до своих нерестилищ, до «земли предков», где они родились и где большая их часть погибнет, осуществив репродуктивную функцию.

Эта проблема -одна из самых увлекательных. Каким образом эти рыбы после долгих лет отсутствия, преодолев огромные расстояния, находят тот ручей, где они появились на свет? Почему именно этот ручей, а не другой, столь же гостеприимный?

Ученые продолжают поиски ответов на эти вопросы. Кажется ве­роятным, что важную роль играет здесь обоняние лососей, а определя­ющими факторами у берегов служат химический состав, вкус и запах воды. Но чем руководствуются рыбы, находясь в открытом море, и какие механизмы инициируют миграцию?

Документ 1.3. Охрана территории у колюшки

Колюшка-маленькая пресноводная рыбка, которую один из созда­телей современной этологии, Тинберген (Tinbergen, 1953), выбрал объек­том своих исследований.

У этого вида сооружение гнезда, охрана территории, забота об икре и о молоди лежит на самце, который загоняет самку в гнездо, чтобы она отметала икру.

48 Глава 1

Рис. 1.16. Модели, использованные Тинбергеном. Чем большая часть мо­дели окрашена в красный цвет, тем агрессивнее ведет себя по отношению к ней самец колюшки. На модель, точно воспроизводящую колюшку, но без красного брюшка, самец, охраняющий свою территорию, не нападает вовсе.

Все эти фазы поведения, по-видимому, стереотипны и запрограм­мированы таким образом, чтобы реакция у животного вызывалась не общей ситуацией, а строго определенными стимулами. Рассмотрим в качестве примера поведение самца при защите территории.

Весной самец выбирает себе участок на песчаном дне реки и начинает строить гнездо в форме тоннеля. В это время его грудь и брюшко приобретают красивую красную окраску -таков его «брачный наряд». Самец при этом становится очень агрессивным и начинает нападать на всех самцов своего вида с таким же, как у него, красным брюшком, которые приближаются к его территории. Тинберген решил выяснить, что возбуждает эту агрессивность -весь облик соперника или просто красный цвет его брюшка. Для этого Тинберген отсадил самца, заняв­шего себе территорию, в отдельный аквариум и стал подносить к нему на кончике палочки различные гипсовые модели самцов колюшки — одни очень похожие, но со светлым брюшком, а другие чрезвычайно грубые, но с красным брюшком (рис. 1.16).

Оказалось, что агрессивное поведение самца вызывают только моде­ли с красным брюшком, даже если они лишь отдаленно похожи на рыбу; более того, самец систематически атаковал кусочек красной шерсти, погруженный в аквариум. Если, однако, такой эксперимент проводится на несколько недель раньше или позднее, то красный цвет не вызывает агрессивной реакции; его воздействие, таким образом, ограничено во времени.

Документ 1.4. Материнский инстинкт или научение?

Все животные, по-видимому, обладают врожденным знанием того, как следует поступать в разных случаях жизни. Но можно ли считать,

Что такое поведение? 49

то эти инстинктивные формы поведения изначально вполне структурированы? Как обстоит дело у млекопитающих?

Наблюдать за материнским поведением крысы-самки в ее естествен­ной среде столь же увлекательно, как наблюдать за самками любых других животных. Всякая самка при приближении родов (даже если это первородящая самка) совершает те же подготовительные действия по устройству гнезда, что и ее предки на протяжении многих тысяч поколений. Она без устали притаскивает различные материалы, которые разлохмачивает зубами, чтобы сделать их более мягкими, а затем строит шаровидное гнездо, приобретающее окончательную форму в последние часы перед родами. Затем она занимается каждым из дете­нышей по мере их появления на свет: перекусывает им пуповину и перетаскивает по одному в гнездо. Записана ли вся эта наука в психике животного или же она частично зависит от предварительного обучения?

Как будет вести себя молодая крыса, выросшая в среде, где она не имела ранее доступа к материалам, необходимым для постройки гнезда, и получила их ко времени родов? Создается впечатление, что в этом случае животное обычно оказывается неспособным к устройству гнезда или проявлению необходимой заботы о детенышах.

Таким образом, крыса обладает инстинктом, который называют «материнским», но который всегда проявляется в виде очень сложной последовательности простых форм поведения, как приобретенных, так и врожденных. Все они зависят, однако, от непосредственного окруже­ния и от прошлого опыта. Поэтому, если крыса прежде не имела возможности приобрести такие простые навыки, как обращение с мате­риалами, которые понадобятся позже для постройки гнезда, для нее может оказаться затруднительным проявить свой «материнский инстинкт». Даже при наличии такой потребности для ее удовлетворения крысе необходимо предварительное обучение, которое позволит ей достигнуть цели, детерминированной генетически.

Понятно, почему можно утверждать, что у человека «материнский инстинкт» практически исчез. В самом деле, многочисленные опросы показали, что привязанность матери к своему младенцу частично зависит от опыта, приобретенного ранее, главным образом в детстве, но в рав­ной мере и от связей, которые устанавливаются после родов в результате ее забот о ребенке и его реакций на эти заботы.

Документ 1.5. Собака, обезьяна и способность к умозаключениям

Голодную собаку запирают в клетку (рис. 1.17, А). На некотором расстоянии от клетки помещают кусок мяса, обвязанный веревочкой, свободный конец которой лежит у ног собаки. Собаке достаточно было бы ухватить конец веревки зубами, чтобы притянуть к себе мясо. Однако она, по-видимому, не способна спонтанно установить связь между этими двумя элементами; она часами будет скулить, не умея решить задачу.

Но если в клетку посадить шимпанзе, а к веревочке привязать банан, то не пройдет и минуты, как она завладеет бананом, потянув за веревочку (рис. 1.17, Б). Как мы увидим в главе 7, Кёлер даже наблюдал, как шимпанзе догадался вставить одну в другую две нахо­дившиеся в клетке палочки и придвинуть банан к себе (рис. 1.17, В).

Документ 1.6. Эволюция человекообразных обезьян и гоминид

После того как в 1974 году была обнаружена «Люси» -это были самые древние на сегодня ископаемые остатки представителя семейства

Генеалогия человека

Появление Вымирание, линии, млн. млн. лет назад лет назад

30 Проплиопитек 19 Дриопитек 14 Кениапитек 7,5 Преавстралопитек 2,5 5 Australopithecus 1 africanus 2,5 A. robustus 1 4 Появление Hominidae 2,2 Homo habilis 1 1,5 H. erectus 0,2 Я. sapiens 0,065 neanderthalensis (в Европе и на Ближнем Восто­ке-100 000 лет назад) 0,1 H. sapiens sapiens (на Ближнем Востоке, в Европе, а затем 40000 лет назад -в Америке)

Рис. 1.18. Эволюционная линия человека (в соответствии с гипотезой Коппанса). * Purgatorius- самый древний из известных в настоящее время ископаемых приматов.

** Амфипитек-последний общий предок человека и обезьян Старого и Нового Света. Это «недостающее звено», обнаруженное недавно в Азии; мигра­ция потомков амфипитека в Африку положила начало эволюционной линии человека (см. Science et Vie, 1986, № 824, р. 58-61).

*** Эпоха, в которую эти виды дивергировали в генетическом плане.

Hominidae,-появилось множество гипотез, в которых пересматривается генеалогия человека (Chavaillon, 1985). Приведем три из них.

1. От общего древнего ствола возрастом 7,5 млн. лет отходят три ветви, и Люси-наша «двоюродная сестра», принадлежащая к ветви преавстралопитеков. Это гипотеза Коппанса (Coppens, см. рис. 1.18).

1. Австралопитеки и род Homo представляют собой две самостоя­тельные ветви, а Люси-прямой предок этих двух ветвей, отходящих от общего ствола. Эту гипотезу выдвинули Джохансон (Johanson), Уайт (White) и Тобиаш (Tobias).

3. Существовали две совершенно обособленные линии Hominidae, а Люси-их отдаленная родня, происходящая от ветви австралопитеков. Эта гипотеза принадлежит Лики (Leakey).

Резюме
1. При исследовании многих форм поведения человека возникают споры об относительном значении врожденного и приобретенного.

1. Эволюционная теория, рассматриваемая ныне как установленный факт, утверждает, что в данной среде наиболее приспособленные к ней особи оставят больше потомков, чем менее приспособленные, потомки которых будут таким образом мало-помалу элиминироваться. Эта теория позволяет понять, как происходила эволюция поведения со вре­мени появления жизни на Земле до наших дней.

3. Самые простые формы поведения появились вместе с первыми одноклеточными существами; это таксисы, которые проявляются в общей механической реакции организма на тот или иной источник раздражения.

4. С развитием нервной системы появились рефлексы, определяемые как более специфические и более точные реакции на раздражение тех или иных рецепторов.

5. Инстинктивное поведение гораздо сложнее и специфично для каждого данного вида; структура и цели каждой его формы закреплены генетически. То или иное инстинктивное поведение может проявиться лишь в том случае, если связанный с ним врожденный пусковой механизм решает, что для этого создались адекватные внутренние и внешние условия.

6. Импринтинг — особое явление, присущее некоторым видам; в ре­зультате импринтинга у детенышей (птенцов) с первых часов жизни возникает глубокая привязанность к первому движущемуся объекту, с которым они встречаются.

7. С развитием способности к научению эволюционно наиболее продвинутые виды получают возможность изменять свое поведение в зависимости от обстоятельств и адаптироваться таким образом к изменяющейся среде.

8. Способность к умозаключениям — уровень, достигаемый только высшими приматами, главным образом человеком. Она позволяет решать проблемы, возникающие в повседневной жизни, просто путем мысленного установления связи между различными элементами данной ситуации, причем это не требует предварительного научения.

9. Род человеческий происходит от живших на деревьях приматов, от которых он отделился в результате развития прямохождения и использования руки для хватания. За этим последовало увеличение объема головного мозга и развитие языка, что позволило человеку за последний миллион лет достигнуть быстрых успехов в приобретении разного рода навыков и заселить всю планету.

10. Благодаря членораздельной речи человек может рассуждать как о событиях, происходивших в прошлом, так и о грядущих событиях, общественная структура облегчает выживание группы и воспитание детей. Таким образом, человек окончательно берет свою эволюцию в собственные руки. Однако агрессивные тенденции, составляющие, возможно, часть наследия, полученного человеком от животных пред­ков, грозят погубить его, если он не сумеет преодолеть их путем надлежащего воспитания.

Литература

Chapoutier G., Kreulzer M., Menini С., 1980. Psychophysiologie-Le systeme nerveux

et le comportment, Montreal, Etudes vivantes, Paris. Chavaillon J. (1985). Les premiers habitants d’Ethiopie, La Recherche, n° 165,

p. 449-451.

Clarke R., 1985. De 1’univers a nous, Paris, Seuil. Coppens Y., 1983. Le Singe, 1’Afrique et 1’Homme, Paris, Fayard. Dethier V.G., Stellar E., 1961. Animal Behavior, Englewood Cliffs, N.J., Prentice-Hall. Kohler W., 1927. L’intelligence chez les singes superieurs, Paris, Alcan. Lorenz K., 1979. Evolution et modification du comportement, L’inne et 1’acquis, Paris,

Payot.

Mead M.N., 1969. Moeurs et sexualite en Oceanic, Paris, Plan. Moore R., (Dir, publ.), L’evolution, Nederland, Time-Life (B.V.). Ouvrage collectif, 1979. Le Darwinisme aujourd’hui, Paris, Seuil. Piagel J., 1979. Le comportement, moteur de 1’evolution, Paris, Gallimard. Reeves H., 1986. L’heure de s’enivrer, Paris, Seuil. Singh J.A.L, Zingg P.M., 1980. L’homme en friche-de 1’enfant-loup a K. Hauser,

Bruxelles, Ed. Complexe. Tmbergen N.. 1953 L’etude de 1’instinct, Paris, Payot.

Материал для самопроверки
Заполнить пробелы

1. Относительная роль ….. и окружающей среды в развитии индивидуума остается предметом дискуссии.

2. Согласно Дарвину, естественные процессы привели к ….. признаков, наиболее ….. к данной среде, благоприятствуя их передаче последующим поколениям.

3. Труд Дарвина, опубликованный в ….. г. и вызвавший ожесточенные споры, назывался ….. .

4. В XX в. эволюционная теория обогатилась данными ….. и откры­тием ….. .

5. У животных, находящихся у основания эволюционной лестницы, наблюдаются очень примитивные формы поведения, известные под назва­нием ……

6. Последовательность событий, в результате которой информация от ….. передается в нервную систему и вызывает автомати­ческую реакцию, называется ……

7. Присущие данному виду сложные ….. формы поведения, организация и цели которых генетически детерминированы, называют ….. поведением.

8. Врожденный ….. механизм — это механизм, благодаря которому инди­видуум проявляет надлежащее поведение в определенный момент в зависимости от определенных внутренних условий и с учетом информации, поступающей из внешней среды.

9. У некоторых животных наблюдается …. -создается глубокая привязан­ность к первому ….. предмету, который они увидели после появления на свет.

10. Только представители видов, обладающих способностью к …..и при­обретению ….. , могут справляться с новыми ситуациями и вырабатывать новые формы поведения, позволяющие им адаптироваться.

11. Способность к …… это способность понимать связь между различными элементами данной ситуации, с тем чтобы найти решение данной проблемы. В эволюционном ряду животных она появляется у ….. .

12. Вид Homo habilis, очевидно, возник ….. лет назад в ….. Африке.

13. Переход к прямохождению повлек за собой освобождение ….. и развитие способности к изготовлению первых ….. .

14. Вертикальное положение тела создало также возможность для разви­тия ….. во всех направлениях, а тем самым и для увеличения ….. голов­ного мозга.

15. Первые признаки гоминизации появились у Нота ….. примерно ….. лет назад.

16. Заселение Северной Европы и обеих Америк нашим прямым предком Homo ….. , или ….. , произошло примерно ….. лет назад.

17. Развитие ….. создало возможности для обмена информацией и явилось основой быстрого прогресса человека.

18. Главные особенности социальной организации человека…… пищи со своими сородичами и образование постоянных ….. .

19. Наблюдения Джейн Гудолл над ….. показали, что агрессивность …..может иногда приводить к уничтожению самцов враждебной группы.

20. В некоторых обществах, обнаруженных в различных точках земного шара, …… по-видимому, совершенно отсутствует, и в их словаре даже нет соответствующего слова.

Верно или неверно?

1. Одичавшего мальчика, найденного в Авероне, по-видимому, вырастили волки.

2. Профессор Итар, изучавший Виктора, был уверен, что мальчик был идиотом от рождения.

3. Дарвин считал, что природа действовала как фактор отбора, позволявший выживать самым слабым.

4. В настоящее время основы эволюционной теории принимают большин­ство ученых.

5. У растений уже можно обнаружить самые примитивные формы поведения.

Что такое поведение? 55

6. Врожденный пусковой механизм одинаков для всех поведенческих актов v всех видов, обладающих инстинктивным поведением.

7 Способностью к научению обладают только высшие организмы.

8 Первые признаки гоминизации появились 10 млн. лет назад.

9 Первые поселения Homo sapiens начал строить примерно 9000 лет назад.

10 Только у человека существует язык, позволяющий ему «переноситься» в прошлое или будущее.

Выбрать правильный ответ

1. У человека врожденными формами поведения считаются

а) агрессивные действия;

б) доминирование;

в) половое поведение.

г) Все ответы неверны.

2. Дарвин создал свою теорию эволюции

а) после прочтения работы Уоллеса на эту тему;

б) с целью подтвердить тезисы креационистов;

в) чтобы объяснить разнообразие существующих видов;

г) с целью показать причину неизменяемости видов.

3. Теория эволюции в широком смысле

а) принимается в настоящее время подавляющим большинством ученых;

б) представляет собой уже не просто гипотезу, а установленный факт;

в) обогатилась данными генетики и открытием законов наследственности,

г) Верны все ответы.

4. Таксис -это реакция организма, которая

а) носит общий (нелокальный) характер;

б) является механической;

в) ориентирована относительно источника раздражения.

г) Верны все ответы.

5. Рефлексы

а) всегда врожденные;

б) встречаются только у низших животных;

в) имеют мало отношения к выживанию.

г) Все ответы неверны.

6. Инстинктивные формы поведения

а) запрограммированы от рождения;

б) менее сложны, чем рефлексы;

в) не могут изменяться в результате опыта;

г) у человека более многочисленны, чем у других видов.

7. Инстинктивное поведение преобладает главным образом у

а) насекомых;

б) рыб;

в) рептилий;

г) млекопитающих.

8. Импринтинг, например у гусенка,

а) может быть направлен на любой объект, подвижный или неподвижный;

б) создается в любом возрасте;

в) возникает благодаря скрещиванию.

г) Все ответы неверны.

9. Приобретенные формы поведения обеспечивают животному адаптацию

а) идеально соответствующую условиям среды;

б) к вполне определенному типу среды;

в) к различным средам.

г) Все ответы неверны.

10. Согласно эволюционной теории и палеонтологическим данным, человек

а) произошел от обезьяны;

б) имеет общего предка с шимпанзе и гориллой;

в) не происходит от животных.

г) Все ответы неверны.

11. Гоминизация тесно связана

а) с вертикальным положением тела;

б) с освобождением руки;

в) с развитием головного мозга;

г) Верны все ответы.

12. Наиболее прямые предки человека появились

а) 700000 лет назад;

б) 200000 лет назад;

в) 100000 лет назад;

г) 40 000 лет назад

13. Человек – единственное существо, способное

а) передавать информацию о прошлых и будущих событиях;

б) пользоваться орудиями;

в) жить в сообществах.

г) Верны все ответы.

14. Присущая человеку социальная структура дает детям возможность

а) получать очень хороший уход;

б) воспринимать социальные и культурные обычаи;

в) усваивать опыт предшествующих поколений.

г) Верны все ответы.

15. Агрессивность человека

а) представляет собой врожденное свойство;

б) может быть легко преодолена;

в) отсутствует у большинства народов.

г) Все ответы неверны.

Ответы на вопросы

Заполнить пробелы

1 — наследственности; 2-отбору, приспособленных; 3-1859, «Происхождение ви­дов»; 4-генетики, законов наследственности; 5-таксисов; 6-органов чувств, рефлексом; 7-стереотипные, инстинктивным; 8-пусковой; 9 — импринтинг, дви­жущемуся; 10-научению, навыков; II-умозаключению, высших млекопитающих;

12-10 млн., восточной; 13-рук, орудий; 14-черепа, объема; 15 -Homo habilis, 2 млн.; 16 -sapiens, кроманьонцем, 40000; 17-языка (речи); 18 — разделение, групп;

19-шимпанзе, самцов; 20 — агрессивность.

Верно или неверно (В или Н)

1-Н; 2-Н; 3-Н; 4-В; 5-В; 6-Н; 7-Н; 8-В; 9-В; 10-В.

Выбрать правильный ответ

1-г; 2-в; 3-г; 4-г; 5-г; 6-а; 7-а; 8-г; 9-в; 10-6; 11-г; 12-в; 13-а; 14-г; 15-г.

ГЛАВА 2 ЧТО ТАКОЕ ПСИХОЛОГИЯ?

Введение

Согласно Коппансу (Coppens, 1983), первые люди уже обладали многими из наших «качеств»: они ходили на двух ногах, были всеядны­ми, умели приспосабливаться к обстоятельствам, владели ремеслами, вели общественный образ жизни, были хитрыми и осмотрительными, добросовестными и словоохотливыми. К этому можно добавить, что они были еще и любознательными.

Именно в силу этих качеств у первобытного человека возникало все больше и больше вопросов о том мире, в котором он жил. Он пытался понять сущность смены дня и ночи и времен года, снега и огня, туч, приносящих дождь, и молнии с громом. Но он искал также ответы на вопросы, касающиеся его самого: о переживаниях, которые ему прихо­дится испытывать, о видениях, посещающих его во сне, о том, что с ним будет после смерти. Несомненно во всем этом следует искать корни религиозных правил и ритуалов, которые он создавал, чтобы защитить себя от неизвестного. Здесь же нужно искать корни философии — «матери всех наук», которая гораздо позднее породит физику, химию, биологию, астрономию… и, наконец, психологию.

РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ

Первые шаги

Человек приписывает свои мысли и желания, мотивирующие его поведение, прежде всего внешним силам.

«Тень» как место пребывания разума

Наши предки вначале пытались объяснить духовную деятельность, предполагая, что в теле человека заключено другое существо, занятое расшифровкой того, что видят его глаза, слышат уши и ощущает кожа.

Эту «душу», или «тень», наделяли способностью выходить на волю, пока человек спит, и жить собственной жизнью в его снах. Во сне охотник убивал желанную добычу, воин становился храбрым, влюблен­ный овладевал предметом своего вожделения и т. п. Полагали, что в момент смерти душа покидает тело навсегда, вылетая через рот (см. документ 2.1).

58 Глава 2

Рис. 2.1. После смерти Воина его «тень» покидает его тело, приняв форму чело­века. Это одно из первых представле­ний о душе, которого придерживались еще древние греки.

Это верование, распространенное среди древних греков (рис. 2.1), все еще сохраняется у многих народов, называемых «примитивными».

Боги

Древние цивилизации придумали себе богов и богинь; им казалось, что Солнце, Луна и звезды наделены таинственной силой, которая дает им возможность перемещаться, а поэтому их следует считать бессмерт­ными созданиями и люди должны их почитать.

Те мысли или поступки человека, которые древние не могли понять, они приписывали действию таинственных и могущественных сил, обитающих -в зависимости от данной культуры -на Олимпе, на небе в аду. Есть боги и богини любви, войны, плодородия и даже бог вина (см. документ 2.2).

Что такое психология? 59

Таким образом, жизнь и смерть, любовь и ненависть, отвага и тру­сость и все остальные чувства, испытываемые смертными, зависят от настроения богов и от соперничества между ними.

За более чем 800 лет до н. э. греческий поэт Гомер описал в «Илиаде» и «Одиссее», каким образом боги вмешивались в жизнь людей, застав­ляли их влюбляться, придавали им смелость в бою или, напротив, отнимали ее, направляли их гнев или чувство мести (рис. 2.2).

Донаучная психология. Первые западные философы

Первые греческие философы, пытавшиеся в VI веке до н. э. понять природу человека, сознавали, что представление о мире, привлекающее богов и богинь, чтобы объяснить поведение людей, основано на мифах. Не более приемлемой они считали и примитивную идею о существе, заключенном в человеке и ответственном за его поведение.

Тем не менее, они все еще были убеждены, что в каждом человеке есть нечто, позволяющее ему думать, принимать решения, волноваться, владеть собой. Этот «дух» был, по их мнению, чем-то нематериальным, похожим на пламя или на дуновение. Например, согласно представле­нию Платона, дух, или «душа», обитает в теле человека и направляет его на протяжении всей его жизни, а после смерти покидает его и вступает в «мир идей».

Аристотель выдвинул концепцию души как функции тела, а не какого-то внешнего по отношению к нему феномена. Согласно теории Аристотеля, душа, или «психе», -это двигатель, позволяющий живому существу реализовать себя. Центр «психе» находится в сердце, куда поступают впечатления, передаваемые от органов чувств. Эти впечатле­ния образуют источник идей, которые, накапливаясь в течение всей жизни и сочетаясь между собой в результате рассудочного мышления, подчиняют себе поведение.

От конца античной культуры до середины средневековья

Аристотель считал, что познание человека возможно только через познание Вселенной и существующего в ней порядка. В его философских взглядах на первое место выдвигаются мышление, знание, интеллект и мудрость. Вместе с представлениями Платона и других философов идеи Аристотеля владели умами вплоть до V века новой эры.

Вскоре против этой концепции восстала иудейско-христианская рели­гия, по которой сущность человека постигается не через разум и рассу­дочное мышление, а через Высшее существо, которое представляет собой тайну, недоступную смертным. Путь к спасению лежит поэтому через незнание и веру в догматы.

60 Глава 2

На протяжении всех одиннадцати столетий интеллектуального средневековья возникало множество философских школ, учения которых противостояли этим двум концепциям. По одну сторону находились несгибаемые богословы, которые чаще всего рассматривают философию лишь как измышление дьявола, а естественные науки – как ограничение божественной власти, стоящей над человеческим разумом. По другую – возникавшие философские течения, из которых наиболее известное – схоластическое. Его предтечей был Абеляр (Abelard, 1079-1142), но расцвета оно достигло лишь в XIII- веке благодаря Фоме Аквинскому (1228-1274).

Схоласты проповедовали учение, основанное одновременно и на богословии, и на доктрине Аристотеля. Они пытались, таким образом, объяснить мир с помощью разума, «озаренного» верой. Роль философа состоит в том, чтобы раскрыть упорядоченность и иерархическое устройство созданного Богом мира, попытавшись отвести всему сущему его подлинное место.

Одна из тем, вызывающих вечные дискуссии, — это проблема души. В самом деле, как можно рационально изучать нечто такое, что невозможно увидеть и еще менее того — описать? Начиная со II века до н. э. считалось установленным, что душа помещается в мозгу, но философы без конца вели умозрительные споры о ее природе и о способе ее влияния на поведение. Выдвигался даже аргумент, что физическое существование души невозможно, поскольку она, будучи бессмертной, находится в смертном теле.

От эпохи Возрождения до XIX века

Лишь в эпоху Возрождения, в XV, XVI и особенно в XVII веке сложились более близкие к научным представления — математические и одновременно механические — о мире и о человеке. Они были основаны главным образом на разуме независимо от веры.

Так, сталкиваясь с враждебностью богословов, которые прочно держались за догму о сотворенном Господом мире, неподвижно лежа­щем в центре Вселенной, Коперник (1543), Кеплер (1604) и Галилей (1633) один за другим утверждали, что планеты совершают одновремен­но вращение вокруг своей оси и обращение вокруг какой-нибудь звезды (для Земли это будет Солнце)1.

1Опасаясь реакции богословов, польский астроном Коперник опубликовал свои открытия только накануне смерти. Что касается итальянца Галилея, его судила инквизиция и заставила отречься от своих взглядов, что не помешало ему все же воскликнуть: «А все-таки она вертится!».

Что такое психология? 61

Что касается Декарта, то он на основании известных в его время фактов создал теорию, объяснявшую поведение на основе механисти­ческой модели. Согласно этой модели, информация, доставляемая органами чувств, направляется по чувствительным нервам к отверстиям в головном мозгу, которые эти нервы расширяют; это позволяет «животным душам», находящимся в мозгу, вытекать по тончайшим трубочкам — двигательным нервам — в мышцы, которые надуваются, что либо приводит к отдергиванию конечности, подвергшейся раздражению, либо заставляет совершить то или иное действие.

Таким образом, отпадала необходимость прибегать к душе, чтобы объяснить, как возникают простые поведенческие акты, хотя Декарт и считал, что наличие «разумной души», локализованной в головном мозгу и составляющей сущность человека, помогает последнему управ­лять своими страстями и возвышает его тем самым над животными, лишенными разума (рис. 2.6).

Этот декартовский дуализм — тело, действующее механически, и уп­равляющая им душа — надолго оставил отпечаток на представлениях о функционировании человеческого организма. И несмотря на то что знания в области анатомии и физиологии в последующие века значи­тельно обогащались, лишь в начале XX века понятие «души», которое сменилось сначала понятием «разума», а затем «сознания», окончатель­но уступило место монистической концепции, согласно которой поведение человека управляется в основном нервной системой (см. документ 2.3).

Рис. 2.6, Иллюстрация из «Трактата о человеке» Декарта (1664), в котором изложена его механисти­ческая концепция о функционировании человеческой «машины». Рисунок показывает, как «животные ду­ши» стекают по трубкам из мозговой «железы», чтобы обеспечить одновременный поворот обоих глаз и правой руки к предмету В.

62 Глава 2

Тем не менее представления Декарта, пусть зачаточные, о функцио­нировании организма и реализации различных поведенческих актов послужили отправной точкой для развития современной психологии.

Зарождение естественных наук. Со времен Древней Греции, как мы видим, только философы пытались понять сущность человека и его взаимоотношения со средой, как физической, так и социальной. Среди них рационалисты — от Платона до Декарта полагали, что «любые достоверные знания могут исходить лишь от разума»; следовательно, один только разум должен играть главную роль в объяснении фактов как в онтологическом плане, так и в плане познания или действия. Согласно этим философам, наилучший способ сформулировать какую-либо проблему и попытаться получить ответ состоит в поисках логи­ческих доводов. В результате они на протяжении веков обсуждали, что должно быть, вместо того чтобы наблюдать существующее в дейст­вительности.

Развитие естественных наук начинается в тот день, когда фило­софская дискуссия перестает быть единственным инструментом позна­ния, уступая частично место точным и систематическим наблюдениям, а главное-эксперименту2.

Эмпирическое направление, которое легло в основу экспериментиро­вания, делает главный упор на опыт и тем самым радикально отли­чается от господствовавшего ранее рационалистического направления. Это не означает, однако, пренебрежения логикой и рассудительностью или просто здравым смыслом. Ученые, выбравшие это направление, тоже высказывают предположения о том, как все происходит в этом мире, и аргументы, выдвигаемые для объяснения некоторых фактов, нередко вызывают яростные споры. Однако предположения этих ученых рассматриваются как гипотезы, т. е. новые соображения, выдвигаемые на основе уже установленных фактов. Эти гипотезы затем проверяют путем экспериментов или контролируемых наблюдений, в результате которых получают новые данные. Если эти новые данные согласуются с тем, что уже было известно, то постепенно создается все более и более четкая теория, позволяющая объяснить наблюдаемые факты. Если же новые данные противоречат выдвинутой гипотезе, то ее подвергают изменениям или даже отбрасывают. Именно в сочетании теоретических построений и проверки их соответствия реальной действительности и состоит научный метод (см. документ 2.4).

1А позднее Кант и Гегель.

2 Как это уже неоднократно происходило в античную эпоху.

Что такое психология? 63

В XVII веке от философии начинают отделяться различные ес­тественные науки. Сначала это были химия и физика, открытия которой в области света и звука позднее позволили лучше понять, каким образом расшифровываем реальную действительность. В XVIII веке наступает очередь физиологии приобрести самостоятельность; в результате учения нервной системы появилась возможность объяснить, как про­ходит передача информации в организме. Наконец, на исходе XIX века развиваются социология и научная психология.

Психология в XVIII и XIX веках. Естественные науки обособились от философии сравнительно легко, но психологии, напротив, оказалось довольно трудно определиться в качестве самостоятельной науки и от­делиться от своей старшей сестры. Для этого ей пришлось создать новые методы, опирающиеся на строгие научные основы. Начиная с XVIII века первые эмпирики пытались объяснить психические феномены по-новому. Они стремились понять, каким образом человеческий организм реаги­рует на информацию, получаемую от органов чувств, оставляя религии и рационалистической философии область духовного и изучение связей между мышлением и душой.

Так, Кондильяк (Condillac, 1754) полагал, что все наши знания проистекают из наших ощущений. Локк (Locke, 1690) и Юм (Hume, 1739) выдвинули гипотезу о том, что основные элементы, из которых склады­ваются ощущения, сочетаются по закону ассоциации идей. Идея снежка, например, ничего не говорит ребенку, который его никогда не видел. Лишь через ощущения, вызываемые качествами белого, холодного и округлого, присущими снежку, которым ребенок играет впервые в жизни, создаются у него путем ассоциации этих фундаментальных идей восприятия, лежащие в основе более сложной идеи снежка.

Итак, эта субъективная психология предлагает изучать интеллекту­альную жизнь, для того чтобы понять, каким образом по ассоциации идей индивидуум осознаёт окружающий его мир. Изучение взаимо­отношений души и тела при этом окончательно уступает место изучению умственной деятельности и сознания.

Так был сделан большой шаг вперед, поскольку психика была признана лишь одной из функций организма, а ее изучение вошло составной частью в изучение жизненных процессов. Тем не менее, несмотря на научную «окраску» такой позиции, приходится признать, что психическая деятельность в сущности не в большей степени видима и измерима, чем состояние «души». А между тем увидеть — значит поверить. Кроме того, до тех пор пока психология не начнет системати­чески исследовать конкретные факты, она не сможет претендовать на то, чтобы называться наукой.

64 Глава 2

РОЖДЕНИЕ НАУЧНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Первые шаги в сторону более объективной психологии совершили такие исследователи, как Фехнер (Fechner, 1860), который выдвинул закон, представляющий собой попытку выразить количественно зависи­мость между силой стимула и ощущением1. Но только в 1879 году в Лейпцигском университете была основана первая психологическая лаборатория. Ее возглавлял Вильгельм Вундт (Wundt), философ и одно­временно психолог, который решил изучать содержание и структуру сознания на научной основе. Он положил начало структуралистскому подходу к сознанию.

Структуралистский подход

Успехи физики и химии объясняются прежде всего применяемым в этих науках методом расчленения вещества на составляющие его простейшие элементы. Именно приблизившись к этим простейшим элементам, ученые смогли подступиться к созданию теорий, объясня­ющих строение материи, и открыть путь для новых экспериментов.

Вундт и его сотрудники попытались применить тот же подход в анализе осознаваемого внутреннего опыта, окрестив его «мыслитель­ной материей» и стараясь выявить и описать его простейшие структуры. Таким образом, сознание было разбито на психические элементы, подобно тому как материал делится на атомы. Приверженцы этой элементаристской доктрины были убеждены, что основным материалом сознания служат ощущения, образы и чувства. По их мнению, роль психологии сводится к тому, чтобы дать как можно более детальное описание этих элементов.

Рис. 2.7. Немецкий физиолог и психолог Вильгельм Вундт (1832- 1920)-основатель первой лаборатории экспериментальной и структуралистской психоло­гии, ставивший своей целью изучение «элементов» сознания.

1Закон, сформулированный Фехнером на основании работ физиолога Вебера (Weber), гласит, что «ощущение изменяется пропорционально логарифму силы раздражения»; это означает, что чем выше интенсивность двух стимулов при одинаковой абсолютной разности их силы, тем менее заметно различие в вызы­ваемых ими ощущениях.

Для достижения этой цели структуралисты применяли метод экспериментальной интроспекции, состоящий в том, что испытуемого, про­ведшего предварительную подготовку, просят описать, что он чувствует, оказавшись в той или иной ситуации (см. документ 2.5).

Экспериментальная интроспекция представляет собой, согласно структуралистам, наилучший метод психологии, тот метод, который отличает ее от других наук. Он имеет, однако, два больших недостатка. Во-первых, это весьма субъективный метод анализа поведения: каждый испытуемый описывает свои собственные впечатления или переживания, которые очень редко совпадают с впечатлениями следующего испытуе­мого: одному звук показался громким, а другому — средним по силе; то, что одному было приятно, другому показалось неприятным. Во-вторых, что еще хуже, ощущения одного и того же человека варьируют день ото дня: то, что ему казалось приятным в понедельник, может стать скучным во вторник и откровенно неприятным в среду.

Необходимо поэтому отдать себе отчет в том, что «атомы» сознания мало похожи на атомы, например, железа. Сознание не слагается из каких-то застывших элементов, а находится в процессе развития и постоянного изменения. Именно поэтому от взгляда на психологию как науку о структурах сознания вскоре отказались, хотя в течение несколь­ких лет он пользовался успехом.

Функционалистский подход

В то время как Вундт и его коллеги пытались изучать структуру сознания, в других странах появились иные направления исследований. Так, начиная с 1881 года в США Уильям Джеймс (James) и в особенности его сотрудники и последователи, вдохновленные эволюционной теорией Дарвина и вытекающими из нее следствиями, стали подходить к изуче­нию разума с совершенно других позиций. С их точки зрения проблема заключается не в том, чтобы узнать, из чего построено сознание, а в том, чтобы понять его функцию и его роль в выживании индивидуума. Они выдвинули гипотезу, согласно которой роль сознания состоит в том, чтобы дать индивидууму возможность приспосабливаться к различным ситуациям, возникающим с утра до вечера, со дня рождения и до смерти, либо повторяя уже выработанные формы поведения, либо изменяя их в зависимости от обстоятельств, либо, наконец, осваивая новые дейст­вия, если того требует ситуация.

Начиная с этого времени психология стремится понять, как устанав­ливаются эти новые способы адаптации. Таков подход функционалистов к изучению путей приобретения навыков и, в более общем плане, -про­цесса научения (см. документ 2.6).

Между тем, даже если функционалисты делают главный упор на внешние стороны психики, а не на такие внутренние феномены, как ощущения или чувства; они представляют их себе как проявления духовного начала.

Рис. 2.8. Американский философ и психолог Уильям Джеймс (1842-1910)-основатель функционализ­ма в психологии. Он считал, что «сознательная жизнь представляет собой непрерывный поток», а не состоит из ряда дискретных элементов.

Они отдают предпочтение методу интроспекции, который позволяет им узнавать, как у индивидуума развивается осозна­ние той активности, которой он предается (см. документ 2.7).

Среди последователей Джеймса многие критиковали такой подход к анализу нашего поведения. С их точки зрения предметом научного исследования должно быть только то, что доступно для прямого наблюдения. А что такое внутренняя психическая деятельность? Невоз­можно наблюдать мысли, возникающие при решении той или иной проблемы, или измерять испытываемые при этом чувства; интроспек­ция, которая крайне субъективна, не способна преодолеть это затруд­нение.

В ответ на это противники функционалистов заявляли, что можно измерять скорость решения задач или же те физические реакции, кото­рые вызывает ситуация в эмоциональном плане. Иными словами, только поведение, наблюдаемое со стороны, поддается объективному описанию. Поэтому только на него и ни на что другое должна пола­гаться психология, если она желает идти действительно научным путем.

Эту «поведенческую» позицию принял с 1908 года французский психолог Пьерон (Pieron). Но лишь с зарождением в США бихевиориз­ма, главой которого стал Уотсон (Watson), наука о функциях сознания окончательно уступила место науке о поведении.

За это время в Европе появились и другие направления, тоже оказавшие, каждая по-своему, влияние на развитие психологии в нашем веке.

Психология в XX столетии

Развитие социальной и экономической сферы в XX веке и появление целого ряда новых областей человеческой деятельности породили новые задачи как в научной, так и в технической области. Кроме того, под влиянием новых точек зрения, возникших в психиатрии, и открытий в физиологии нервной системы зарождающаяся наука психология стала искать новые направления исследований, первыми робкими шагами, предпринятыми структуралистами функционалистами, последовало выдвижение ряда новых подходов; и вившиеся концепции, нередко противоречившие друг другу, большей частью опирались на те представления о человеке, которых придерживался основатель того или иного направления. Одни видели в человеке вещество-объект, вылепленное средой или детерминированное либо своими инстинктами, либо условиями и впечатлениями детства; для других это было существо-субъект, которое способно, осознав свои возможности, в любой момент изменить предначертанную ему судьбу; то есть и рассматривали его как общественное существо, поведение которого во всех случаях окажется плодом его взаимодействий с партнерами или с группой, к которой он принадлежит. Одни придавали главное значение развитию поведения, другие — эмоциональности, третьи -интел­лекту или мышлению.

Чтобы лучше понять пути развития психологии в конце XX века, полезно будет сделать краткий обзор вклада, внесенного каждым из этих основных ее направлений.

Бихевиористский подход

Критика функционализма, как мы видели, положила начало разви­тию бихевиоризма-направления, преобладающего в американской пси­хологии вплоть до настоящего времени. Его основатель, Дж. Б. Уотсон (J.B. Watson), провозгласил в 1913 году, что психология получит право считаться наукой лишь после того, как она выработает объективный подход — к исследуемым явлениям.

Подобно химику, который изучает плавление какого-то металла и которого интересует только изменение его состояния при данной температуре, психолог должен ограничиваться описанием и количест­венной оценкой форм поведения, возникающих в данной ситуации.

Предложенная Уотсоном схема S-R означает, что каждой ситуации (или стимулу-S) соответствует определенное поведение (или реак­ция — R).

Бихеовиористы считали, что с помощью этой схемы можно объяснить любую деятельность человека, а все понятия, связанные с созна­нием, следует изгнать из сферы научной психологии, по их мнению, например, выражения «этот ребенок боится собаки» или «я влюблен в эту женщину» в научном плане не означают ничего. Согласно бихевиористам, осознание» субъектом таких явлений слишком субъективно и совершенно бесполезно для исследователя. Напротив, объективные описания («слезы и дрожь у ребенка усиливаются, когда к нему прибли­жается собака, и слабеют при удалении собаки», или «при встрече с этой женщиной сердце у меня бьется сильнее, а зрачки расширяются») дают возможность количественно оценить эти формы поведения и «измерить» чувство страха или степень увлеченности.

70 Глава 2

За несколько лет до этого русский физиолог И. П. Павлов и его группа при изучении данных, полученных при исследовании поведения животных в лаборато­рии, очень скоро натолкнулась на ряд трудностей, связанных с искусст­венными условиями, в которых проводятся эксперименты. Так, ут­верждения бихевиористов о том, что любое поведение всецело обуслов­лено научением, подверглись сомнению со стороны этологов, проводя­щих полевые исследования в природе. Этологи, как мы видели в предыдущей главе, выяснили врожденную основу большинства форм поведения, наблюдаемых у различных животных.

Сравнительно недавно возникшая социобиология доходит даже до утверждения, что в основе всех форм социального поведения человека лежат врожденные структуры, присущие ему так же, как и всем другим представителям животного мира. Так, наш образ жизни, который, как мы считаем, создали мы сами, на самом деле в значительной мере определяется нашими генами.

Хотя эти новые данные расширили уже имевшиеся знания о поведе­нии человека, они были подвергнуты сомнениям, иногда фундаменталь­ным, со стороны представителей научной психологии.

Психофизиология. Познание функций миллиардов клеток, состав­ляющих нашу нервную систему, еще только начинается. Тем не менее благодаря созданию все более сложных приборов уже есть возможность выявлять многочисленные связи между нервными структурами и пове­дением индивидуумов.

Изучая эффекты, возникающие при раздражении с помощью вжив­ленных электродов или при повреждении различных участков мозга, удалось выяснить, например, важнейшую роль «примитивных» мозго­вых структур, которые имеются у всех животных и у человека и служат центрами таких процессов, как эмоции, проявления инстинктов или сон. Эти методы позволили также пролить свет на механизмы зрения, слуха и даже некоторых форм памяти. Все более глубокое изучение механиз­мов действия гормонов, химических передатчиков (медиаторов) и мно­гих лекарственных препаратов дало возможность лучше понять, чем обусловлен эффект некоторых стимуляторов и как можно облегчить или, наоборот, блокировать передачу информации в нервной системе.

Рис. 2.12. Австрийский ученый Конрад Лоренц (1903-1989)-один из основателей современной этологии. Широко известны его работы по импринтингу у гусей (см. гл. 1), а также книга «Агрессия», в которой он выдвигает идею о том, что «нормаль­ная» агрессивность человека искажена в результате создания изощренных видов оружия, и это приводит к риску самоуничтожения человечества.

Рис. 2.13. Наблюдения Джейн Гудолл над шимпанзе в лесу показали, что поцелуи у них так же обычны, как и у людей, и служат, выражением симпатии или приветствием.

Этология. Этология и зоопсихология пытаются понять, каким обра­зом врожденные механизмы, направляющие возникновение и развитие поведения, дополняются влиянием среды, с которой они вступают во взаимодействие.

Согласно взглядам этой школы, лишь все больше углубляя наши знания о низших организмах, мы сможем лучше понять основы поведе­ния и его эволюции в царстве животных. Например, работы Лоренца по механизму импринтинга или изучение развития пения у зяблика помогут нам многое узнать о происхождении социального поведения или об обмене информацией у высших организмов.

Более того, эволюционная теория учит нас, что человек – в конечном счете лишь один из видов отряда приматов, который просто дальше продвинулся в своей эволюции, чем другие. За последние два десяти­летия возросло число исследований в одном из разделов этологии: речь идет об этологии человека, цель которой – осветить биологические осно­вы человеческой природы (см. рис. 2.13). Один из путей достижения этой цели состоит в систематическом сборе данных о способах выражения эмоций, о чувствах и различных социальных взаимодействиях у предста­вителей различных культур. Касается ли это таких элементарных форм поведения, как улыбка или нахмуривание бровей, поцелуй или угро-

72 Глава 2

жающий кулак, роли социальных структур в отношениях между родите­лями и детьми или иерархической организации в группе индивидуумов этология человека утверждает, что во всех случаях существуют некие «универсальные» проявления, свойственные всем представителям вида Homo sapiens. Следовательно, человек, подобно всем животным, запро­граммирован, и навыки, которые он приобретает в течение жизни, могут реализоваться лишь в пределах заложенной в нем программы.

Социобиология. Это новое направление, ставшее популярным в США после публикации в 1975 году книги Уилсона (Е. Wilson). В своих представлениях о природе человека оно идет гораздо дальше, чем этология. Социобиологию определяют как «науку, систематически изу­чающую биологические основы всех форм социального поведения». Она пытается синтезировать данные, собранные экологией, этологией и эво­люционной теорией, обогащенной достижениями генетики. Социобио­логия утверждает, что живые существа постоянно конкурируют между собой, стремясь обеспечить себе наилучшие шансы на успешную переда­чу потомству своих генов, т. е. носителей наследственных признаков. Иными словами, все формы социального поведения, свойственные различным видам и в особенности человеку, существуют лишь постоль­ку, поскольку они обеспечивают передачу последующим поколениям возможно большего числа генов, исходя из чисто «эгоистических» принципов. Таким образом, идет ли речь о стремлении к власти или об альтруистическом поведении, о ксенофобии или о гомосексуализме, об отношении к религии или о морали – все эти аспекты человеческой деятельности проявляются только для того, чтобы дать индивидууму возможность передать дальше свой генетический материал. В таком случае организм – это просто некая машина, обеспечивающая сохран­ность генов, а разные формы его поведения – всего лишь стратегии для наиболее активного распространения этих генов.

Имея многочисленных сторонников, социобиологический подход встречает в то же время серьезные возражения. Некоторые критики подчеркивают ряд аспектов этой теории, которые они считают упрощен­ческими и даже абсурдными; сторонники социобиологии парируют такие замечания, указывая, что подобные упреки уже делались Дарвину, а между тем!… Самым сильным нападкам подвергается оправдание социальной несправедливости, которую такая теория как бы «вписыва­ет» в естественный порядок вещей. Другие критики упрекают социобиологию за усматриваемые в ней концепции сексизма и элитаризма (см. документ 2.9).

Окажется ли это направление в конечном счете лишь данью моде, или же оно получит признание под давлением фактического материала, собранного его создателями? Во всяком случае, несомненная его заслуга в том, что оно вызвало полемику о биологических основах социальной природы человека.

Что такое психология? 73

Когнитивный подход

Слово «когнитивный» происходит от латинского глагола cogno-знать. Психологи, сплотившиеся вокруг этого подхода, утверждают что индивидуумы — не просто машины, слепо и механически реагирующие на внутренние факторы или на события во внешнем мире. С когнитивной точки зрения разуму человека доступно нечто большее, чем информация, поступающая извне. Когнитивный подход состоит в основном в стремлении понять, каким образом мы расшифровываем информацию о реальной действительности и организуем ее, с тем чтобы проводить сравнения, принимать решения или разрешать проблемы, встающие перед нами каждую минуту.

Хотя когнитивная психология как отдельное направление возникла лишь в 60-е годы, а точнее с появлением труда Нейссера «Cognitive Psychology» (Neisser, 1967), ей предшествовал ряд течений, придержи­вавшихся такого же взгляда на функционирование человека.

Прежде всего следует сказать о немецкой школе гештальт-психологии, которую французы называли «психологией формы» и корни кото­рой восходят к фон Эренфельсу (von Ehrenfels, 1890). Это течение популяризировал в США Кёлер (Kohler) в порядке протеста против захвата основных позиций Уотсоном и его последователями.

Пиаже (Piaget) со своей стороны начиная с 1923 года показывал, что развитие интеллекта ребенка происходит в результате постоянных поис­ков равновесия между тем, что ребенок знает, и тем, что он стремится понять.

В недрах самого бихевиоризма психолог Толмен (Tolman, 1948) уже подверг сомнению схему S-R как слишком упрощенную и ввел между этими двумя членами важную, по его мнению, переменную-психические процессы данного индивидуума1, зависящие от его наследственности, физиологического состояния, прошлого опыта и природы стимула. Как мы видели, Бандура тоже отводит определенную роль в оценке послед­ствий нашего поведения процессам познания. Мы вернемся к этим аспектам теорий научения в главе 7, а пока дадим лишь краткую характеристику направлений, непосредственно вливающихся в русло когнитивной психологии.

Гештальтпсихология. Немецкое слово «гештальт» означает форму, организацию или конфигурацию. Гештальтизм, или психология формы, -течение, возникшее в Германии в начале нашего века. По мнению теоретиков этого учения, предметы, из которых состоит окру­жающая нас реальная среда, воспринимаются нашими чувствами не в виде отдельных элементов, которые должны интегрироваться либо сознанием, как полагали структуралисты, либо механизмами обуслов­ливания, как утверждают бихевиористы.

Для Кёлера (Kohler, 1921) и гештальтистов окружающий нас мир состоит из организованных форм и само наше восприятие этого мира также организованно.

1Видоизмененная схема Толмена имеет вид S-I-R, где I- индивидуум.

Рис. 2.14. Немецкий психолог Вольфганг Кёлер (1887-1967). Он был учеником Вертгеймера — осно­вателя гештальт -теории — и старался распростра­нить эту теорию в США в противовес бихевиоризму. Ему принадлежит также книга «Интеллект высших обезьян» (см. гл. 1).

Ряд следующих один за другим музыкальных тонов, воспроизводи­мых в определенном порядке и в заданном ритме, слагается в мелодию, которая есть нечто большее, чем простая последовательность звуков; если изменить порядок нот или изменить хотя бы одну из них, изменится вся мелодия. Значит, мы воспринимаем некое организованное целое, а не просто сумму его частей (рис. 2.15).

Возможно, что механизмы такой организации восприятии сущест­вуют еще до рождения. Некоторые наблюдения, по-видимому, под­тверждают эту гипотезу. Если, например, предъявить только что вылупившимся цыплятам мелкие предметы разной формы, то они будут клевать гораздо чаще округлые предметы, чем какие-либо иные. Это узнавание формы существенно для выживания, так как цыплятам не нужно «научаться» отличать зернышко от других предметов, более опасных или менее удобоваримых; эта «форма» как бы навязывается им с первых попыток выбора пищи. По-видимому, так же обстоит дело с младенцем: с самых первых недель жизни он проявляет больше интереса к форме различных элементов человеческого лица, чем к дру­гим особенностям этих элементов.

Хотя гештальтизм как таковой уступил место другим направлениям психологии, его вкладом в эту науку никак не следует пренебрегать. Действительно, многие концепции, выдвинутые гештальтпсихологами, вошли в различные разделы психологии — от изучения восприятия до динамики групп (сама группа-это тоже некое целое, отличное от простой суммы входящих в нее индивидуумов) (см. документ 2.10).

Конструктивизм. Пиаже-швейцарский психолог, известный своим конструктивистским подходом к умственному развитию индивидуума.

Рис. 2.b. Кто возьмется утверждать, что он видит на этом рисунке не крест, а семь точек? На первый взгляд это, конечно, крест; таким образом, целое, образуемое точками, совсем не то, что их простая сумма.

75

Рис. 2.16. Швейцарский психолог Жан Пиаже (1896-1980). Поставив перед собой задачу выяснить, каким образом индивидуум познает реальный мир, он пришел к изучению мышления и его развития у ребенка.

В результате своих исследований по формированию мышления и речи он пришел к выводу, что когнитивное развитие представляет собой резуль­тат постепенного процесса, состоящего из последовательных ступеней или стадий (Piaget, 1936).

Ребенок, пытаясь понять окружающую действительность, постоянно сталкивается с новыми проблемами, нарушающими уже сложившиеся у него представления о мире. Согласно Пиаже и конструктивистам, фактором, побуждающим ребенка искать новые ответы на эти пробле­мы, является внутренний процесс «уравновешивания». Именно таким путем ребенок шаг за шагом преодолевает ступени познания, которое дает ему возможность подступаться ко все более и более сложным областям (см. документ 2.11).

Это продвижение вперед определяется совместным воздействием созревания нервной системы, опыта обращения с различными предмета­ми и таких социальных факторов, как язык и воспитание. Здесь нет ничего врожденного. По мнению Пиаже, наследственно и потому при­суще всем людям только функционирование интеллекта. Этим объяс­няется то, что все дети проходят различные стадии в одной и той же последовательности, причем некоторые проходят через все стадии, тогда как у других развитие тормозится или блокируется на каком-то этапе из-за недостатка одного или нескольких необходимых факторов.

Взгляды Пиаже значительно отличаются, таким образом, от взгля­дов бихевиористов, которые утверждают, что ребенок даже в очень раннем возрасте при надлежащем воспитании и обучении мог бы освоить, например, алгебру.

Когнитивная психология. На фоне слабостей бихевиористской модели, неспособной удовлетворительно объяснить такие явления, как язык, память, рассудочное мышление или мысленные образы, в США рас­пространялось, главным образом в 70-е годы, направление, названное когнитивной психологией. Его сторонники утверждают, подобно Толмену, что любая ассоциация между стимулом и реакцией создается сначала в мозгу.

76

Кроме того, данные теории информации и ее приложения к вычисли­тельным машинам, а также исследования в области развития речи позволяют по-новому понимать механизмы усложнения психических процессов.

Число исследований в этой области, во всех ее направлениях посто­янно растет, так что лидера или главного теоретика как такового в ней нет. Среди наиболее перспективных тем следует назвать изучение мыс­ленных образов, в частности работы Косслина (Kosslyn, 1975), и особенно процветающее направление — анализ организации памяти (Tulving, 1972). Отметим также вопрос о мотивации, которую прежде считали «движу­щей силой» наших действий; сейчас представители когнитивной психо­логии рассматривают ее скорее как «селективный механизм», выбираю­щий из возможных форм поведения ту, которая лучше всего соответст­вует состоянию психики или планам данного индивидуума (Bolles, 1974; Deci, 1975; Nuttin, 1980).

При знакомстве с направлениями исследований в когнитивной психо­логии создается впечатление, что она вновь поднимает темы, увлекав­шие структуралистов и функционалистов в начале века. Однако между этими двумя эпохами есть принципиальное различие; оно порождено тем благотворным влиянием, которое оказал на психологию бихевио­ризм, заставивший соблюдать абсолютную строгость экспериментов, обеспечивать контроль, а главное -подбирать такие определения и такие переменные, которые были бы операциональными, а не основывались на чистой интроспекции.

Психоаналитический подход
З.Фрейд.

которые изменили представление больными он пришел к выводам, XX века В частности представления о психике существовавшие в начале

тельной степени няе? что наше поведение в значи -назвал влечениями ^я Т ельных сил, которые он

(Freud, 19ЙГ влияние на выбор «Р0*600™ и™ на творчество

ни вТидТрТзТи^ых^сг^ человека подавляются в наибольшей степе-именнс»он^ побуждаю^^^^^^^ ограничений. А между тем, по Фрейду,

гии (либидо) происхо^г^^^ Деиствовать-именно благодаря их энер-

зрелости (см ^умТнт 2 ^тепмнное развитие личности и достижение аномалии o^cSc^ неуяовп гие черты ^^УУ^ и «<^bie •ными подавлениГэтиЛ^е^Тв0'^^^^^^^^^^^^^ и -Ф—————' -зван- Что такое психология? 77 Рис. 2.17. Австрийский психиатр Зигмунд Фрейд (1856 -1939) основатель психоанализа. Изучение психических расстройств привело Фрейда к созда­нию теории подсознательного, основанной на ди­намике влечений. Фрейдизм часто критиковали, иногда очень резко, указывая, что его концепции почти невозможно проверить экспериментально. Тем не менее нельзя отрицать, что выдвинутые Фрейдом концепции ниспро­вергли целый ряд представлений, особенно касающихся детства и сек­суальности. Кроме того, Фрейд ввел немало понятий, вошедших в современную психологию и побудивших к изучению многих феноменов. Последователи Фрейда делают главный упор на социальное значение кризисов, происходящих в процессе формирования индивидуума. Это относится, в частности, к Эриксону (Erikson), теорию которого мы рассмотрим в главе, посвященной развитию личности. Гуманистический подход Это направление зародилось в Калифорнии в 50-е годы. Его называ­ют гуманистическим, так как оно основано на вере в возможность расцвета каждого человеческого существа, если предоставить ему воз­можность самому выбрать свою судьбу и направлять ее. Таким обра­зом, стержень гуманистической идеи - оптимистический взгляд на при­роду человека. По Роджерсу (Rogers, 1961), в каждом человеке от рождения заложено стремление полностью реализовать себя, и он наделен силами, необхо­димыми для развития всех своих возможностей. Однако воспитание и нормы, установленные обществом, более или менее эффективно принуждают его забыть о собственных чувствах или потребностях и принять ценности, навязанные другими. Роджерс утверждает, что при таком положении вещей личность развивается совсем не так, как следовало бы в идеале. В этом отклоне­нии и кроется источник неудовлетворенности и аномалий поведения, из-за которого страдают многие люди. 78 Рис. 2.18. Американский психолог Карл Роджерс (1902-1987) - один из самых известных представи­телей гуманистической школы. Его терапевтический метод основан на том, чтобы дать больному воз­можность осознать свои истинные чувства и само­стоятельно идти к реализации своих способностей. Другой психолог - Маслоу (Maslow, 1962; рис. 2.19)-выдвинул гипо­тезу, согласно которой по причинам, сходным с указанными Роджерсом, возможности людей удовлетворить свои основные потребности очень часто бывают ограничены, а это препятствует возникновению и удов­летворению потребностей более высокого уровня, таких как самоуваже­ние или самореализация. Гуманистический подход дальше всех других отходит от научной психологии, отводя главную роль личному опыту человека. По мнению гуманистов, индивидуум способен к самооценке и может самостоятель­но находить путь к расцвету своей личности (см. документ 2.13). 1Главная претензия, предъявляемая гуманистам, состоит в том, что субъективность их подхода затрудняет установление разницы между мнением человека о самом себе и тем, что он есть на самом деле; например, человек может считать, что он превзошел себя, выдвигая и отстаивая идеи, направленные на благоденствие человечества, не сознавая, что в повседневной жизни он ведет себя как законченный эгоист. Социлыю-психологический подход Человек - существо общественное, которому, для того чтобы выжить, необходим целый ряд социальных связей. Постоянное взаимодействие со своими партнерами формирует его личность во всех аспектах, какие только можно себе представить. Социальная психология выделилась как самостоятельный раздел науки к середине нашего века. Она стремится понять и объяснить, почему данная форма поведения вызывается тем, а не другим аспектом социальной среды (Zajonc, 1965). Она изучает в числе прочего тот факт, что большая часть наших социальных восприятии больше зависит от истолкования данной ситуации, чем от самой этой ситуации (Kelley, 1967); социальная психология пытается показать, каким образом наши чувства и наши мысли формируются в результате влияний, оказываемых людьми друг на друга (Asch, 1951; Festinger, 1957; Schachter, 1959; Moscovici, 1979). Рис. 2.19. Американский психолог Абрам Маслоу (1908-1970) – создатель иерархической теории по­требностей и самореализации, к которой он пришел, изучая жизнь великих людей и людей, сумевших добиться полной самореализации. Таким образом, описанное направление нельзя назвать собственно школой, а перечисленные имена далеко не отражают всего многообразия социально-психологических исследований. Эти исследования позволяют получать сведения, необходимые для расшифровки природы человека, поскольку они уточняют, как формируются отношения, устанавливают­ся связи, происходят социальные изменения, создается лидерство неко­торых индивидуумов или развиваются конформизм и подчинение авто­ритету (см. документ 2.14). Заключение Все описанные здесь школы и направления, очень часто придержи­вающиеся несовместимых концепций, легко могут привести в замеша­тельство тех, кто впервые приступает к изучению психологии и стре­мится найти истину (см. гл. 10 и 12). Чему верить? К какому примкнуть лагерю? Для того чтобы это стало яснее, можно «рассортировать» различные школы в соответствии с их представлениями о том, как формируется поведение индивидуума. Можно, например, для каждого из существующих направлений попытаться ответить на следующие вопросы: рассматривается ли пове­дение как врожденное или приобретенное? какими факторами оно детерминируется - внутренними или внешними? ориентировано ли оно в определенных направлениях или формируется в зависимости от обсто­ятельств? Является ли поведение врожденным или приобретенным? Многие направления, в том числе этология и особенно социобиология, а также гештальтизм придают важное значение врожденным факторам в ста­новлении различных форм поведения. Гуманисты полагают, что человек рождается с тенденцией реализо­вать свои возможности в максимальной степени. Психоаналитики, напротив, утверждают, что, даже если мы и насле­дуем некоторые инстинкты, главная роль в формировании личности принадлежит событиям, пережитым в детстве. 80 Глава 2 Таких же взглядов придерживаются конструктивисты, принадлежа­щие к школе Пиаже. По их мнению, человек наследует только способ функционирования интеллекта, так как последний может развиваться лишь путем ряда приобретений, представляющих собой результат взаимодействий индивидуума с различными предметами, главным обра­зом в первые 12 лет жизни. Что касается социальных психологов и особенно бихевиористов, то становление личности, по их мнению, в большой мере зависит от наших взаимодействий с окружающей средой, как физической, так и социаль­ной. Является ли развитие индивидуума направленным? Многие школы психологов выдвигали идею о поэтапном развитии, при котором все индивидуумы проходят определенные стадии в одинаковой последова­тельности. Такого мнения придерживаются, например, психоаналитики со своей концепцией развития личности и конструктивисты - с концеп­цией развития интеллекта. Этологи и социобиологи считают, что поведение определяется прог­раммой, имеющейся от рождения, в которой точно зафиксированы направления развития различных форм поведения. Гуманисты тоже считают, что направление развития организма предопределено и что он стремится к единственной цели – к достижению полного расцвета. Неко­торые теоретики говорят даже о преднамеренности в характере раз­вертывания различных стадий жизни. Одни лишь бихевиористы сводят развитие к реакциям на последова­тельные ситуации и выработке условных рефлексов при разнообразных обстоятельствах, с которыми сталкивается индивидуум, независимо от того, в какой момент жизни это происходит. Детерминированы ли мы или обладаем возможностью свободного выбора? Кто мы - существа-объекты или существа-субъекты? Для бихевиористов и социобиологов нет никакого сомнения, что мы в основном детерминированы; первые утверждают, что нас детермини­рует среда, в которой мы живем, а вторые, напротив, считают, что детерминация вписана в наши гены и в механизмы, которые мы наследуем. По мнению психоаналитиков, человека детерминируют условия, в которых протекало его детство, и подавленные желания, обусловлен­ные этим опытом. Согласно конструктивистам, становление интеллекта завершается с наступлением зрелости. Следовательно, умственное развитие опреде­ляется тем, как могли формироваться соответствующие структуры в детстве. Только гуманисты склонны верить в существование свободной воли, позволяющей каждому человеку направлять свою жизнь в зависимости от того, что он сможет осознать. Что такое психология? 81 Теории и социально-экономический контекст. Независимо от силы выдвигаемых доводов и строгости аргументации нет сомнений в том, что каждый из этих подходов имеет свою историю, вписывается в опре­деленный социально-экономический контекст и связан с определенным философским представлением о человеке. Наука всегда остается одной из областей деятельности человека, и как бы она ни старалась сохранить свою независимость, она должна платить дань существующей системе и тому обществу, в котором она развивается. К психологии это относится, пожалуй, в еще большей мере, чем к другим наукам. Возникновение бихевиоризма в США совпало по времени с быстрым развитием промышленности, которым было отмечено рождение капи­тализма. Эта система могла лишь приветствовать такое представление о человеке, согласно которому его поведение может принимать те или иные формы в соответствии с возникающей в данный момент ситуацией; практические приложения этой теории, такие как введение конвейеров или развитие рекламы, не заставили себя долго ждать. Аналогичным образом исследования Павлова вполне соответствовали коммунисти­ческим идеям в СССР; образ человека, формирующегося в соответствии со своей средой, совпадал с представлением о новом человеке, которого предстояло создать. Фрейд жил в Вене, в удушающей буржуазной среде, где всякое проявление сексуальности сурово подавлялось; вероятно, именно на этой почве (по крайней мере отчасти) возникли те его интерпретации, которые в настоящее время вызывают особенно сильные возражения. Взлет гуманистического направления в психологии произошел в Ка­лифорнии в 60-е годы. Неудивительно, что этот оптимистический взгляд на человека был встречен с распростертыми объятиями в атмосфере «мира и любви», царившей в ту эпоху. Точно так же социобиологическая теория, появившаяся во время кризиса, который начался в конце 70-х годов, содержала все необходимое, чтобы увлечь моралистов, заботя­щихся об общественном порядке и готовых принять мысль, что такой порядок уже предусмотрен в естественном ходе вещей. Эклектический подход. Было бы, однако, чрезмерным упрощенчест­вом во всех случаях судить о значении или роли той или иной теории по ее благосклонному приему данной социальной системой. Наибольшие успехи были достигнуты в результате столкновения идей, выдвинутых различными школами. Среди противоречивых направлений много таких, которые потерпели поражение в первой половине XX века. Возникновение и развитие множества разногласий между разными школами достигли апогея в 50-е годы; затем споры стали затихать и к настоящему времени постепенно угасли. Сегодня наступает согласие по ряду важных вопросов - различия сглаживаются по мере углубления наших знаний. Теперь психологи отбирают в каждой из существующих теорий и используют те концепции, которые, по их мнению, проливают больше света на то или иное явление. Такой эклектический подход приводит Глава 2 Рис. 2.21. Немецкий философ Христиан Вольф (1679— 1754). Он впервые ввел в философский язык термин «психология» в своих книгах «Рациональная психология» и «Эмпирическая психология», опубликованных в 1732 - 1734 годах. Для греков этот миф был классическим образцом истинной любви, высшей реализации человеческой души. Поэтому Психея-смертная, обретшая бессмертие, -стала символом души, ищущей свой идеал. Что касается слова «психология», образованного из греческих слов «psyche» (душа) и «logos» (учение, наука), то оно появилось впервые только в XVIII веке в работе немецкого философа Христиана Вольфа. Документ 2.3. Душа и тело: 1+1=2 или 1 + 1 = I? Представление о человеке, состоящем из нематериальной души, управляющей материальным организмом, -это дуалистическая концеп­ция, восходящая, как мы видели, к доисторическим временам. В научной психологии, однако, утвердилось представление о том, что наши восприятия, наши чувства или мысли -это всего лишь результат жизнедеятельности нервных клеток, объединенных в один орган -голов­ной мозг, который представляет собой лишь одну из составных частей организма. Это монистическая концепция, разделяемая большинством современный ученых; по их мнению, нет никакой необходимости искать объяснение психических функций мозга не в материальных процессах, происходящих в организме, а где-то еще. Как мы увидим в документе 5.2, современные физические теории побудили некоторых ученых расширить этот монистический взгляд, распространив его на всю Вселенную. Поскольку Вселенная построена из волн и частиц, находящихся в непрерывном взаимодействии, в приро­де существует некий всеобщий интеллект, который возрастает по мере усложнения материи -от камня до самых высокоорганизованных су­ществ. Что касается человека, то он всего лишь одно звено в этой огромной совокупности. Подобный взгляд нельзя считать несовместимым с религиозными концепциями, которых придерживаются многие из тех же ученых. Он никак не затрагивает наши личные верования. Как подчеркивает Хебб Что такое психология? 85 (1974), «не может быть никакого конфликта между религией и научным методом. Научная теория пытается подойти к истине путем последовательных приближений и поэтому не может быть догма­тичной. Документ 2.4. Четыре этапа, составляющие научный метод Научный подход стремится освещать факты как можно более объек­тивно с целью их исследования и сопоставления, а не для подтверждения заранее принятой теории. Научный метод слагается в основном из четырех этапов, которые все ученые, будь то физики, психологи или астрономы, проходят в одинако­вой последовательности. Первый этап состоит в формулировке и постановке проблемы, нахо­дящейся в центре интересов ученого. Эта проблема обычно предстает в форме какого-то вопроса. На втором этапе формулируется гипотеза, т. е. предположительный ответ на поставленную проблему, опирающийся на уже известные факты. Поэтому такой ответ всегда носит декларативный характер1. Третий этап состоит в проверке гипотезы или, иными словами, в выявлении экспериментальным путем фактов, которые подтвердили бы ее или опровергли. Наконец, четвертый этап - это интерпретация экспериментальных данных с целью создания теории. Если какая-то теория уже существует, то полученные данные, в случае их достаточной убедительности, позво­лят усовершенствовать ее или же пересмотреть, а может быть, и отбро­сить. Чаще всего этот четвертый этап приводит к новым гипотезам, которые в свою очередь позволяют продвинуть исследования дальше. Документ 2.5. В лаборатории Вундта в 1879 году Поставим себя на место испытуемого, который впервые входит в эту первую лабораторию экспериментальной психологии... Что он там увидит? В зависимости от цели проводимого исследования испытуемому дают возможность воспринимать те или иные феномены: перед ним возникают разные краски, их яркость уменьшается или возрастает; они сопровождаются или не сопровождаются звуками... 1При исследовании новой проблемы, относительно которой еще нет никаких данных, второй этап пропускают и переходят к третьему - к постановке экспе­римента, «чтобы что-что усмотреть». 86 Глава 2 Испытуемый сидит в удобной позе. Его уже ознакомили с методом экспериментальной интроспекции, который состоит в том, чтобы осо­знавать происходящее и описывать его в момент воздействия стимула. Испытуемого просят описать словами ощущения, вызванные в нем стимулом, и в частности связь между ощущением и сопровождающим его чувством: «красный цвет возбуждает», а «синий, как мне кажется успокаивает»; «этот пронзительный звук более неприятен, чем пред­шествующий» и т. п. Экспериментаторы пытаются таким образом исследовать содержа­ние сознания, т. е. элементы «мыслительной материи», которыми для структуралистов служат ощущения, чувства и образы; они стараются идентифицировать качества этих элементов и установить, как создаются связи между ними. Документ 2.6. Функционалисты и роль сознания Первые работы о навыках и о роли сознания в их образовании принадлежат главным образом сотрудникам и ученикам Джеймса -Энджеллу (Angell), Холлу (Hall) и Дьюи (Dewey). Приведем пример. Когда человек учится водить машину и впервые садится за руль, все его чувства обострены; глаза прикованы к дороге и ко всему, что на ней находится. Все его мышцы напряжены, руки сжимают руль, поза скованная, а ноги на педалях совершенно утратили гибкость; он целиком поглощен всем происходящим и собственными действиями. Но чем больше проходит времени, - тем его движения становятся точнее, напряженность исчезает; осознанность производимых действий уменьшается до такой степени, что вскоре он ведет машину почти автоматически. Человек может проехать десятки километров без того, чтобы в тысячах совершенных за это время движений потребова­лось участие сознания. Он может быть занят чем-то другим (любоваться пейзажем, разговаривать с пассажиром и т. п.). Именно так функционалисты объясняют выработку новых навыков и ту функцию, которую выполняет при этом сознание, помогая организ­му обучаться. Документ 2.7. Структуры и функции Хотя подходы структуралистов и функционалистов кажутся про­тивоположными, они некоторым образом дополняют друг друга. Оба подхода нужны и вполне совместимы. Такой двойной подход к явлениям мы находим во всех гуманитарных науках. Этнолог, относящий себя к структуралистам, описывает все элемен­ты данной культуры - от земледельческих орудий до обычаев, пытаясь установить существующие между ними связи. Если же он придержива­ется функционалистского подхода, он будет пытаться объяснить уста­новление тех, а не иных обычаев их функциями в изучаемой культуре. Так же рассуждает и экономист, пытающийся понять суть какой-либо экономической системы, или социолог, старающийся разобраться в социальных явлениях. Рис. 2.22. Форд модели Т в начале века был одной из самых многочисленных автомашин на дорогах США. Именно в эту эпоху сотрудники Джеймса пытались выяснить роль сознания в обучении. Другие науки, например биология, тоже используют эти два подхода: анатомия описывает различные части организма и связи между ними, а физиология изучает их функционирование и условия, которые на него влияют. С этим дуализмом мы встречаемся также и в большинстве учебников психологии (и настоящая книга не составляет исключения): с одной стороны, описание различных аспектов поведения (ощущения, восприя­тия, чувства, мотивации и т.п.); с другой - подход к изучению адаптации человека (индивидуальной или групповой) к различным обстоятельст­вам жизни. Документ 2.8. Утверждение бихевиористской веры Уотсона В своей книге «Бихевиоризм» (Watson, 1924) Уoтcoн утвeрждая веру в бихевиористское представление о человеке, писал: «дайте мне десяток здоровых нормальных детей и дайте возможность воспитать их так, как я считаю нужным; гарантирую, что, наугад, взяв любого я сделаю его тем, кем задумаю: врачом, юристом, коммерсантом и даже нищим или вором, независимо от его данных, способностей, призвания или расы его предков», естественно Уотсон уверен в том, что наследственность не имеет существенного 88 Глава 2 значения для развития склонностей и личности индивидуума и что будущее последнего зависит в основном от воспитания. Именно поэтому он настаивал, как это сделает после него Скиннер, чтобы воспитанием занимались специалисты, способные обеспечить систематическую вы­работку надлежащих условных связей. В настоящее время столь резко выраженную позицию уже никто не поддерживает. Очевидно, что если даже создание условных связей и играет важную роль в актах выбора, которые совершают индиви­дуумы на протяжении своей жизни, то в этом участвуют и другие переменные, и сегодняшние психологи, в том числе бихевиористы, научились учитывать это. Документ 2.9. Социобиология и размножение Для того чтобы лучше понять, каким образом социобиологи объяс­няют разные формы социального поведения, приведем в качестве при­мера гипотезы, выдвинутые одним из них - Р. Трайверсом (R. Trivers), -о стратегиях мужчины и женщины в размножении и в проявлениях сексуальности. «У человека половой акт, ни к чему практически не обязывающий мужчину, для женщины может означать необходимость значительной затраты сил на протяжении 9 месяцев, а потом, если она пожелает -на протяжении еще 15 лет, что уже весьма существенно. Правда, мужчина нередко участвует в родительских заботах в течение этого периода, однако это вовсе не обязательно». «После рождения ребенка женщина в общем-то может в любой момент прекратить заботы о ребенке; но в таком случае она теряет все, что вложила в него раньше. При таком неравенстве вкладов мужчина может оптимизировать свои шансы на оставление многочисленных потомков, совокупляясь со многими женщинами, а затем бросая их; некоторые из этих женщин, в одиночку или с помощью других людей, вырастят своих потомков. У тех видов, у которых самцы принимают на себя часть забот о детенышах, оптимальная для самца стратегия должна, вероятно, быть компромиссной: помогать одной самке вы­ращивать потомство, не упуская при этом возможности оплодотворять других самок, которым он помогать не будет». Неудивительно, что при таких гипотезах, оправдывающих a priori полигамию или другие формы поведения, противники социобиологии могли называть ее сексистской теорией. Документ 2.10. Младенцы и гештальт Ряд установленных в последнее время фактов, очевидно, подтвержда­ет представления гештальтистов, а также этологов относительно за­программированности некоторых перцептивных и когнитивных ме­ханизмов. Что такое психология? В конце 70-х годов Боуэр и его сотрудники в Эдинбургском университете многократно продемонстрировали реакции новорожденных на мир различных предметов. Они показали, что младенец на 14-й день способен адекватно реагировать на определенного рода раздражители (Bower 1977). Так ребенок без колебаний схватывает реальный объект, находящийся в пределах досягаемости. Если же с помощью специального приспособления над кроваткой ребенка проецируют трехмерное изображение этого предмета, ребенок проявляет сильнейшую панику, выражающуюся в плаче и учащении сердечного ритма, всякий раз, когда его ручки хватают пустоту, хотя он собирался «прикоснуться» к уви­денному предмету. Точно так же, если проецируют «тень», приближающуюся к лицу ребенка, перед которым она внезапно расширяется симметричным образом, он проявляет типичную реакцию отворачивания головки, а также ускорения сердечного ритма. Если же эта «тень» увеличивается асимметрично, как бы проходя стороной, ребенок на нее никак не реагирует. Объяснить эти факты научением, произошедшим в таком раннем возрасте, было бы трудно. Приходится поэтому думать о генетической запрограммированности, позволяющей ребенку с первых дней жизни реагировать на некоторые формы, или паттерны (как их называют англоязычные авторы) или гештальты (как их называют немцы). Документ 2.11. Пятилетний ребенок и «равновесие» Вот разговор с ребенком, сходный с опытами, которые проводил Пиаже и которые привели его к созданию его теории умственного развития. Пятилетнему ребенку показывают два одинаковых пластилиновых шарика и спрашивают его: - Как ты думаешь, в одном шарике столько же пластилина, сколько в другом? Мальчик смотрит на шары, взвешивает их на руке, а потом заявляет: - Да, столько же. - Ты вполне уверен? -Да. - Хорошо... Смотри: я беру один из шариков и катаю его между ладонями, делая из него колбаску. А теперь ты тоже думаешь, что в шаре столько же пластилина, сколько в колбаске? - Да нет, в колбаске его больше. - Ты уверен в этом? - Конечно! Ты же видишь, она больше шара; значит, пластилина в ней больше. - Пусть так. А теперь посмотри, что я делаю. Я опять беру колбаску и превращаю ее снова в шар. Готово. Ну, как ты думаешь, а теперь в них поровну пластилина? - Ну, конечно! Теперь поровну. Рис. 2.23. Ребенку в возрасте 4-5 лет кажется, что в колбаске больше пластилина, чем в шаре, даже если колбаска получилась из такого же шара. Такие ответы ребенка вызывают улыбку. А между тем более или менее сходные реакции можно наблюдать у большинства детей того же возраста и, по-видимому, независимо от их культурного уровня. Только между 6 и 8 годами почти все дети соглашаются, что количество пластилина одинаково, какую бы форму ему ни придавали. Как объяснить эти факты? Правильное понимание создается в том случае, если пятилетний ребенок имел ранее возможность убедиться, что более крупный предмет содержит большее количество вещества. Непонимание возникает при наличии двух предметов, одинаковых по количеству материала, но разных по форме. При этом ребенок обычно отвечает в соответствии с тем, что ему уже известно, и связывает изменение количества с изменением формы. Равновесие восстановится в возрасте 6-8 лет, когда ребенок будет способен устанавливать «различие между общими признаками двух предметов и их разными свойствами». В описанном случае ребенок достигнет этой стадии, когда он поймет, что длина колбаски создается за счет ее толщины. Документ 2.12. Повседневная жизнь и «бессознательное» «Заседание закрыто... Ах, простите... заседание открыто», объяв­ляет председатель; этой оговоркой он «бессознательно» выдал свое стремление закончить собрание как можно скорее. Что такое психология? 91 Женщина утверждает, что она ненавидит мужчин. Между тем ее часто посещают одни и те же кошмары: они преследуют её по ночам от которых она не может убежать либо потому, что схвачена за ногу, либо потому, что упала... Только внезапное пробуждение дает ей возможность выйти из этого «затруднительного» Маленький мальчик говорит, что он «обожает» свою младшую сестренку. Однако каждую ночь его застают у изголовья девочки: он наблюдает за ней и прислушивается к ее дыханию... а не умрет ли она во сне? Некоторые писатели, музыканты или художники «одержимы» тема­ми сексуальности или извращений, что проявляется в большинстве их произведений. Прославленный хирург в самом деле «артистически» действует скаль­пелем и иглой. Его мать, однако, любит напоминать, что демонстри­руемое им теперь спокойствие плохо сочетается с жестокостью по отношению к животным и даже к собственным братьям и сестрам, которую он проявлял в детстве и за которую ей постоянно приходилось его отчитывать. Все эти примеры, по мнению психоаналитиков, доказывают сущест­вование подсознательного и подавленных влечений, которые его пере­полняют и непрерывно пытаются выйти наружу в форме оговорок, сновидений, наклонностей, произведений искусства или в избираемой профессии (в этом смысле актер и преподаватель, когда они целиком отдаются своему делу, -всего лишь эксгибиционисты, хотя они и не знают этого). Документ 2.13. Путь к самовыражению Согласно Маслоу (Maslow), путь к осуществлению потенциальных возможностей индивидуума - к его самореализации - открывается лишь после удовлетворения его насущных потребностей (см. рис. 6.3). Физиологические потребности (есть, пить, спать и т.п.), без удов­летворения которых ничто другое невозможно, всегда выступают на первый план. За ними следует потребность в защищенности (укрыться в убежище, избежать опасности, обеспечить завтрашний день и т. п.); ее удовлетворение создает возможность для развития потребности в хоро­шем отношении (быть любимым, быть принятым в определенном обществе, принадлежать к группе, в которой с тобой считаются, и т. п.). Если потребности этих трех категорий удовлетворяются, то в по­ведении могут возникнуть новые черты, невозможные прежде. Так, вместо того чтобы систематически подчиняться мнению боль­шинства или властей, индивидуум будет все больше прислушиваться к собственным чувствам. Он вновь обретет дар восхищаться миром, которым он обладал в детстве. У него будет возникать все более сильное желание отказаться от рутины, испробовать что-то новое, обратиться к новым целям, соглашаясь даже усердно работать, если это работа, 92 Глава 2 которую он выбрал сам. Он будет стараться оценивать факты как можно более объективно, готовый к тому, чтобы стать непопулярным, если его взгляды не совпадают со взглядами большинства. Индивидуум будет принимать на себя все большую и большую ответственность, избегая «разыгрывать комедию», чтобы спасти лицо. Все эти действия способствуют развитию у индивидуума самоуваже­ния и, что самое главное, постепенно превращают его в творческую личность, интенсивно живущую тем, что преподносит жизнь, в личность способную заботиться о других людях и о благополучии человечества. Он достигает, таким образом, стадии самореализации. Все это, разумеется, идеальный путь, который может пройти лишь бесконечно малая часть индивидуумов. Можно считать, что более 90% людей останавливаются на уровне поисков защищенности и хорошего отношения, поглощающих всю их энергию. Кого в этом винить? Никого и всех. Не может быть сомнений, что только общество, в котором все равны и структура которого благоприятствует полному развитию каждого, способно обеспечить возможность полной самореализации наиболь­шему числу его членов. Считать ли это утопией, или надежда все же существует? Документ 2.14, Покорность и пытка В 60-е годы социальный психолог С. Милгрэм (S. Milgram) изучал проблему послушания и доверия к авторитету. Милгрэм объявил своим испытуемым, что он хочет исследовать воздействие наказания на заучивание слогов. Он хотел, чтобы испытуе­мый играл роль «учителя», который должен наказывать «ученика» все более сурово за каждую новую ошибку. Затем он помещал испытуемых перед рядом кнопок, нажатие которых вызывало удары тока напряже­нием от 15 до 450 вольт (последнее напряжение может причинить сильные страдания и серьезные физические повреждения). «Ученик» сидел в соседней, комнате на стуле, окруженном электрическими про­водами. Милгрэм настойчиво объяснял испытуемым-«учителям», что исполь­зование ударов тока составляет важную часть опыта и что опыт потеряет всякий смысл, если его требования не будут выполняться. После этого добропорядочные отцы семейств, миролюбивые люди, посылали ученику, несмотря на его стоны, разряды в 75 вольт, а затем, не реагируя на его мольбы, удары тока от 150 до 300 вольт; такие напряжения вызывали у ученика крики боли. И все это только потому, что экспериментатор, сидевший рядом с «учителем», приказывал ему продолжать «обучение». Две трети испытуемых, выполнявших роль «учителя», до самого конца полностью подчинялись экспериментатору, хотя последний не обещал покарать их или вознаградить1. Милгрэм, однако, не обнаружил никаких различий между личными качествами тех, кто доводил эксперимент до конца, и того меньшинства, которое отказывалось продолжать его. Такие эксперименты показывают, как «нормальные» люди, которые в силу своего воспитания привыкли подчиняться, способны к бесчеловеч­ным действиям и к тягчайшим преступлениям из-за уважения к власти. Вполне вероятно, что этого достаточно, чтобы объяснить зверства, совершавшиеся нацистами во время второй мировой войны, или все те физические и психологические пытки, которым подвергают людей в на­ши дни во многих странах. 1На самом деле «ученик» не подвергался воздействию тока; его роль играл ассистент экспериментатора, который давал ошибочные ответы и симулировал страдание при «наказаниях». Резюме 1. По-видимому, люди начали задумываться над существованием некоего духовного начала, направляющего их поведение, в очень далекие доисторические времена. 2. Первые теории, выдвигавшиеся для объяснения поведения, при­влекали для этого факторы, внешние по отношению к индивидууму, будь то «тень», обитающая в теле и покидающая его после смерти человека, или боги, которых считали ответственными за все действия людей. Глава 2 3. Греческие философы, в особенности Аристотель, выдвигали идею о существовании души, находящейся в единстве с телом и контро­лирующей мысли и чувства, которые опираются на опыт, накапли­ваемый в течение жизни. 4. Философы средневековья, не располагая новыми данными, не смогли продвинуть вперед изучение психики. Лишь в XVII веке благо­даря теориям Декарта зарождается современная психология, в основе которой лежит представление о соотношении между нервной системой и поведением. Однако Декарт все еще полагал, что за действия человека ответственна душа. 5. Разделение между естественными науками и философией про­изошло в основном в XVII веке. Эмпирическое направление привело к созданию научного метода и открыло возможность изучать факты путем наблюдений и экспериментов, исходя из гипотез, которые под­лежат проверке. 6. В XVIII веке психология тоже отделилась от философии, пытаясь заменить изучение «души» изучением сознания и процессов мышления. 7. Научная психология родилась, однако, лишь в конце XIX века в результате применения научного метода в лабораториях. В этом участвовали две школы, занимавшие в то время видное место: структу­ралисты, пытавшиеся описать структуры, лежащие в основе сознания, и функционалисты, изучавшие его адаптивную роль. Однако метод интроспекции, используемый, хотя и по-разному, обеими школами, все еще сильно страдает субъективизмом. 8. В начале XX века бихевиористы заявили, что если психология хочет стать настоящей наукой, то она должна опираться исключительно на поведенческие акты, доступные для объективного наблюдения, и на их связь с теми ситуациями, которые их вызывают. Согласно теории бихевиористов, поведение индивидуума в основном определяется средой и поэтому в принципе укладывается в схему S-R (стимул-реакция). 9. Биологический подход, которого придерживаются психофизиологи, ставит своей целью понять, как различные формы поведения связаны с функционированием нервной и гормональной систем. Что касается этологов и социобиологов, то они исследуют биологические основы природы человека, пытаясь объяснить его развитие как реализацию заложенной в него от рождения видоспецифической программы. 10. Когнитивный подход делает упор на то, что формирующиеся в мозгу человека знания и выводы идут дальше той простой ин­формации, которую мозг получает из внешней среды или уже содержит в себе от рождения. Согласно гештальтистам, исходная запрограм­мированность определенных внутренних структур уже заранее ориенти­рует ряд перцептивных и когнитивных процессов, тогда как по мнению конструктивистов наследственно детерминированные интеллектуаль­ные функции создают возможность для постепенного, шаг за шагом, построения интеллекта в результате активных воздействий индивидуума на среду. Со своей стороны когнитивная психология пытается выяснить 95 способы совершенствования мыслительных процессов и переработки информации. 11. В центре внимания психоаналитического и гуманистического подходов находится развитие личности. Если для психоаналитиков поведение отдельного человека детерминируется прошлым опытом, который был вытеснен в подсознание, то для гуманистического направления оно, напротив, ориентировано на самореализацию в соответствии с потенциальными возможностями каждого из нас. 12. Социально-психологический подход видит в индивидууме лишь общественное существо, находящееся в постоянном взаимодействии с другими, чем и определяется по большей части его поведение не­зависимо от индивидуальных особенностей. 13. Каждый из этих различных подходов характеризуется собствен­ным представлением о человеке, его происхождении и формировании. Это вызывало множество конфликтов между школами, но сейчас они постепенно затихают. По существу все больше и больше психологов избирают эклектический подход. 14. В процессе эволюции психологии предлагалось немало опре­делений этой науки. В настоящее время ее определяют как научное исследование поведения и внутренних психических процессов и практи­ческое применение получаемых данных. Литература Общие работы Chatlan J., Gratiot-Alphandery H., Doron R., Cazayus P., 1977. -Les grandes psycho­logies modernes, Bruxulles, Dessart. Consier J., 1970. Clef pour la Psychologie, Paris, Seghers. Ouvrage collectif, 1972. Les 10 grands de la psychologie, Paris, CEPL. Reuchlin M. (1974). Histoire de la psychologie (У edition), Paris, P. U. F., Que sais-je? n° 732. Sahakian W.S., 1981. History of Psychology, Itasca 111, F.E., Peacock Publ. Цитированная литература Asch S.Ј., 1951. "Effects of group pressure upon the modification and distorsion of judgement", in: H. Guptskow (Ed.), Groups, leadership and men, Pittsburgh, P. A., Carnegie. Bandura A. (1965). "Influence of Model's reinforcement contingencies on the acquisitions of imitative responses", Journal of Personality and Social Psychology, 1, P. 589-595. Bolles R.C., 1974. "Cognition and Motivation: Some historical trends", in: B. Weiner (Ed.), Cognition views of human motivation. New York, Academic Press. Bower T.G.R., 1977. Primer of Infant Development, San Francisco, Freeman. Chauvin R., 1975. L'ethologie, etude biologique du comportement animal, Paris, P. U. F. Condillac de E.B., 1754. Traite des sensations, Paris. Fechner G.T., 1860. Elemente der Psychophysik, Leipzig. 96 Глава 2 Festinger L.A., 1957. A theory of cognitive dissonance, Stanford, California, Standforri University Press. Freud S., 1976. Psychopathologie de la vie quotidienne, Paris, Payot. Hume D., 1739. A Treatise of Human Nature, London. Kosslyn S. M. (1975). "Information representation in visual image", Cognitive Psychology, п°7, р. 341-370. Locke J., 1690. An essay concerning human understanding, Londres. Maslow A. H., 1962. Toward a Psychology of Being, Princeton, G.J., Van Nostrand Mi/gram S., 1974. Soumission a 1'autorite, Paris, Calrnann-Levy. Moscovici S., 1979. Psychologie des minorites actives, Paris, P.U.F. Neisser U., 1967. Cognitive Psychology, New York, Appleten Century Crofts. Neisser U., 1976. Cognitive and Reality. Principles and implications of cognitive psychology, San Francisco, W. H. Freeman. Pavlov I. P., 1927. Conditioned Reflexes, London, Oxford University Press. Piaget J., 1936. La naissance de 1'intelligence chez 1'enfant, Neuchatel, Delachaux et Niestle. Rogers C.R., 1961. On Becoming a Person, Houghton-Miffm. Ruwet J. C., 1969. Ethologie, biologic du comportement, Bruxelles, Dessart. Schachter S., 1959. The Psychology of Affiliation, Standford, California, Standford University Press. Skinner B.F., 1928, The Behavior of Organisms, Englewood, Cliffs, N.J., Prentice Hall. Thines G., 1966. Psychologie des animaux, Bruxelles, Dessart. Thorndike E. L., 1911. Animal Intelligence, Experimental Studies, New York, MacMillan. Trivers R. (1971). "The evolution of reciprocal altruism", Quarterly Review of Biology. n°46, p. 35-57. Tulving E., 1972. "Episodic and semantic memory", dans E. Tulving et W. Donaldson (Eds.), Organisation of Memory, New York, Academic Press. Watson J.B. (1913). "Psycholody as the behaviorist views it", Psychological Review.
n°20, p. 158-177.

Watson J.B. (1924). Behaviorism, New York, Norton. Wilson E.O., 1975. Sociobiology: The new synthesis, Cambridge, Harvard University

•Press, Zajonc R.B. (1965). «Social Facilitation», Science, n° 149, p. 269-274.

Материал для самопроверки
Заполнить пробелы

1. Одно из первых объяснений функционирования разума сводилось к идее о некой …… заключенной в теле.

2. Древние греки считали, что за мысли и поступки людей ответственны……

3. Согласно Платону, ….. обитает в теле в течение жизни человека, а после его смерти переходит в ……

4. Для Аристотеля разум (психика) — это одна из ….. тела.

5. В средние века объяснение мира и сущности человека опиралось одновремен­но на взгляды ….. и на ……

6. По мнению Декарта, действия организма определяются …… находящимися в головном мозгу.

7. представление о том, что тело выполняет свои функции механически под контролем «разумной души», известно под названием ……

8. …-это философское течение, делающее главный упор на роль разума в приобретении знаний.

9. Эмпирики считают, что любое знание может быть приобретено лишь ……

10. Естественные науки, развитие которых началось в XVII в., претендуют на свою принадлежность к ….. направлению.

11. -это предположение, высказанное на основании уже установленных фактов.

12. По представлениям философов-эмпириков XVIII в., ощущения комбиниру­ются по ….. принципу.

13. В XVIII в. изучение души заменяется изучением ….. и …..

14 Первая лаборатория психологии была основана ….. в ….. г.

15 По мнению структуралистов, сознание можно разложить на психические …..

16 Метод ….. состоит в том, что испытуемый описывает ощущения, возникаю­щие у него при воздействии того или иного стимула.

17. Функционалистский подход основан на изучении приобретения ……

18. По мнению основателя ….. Уотсона, любые действия человека можно объяснить с помощью схемы ……

19. Согласно необихевиористам, к которым принадлежит Скиннер, поведение всегда детерминируется своими ……

20. Теория социального научения выдвигает тезис о том, что человек склонен ….. поведению других людей, которые служат, таким образом, ……

21. Изучением связей между нервными структурами и поведением занимается…

22. Этология человека ставит своей целью выявить ….. человеческой природы.

23. Социобиология утверждает, что живые существа все время …… чтобы обеспечить передачу своих ….. следующим поколениям.

24. Для гештальтистов восприятие -это некое организованное …… ….. от суммы составляющих его частей.

25. По мнению Пиаже и конструктивистов, когнитивное развитие осуществляется по ступеням, или ……

26. Изучением организации памяти, воображения и других познавательных психических процессов занимается ….. психология.

27. Согласно теории …… многие черты личности обусловлены половыми влече­ниями, подавлявшимися в детстве.

28. По мнению психологов гуманистического направления, любому индивидууму свойственно врожденное стремление к полной ……

29. Как показала социальная психология, большая часть личных качеств индиви­дуума формируется в результате его постоянного ….. с другими людьми.

30. ….. подход заимствует из всех существующих теорий наиболее полезные в том или ином случае концепции и использует их.

Верно или неверно?

1. Аристотель был одним из первых философов, рассматривавших разум как неотъемлемую часть живого организма.

2. Представление о человеке, выдвинутое Декартом, вытекает из монистической концепции.

3. в основе научного метода лежит проверка гипотез.

4. Элементаристская доктрина Вундта имела целью выявить функции сознания.

98 Глава 2

5. Экспериментальная интроспекция -научный метод, главный недостаток которого в его субъективности.

6. По мнению бихевиористов, только поведение, поддающееся наблюдению может быть объективно описано.

7. Этология стремится понять, каким образом врожденные механизмы могут функционировать независимо от среды.

8. Гештальтисты считают, что наше восприятие мира создается из элементов которые мозг научается организовывать.

9. Пиаже выдвинул идею о том, что наследуется только способ функциониро­вания интеллекта.

10. Когнитивная психология утверждает, что в основе любого поведения лежит тот или иной мыслительный процесс, который совершался ранее.

11. Гипотезы, выдвинутые в теории Фрейда, ниспровергли многие идеи, особенно в области сексуальности.

12. Гуманистическая точка зрения на развитие личности исходит скорее из пессимистического представления о природе человека.

13. Все современные теории подчеркивают важность врожденных факторов в психологическом развитии индивидуума.

14. В настоящее время в психологии наблюдается тенденция четко определять те аспекты, на которых неизбежно должны сталкиваться взгляды представите­лей разных школ.

15. Из современного определения психологии следует исключить анализ поведе­ния в пользу анализа внутренних психических процессов и приложения полученных данных.

Выбрать правильный ответ

В «Илиаде» Гомер приписывал поведение своих героев

а) капризу богов;

б) «животному разуму»;

в) душе.

г) Все ответы неверны.

2. Философия Аристотеля

а) делает упор на знание и мудрость;

б) рассматривает душу как функцию тела;

в) ставит своей целью познание Вселенной и царящего в ней порядка.

г) Верны все ответы.

3. Философы средневековья

а) полностью отвергали доктрину Аристотеля;

б) опирались в своих исследованиях на богословов;

в) пытались защищать догматы христианской религии.

г) Все ответы неверны.

4. Декартова концепция человека

а) дуалистична;

б) отвергает идею души как сущности человека;

в) опирается на разум, освещаемый верой.

г) Все ответы неверны.

5. Эмпирики XVIII в. делали упор на

а) роль ощущений;

б) скорее на опыт, чем на разум;

в) принцип ассоциации идей.

г) Верны все ответы.

99

6. Научный метод

а) рационалистичен;

б) состоит главным образом в проверке гипотез;

в) субъективен.

г) Верны все ответы.

7. Первая психологическая лаборатория была создана

а) Вундтом;

б) в 1732 г.;

в) для изучения функций сознания.

г) Верны все ответы.

8. Функционалистский подход начала века

а) никогда не оспаривался;

б) отвергает использование интроспекции;

в) делает упор на адаптивную роль сознания;

г) отрицает существование сознания.

9. Схема S-R делает упор на

а) объективное описание поведения;

б)бесполезность концепции сознания;

в) соответствие между реакцией и данным стимулом.

г) Верны все ответы.

10. Этология занимается

а) биологическим изучением поведения;

б) стратегиями, используемыми для передачи генов;

в) поведением животных, но не поведением человека.

г) Все ответы неверны.

11. Когнитивный подход настаивает на том, что

а) индивидуум реагирует подобно машине;

б) разум человека обладает большей информацией, чем та, которую он получает извне;

в) нашим поведением управляют подавленные влечения;

г) мозг функционирует путем ассоциации идей.

12. Согласно Пиаже, все дети

а) проходят одни и те же стадии развития мышления;

б) проходят через все стадии развития мышления;

в) рождаются умными.

г) Верны все ответы.

13. По теории Фрейда либидо-это энергия,

а) соответствующая потребности в самореализации личности;

б) возникающая в результате подавления полового влечения;

в) лежащая в основе жизненных влечений;

г) лежащая в основе взаимодействий между людьми.

14. Гуманистический подход

а) носит детерминистский характер;

б) направлен на расцвет потенциальных возможностей индивидуума

в) основан на изучении приемлемых форм поведения.

г) Верны все ответы.

15. Эклектический подход ставит своей целью

а) отбросить данные, полученные разными направлениями;

б) выбрать наиболее полезные концепции и методы;

в) доказать обоснованность определенных взглядов.

г) Все ответы неверны.

Ответы на вопросы

Заполнить пробелы

^^^^^T^l^s^T.^^^^^^

^^^^-=^г^^=^^^

15-элементы; 16-интроспекций; 17 -н^ков ? бихеви^пизмТТв 1879;

последствиями; 20-подражать, моделями; 21 -психоФизиоло^^^^^^^^^ ‘9-ческие основы; 23 — конкурируют между собой гено^^Г цело2 логи-25-стадиям; 26 — когнитивная; 27 — психоанализа 28\я’ oтличнoe;

взаимодействия; 30-Эклектический. ихоанализа’ 28-самореализации; 29-

Верно или неверно

H-^-H3^’ 4-н; 5-в; 6 в; 7^ 8-н; ^ 10-^ «-В; 12-Н; 13-Н;

Выбрать правильный ответ

1 -а; 2-г; 3 -г; 4-а; 5-г; 6-б; 7-а- 8-15 — г.

в; 9-г; 10-а; 11-б; 12-а- 13-в; 14-6;

ГЛАВА 3 ЧЕМ ЗАНИМАЮТСЯ ПСИХОЛОГИ?

Введение

Название «психология» все еще окутано завесой тайны для тех, кому не приходилось соприкасаться с этой наукой. Однако число студентов, впервые приступающих к изучению психологии с целью приподнять эту завесу, достаточно велико. Они надеются таким образом глубже познать себя, а главное — овладеть методами, позволяющими лучше понимать других людей и в конечном итоге воздействовать на них.

В главе 2 мы показали, по каким направлениям развивалась психоло­гия в XX веке, и обрисовали трудности, с которыми приходится сталкиваться при попытках понять природу человека и происхождение различных форм его поведения. Кроме того, мы старались устранить или по крайней мере сгладить представление о психологе как о врачевателе души, умеющем глубоко проникать в мысли и чувства людей, способном ясно понять их тайные замыслы, а прежде всего — помочь им изменить свою судьбу.

Этот портрет очень мало соответствует действительности. Несом­ненно, есть люди, как женщины, так и мужчины, изначально обладаю­щие особым «даром» контактности и непринужденного общения, что позволяет им выслушивать других и оказывать им известную мораль­ную поддержку или подводить их ближе к ответам на те или иные вопросы. Но как объективно установить, можно ли считать удовлетворе­ние, получаемое «клиентом» от такого общения, показателем какого-то реального, а не воображаемого успеха? Сколько приходится на одного психолога, достойного этого звания, шарлатанов в этом деле, чья «профессия» находится под защитой закона лишь в немногих странах?

Психология, как мы видели, может продвигаться вперед только при условии методичного исследования механизмов, лежащих в основе поведения; только применение научного метода позволяет получить такие сведения и объективно оценить результаты того или иного воздействия. А единственную гарантию серьезного проведения такой работы дает солидная подготовка психолога. Эта подготовка может, однако, осуществляться разнообразными способами, подчас весьма далекими от того, каким они должны быть по представлениям широкой публики.

Психологи, как и представители других наук, делятся на две катего­рии: одни заняты поисками новых знаний, а другие -их приложением. Первых интересуют теоретические аспекты; они наблюдают изучаемые явления в естественной обстановке или в лаборатории, стараются

102 Глава 3

интерпретировать полученные результаты и систематизировать их, с тем чтобы создать схемы, объясняющие поведение. Именно к ним относится главным образом все то, что говорилось до сих пор.

Психологи второй категории более многочисленны. Это к ним непосредственно обращаются люди, которые с трудом приноравлива­ются к различным сторонам повседневной жизни, как интеллектуаль­ным, так и эмоциональным. Некоторые из этих психологов, кроме того, призваны помогать своими советами при организации управления раз­личными видами человеческой деятельности. В своих действиях они опираются на накопленные теоретические знания и в своей повседневной практике проверяют обоснованность этих знаний и выявляют в них слабые места.

ПСИХОЛОГИЯ И ЕЕ РАЗДЕЛЫ

Прежде чем приступить к рассмотрению теоретической психологии и используемых в ней методов исследования, мы остановимся на той категории психологов, с которой чаще всего можно встретиться в повседневной жизни, т. е. на психологах-практиках.

Прикладные области

Среди психологов, непосредственно обслуживающих своих ближних, одни занимаются проблемами отдельных людей в случаях эмоциональ­ных или социальных кризисов, другие стремятся помочь решению проблем, возникающих в области образования или производственной деятельности, третьи создают программы для привлечения внимания людей к различным общественным мероприятиям или непосредственно участвуют в таких мероприятиях.

Некоторые работают в собственных частных кабинетах, а другие -в школьных управлениях, в общественных, правительственных или част­ных учреждениях. Кроме того, нельзя забывать о всех тех, кто преподает психологию в средних специальных учебных заведениях, институтах и университетах, иногда совмещая это с научно-исследовательской рабо­той или с помощью обществу.

Мы вкратце опишем функции некоторых из этих профессиональных психологов.

Клинический психолог

Его роль не следует путать с ролью психиатра. Клинические психоло­ги работают главным образом в больницах и центрах психического здоровья или в консультационных кабинетах. Чаще всего они имеют дело с людьми, которые жалуются на состояние тревоги, выражающееся в функциональных расстройствах эмоционального или сексуального плана или же на трудности в преодолении неурядиц повседневной жизни. Психолог должен уяснить себе проблему путем бесед с пациентом или психологического обследования, с тем чтобы выбрать и в конечном счете применить наиболее подходящую терапию (см. доку­мент 3.1).

Чем занимаются психологи? 103

Психолог-консультант

Главная задача психолога-консультанта состоит в том, чтобы по­мочь людям, не нуждающимся в психотерапии; к нему в основном обращаются с проблемами, касающимися отношений между людьми, чаще всего супружеских или семейных. В таких случаях он должен облегчить налаживание конструктивного диалога между супругами или между родителями и детьми, с тем чтобы они могли разрешить свои проблемы (см. документ 3.2).

Сексолог пытается оказать помощь людям, озабоченным сексуальны­ми проблемами. В зависимости от серьезности этих проблем он может либо просто помочь клиенту осознать какие-то психологические барье­ры, либо -в случае более сложных дисфункций психологического про­исхождения — предложить соответствующее лечение.

Большую работу проводят и психологи-консультанты, участвующие в работе различных центров по предупреждению самоубийств и разного рода организаций по борьбе с наркоманией или преступлениями против личности, жертвами которых чаще всего оказываются женщины и дети. Роль такого психолога состоит в том, чтобы помочь обществу осознать возникшие проблемы, нацелиться на них и постараться решить.

Школьный и промышленный психолог

Эти психологи-консультанты, работающие в двух разных областях, выполняют в сущности довольно сходные функции: помогают учащимся или служащим выбрать специальность или работу, наиболее соответст­вующую их интересам и способностям. Чаще всего их рекомендации бывают основаны на результатах собеседований или психологических тестов (рис. 3.1).

Школьному психологу иногда приходится оказывать психологичес­кую поддержку учащимся, у которых возникают трудности, связанные с процессом адаптации; психолог либо помогает учащемуся разрешить свои проблемы, либо рекомендует соответствующую психотерапию.

Что же касается промышленного психолога, то ему иногда поручают организацию программ обучения, направленных на повышение произво­дительности труда и чувства сопричастности к делу предприятия у служащих и рабочих. Он может выступать также в роли консультанта как рабочих, так и предпринимателей и играть важную роль в разреше­нии конфликтов между ними.

1В будущем его все чаще и чаще будут привлекать к пробуждению добросердечия у людей при распределении работы и разделении времени, связанных с реорганизацией деятельности предприятий.

Рис. 3.1. Психологические тесты. Со времени разработки в начале XX в. первых тестов для оценки уровня умственного развития детей школьного возраста было создано много новых, в частности, для определения способностей и интересов. Однако получаемые при этом данные следует интерпретировать с осторож­ностью, поскольку поведение человека нельзя объяснить на основании нескольких ответов при опросах, проводимых с помощью одних лишь бумаги и карандаша.

С другой стороны, накопление знаний о мотивациях потребителей приводит к тому, что управляющие предприятиями по производству и торговле потребительскими товарами обращаются к психологам за помощью в стремлении создать оптимальные условия для продвижения товаров на рынок, для рекламы и наилучшего использования торговых площадей.

Педагогический психолог и психолог-эргономист

Если роль школьного или промышленного психолога состоит глав­ным образом в том, чтобы помочь индивидууму приспособиться к школьной или производственной среде, то в функции педагогического психолога и психолога-эргономиста, напротив, входит улучшение усло­вий обучения или труда, с тем чтобы они как можно лучше соответство­вали потребностям и способностям учащихся или рабочих.

Педагогический психолог занимается разработкой наиболее эффек­тивных методов обучения; в частности, он использует при этом откры­тия когнитивных психологов и теоретиков, занимающихся исследова­нием процессов обучения.

Чем занимаются психологи? 105

Последнее время некоторые педагогические психологи стали специалистами в области «управления классом», помогая преподавателям выработать в себе такие психологические и социальные навыки, которые позволяют создать в школе приятную и продуктивную атмосферу.

Со своей стороны психологи-эргономисты на основе накопленных знаний о поведении людей дают рекомендации конструкторам машин и их устройств, с которыми будут иметь дело рабочие. В этом смысле психолог -эргономист должен одинаково хорошо судить о наилучшем расположении как рычагов управления ротационной машиной, так и кнопок и циферблатов на приборной доске в кабине пилота или же уметь оценивать интенсивность шума и освещенность, приемлемые для челове­ка в данных условиях (рис. 3.2).

Другие разделы практической психологии

В различные области человеческой деятельности все больше и боль­ше проникают и психологи других специальностей.

Психология рекламы занимается оценкой нужд или ожиданий потре­бителей, создавая, если представится случай, спрос на подлежащий сбыту продукт, будь то зубная паста или избирательная программа политического деятеля (рис. 3.3).

Юридическая психология стремится гуманизировать взаимоотноше­ния между исправительными учреждениями и заключенными или между последними и их семьями. Знания о поведении человека, которыми владеют специалисты, дают им возможность помогать судам назначать преступникам такие меры наказания, которые способствовали бы их возврату в общество.

Военная психология разрабатывает главным образом способы совер­шенствования методов командования или укрепления связей между разными группами. Она занимается также изучением методов, применяемых партизанами, и способов внедрения в войска агентов противни­ка.

Рис. 3.2. Роль психолога-эргономиста состоит в том, чтобы консультировать конструкторов машин или транспортных средств, когда они разрабаты­вают различные устройства для управления этими машинами. Сложность приборной доски пассажир­ского самолета показывает, зачем это нужно.

106 Глава 3

Рис. 3.3. Психология сыграла большую роль в развитии рекламы. Она создала стимулы, способные пробуждать, зачастую несколько извращенным способом, потребности покупателей. Использование женского тела в роли «катализатора» продажи товаров не раз вызывало серьезные протесты.

Психология религии пытается понять и объяснить поведение верую­щих в целом или представителей различных сект (рис. 3.4).

Экологическая психология занимается изучением наиболее эффектив­ных способов улучшения условий в населенных пунктах и различных местах, где протекает деятельность человека. Особое внимание она уделяет проблемам шума, загрязнения среды токсичными веществами и накопления отбросов, характерного для нашего общества потребления.

Рис. 3.4. В связи с появлением множества религи­озных сект в 70-е годы возникла потребность изу­чать причины зарождения и развития религиозных чувств и связанных с ними позиций людей.

107

Существуют также специалисты по психологии творчества, стремящиеся понять опыт художника и его формирование у индивидуума. В этих областях трудно отделить теоретиков от практиков; поскольку одни и те же люди изменяют и свои взгляды на данную тему и используемые методы в зависимости от получаемых резуль­татов.

ОБЛАСТЬ НАУЧНЫХ ПОИСКОВ

Каждый день выявляются новые факты, применяются новые методы, создаются и испытываются новые способы оценки результатов. Из них лишь немногие сразу находят себе применение, тогда как другие оста­ются в тени или же вообще забываются в зависимости от моды или потребностей общества. Назначение науки – накапливать факты незави­симо от того, как их можно будет использовать. Пути познания неисповедимы.

Психологические исследования могут проводиться в рамках ряда типичных тем: психическое развитие индивидуума, базовые свойства личности и ее эволюция, социальные и межличностные взаимодействия. Все это вполне четко очерченные разделы, знание которых будет обогащаться данными исследований, проводимых по большей части «в естественной обстановке».

Проводятся также фундаментальные исследования, не относящиеся к какой-либо конкретной области психологии. Их проводят чаще всего в лаборатории, используя обычно экспериментальный метод, на котором мы остановимся в конце этой главы. Разнообразие изучаемых тем и новизна гипотез определяются при этом любознательностью, воображе­нием и изобретательностью исследователей, а также свободой, которую предоставляет руководитель своим сотрудникам.

Генетическая психология

Ученые, занимающиеся генетической психологией, пытаются понять, как происходит психическое развитие человека с первых часов его жизни и до смерти (рис. 3.5).

До недавнего времени главное внимание уделялось детству и отро­честву, которые казались основными этапами в развитии человека. Однако постепенно центр тяжести все больше перемещался на аспекты жизни, связанные со зрелостью, старостью и приближением смерти — этапами, которые в неменьшей мере порождают кризисы и напряжен­ность у людей соответствующих возрастов. Вскоре появился также целый ряд исследований, показавших, что девять месяцев внутриутроб­ной жизни — очень важный этап психологического развития; значительная часть восприятий младенца и его связей с миром зарождается еще в утробе матери. Глава 10 будет целиком посвящена синтезу данных, полученных в этой области.

Рис. 3.5. Генетическая психология пытается понять, как развивается поведение с раннего внутриутробного периода до самого конца жизни.

Психология личности

Чем занимаются психологи? 109

Социальная психология

Область социальной психологии уже была нами ранее очерчена. Чтобы дать представление о сложности взаимоотношений, складываю­щихся между людьми, достаточно добавить, что социальная психология выработала целый ряд своих собственных методов, для применения которых нередко требуется немалая изобретательность. В этом можно убедиться на примере эксперимента, проведенного Милгрэмом (см. документ 2.14).

Фундаментальные исследования

Узнав о психологах, занятых фундаментальными исследованиями, люди, озабоченные проблемой рентабельности, всегда задают себе вопрос: зачем это нужно?

Наиболее многочисленные исследования касаются главным образом таких явлений, как научение и его законы, действие мотивационных факторов, развитие таких когнитивных процессов, как восприятие, память, мышление, речь или решение задач. Некоторая доля (5-10%) исследований проводится исключительно с целью углубить наши знания о поведении.

Для некоторых исследований необходимо применение особых мето­дов или высокая квалификация, и поэтому ими занимаются более узкие специалисты.

Так, психофизиология изучает физиологические и биохимические изменения, происходящие в нервной системе. Она пытается установить связь между ними и различными аспектами человеческой активности: функционированием памяти, регуляцией эмоций, сном и сновидениями. Методы исследований здесь весьма разнообразны — от вживления элект­родов в головной мозг до использования приборов, измеряющих часто­ту сердечных сокращений, регистрирующих электрическую активность головного мозга или кожные реакции и т. п.

Психофармакология призвана испытывать лекарственные вещества и активные факторы, синтезируемые в фармакологических лабораториях, с тем чтобы описать их воздействия на поведение подопытных животных. Лишь после проведения бесчисленных испытаний и анализа полученных результатов то или иное вещество может быть передано для испытаний на людях и только затем выпущено в продажу (см. документ 3.3).

Зоопсихология использует методы, принятые в психологии, чтобы дополнить данные этологов о поведении различных видов животных она старается лучше понять то, что составляет специфику человеческой природы, устанавливая родственные связи человека с животным миром. Что касается парапсихологии, то здесь исследователь слишком часто бывает вынужден работать на самой границе официально признаваемой науки. Цель его состоит в том, чтобы проверить, существуют ли в действительности те психологические явления, которые невозможно

110 Глава 3

объяснить на современном уровне наших знаний. Если есть возмож­ность, он пытается выявить элементы, позволяющие найти место этих проявлений в рамках нормальной жизнедеятельности организма, и установить условия, в которых они возникают. При проведении экспери­ментов в области парапсихологии следует тщательнейшим образом выверять методологию и проявлять крайнюю осторожность в интерпре­тации результатов (см. досье 5.1).

В этих специализированных разделах фундаментальных исследова­ний все чаще и чаще можно встретить психологов, занятых проблемой искусственного интеллекта. Они пытаются методом моделирования на вычислительной машине лучше понять, как происходит процесс мышле­ния у человека, а также использовать машину для развития у работаю­щих на ней детей новых навыков мышления и исследования задач (см. досье 9.2).

Методы психологии

Как мы убедились, психологию можно считать наукой, поскольку она использует научные методы, чтобы описывать и объяснять поведе­ние. Чаще всего используются описательные методы, с одной стороны, и экспериментальный метод — с другой.

Описательные методы

Как показывает их название, описательные методы отводят исследо­вателю роль наблюдателя. Он никогда не вмешивается в наблюдаемое явление, а ограничивается тем, что описывает его как можно более объективно.

Наблюдение в естественных условиях

Наблюдение в естественных условиях -самый простой, но и самый скучный метод. Наблюдатель должен держаться в стороне, чтобы оставаться незамеченным, или же так хорошо смешаться с группой, чтобы не привлекать к себе внимания. При этом он должен замечать и оценивать все события, имеющие отношение к явлению, подлежащему описанию.

Самая большая трудность связана с тем, что можно легко смешать существенное с второстепенным или же интерпретировать некоторые события, исходя из того, что ожидает увидеть наблюдатель, а не из того, что происходит на самом деле. Один из способов избежать этого состоит в том, чтобы вооружиться магнитофоном, фотоаппаратом или видеокамерой, что позволит регистрировать поведение и в случае необходимости многократно демонстрировать записи разным наблюда­телям и систематическом наблюдении внимание должно быть сосредоточено на одном определенном аспекте поведения, с тем чтобы как точно описать именно те его характеристики, изучению которых обращено данное исследование.

Для этого часто используют опросники или карты наблюдения, в которые включены различные элементы, требующие внимания: частота и формы поведения (сколько раз она возникает в определенный промежуток времени), его интенсивность (с учетом условий, в которых на проявляется), как она возникает и как исчезает и т. п. Такого рода наблюдения позволяют сконцентрировать внимание исследователя на существенных моментах, не отвлекая его на второстепенные детали.

Анкеты и тесты

Более структурированный способ решения той или иной проблемы связан с использованием, если это возможно, средств, выбираемых в зависимости от изучаемого явления.

Анкеты дают возможность получить информацию о больших груп­пах людей путем опроса какой-то части этих людей, составляющих репрезентативную (представительную) выборку. Конечно, анкеты дают достоверные результаты только при тщательной разработке предлагае­мых вопросов и при условии, что выборка достаточно точно отражает популяцию в целом. Крупные фирмы, занимающиеся зондированием общественного мнения, получают обычно результаты, отклоняющиеся от результатов опроса всей популяции не более чем на 3-4% в обе стороны (см. документ 3.4).

Что касается тестов, то это стандартизованный метод, используе­мый для измерения различных характеристик отдельных лиц, служащих объектами наблюдения. Предполагается, что они позволяют оценивать интеллектуальные или перцептивные способности, двигательные функ­ции или личностные особенности, порог возникновения тревоги или досады в определенной ситуации или интерес, проявляемый к тому или иному виду активности.

Тем не менее, как мы увидим в главе 9, при использовании тестов возникает много проблем. Одна из них, и немаловажная, связана со способом нормализации теста. Несомненно, результаты, полученные для одного испытуемого или для одной популяции, можно интерпрети­ровать лишь при сопоставлении их с результатами, полученными для выборки людей, прошедших проверку с помощью тех же тестов, и адекватно представляющими данного индивидуума или популяцию. Мы увидим, однако (см. документ 9.3 и досье 9.1), что это требование выполняется не всегда. В самом деле, метод тестов, оказывающийся иногда очень эффективным, нередко используют для подтверждения целей, относящихся скорее к области политики, чем науки.

112

Корреляционный анализ

Использование описанных выше методов позволяет провести более глубокий анализ данных, если есть возможность сопоставить друг другом результаты по двум или нескольким из наблюдавшихся характе­ристик. Это позволит ответить на вопросы вроде «можно ли считать что 13-14-летние девочки более общительны, чем мальчики того же возраста?» или «наделены ли высокоинтеллигентные люди одновремен­но и большими творческими способностями?»

Для того чтобы ответить на эти вопросы, достаточно установить зависимость между различными данными, полученными в результате наблюдения или с помощью анкеты, или же подвергнуть испытуемых тестам. В первом случае надо сравнить, например, оценки общитель­ности девочек с соответствующими оценками для мальчиков; во вто­ром — сопоставить оценки, полученные в тестах на уровень интеллекта, с оценками творческих способностей.

Подобные зависимости оцениваются главным образом с помощью статистических методов. Чаще всего при этом вычисляют коэффициент корреляции (см. приложение Б).

Преимущества корреляционного анализа очевидны: он позволяет по­лучить за очень короткое время множество данных для значительного числа испытуемых. Кроме того, этот метод можно применять в ряде особых случаев, в которых экспериментальный подход сопряжен с трудностями или даже невозможен (главным образом по этическим соображениям); примерами служит сбор данных о самоубийствах, о наркомании или о воспитании детей в неблагоприятных условиях. И наконец, корреляционный анализ позволяет получать информацию, основанную на более разнообразных выборках и более близкую к существующей в обществе реальности — в отличие от результатов экспе­риментов, проводимых в лаборатории, где часто используют одну и ту же популяцию студентов.

Этот метод, однако, не позволяет решить одну проблему, связанную с возможной интерпретацией зависимости, существующей между пере­менными. Например, при изучении агрессивности у детей (подробнее см. в досье 6.1) оказалось, что жестокие дети чаще других смотрят телевизи­онные фильмы со сценами жестокости. Означает ли это, что такое зрелище порождает в них агрессивность или, наоборот, жестокие зрели­ща привлекают самых агрессивных детей? Как определить, какая из этих двух переменных служит причиной, а какая — следствием? Корреляцион­ный анализ не дает ответа на подобные вопросы.

Случается также, что два фактора сходным образом варьируют и при отсутствии между ними причинно-следственной связи, а их вариации зависят от какой-то третьей переменной. Рассмотрим, например, ут­верждение, что чем больше человек потребляет марихуаны, тем выше вероятность, что он окажется пьяницей. Возможно, однако, что на самом деле причинной связи между этими двумя параметрами нет — просто существует зависимость между потреблением наркотиков вообще и личностью некоторых молодых людей, которые прибегают к наркотикам, чтобы забыть о своих проблемах. Интерпретация связи между двумя переменными очень часто зависит от смысла, который вкладывают в используемые термины. Это безусловно относится к понятию «ума». Можно ли, например, утверждать, что «чем данный школьник умнее, тем больше у него шансов достичь блестящих успехов в учении»? Это верно лишь в том случае, если под «умом» имеется в виду совокупность качеств, которых требует школа где особое значение имеет дисциплинированность (см. документ 9 2) Прекрасным примером, противоречащим приведенному утвержде­нию, служит Эйнштейн, который подростком с трудом адаптировался к школьной системе.

В некоторых классических исследованиях, например в работе Трайона (Тгуоп) (см. документ 3.5), методы описанного выше типа уже использовались для выяснения зависимости между наследственностью, умственными способностями и приобретением новых навыков или знаний.

Экспериментальный метод

Недостатки корреляционного анализа связаны с тем, что он позволя­ет лишь констатировать наличие какой-то связи между теми или иными параметрами, но не может доказать, что эта связь представляет собой причинно-следственную зависимость.

Наиболее эффективный способ выявления такой зависимости –вмешательство с целью установить, как наличие или отсутствие одного из факторов влияет на другой фактор. Именно такого рода вмешательство и составляет суть экспериментального метода.

Для того чтобы лучше понять, как производится такое вмешательст­во, проследим шаг за шагом действия экспериментатора, изучающего влияние наркотика на поведение.

Допустим, вы прочитали сообщение, в котором утверждается, что вдыхание марихуаны оказывает в зависимости от дозы различное воздействие на организм (вызывает учащение пульса, повышает арте­риальное давление, нарушает координацию движений и перцептивные функции и т. п.). Вы решаете проверить в лаборатории воздействие наркотика на координацию движений у испытуемых, впервые пробую­щих марихуану. При этом вы исходите из простой гипотезы: у тех, кто никогда не курил марихуану, после вдыхания дозы Х время реакции будет более продолжительным, а движения менее точными.

В вашем распоряжении имеется вычислительная машина, на которой запрограммирована «электронная» игра; цель игры состоит в уничтоже­нии ракет, появляющихся в разных участках экрана с нерегулярными интервалами. Это в сущности испытание точности движений, требующее очень быстрой реакции. Для того чтобы полученные данные были максимально объективными, машина сама считывает и закладывает в память различные промежутки времени между появлением, на экране

114 Глава 3

ракеты и «выстрелом» испытуемого; она же регистрирует попадания промахи, а также выдает окончательную оценку, вычисленную исходя и всех этих элементов.

Прежде всего следует набрать достаточное число добровольцев которые курят табак, но никогда не пробовали марихуану, и оценить их успехи «натощак», проведя, скажем, сеанс из 50 попыток. Полученная оценка служит базовой мерой, с которой будут сравниваться оценки получаемые в эксперименте.

Для проверки гипотезы достаточно подвергнуть наших добровольцев аналогичному испытанию через 30 минут после вдыхания марихуаны и сравнить полученные результаты с результатами первого сеанса. Но как интерпретировать различия между результатами?

Если оценки во втором сеансе ниже, чем в первом, то это можно объяснить действием наркотика, но в равной мере и усталостью или невниманием некоторых испытуемых, участвующих в игре во второй раз. Если же, напротив, вторые оценки выше, то этот результат, противоречащий гипотезе, можно тоже приписать действию наркотика, однако можно объяснить его и освоением игры, т. е. тренировкой, поскольку все сводится лишь к повторению того же испытания.

Таким образом, мы почти не продвинулись вперед по сравнению с тем, что дает корреляционный анализ. Как же сделать выбор между всеми этими интерпретациями? Проще всего было бы попросить наших испытуемых прийти в третий раз и снова провести испытание «нато­щак». Тогда удалось бы проверить, не проявляется ли эффект усталости или тренировки, усиливаясь от сеанса к сеансу. Это весьма эффективный способ, но он может показаться скучным испытуемым, которые не захотят приходить в лабораторию три дня подряд (особенно если они это делают добровольно).

Экспериментальная группа и контрольная группа

Другой, более надежный метод состоит в том, что исходную группу делят на две либо случайным образом, либо на основании критериев, выбранных экспериментатором (одинаковое число лиц того и другого пола, одинаковое соотношение в каждой новой группе сильных, средних и слабых и т. п.).

До прихода испытуемых в часть сигарет добавляют марихуану, а другую часть обрабатывают таким образом, чтобы они по внешнему виду, запаху и вкусу не отличались от первых, но при этом не содержали марихуаны. Первая группа испытуемых получает сигареты с марихуа­ной, т. е. с тем фактором, влияние которого на поведение предстоит изучить. Это экспериментальная группа. Вторая группа получает «обыч­ные» сигареты; это контрольная группа.

Переменные факторы в эксперименте

Чем занимаются психологи? 115

Для чего все эти предосторожности? Для уверенности в том, что переменные, т. е. все изменяемые факторы, которые, как предполагается могут варьировать во время эксперимента, действительно будут изучаемым явлением, а не с какими-то другими факторами связан переменные в данном случае? Это прежде всего та из них, введена экспериментатором, которую он будет изменять и действие которой он хочет оценить. В данном случае это сам наркотик. Его наличие в одной группе и отсутствие в другой не зависит ни от самих испытуемых, ни от распределения их между группами. Это независимая переменная.

Пере­менные зависимые – все переменные, связанные с поведением испытуемых и зависящие от состояния их организма, обусловленного тем, вдыхали они или не вдыхали наркотик; это время реакции, число попаданий или прома­хов ощущение усталости, степень сосредоточенности и т.д.

Что касается всех прочих переменных, таких как предшествующий опыт курения табака у испытуемых, внешний вид, вкус и запах предло­женных им сигарет, сообщенная им устная информация, место и время проведения сеансов и т.п., то они строго контролируются, чтобы избежать их вариаций от одного испытуемого к другому и от сеанса к сеансу. Это контролируемые переменные.

И наконец, остаются переменные, которые нельзя контролировать, так как они составляют неотъемлемую часть каждого испытуемого: его психологическое состояние во время эксперимента, интерес или безраз­личие к подобного рода тестам, отношение к потреблению наркотика или реакция на эксперимент. Это так называемые промежуточные переменные, лежащие между независимыми и зависимыми переменными, и их следует учитывать при интерпретации результатов.

Таким образом, экспериментировать — это значит изучать влияние независимой переменной (т. е. фактора, который экспериментатор может произвольно изменять) на одну или несколько зависимых (т. е. непосред­ственно зависящих от испытуемых и от изучаемого явления) при строгом контроле всех прочих переменных, называемых контролируемы­ми.

Возможные искажения

Даже если обеспечен нужный уровень всех контролируемых переменных в проводимом эксперименте, нужно еще избежать возможных «подвохов» со стороны самого экспериментатора и испытуемых. В Документе 3.6 описаны некоторые факторы, которые могут исказить Результаты эксперимента. Посмотрим, как можно предотвратить их влияние в интересующем нас случае.

1Один из частых артефактов обусловлен эффектом Розенталя (Kosenthal), который связывают с ожиданиями экспериментатора. Когда экспериментатор глубоко убежден, что реакции испытуемых изменятся, даже если он старается сохранять объективность, весьма велика вероятность, что он как-то невольно и незаметно передаст свои ожида-

116

ния испытуемым, получившим наркотик, и это может повлиять на к поведение.

Аналогичным образом, у испытуемых может также проявиться эффект Хоторна (Hawthorne). Если им известна принятая гипотеза то вполне вероятно, что они непроизвольно или намеренно будут вести себя в соответствии с ожиданиями экспериментатора. В этом случае будет трудно доказать, что единственным фактором, ответственным за изме­нение времени реакции, служит наркотик.

Избежать того или другого из этих эффектов поможет слепой метод. Чтобы устранить эффект Розенталя, распределение испытуемых по группам и изготовление сигарет следует производить втайне от экспери­ментатора. Тогда последний будет раздавать сигареты, не зная ни об их содержимом, ни о том, к какой группе принадлежат получающие их испытуемые. Кроме того, использование вычислительной машины для считывания и переработки данных тоже ограничивает вмешательство исследователя и связанную с этим субъективность. Что касается эффекта Хоторна, то для его устранения достаточно держать испытуемых в неведении относительно принятых гипотез и давать им инструкции как можно более безразличным тоном. При соблюдении этих двух предосто­рожностей (а в идеале их следует соблюдать всегда) говорят об оценке по двойному слепому методу (см. документ 3.7).

Обработка данных

После того как результаты получены, встает самая главная задача: рассортировать результаты и представить их в форме одной или нескольких таблиц, с тем чтобы облегчить интерпретацию. Затем следует представить полученные данные в графической форме, где вариации независимой переменной всегда откладывают по оси абсцисс (т.е. по горизонтальной оси), а зависимой -по оси ординат (по вертикальной оси).

И наконец, остается подвергнуть эти различные результаты статисти­ческому анализу с целью проверить, в какой степени можно утверждать, учитывая число испытуемых и различия в результатах по каждой группе, что существует какой-то реальный эффект, который можно без большо­го риска ошибки приписать изучаемому фактору (а не артефактам, присущим самому эксперименту).

Публикация сообщения

Любое хорошо проведенное исследование, как только оно будет закончено, должно стать предметом публичного сообщения. Главная цель последнего — не только информировать других о полученных ре­зультатах, но и дать им возможность воспроизвести данный экспери­мент в идентичных условиях, с тем чтобы подтвердить сделанные выводы или же усовершенствовать некоторые детали. Помимо описания гипотез, проведенных процедур и обработки результатов сообщение должно

содержать обсуждение полученных данных, что может вызвать новые вопросы.

Многие начинающие исследователи не публикуют полученные результаты, если они не подтверждают их гипотезу. А между тем в науке не бывает «плохих» фактов; бывают лишь плохие эксперименты, если их плохо контролируют.

Все что установлено в эксперименте, независимо от того, подтверждаются ли при этом ожидания или гипотезы исследователя, добавляет один кирпичик к зданию науки и заслуживает публикации. Научные открытия и сам прогресс науки во многом обязаны тому, что ученые не поленились остановиться и задуматься над результатами, которые оказались противоположными ожидаемым.

Документ 3.1. Клиническая психология и клаустрофобия

Рис. 3.6. Как преодолеть иррациональ­ный страх, возникающий в тесном зам­кнутом пространстве, если человеку приходится ежедневно по несколько раз пользоваться лифтом?

Молодая женщина страдает психическим нарушением, которое су­щественно осложняет ей жизнь: она не может пользоваться лифтом. После того как двери лифта закрываются и она оказывается запертой в кабине, ее охватывает такой ужас, что она не может подняться даже на один этаж. Поэтому ей приходится подниматься и спускаться по лестнице. Но для того, чтобы попасть на свою работу, которой она очень дорожит, она вынуждена ежедневно подниматься на 25-й этаж здания в центре города. Нетрудно представить себе, в каком аду живет эта женщина, которую иррациональный страх перед замкнутым пространством — клаустрофобия — заставляет несколько раз в день преодоле­вать 25 этажей вверх и вниз.

Клинический психолог может по-разному подойти к затруднениям этой больной и, что самое главное, к тому, как их устранить, в зависи­мости от полученного им образования и той школы, к которой он принадлежит.

Так, терапевт с бихевиористским уклоном сочтет, что дело здесь в дезадаптации, порожденной «скверной» привычкой. Для него эта фобия -результат создания определенных условных связей, а поэтому ее следует устранить таким же путем: надо постепенно, шаг за шагом, восстанавливать уверенность женщины в том, что она может преодолеть свои страх. Для этого сначала ее просят войти в кабину лифта и пробыть там одну минуту при открытых дверях; на следующий день -проделать то же самое, но при закрытых дверях; затем она должна сама нажать кнопку, чтобы двери закрылись; после этого -подняться на один этаж и т.д. Для сторонников такой бихевиористской терапии сам факт устранения аномального поведения автоматически влечет за собой устранение проблемы.

Разумеется, клиницист-психоаналитик не согласится с таким подхо­дом и будет искать источник затруднений в каких-то неблагоприятных событиях, пережитых в детстве; подавление воспоминаний об этих событиях и привело к симптомам, наблюдаемым у больной. Необходи-

118

мо поэтому досконально исследовать вместе с ней ее прошлое, с тем чтобы обнаружить следы того события, образ которого хранится в под­сознании. Возможно, что это было чувство беспомощности перед матерью или кем-то другим, испытанное однажды в тесном закрытом помеще­нии; возможно также, что этим выражается нежелание вновь оказаться в ситуации, напоминающей ту, что пережил плод в материнской утробе во время беременности, которой мать не желала. Терапия сводится к тому, чтобы заставить больную еще раз внутренне пережить эту ситуацию и освободиться таким образом от ее груза и связанных с этим симптомов.

Что касается терапевта гуманистического направления, то он не станет искать причины болезни этой женщины в ее прошлом, а даст ей возможность разобраться в своих чувствах и мыслях в рамках той проблемы, которую она хочет разрешить. Он поможет ей говорить об ее затруднениях и проанализировать переживаемую ею ситуацию. При этом пациентка расскажет о тех средствах, которые она уже использова­ла в попытках преодолеть свою фобию и об успехах, достигнутых ею в других ситуациях. По мере развития у нее уверенности в себе она начнет ощущать все большую способность к решениям, которые будут

Чем занимаются психологи? 119

все более эффективными и все больше соответствующими ее подлинной глубинной сути.

При групповой терапии этой молодой женщине устроят «очную ставку» с другими людьми, переживающими аналогичные затруднения. Она должна будет рассказать о своих ощущениях и о трудностях, с которыми она сталкивается. Затем ее попросят высказать свое мнение о поведении других лиц и о том, как она считала бы возможным разрешить их проблемы. Роль терапевта в этом случае гораздо более ограниченна: она сводится главным образом к тому, чтобы создать благоприятную обстановку для обмена опытом между членами группы и суммировать вытекающие из него результаты.

Документ 3.2. Психолог-консультант

и взаимодействия между родителями и детьми

Психолог-консультант тоже обычно примыкает к тому или иному направлению в психологии, а поэтому способы разрешения проблем, возникающих между супругами или между родителями и их ребенком, также могут быть различными.

Представим себе длительный конфликт на почве требования родите­лей, чтобы ребенок ложился спать в определенный час, тогда как он не в состоянии этому подчиниться.

Психолог гуманистического направления проведет семейную тера­пию, т.е. обсудит проблему со всеми членами семьи вместе, пытаясь объяснить каждой стороне долю ее ответственности за принятие реше-

120 Глава 3

ний и способ их реализации. Родители, возможно, обнаружат, что нежелание ребенка отправляться спать связано с его ощущением, что таким образом они просто хотят избавиться от него. Что же касается ребенка, то он, может быть, лучше поймет потребность родителей остаться в это время дня наедине друг с другом, особенно если у него самого было достаточно времени, чтобы довести до конца все свои дела.

Психолог-бихевиорист скорее всего попытается найти наиболее эф­фективные компенсации, систематическое использование которых будет способствовать желаемому поведению. Родители и ребенок составят при этом список наиболее сильных желаний ребенка. Это может быть продление субботнего вечера на четверть часа или определенная прибав­ка к карманным деньгам за каждый вечер, когда ребенок отправится спать без капризов.

Как мы видим, все зависит от представлений данного психолога о человеке и о типе отношений, которые следует с ним устанавливать.

Документ 3.3. Эксперименты на животных

Использование в лабораториях голубей, крыс, собак, обезьян и т. п. очень часто вызывает возмущение обществ защиты животных и вообще друзей животных. Безусловно, напрасные мучения живых существ не­допустимы и заслуживают осуждения. Однако целый ряд явлений не удалось бы исследовать без опытов на таких живых объектах. В самом деле, по чисто этическим причинам, не говоря уже об элементарном здравом смысле, нельзя представить себе возможность испытывать новые лекарственные препараты на людях, повреждать у них различные участки головного мозга, помещать младенца в условия полной изоля­ции или отделять детей от их матерей на более или менее длительные сроки. А между тем эти разнообразные вмешательства чрезвычайно важны для анализа поведения и для профилактики и лечения некоторых серьезных аномалий личности. Поэтому если мы хотим добиться успе­хов в познании механизмов, лежащих в основе поведения, нам необходи-

Чем занимаются психологи? 121

мо изучать результаты различных воздействий на лабораторных живот­ных.

Разумеется, полученные таким образом сведения нельзя автоматичес­ки переносить на человека. Они скорее дают возможность судить лишь о возможных последствиях таких воздействий. Правильность выдвигае­мых исследователем гипотез будет оцениваться в зависимости от того, в какой мере клинические наблюдения над детьми или взрослыми, пережившими те или иные душевные травмы, будут соответствовать результатам лабораторных исследований.

Документ 3.4. Опросы, касающиеся полового поведения

В начале XX века, особенно после распространения теорий Фрейда, многие люди стали задумываться над своим половым поведением, спрашивая себя, что «нормально», а что нет. Психологи выдвинули по этому поводу ряд концепций, однако никто в сущности не знал, что происходит в спальнях большинства людей.

Примерно в 1940 году американский исследователь Кинси (Kinsey) решил, что для более глубокого изучения проблемы достаточно попро­сить возможно большее число людей подробно описать свою половую жизнь. Члены его группы опросили таким образом 5940 женщин и 5300 мужчин. В эту выборку, хотя ее, строго говоря, нельзя считать репрезен­тативной для населения США в целом, входили люди, сильно различав­шиеся по возрасту, образованию, профессии, религии, семейному поло­жению и географическому происхождению1. Начав опрос, сотрудники Кинси были удивлены, с какой легкостью люди рассказывают о своей половой жизни (разумеется, им была гарантирована анонимность).

Когда в 1948 году Кинси опубликовал свою первую работу о половом поведении мужчин, она вызвала скандал. Содержавшиеся в ней откровения перевернули существовавшие прежде представления о «нор­ме».

Прежде всего оказалось, что в США сексуальная активность моло­дых мужчин (белых, женатых, принадлежащих к среднему классу) сводится в среднем к трем оргазмам в неделю (достигаемым в результа­те гетеросексуальных или гомосексуальных половых сношений, мастур­бации, сновидений эротического содержания или скотоложства). Созда­валось также впечатление, что у представителей разных социальных слоев половая жизнь носит различный характер. Молодые холостяки сравнительно низкого социально-экономического уровня предпочитают гетеросексуальные сношения, а более высокого уровня — мастурбацию.

1Необходимо отметить, что сельские жители, группы с низким уровнем образования, а также представители других рас, кроме белой, в выборке Кинси представлены слабо.

122

Рис. 3.9. Американский зоолог Альфред Кинси (Kinsey, 1894-1956), первым занявшийся широко­масштабным статистическим изучением полового поведения своих сограждан. Им основан Институт сексуальных исследований.

Однако еще более поразительным для того времени оказалось открытие, что гомосексуализм распространен гораздо шире, чем думали раньше. Хотя лишь немногие люди объявляли себя полностью гомосек­суальными, около 20% женщин и 40% мужчин сообщили, что по меньшей мере один раз в жизни они участвовали в гомосексуальном половом акте. Информация такого рода заставила психологов и юрис­тов увидеть всего лишь иную сексуальную ориентацию в том, что многим представлялось извращением, заслуживающим наказания по закону.

Большая часть выводов, сделанных Кинси, в общем и целом под­тверждается результатами более поздних опросов (см., в частности, Hunt, 1974). Эти последние указывают, однако, на некоторую эволюцию сексуальных нравов. Так, например, почти половина женщин в возрасте до 21 года заявляет, что они вступали в половые сношения до брака, тогда как сорок лет назад в этом сознавалась всего лишь четвертая часть женщин. Что касается таких способов, как орально-генитальные кон­такты в качестве прелюдии к половому акту, то с ними, по-видимому, знакомы теперь 75% мужчин и женщин, тогда как в сороковые годы их число составляло всего 30%.

Документ 3.5. Наследственность и научение

Некоторые исследователи пытались выяснить, существует ли зависи­мость между наследственностью и обучаемостью. Этим занимался, в частности, Трайон (Try on, 1942): на протяжении семи лет он обучал последовательные поколения крыс проходить через лабиринт с коридо­рами, в конце которого им давали пищу (рис. 3.10).

Эти исследования были начаты в 1934 году на 142 крысах — самцах и самках; результаты оценивались по общему числу ошибок1, совершен­ных за 19 попыток пройти лабиринт. В каждом поколении Трайон отбирал особей, допускавших наибольшее и наименьшее число ошибок (соответственно «блестящих» и «глупых», как он их называл). Далее он

1 В такого рода экспериментах считается ошибкой, если крыса выбрала путь, заканчивающийся тупиком, или повернула назад.

Чем занимаются психологи? 123

Рис. 3.10. Лабиринт с коридорами. На схеме показано, как крыса может про­ходить через лабиринт. Поколебавшись на развилках и обследовав тупики, животное доходит до того места, где находится пища, т. е. достигает цели (внизу справа). После ряда попыток крыса научается проходить через лабиринт без ошибок.

скрещивал между собой членов каждой группы и испытывал в лабиринте их потомков-особей следующего поколения. Среди тех он вновь отби­рал «блестящих» и «глупых» и опять проводил внутригрупповые скре­щивания. Такая селекция продолжалась в течение восьми поколений.

На рис. 3.11 представлены результаты, полученные для родительско­го поколения и для 1-го, 3-го, 5-го и 8-го поколений потомков. Совер­шенно очевидно, что различие между двумя линиями неуклонно воз­растает, а кривые для 8-го поколения уже почти не перекрываются.

Таким образом, скорость научения у крыс, по-видимому, тесно связана с какими-то наследственными факторами. Может возникнуть соблазн сделать вывод, что наиболее успешно научение протекает у самых «умных» крыс, и считать это доказательством наследования умственных способностей. Трайон и многие другие психологи пишут об этом в ряде учебников, даже совсем недавних (см. досье 9.1). А между тем все далеко не так просто.

В самом деле, слишком часто забывают о результатах, полученных Сирлом (Searle, 1949) – одним из учеников Трайона. Сирл спустя 7 лет подверг испытаниям крыс 22-го поколения, с тем чтобы определить психологические признаки «блестящих» и «глупых» особей; однако он изучал их не в прежнем лабиринте, а в иных ситуациях. Три десятка экспериментов, проведенных Сирлом, привели его к выводам, в свете вторых заключения Трайона выглядят не столь окончательными.

Прежде всего оказалось невозможным выявить какое бы то ни было превосходство одной группы над другой по сообразительности вообще.

124 Глава 3

Рис. 3.11. Влияние наследственности на способность крыс осваивать лабиринт. На графиках показано распределение крыс из разных поколений (в процентах) по общему числу ошибок, допущенных в 19 пробах. Р -родительское поколение, F1, F3 , F5, и F8- первое, третье, пятое и восьмое поколения потомков. В каждом поколении отбирали «блестящих» и «глупых» особей и проводили скрещивания внутри каждой из этих двух групп. Нельзя отрицать, что таким образом произошла селекция двух линий. Трудно, однако, установить, по какому именно свойству фактически шел отбор.

При этом «глупые» крысы проявляли даже более высокую спонтанную активность, чем «блестящие»; и если они по-прежнему медленно науча­лись проходить лабиринт без ошибок, то при поисках корма на откры­тых пространствах или на высоко расположенных предметах они, наоборот, проявляли гораздо большую решительность, чем «блестя­щие».

Создается впечатление, что во всех ситуациях, близких к естествен­ным условиям, «глупые» крысы превосходили «блестящих». В наши дни этолог добавил бы, что хорошо «адаптированная» крыса – это, несом­ненно, та, которая обладает эмоциональными характеристиками «глу­пой» крысы; вместо того чтобы устремиться, опустив голову, к несколь­ким зернышкам в искусственной среде лабиринта, такая крыса обстоя­тельно обследует все вокруг, останавливаясь даже в тупиках, чтобы принюхаться к следам мочи или другим меткам, оставленным ее

Чем занимаются психологи? 125

родственниками. К сожалению (для этих крыс), такое поведение не представляет ту концепцию разума животных, которой придерживались недавнем прошлом психологи. Но не оказываются ли в сходном чтении и многие дети, для которых в роли лабиринта выступает школа?

Документ 3.6. Научные исследования и связанные с ними артефакты
На путях психологических исследований расставлено множество капканов, очень часто толкающих к ошибочным выводам и к интерпре­тациям, плохо согласующимся с реальными фактами. Мы перечислим лишь наиболее известные из этих капканов, в которые особенно рискуют попасть психологи-новички или же их испытуемые.

Эффект плацебо

Этот эффект обнаружен медиками. Он основан на внушении, оказы­ваемом преднамеренно или невольно врачом или экспериментатором. Когда испытуемые убеждены в эффективности предлагаемого им ле­карственного препарата или предписываемого режима, у них очень часто можно наблюдать желаемые эффекты, хотя на самом деле ни препарат, ни режим никакого действия не оказывают (см. документ 12.7).

Эффект Хоторна

Эффект плацебо — лишь частный случай эффекта Хоторна. Как пока­зали опросы, проведенные промышленными психологами на предприя­тиях Хоторна в Чикаго, одно лишь участие в эксперименте оказывает на испытуемых такое влияние, что очень часто они ведут себя именно так, как ожидают от них экспериментаторы.

Эффект аудитории

Присутствие публики, пусть даже пассивной, само по себе влияет на скорость обучения испытуемого или выполнение им поставленной зада­чи. Согласно Зайонцу (Zajonc, 1965), во время обучения наличие зрителей скорее смущает испытуемого, но после того, как он освоит решение задачи, или в том случае, если от него требуется физическое усилие, публика, напротив, облегчает дело.

Эффект Пигмалиона (или эффект Розенталя)

Пигмалион был греческим скульптором, который по преданию изваял статую столь прекрасную, что влюбился в нее и умолил богов оживить ее. Американский психолог Розенталь (1966) назвал именем Пигмалиона явление, состоящее в том, что экспериментатор, твердо убежденный в обоснованности какой-то гипотезы или верности какой-то информации, непроизвольно действует так, что она получает фактическое подтверждение.

126 Глава 3

Эффект первого впечатления

Этот эффект выражается в том, что очень часто, оценивая личность того или иного человека или черты его характера, мы придаем наиболь­шее значение своему первому впечатлению. Дело доходит до того, что все последующие сведения о данном лице, противоречащие созданному образу, очень часто отбрасываются как случайные и нехарактерные.

Эффект Барнума

«Каждую минуту на свет рождается простофиля», — утверждал Финеас Т. Барнум. Именем основателя знаменитого цирка была названа склонность людей принимать за чистую монету описания или общие оценки своей личности, если эти оценки преподносятся под научным, магическим или ритуальным соусом. Такой эффект хорошо известен астрологам, ведущим ежедневную рубрику в газетах.

Документ 3.7. Плацебо, Пигмалион и двойной слепой метод

За последние 30 лет благодаря химиотерапии в лечении психических расстройств произошли глубокие изменения. В некоторых случаях, однако, правомерно задать вопрос, кому принадлежит главная роль в таком лечении: препарату, врачу или самому пациенту?

Вот что произошло в 1953 году с психиатром по имени У. Мендел (W. Mendel), работавшим в то время в больнице Сент-Элизабет в Вашингтоне — одной из самых крупных психиатрических лечебниц США. Мендел заведовал отделением, где лечились преимущественно выходцы из Пуэрто-Рико и с Виргинских островов. Большинство из них были госпитализированы из-за их враждебного или агрессивного поведения; некоторых считали столь опасными, что держали в смирительных рубашках, и Мендел посещал их в сопровождении двух телохранителей. Общение с больными еще больше затруднялось тем, что они почти не говорили по-английски, а Мендел не знал испанского.

В это время появился новый транквилизатор -резерпин, который, казалось, давал превосходные результаты. Руководители больницы Сент-Элизабет решили провести у себя испытания этого транквилизато­ра, используя двойной слепой метод.

Лица, проводившие испытания и раздававшие своим больным таб­летки, не знали, что одни из них содержали препарат, а другие -просто подслащенную массу. Иными словами, они не знали, относятся ли больные к экспериментальной группе, действительно получавшей резер­пин, или же к контрольной группе для проверки эффекта плацебо.

Эксперимент продолжался несколько месяцев, но очень скоро Мендел пришел к убеждению, что препарат превосходно действует на его пациентов.

Чем занимаются психологи? 127

За несколько дней их агрессивность резко снизилась, и общение больных с психиатром становилось все более дружелюбным, так что решено было даже снять смирительные рубашки. У Мендела не оставалось никаких сомнений, что резерпин произведет революцию в лечении больных этого типа, и он с нетерпением ожидал результатов, полученных в других отделениях. Каково же было его удивление когда по окончании эксперимента он узнал, что его пациенты и среди тех, кто все время получал подслащенные таблетки совсем без резерпина.

Чем же можно было объяснить изменения в поведении его больных? Анализируя свое собственное поведение, Мендел вынужден был при­знать, что только оно и было причиной этих изменений. С самого начала эксперимента Мендел действительно вообразил, что его подопечные получают резерпин и поэтому не могут не стать более смирными; он стал относиться к ним соответственно, стараясь увидеть в их жестах, взглядах или улыбке признаки, возвещающие об улучшении их состоя­ния (тогда как раньше он обращал внимание только на проявления агрессивности). Больные в свою очередь отвечали на это тем, что становились более спокойными просто потому, что к ним стали отно­ситься как к полноценным людям. Таким образом, их поведение измени­лось не от воздействия лекарства, а от того, как с ними стали обращаться.

ВЫВОДЫ

1. Единственную гарантию серьезной работы психолога дает его научная подготовка в той или другой области психологии независимо от того, занимается ли он исследовательской или практической работой.

2. Клинический психолог и психолог-консультант оказывают психоло­гическую помощь нуждающимся в ней людям. Первый имеет дело прежде всего с людьми, страдающими психическими расстройствами, которые он пытается диагностировать и лечить, применяя соответст­вующую психотерапию. Второй помогает главным образом людям, проблемы которых связаны с семейными и супружескими отношениями.

Сексолог старается выявить психологические причины сексуальных проблем и найти необходимую терапию. Психолог-консультант помо­гает отдельным людям или целым общинам справляться с возникающими у них проблемами.

3. Школьные и промышленные психологи – это психологи-консультанты, оказывающие помощь учащимся и работающим людям в выборе специальности или места работы. Что касается педагогических психологов и психологов-эргономистов, то они занимаются совершенствованием видов обучения и труда, а также обстановки в учебных заведениях и на промышленных предприятиях в соответствии с потребностями человека.

128 Глава 3

4. Психолог вмешивается во все большее число областей человечес­кой деятельности. В настоящее время возникли и развиваются изда­тельская, юридическая, военная психология, психология религии, вза­имодействий с окружающей средой и даже творчества

5. Генетическая психология — одна из областей теоретической психо­логии, пытающаяся объяснить психологическое развитие индивидуума с момента оплодотворения яйцеклетки и до смерти, а также механизмы, лежащие в основе этого развития.

6. Психология личности изучает становление у индивидуума свойст­венных ему особенностей. В отличие от этого социальная психология исследует взаимное влияние людей друг на друга.

7. Фундаментальные исследования в психологии направлены главным образом на выявление законов восприятия и научения, а также на изучение мотивации, решения задач и т. п. Психофизиолога особенно интересуют соотношения между нервной системой и поведением, тогда как психофармаколог пытается оценить воздействие на поведение новых лекарственных препаратов. Зоопсихолог изучает поведение животных, с тем чтобы лучше понять их родственные связи с человеком. Парапсихолог старается убедиться в существовании явлений, еще не получивших объяснения, и понять, как они соотносятся с «обычными» способностями человека. Что касается специалистов по искусственному интеллекту, то их усилия направлены на углубление наших представлений о процессах познания путем проведения аналогий с работой вычислительных машин.

8. В психологии используются методы двух категорий описательные и экспериментальные. Корреляционный анализ позволяет сравнивать между собой показатели, полученные такими описательными методами, как наблюдения в естественных условиях, систематические наблюдения, а также опросы и тесты, этому анализу, однако, свойственны некоторые ограничения в возможностях интерпретации результатов. Что касается экспериментального метода, позволяющего установить причинно-след­ственную связь между изучаемыми переменными, то он остается наилуч­шим научным методом.

9. Создание экспериментальных и контрольных групп дает возмож­ность проверить действие независимой переменной, влияние которой хотят оценить, на зависимые переменные определяемые поведением испытуемых, после того как взяты под контроль все другие факторы и выявлены промежуточные переменные (присущие испытуемым), способ­ные повлиять на результаты.

10. Результаты эксперимента могут быть искажены под влиянием ряда субъективных факторов, зависящих от экспериментатора и испыту­емых. Этого можно избежать, используя двойной слепой метод.

11. Обработка результатов и подготовка сообщения – два последних акта, необходимые для доведения исследования до конца.

Чем занимаются психологи 129

Литература

Общие работы

Cohen D 1976 Psychologists on Psychology, New York, Taphnger

Fourastie J 1966 Les conditions de 1’espnt scientifique, Pans, Gallimard

Fraisse P Piaget J 1963 Traite de psychologie expenmentale, 1 Historic et Metho-

des. Pans, P U F Henneman P H 1975 La psychologie et son champ d’action, Momreal, Les Editions

HRM Ltee

Reuchhn M Huteau M 1973 Guide de 1’etudiant en psychologie. Pans, P U F Richeile M 1968 Pourquol des psychologues 9 Bruxelles, Dessart

Цитированная литература

Hunt M 1974 Sexual behavior in the 1970’s, Chicago, Playboy Press Kinse\ А С Pomeroy W В Martin С Е 1948 Sexual behavior in the human male,

Philadelphia, Saunders Rosenthal R Jacobwn L (1966) «Teachers expectancies Determinants of pupils

I Q gain». Psychological reports, n° 19, p 115 118 Searle L V (1949) «The organisation of hereditary maze-brightness and maze-dullness»,

Genet Psychol Monogr, n° 39, p 279 325 Try on R С 1942 «Individual differences», in F A Moss, Comparative Psychology,

Englewood Cliffs, N J Prentice Hall Zajonc R В (1985) «Social facilitation». Science, n° 149, p 269 274

Материал для самопроверки

Заполнить пробелы

1 Только………подготовка поможет психологу объективно оценить возможные последствия того или иного вмешательства.

2 ……..психолог работает в основном в больницах и центрах психического здоровья, где он подбирает и применяет….., наиболее подходящую данному больному.

3 Психолог-консультант оказывает помощь преимущественно лицам, желаю­щим разрешить какую-то проблему, связанную чаще всего со…между… или…

4 Роль …состоит в том, чтобы помогать людям в осознании и разрешении тех или иных проблем.

5 Задача …психолога, так же как и….психолога, состоит в том, чтобы помогать учащимся и работающим людям выбрать специальность или работу, в наибольшей степени соответствующую их склонностям.

6 Педагогический психолог занимается внедрением наиболее эффективных мето­дов…

7 Одна из главных функций психолога-…..состоит в консультировании конст­рукторов машин и промышленного оборудования.

8 Генетический психолог пытается понять, как происходит … человека

9 Роль психофармаколога заключается в испытании новых …на животных

130 Глава 3

10. Парапсихолог занимается проверкой ….. психических явлений, еще не получивших объяснения.

11. ….. используют психологические методы для того, чтобы дополнить те

объяснения поведения животных, которые дают ….. .

12. При наблюдениях в естественных условиях самое трудное -это дать ….. наблюдаемого поведения с учетом конкретных обстоятельств.

13. При ….. наблюдениях используется опросник или карта наблюдений.

14. Результаты опроса тем …… чем лучше ….. отражает реальную популяцию.

15. При ….. анализе возникает проблема интерпретации зависимости, сущест­вующей между двумя ….. .

16. Экспериментальный метод состоит во ….. в ход событий, с тем чтобы установить, как изменение одного фактора влияет на изменение другого.

17. ….. переменной называют переменную, которую изменяет экспериментатор.

18. Группу испытуемых, которых подвергают воздействию независимой перемен­ной, называют ….. группой.

19. Контролируемыми переменными называют все переменные, находящиеся под строгим …… чтобы они не были различными для разных испытуемых.

20. Эффектом Розенталя называют ….. результатов, вызываемое тем, что ….. экспериментатора может передаваться ….. .

21. Эффект ….. — это искажение результатов, вызываемое тем, что испытуемые, знающие о гипотезе экспериментатора, будут склонны вести себя в соответст­вии с его ….. .

22. Оценка с использованием ….. дает возможность свести к минимуму ….. результатов.

23. При графическом представлении результатов изменения ….. переменной всегда откладывают по оси абсцисс.

24. В науке не бывает ….. фактов; бывают лишь плохие …… не контролируе­мые надлежащим образом.

Верно или неверно?

1. Только солидная подготовка психолога может гарантировать серьезный под­ход в терапии.

2. Психологи, не занимающиеся научными исследованиями или преподаванием, чаще всего выступают в роли консультантов разного профиля.

3. Клинический психолог занимается тем же, что и психиатр.

4. Психолог-консультант лишь в редких случаях занимается лечением тех, кого он консультирует.

5. Школьному психологу иногда приходится оказывать психологическую под­держку некоторым учащимся.

6. Генетическая психология изучает действие генов.

7. Существует лишь одна теория личности, принимаемая большинством психо­логов.

8. Психофизиолог изучает связи, существующие между нервными структурами и поведением.

9. Зоопсихология отличается от этологии главным образом методами, которые она применяет.

10. Метод наблюдения в естественных условиях -один из самых нудных.

11. Использование тестов — испытанный метод, который в наши дни больше не подвергается сомнениям.

12. Корреляционный анализ позволяет установить причинно-следственную связь между двумя переменными.

13. Изменения зависимой переменной определяются экспериментатором.

14. Контрольная группа -это та группа, в которую вводят независимую перемен­ную.

15. Экспериментировать — значит изучать влияние независимой переменной на одну или несколько зависимых переменных.

Выбрать правильный ответ

1. Звание психолога

а) защищено в большей части стран;

б) не может быть присвоено любым человеком;

в) не может быть достигнуто без серьезной подготовки;

г) может быть присвоено только клиническому психологу.

2. Клинический психолог

а) играет ту же роль, что и психиатр;

б) всегда работает в частном кабинете;

в) занимается лишь случаями, требующими применения терапии.

г) Все ответы неверны.

3. Психолог-консультант

а) работает с обращающимися к нему людьми;

б) имеет дело главным образом с такими проблемами, как самоубийства или наркомания;

в) помогает организациям находить нужные ответы на проблемы, касаю­щиеся людей.

г) Верны все ответы.

4. Педагогический психолог

а) может иногда оказать психологическую поддержку учащимся;

б) проводит собеседования и тесты;

в) стремится вводить эффективные методы обучения.

г) Верны все ответы.

5. Генетическая психология

а) изучает психическое развитие личности;

б) уделяет главное внимание изучению детей;

в) связана с биологией;

г) мало занимается пренатальным развитием.

6. Изучением связей между нервной системой и поведением занимается глав­ным образом

а) зоопсихология;

б) парапсихология;

в) психофармакология;

г) психофизиология.

7. Метод опросов

а) использует специально разработанные анкеты;

б) должен применяться на репрезентативных выборках;

в) позволяет получить достаточно точное отображение данной популяции.

г) Верны все ответы.

8. Преимущества корреляционного анализа обусловлены его способностью

а) установить причинную зависимость между двумя переменными;

б) выявить роль третьей переменной;

в) разъяснить используемые термины.

г) Неверны все ответы.

9. Гипотеза всегда формируется в форме

а) вопроса, который ставит перед собой исследователь;

б) утверждения, опирающегося на уже установленные факты;

в) теории, основанной на предвзятых идеях.

г) Все ответы неверны.

10. Независимая переменная всегда вводится

а) в экспериментальную группу;

б) в контрольную группу;

в) в обе группы.

г) Все ответы неверны.

11. В гипотезе, согласно которой «все крысы, выращенные в полной изоляции, будут не так быстро научаться проходить лабиринт, как крысы, выращенные в нормальной среде», независимую переменную составляет:

а) лабиринт;

б) характер среды;

в) быстрота научения.

г) Все ответы неверны.

12. При проверке гипотезы, согласно которой «число оборотов, совершаемых крысами при беге в колесе, возрастает в зависимости от количества введен­ного им наркотика X», следует контролировать

а) дозу наркотика X;

б) число оборотов;

в) пол животных.

г) Верны все ответы.

13. В эксперименте по изучению памяти легкость запоминания испытуемым предложенного материала представляет собой

а) независимую переменную;

б) зависимую переменную;

в) контролируемую переменную;

г) промежуточную переменную.

14. Двойной слепой метод позволяет избежать

а) эффекта Розенталя;

б) эффекта Хоторна;

г) субъективных интерпретаций.

г) Верны все ответы.

15. Публикация сообщения о результатах эксперимента

а) необходима только в случае получения убедительных результатов;

б) не должна содержать описания использованного метода;

в) не должна вызывать новых вопросов.

г) Все ответы неверны.

Ответы на вопросы

Заполнить пробелы

1-солидная; 2 -Клинический, терапию; 3-взаимоотношениями, супругами, чле­нами семьи; 4-общинного психолога; 5-школьного, промышленного; 6-обуче­ния; 7 — эргономиста; 8-психическое развитие; 9-лекарственных препаратов;

10-существования; 11-Зоопсихологи, этологи; 12-интерпретацию; 13-система-тических; 14-достовернее, выборка; 15 — корреляционном, переменными; 16-вме-шательстве; 17-Независимой; 18-экспериментальной; 19 — контролем; 20-иска­

жение ожидания, испытуемым; 21 -Хоторна, ожиданиями; 22-двойного слепого метода, искажение; 23-независимой; 24-плохих, эксперименты.

Верно или неверно

1 В;2-Н; 3 Н;4 В: 5 В; 6-Н;7-Н; 8-В;9-В; 10-В; 11-Н; 12-Н; 13-Н;

14-Н; 15-‘В.

Выбрать правильный ответ

1-в; 2-г; 3-г; 4-в; 5-а; 6-г; 7-г; 8-г; 9-г; 10-а; 11-б; 12-в; 13-г; 14-г;

15 г.

2. Сознание и активация

Существование человека не отличается принципиальным образом от существования других живых организмов. Оно состоит из непрерывного взаимодействия с окружающим миром, что позволяет индивидууму обеспечивать свою адаптацию, а тем самым и выживание с момента рождения до самой смерти. Человеческое существо ежеминутно сталки­вается с ситуациями, значение которых варьирует в зависимости от его потребностей или намеченных целей.

В связи с этим инициация тех или иных действий представляет собой лишь последний этап трехстадийной последовательности. Ее первый этап состоит в активации мозга, которая происходит в результате сопоставления внутреннего состояния человека с внешними объектами или ситуациями. Второй этап заключается в обработке мозгом инфор­мации, поступающей от организма и из внешнего мира, с целью запустить третий этап — наиболее подходящее поведение с учетом как текущих обстоятельств, так и прошлого опыта. Когда речь идет о рефлекторных реакциях или инстинктивном поведении, эта обработка информации осуществляется более или менее автоматически, стереотип­ным образом (см. гл. 1). При сложных процессах научения и особенно при сознательном принятии решения в этой обработке участвуют и такие высшие функции, как память и мышление. Об этом будет идти речь в третьей части книги.

Главы 4-6 будут посвящены изучению активации и тому, как организм «создает» окружающую среду в зависимости от своих потреб­ностей и ожиданий.

Введение к части 2 135

Прежде всего важно отличать понимание активации психофизиолога­ми от ее понимания в психологии.

Физиологическая активация связана с функцией центров, находящих­ся у основания головного мозга. В этих центрах заключены механизмы пробуждения; и именно на этом уровне собираются и классифицируются сигналы, идущие из внешнего мира и от самого организма, прежде чем они будут при участии ретикулярной формации направлены в кору большого мозга, если окажутся достаточно важными. Происходящая в результате этого активация высших центров позволяет организму бодрствовать и внимательно следить за сигналами от окружающего мира, что обеспечивает ему сохранение как физиологического, так и психического равновесия.

Психологическая активация представляет собой продолжение фи­зиологической активации. Она связана с расшифровкой внешних сигна­лов, которая зависит от уровня бодрствования и от состояния сознания человека, а также от его потребностей, вкусов, интересов и планов.

Блестящий камень, найденный на дороге, для геолога означает совсем иное, чем для просто гуляющего человека. Вид луга или леса совершенно по-разному воспринимается художником, инженером, кото­рому предстоит проложить здесь шоссе, водителем, у которого кончился бензин в баке, и фермером, живущим в этом краю. Девятая симфония Бетховена вызывает совершенно различные чувства у обеспокоенного человека, у человека, находящегося под воздействием наркотика, или у дремлющего; и уже независимо от состояния сознания ценитель класси­ческой музыки будет реагировать не так, как любитель рока. Человек, который испытывает сильный голод, будет обращать внимание только на то, чем можно было бы заполнить пустоту в желудке. Сытый же человек, возможно, займется поиском хорошей книги, постарается попасть на футбольный матч или же послушает передачу концерта по радио.

Таким образом, уровень и характер активации будут зависеть от трех взаимосвязанных факторов.

Прежде всего, речь идет об уровне сознания и активации, на котором находится мозг. От информации будет мало пользы, если человек спит или вообще состояние его сознания не таково, чтобы он мог ее принять и усвоить. Уровень активации в основном определяется естественными циклами бодрствования и сна, но он может также видоизмениться, скажем, при медитации или под действием лекарственных препаратов.

Наше восприятие окружающего — результат истолкования сигналов, улавливаемых «антеннами», настроенными на внешний мир; эти антен­ны -наши рецепторы: глаза, уши, нос, рот и кожа. Мы чувствительны также к сигналам из нашего внутреннего мира, к мысленным образам и к воспоминаниям, хранящимся в памяти на более или менее сознатель­ном уровне.

Тем не менее поиск и выбор сигналов будут зависеть от другого источника активации, который постоянно направляет эти процессы. Это уровень врожденных потребностей и приобретенных в течение жизни мотиваций, а также аффективных компонентов — эмоций и чувств.

Разумеется, на самом деле все это не так просто. Активация всегда частично включает предварительную обработку информации позволяющую понятным образом расшифровать сигналы из внешнего и внутреннего мира. К тому же, как мы увидим в последующих главах каждый из этих аспектов активации часто бывает связан с двумя другими. Поэтому раздельно они будут рассмотрены только для ясности изложения

ГЛАВА 4 ВНУТРЕННИЙ МИР И СОСТОЯНИЯ СОЗНАНИЯ

Сознание и активное бодрствование

Традиционно западная психология признаёт два состояния сознания. присущих всем индивидуумам: с одной стороны, сон, рассматриваемый как период отдыха, а с другой — состояние бодрствования, или активное состояние. Последнее соответствует активации всего организма, которая позволяет ему улавливать, отбирать и истолковывать сигналы внешнего мира, отправлять некоторые из них в память или же реагировать на них адекватным или неадекватным поведением, в зависимости от предшест­вующего опыта и навыков. Таким образом, бодрствование — это то состояние, в котором мы можем приспосабливаться к внешней действи­тельности.

Это нормальное состояние сознания является тем не менее состоя­нием, которое не имеет реальности в себе. На самом деле это идеальное состояние, которое в основном проявляется лишь в нашей способности эффективно расшифровывать внешние стимулы и отвечать на них так, как это принято для большинства членов социальной группы, к которой мы принадлежим. А внушать нам этот способ реагировать начинают с самого раннего возраста. Нейрофизиолог Лилли (Lilly, 1980) отмечает, что мысли, которые мы принимаем за свои собственные, на самом деле на 99% предопределены и обусловлены мыслями других людей. Мы думаем, что наше представление о вещах и то, как мы на них реаги­руем, это что-то наше личное, на самом же деле это совокупность мыслительных конструкций, выработанных другими на протяжении поколений. Мы же чаще всего их только воспроизводим и повторяем, чтобы оставаться в гармонии с окружающей нас физической и социаль­ной средой.

То, как мы осознаем внешний мир и одновременно наш внутренний мир, меняется на протяжении дня. Наше восприятие событий в значи­тельной степени зависит от нашего состояния, от того, напряжены мы или нет, возбуждены или находимся в полудремоте. Таким образом, обработка информации меняется, подчас очень существенно, в зависи­мости от уровня бодрствования и от готовности к восприятию сигналов.

Хебб (Hebb) попытался в 1955 году проиллюстрировать это положе­ние вещей графически (рис. 4.1). Из приведенного графика видно, что по мере усиления активации организма уровень бодрствования возрастает, но при этом адаптация, возможная благодаря бодрствованию, начиная с какого-то момента может ухудшиться, если активация чрезмерно воз­растет.

138 Глава 4

Уровень показателей в тестах

Слабая активация Уровень бодрствования Сильная активация

Рис. 4.1. Согласно закону Йеркса-Додсона, видоизмененному Хеббом, поведе­ние индивидуума будет тем эффективнее, чем ближе будет его уровень бодрство­вания к некоторому оптимуму — он не должен быть ни слишком низким, ни слишком высоким. При более низких уровнях готовность субъекта к действию постепенно уменьшается и вскоре он засыпает, а при более высоких он будет все больше взволнован и его поведение может даже полностью дезорганизоваться.

Это может произойти из-за чересчур сильной мотивации или же в результате серьезного расстройства чувств. Студентка, которая любой ценой должна успешно сдать экзамен, рискует потерять сосредоточен­ность, необходимую для понимания задаваемых вопросов. Спортсмен, который перед решающим матчем узнает о разрыве со своей любимой, может полностью потерять интерес к этому матчу.

До самого недавнего времени это экстравертированное (или «поверх­ностное», как его назвал в 1984 г. Etevenon) сознание рассматривалось научной психологией как единственный нормальный аспект, достойный изучения. Согласно этой классической концепции, слабость активации приводит к дремоте и сну, а слишком сильная активация – к дезорганиза­ции поведения, рассматриваемой уже как патологическое явление, если человек оказывается неспособным восстановить равновесие.

Однако каждый день приносит новые знания о функционировании мозга и его нейромедиаторов (см. приложение А), а также о том, как постоянно изменяется электрическая активность мозга (см. документ 4.1). Кроме того, некоторые ученые-психологи и физики — проявляют все больший интерес к восточной культуре, рассматривающей жизнь в ее полноте не как цепь явлений, которые нужно объяснить, а скорее как неотъемлемую часть Вселенной, к единству которой она причастна.

Внимание западных ученых все чаще обращается к тому, как это мистическое глобальное единство постигается носителями восточной философии через медитацию и состояние транса. На Западе, в част­ности, эксперимент с сенсорной депривацией и анализ переживаний испытуемых в таких условиях позволили подойти к изучению «внутрен­него мира» субъекта (см. документ 5.10).

Внутренний мир и состояния сознания 139

С другой стороны, продвигается вперед изучение действия наркоти­ков, применяемых в лечебных или, иных целях; оно позволяет глубже познать механизмы мозга и понять, как эти механизмы могут быть изменены.

Даже действия, относимые обычно к аномальным и наблюдаемые, например, при шизофрении или депрессии, все чаще рассматриваются теперь как способ найти внутреннее равновесие и избежать давления внешней реальности. Поэтому их следовало бы понимать скорее как «нормальное» выражение внутреннего мира, а не как аномалию экстравертированного сознания, которую любой ценой нужно устранить.

Однако и такое явление, как сон с сопровождающими его сновиде­ниями, оказывается гораздо сложнее, чем думали раньше. Теперь из­вестно, что в нашей жизни сон представляет собой состояние первосте­пенной важности – как по месту, которое он в ней занимает, так и по мозговой деятельности, лежащей в его основе.

Таким образом, сознание – это мозаика состояний, которая играет более или менее значительную роль как во внешнем, так и во внутреннем равновесии индивидуума.

В критических ситуациях человек существует как бы на двух взаимо­исключающих уровнях. С одной стороны, он должен быть частью объективного мира, в котором его «Я» вынуждено приспосабливаться к внешней реальности. Это уровень экстравертированного сознания, перцептивных функций и принятия решений. С другой стороны, он погру­жается в субъективный мир измененных состояний сознания, из которо­го исключена всякая связь с внешней действительностью и временем и где укореняется глубинное «Свое», в котором, по мнению некоторых, реализуется состояние «океанического союза со Вселенной» (см. доку­мент 4.2).

Измененные состояния сознания

Сон

За примером измененного состояния сознания, полностью отрезаю­щего нас от нашего физического и социального окружения, далеко ходить не нужно; действительно, одно из таких состояний — обычный сон, с которым каждый из нас сталкивается ежедневно и совершенно естественно и который занимает треть всей нашей жизни.

В среднем наш организм функционирует с таким чередованием: 16 часов бодрствования, 8 часов сна. Известно, что этот 24-часовой (с небольшими вариациями) цикл управляется внутренним контрольным механизмом, называемым биологическими часами. Они-то и ответствен­ны за возбуждение центра сна, расположенного в стволе мозга, и центра бодрствования, которым служит сама ретикулярная формация (см. Документ 4.3).

140 Глава 4

Состояние бодрствования

Стадия 1Стадия 2 Стадия 3 Стадия 4

Периоды быстрых БДГ БДГ БДГ движений глаз (БДГ)

Рис. 4.2. Стадии сна. Слева: медленные волны, характерные для четырех стадий сна. Справа: быстрые волны, обычные в состоянии бодрствования, а также во время парадоксального сна (стадия БДГ). В середине показаны все пять циклов сна продолжительностью около 90 минут каждый. Было замечено, что у взросло­го человека стадия 4 чаще всего не достигается более двух раз, и притом только в начале ночи. Отмечают также малую продолжительность переходов через стадии 3 и постепенное удлинение перехода к стадии 2 и парадоксального сна (БДГ).

Долгое время полагали, что сон — это просто полный отдых организ­ма, позволяющий ему восстанавливать силы, израсходованные в период бодрствования. Действительно, было замечено, что недостаток сна иногда существенно сказывается на поведении: некоторые люди засыпа­ют буквально стоя, галлюцинируют или начинают бредить после двух-трех дней лишения сна; другие теряют даже способность нормально воспринимать осязательные, зрительные или звуковые стимулы.

Сейчас, однако, известно, что сон – не просто восстановительный период для организма, а главное то, что это вовсе не однородное состояние (рис. 4.2). Сон проходит различные стадии: за медленноволновым сном следует сон другого типа – парадоксальный. Эта последова­тельность повторяется в каждом из пяти циклов длительностью пример­но по 90 минут, обычных во время нормального ночного сна (см. досье 4.1).

Медленноволновый («медленный») сон

Он составляет около 80% общего времени сна. Регистрируя электри­ческую активность мозга у спящих людей, ученые смогли выделить четыре стадии, в течение которых мозговая активность проявляется в форме все более и более медленных волн, вплоть до четвертой стадии, соответствующей глубокому сну.

По мере того как человек погружается в сон, ритмы сердца и дыхания замедляются, становясь все более равномерными. Даже если вначале сохраняется некоторый тонус мышц, в момент достижения стадии глубокого сна тело расслабляется, и организм, по-видимому, в макси­мальной степени восстанавливает физические силы. Однако некоторая реактивность сохраняется и во время сна; по-видимому, многие люди способны просыпаться в намеченный час или просто при произнесении их имени.

Внутренний мир и состояния сознания 141

Парадоксальный сон

Долгое время полагали, что Медленноволновый сон – единственный вид сна, пока однажды Азеринский и Клейтман (Azerinsky, Kleitman) в 1953 году после волн, характерных для четвертой стадии, т. е. глубокого сна, не обнаружили электрическую активность иного типа. Сначала подумали, что это просто возврат к первой стадии (легкому сну), но потом вскоре поняли, что речь идет о какой-то неизвестной ранее стадии. Действительно, спящий в это время находится в полной непод­вижности вследствие резкого падения мышечного тонуса, тогда как деятельность мозга возрастает, как будто человек просыпается. Тем не менее одни лишь глаза совершают быстрые движения под сомкнутыми веками.

Это стадия БДГ -сон с быстрыми движениями глаз, называемый также «парадоксальным» сном из-за наблюдаемого, казалось бы, несо­ответствия между состоянием тела и активностью мозга. Во время стадии БДГ разбудить спящего очень трудно, но если это удается, то можно услышать его рассказ о том, что он видел во сне, причем богатство и точность деталей этого сновидения контрастируют с тем, что бывает во время медленноволнового сна (досье 4.1).

Поскольку сновидения тесно связаны с парадоксальным сном, можно сделать вывод, что их продолжительность, вероятно, сравнима с про­должительностью периодов такого сна, т. е. составляет примерно 20% общего времени сна. Кроме того, было отмечено, что если первое сновидение данной ночи обычно не отличается большой оригиналь­ностью, то в последующих периодах сна с БДГ сновидения становятся все более яркими. В среднем примерно один из каждых трех снов -цвет­ной; однако это, по-видимому, не имеет особого значения.

Наряду с этим выяснилось, что если глубокий сон необходим организму, то нужен ему и парадоксальный сон. Во время различных исследований испытуемых систематически будили в тот момент, когда электрическая активность мозга и движения глаз указывали на переход в фазу парадоксального сна. Потом им позволяли снова заснуть и проспать в общей сложности столько же часов, что и обычно, но периоды парадоксального сна таким образом исключались. Когда после этого тем же испытуемым позволяли спать непрерывно, доля периодов БДГ в общем времени сна значительно увеличивалась (Dement, 1960).

Было выдвинуто много гипотез о значении парадоксального сна. Некоторые исследователи полагают, что это периоды восстановления клеток; другие считают, что сон с БДГ играет роль «предохранительного клапана», позволяющего разряжаться избытку энергии, пока тело пол­ностью лишено движения; по мнению третьих, он способствует закрепле­нию в памяти информации, полученной во время бодрствования. Неко-

142 Глава 4

торые исследования указывают даже на тесную связь между высоким уровнем интеллектуальности и большой общей продолжительностью периодов парадоксального сна у многих людей.

Что касается самих сновидений и их содержания, то было выдвинуто несколько гипотез, которые сейчас еще находятся на стадии проверки (см. досье 4.1).

Медитация

Под медитацией имеется в виду особое состояние сознания, изменен­ное по желанию субъекта. Это практика, известная на Востоке уже много столетий, привлекла внимание западных ученых из-за аналогии, кото­рую можно провести с феноменами, наблюдаемыми в лаборатории при создании внешней обратной связи от физиологических процессов к органам чувств (см. документ 4.4).

Все виды медитации преследуют одну цель – сосредоточить внимание, чтобы ограничить поле экстравертированного сознания настолько, что мозг будет ритмически реагировать на тот стимул, на котором сосредо­точился субъект. Есть несколько способов достижения этой цели: можно сконцентрировать внимание на мыслях или физических ощущениях, как это делают последователи зазены, использовать ритмические танцы, как у дервиш-турнеров, или же практиковать йогу, которая делает акцент на владение телесными позами и дыханием. Во всех случаях мозг начинает все больше и больше синхронизировать свою электрическую актив­ность — чаще всего типа альфа-волн, а иногда тета-волн, как это бывает у некоторых мастеров дзен.

Некоторые люди достигают во время медитации даже такого уровня контроля, что могут по собственному желанию замедлять сокращения сердца или уменьшать потребление кислорода примерно до 20% (рис. 4.3).

Техника медитации широко популяризировалась на Западе. Здесь имеется в виду трансцендентальная медитация, которая основана на использовании особого слова — мантры. Мантра, обычно выбираемая «учителем» для ученика, состоит из таких звуков, как О, М, Н, которые легко вступают в резонанс с электрической активностью мозга. Субъект должен повторять свою мантру -ОМ, ЭНГ, ШИРИМ … -сначала вслух, а потом про себя до тех пор, пока он не достигнет состояния полной расслабленности и «чистого сознания», из которого исключены все восприятия внешнего мира и которое граничит, по мнению некоторых приверженцев, с «чувством вечности».

Очевидно, что если физиологические изменения, связанные с медита­цией, легко доступны для объективного исследования, то субъективные впечатления, о которых сообщают испытуемые, проверить трудно. К тому же в следующей главе мы увидим, что пребывание в изолирован­ной камере дает сходные эффекты за час с небольшим и что оно вызывает, в частности, появление тета-волн у бодрствующего субъекта за несколько минут, в то время как большинству мастеров дзена для этого требовались несколько лет практики медитации.

Рис. 4.3. Переход к измененному состоянию сознания может осуществляться разными способами. Он может происходить во время ритмичного танца, сопро­вождающегося бесконечным повторением одного и того же слова, как это бывает в некоторых сектах, или при полном уходе во внутренний мир, как у йогов (внизу справа). В обоих случаях принцип остается тем же: нужно сузить поле сознания настолько, чтобы отрезать себя от внешнего мира.

Как бы то ни было, медитация как таковая, видимо, доставляет тому, кто ее практикует, реальное удовлетворение, особенно из-за связанного с нею расслабления. Конечно, здесь имеется в виду способ, который, как подчеркивает Бенсон (Benson, 1973), может позволить многим побороть стресс, не вступая для этого ни в какую секту (см. документ 4.5).

Разнообразие измененных состояний

Однако совсем не обязательно становиться мастером медитации или погружаться в состояние транса, чтобы почувствовать измененное состо­яние сознания, отличное от сна.

Каждый из нас когда-то испытывал в течение короткого времени ощущение экзальтации, приводящее к «расширению» сознания и чувству слияния со Вселенной, рядом с которой реальность кажется тусклой. Причиной этого может быть зрелище, поразившее нас своей красотой, или какая-то музыка, всегда вызывающая одно и то же волнение; это могут быть эмоции при первых любовных прикосновениях, к которым стремились на протяжении долгого времени оба влюбленных, или ощущения, связанные с оргазмом, или же чувства альпиниста, который после многочасовых усилий один достиг вершины. Все это особые моменты, пиковые, или пароксистические (как их называет Маслоу, 1970), которые способствуют сохранению нашего эмоционального рав­новесия.

Но, хотя подобные состояния и запрограммированы наследствен­ностью, все же воспитание, получаемое в нашем обществе, направлено скорее на то, чтобы ограничить возможности испытывать их. Преследуе­мая при этом цель состоит главном образом в том, чтобы направлять энергию на адаптацию к внешней действительности (физической и социальной) и на развитие экстравертированного сознания.

Что касается переживаний, испытываемых некоторыми людьми под воздействием гипноза (см. документ 4.6), или – уже в ином роде – перед смертью (см. документ 4.7), то они являются в настоящее время объектом исследований, которые, возможно, поставят под сомнение несколько упрощенное представление, которое мы чаще всего имеем о механизмах человеческой психики.

УПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ И ПАТОЛОГИЧЕСКИЕ СОСТОЯНИЯ

С давних пор наиболее известны патологические состояния сознания, вызываемые с помощью наркотиков. Каждый слышал о возможных последствиях употребления этих средств: об адской зависимости от героина, о риске передозировки, об опасностях при вождении машины в состоянии опьянения, об умственной деградации человека, долгое время употребляющего наркотики, о риске заболевания раком в результате курения…

Большинство этих предостережений в некоторой степени оправдан­но. И тем не менее люди продолжают употреблять психотропные средства. Некоторые делают это, чтобы устранить боль, другие — чтобы обрести сон, третьи – чтобы взбодрить себя в ответственные моменты; но многие — просто для того, чтобы почувствовать себя «иным», обрести

Внутренний мир и состояния сознания 145

состояние внутреннего благополучия, которое помогает им преодолеть трудности жизни, а часто и избежать их. Табак, кофе, алкоголь — это, несомненно, самые распространенные психотропные средства, потребля­емые в нашем обществе. Однако широко используются (хотя и нелегаль­но) также марихуана, гашиш, ЛСД, мескалин, амфетамины, кокаин и даже героин.

О каком бы веществе такого рода ни шла речь, все они воздействуют на головной мозг, либо ускоряя передачу сенсорных сигналов, либо ее блокируя или видоизменяя, либо мешая некоторым нервным центрам нормально выполнять свою функцию. Теперь известно, что эти эффекты обусловлены их влиянием на нейромедиаторы — вещества, ответственные за передачу сигналов от одного нейрона к другому в синапсах (см. приложение А).

Некоторые психотропные агенты фактически способны заменять эти нейромедиаторы, вызывая более значительные или просто качественно иные эффекты; другие блокируют выделение медиаторов, а третьи, наоборот, ускоряют или настолько изменяют передачу сигналов, что мозг вскоре утрачивает способность их анализировать.

Многократное употребление наркотика чаще всего приводит к привы­канию к нему. Что касается токсикомании, то она связана с хроническим или периодическим отравлением, влияние которого на организм весьма значительно.

Здесь нужно отличать физическую зависимость от психологической. В обоих случаях существует потребность в данном веществе. Когда имеет место физическая зависимость, функционирование нейромедиаторов изменяется так, что организм не может больше обходиться без наркоти­ка, и если прекратить его введение сразу, то может возникнуть синдром абстиненции, иногда со смертельным исходом. Психологическая же зависимость выражается в стремлении употреблять наркотик ради удовольствия или чувства удовлетворения, которое он доставляет. При лишении наркотика может в этом случае возникнуть синдром абстинен­ции аффективного происхождения.

Некоторые авторы употребляют термин болезненное пристрастие, отражающий состояние «закабаленности», к которому приводит физи­ческая или психологическая зависимость.

Употребление некоторых психотропных веществ приводит к разви­тию толерантности: организм становится все более устойчивым к их воздействию, и для достижения желаемого эффекта требуются все большие дозы. В таблице, приведенной в документе 4.8, представлены возможные последствия употребления различных психотропных препа­ратов.

ВОЗБУЖДАЮЩИЕ СРЕДСТВА

Малые стимуляторы

Многие люди, не отдавая себе в этом отчета, ежедневно употребляют психотропные вещества, чтобы «подстегнуть» себя, включиться в трудо­вой день. Это прежде всего кофеин, содержащийся в кофе, чае и

146 Глава 4

тонизирующих напитках вроде кока-колы. Он представляет собой слабое возбуждающее средство.

Никотин – еще одно возбуждающее средство, но далеко не столь безобидное. Его действие общеизвестно: он прежде всего помогает преодолеть стресс. Действительно, усиливая секрецию серотонина, нико­тин ослабляет активность мозговых клеток, что ведет к чувству умиро­творения. Только через некоторое время происходит увеличение количе­ства норадреналина, и это сопровождается повышением активности мозга (см. приложение А). Увы, это действие длится всего лишь несколько десятков минут, и тогда курильщику хочется все начать сначала. Становится понятно, как трудно отделаться от этой вредной для здоровья привычки, не говоря уже о психологической зависимости.

Амфетамины

Амфетамины — гораздо более сильные возбуждающие средства. Их действие состоит в значительном повышении концентрации норадренали­на, высвобождению которого они способствуют, одновременно замед­ляя его инактивацию (см. приложение А). Таким образом они увеличи­вают состояние общего возбуждения, что может далее привести к упадку сил.

Употребление амфетаминов создает в первое время ощущение физи­ческого благополучия, человек чувствует себя в форме, он уверен в себе. Внутривенная инъекция амфетамина в большой дозе тотчас же вызывает у токсикомана вспышку острого наслаждения, которое часто сравни­вают с сильнейшим оргазмом. Затем наступает состояние интеллекту­альной экзальтации, непреодолимое желание говорить, творить, а также иллюзорное чувство превосходства над окружающими.

Длительное употребление амфетаминов часто приводит к психотическим проявлениям параноидного типа, человек вскоре начинает чувст­вовать себя затравленным, и малейшее движение другого человека может быть воспринято как угроза. Бредовые идеи сопровождаются также слуховыми галлюцинациями. Можно вспомнить об одном амери­канском шофере, который без остановки гнал свой грузовик в течение 48 часов, «поддерживаемый» избытком амфетамина. А когда он был найден в канаве среди обломков своей машины, он рассказал, что поручил управление сменщику, существовавшему лишь в его галлюци­нирующем мозгу, а сам лег отдыхать.

Кокаин

Кокаин получают из листьев южноамериканского кустарника коки. Он имеет вид белого порошка («снега»), который используют в странах Запада путем введения через нос или путем инъекций.

Кокаин — прежде всего возбуждающее средство, но вызываемая им эйфория, достигающая иногда очень высокой интенсивности (за что, собственно, он и ценится), заставляет относить его также и к наркотичес­

Внутренний мир и состояния сознания 147

ким веществам. В этом состоянии эйфории человек, находящийся под воздействием кокаина, чувствует себя сильным и деятельным; он ясно видит жизненную перспективу, ощущает избыток сил, уверен в себе. Однако это состояние довольно быстро сменяется беспокойством, а иногда и неприятными слуховыми галлюцинациями. Хотя физическая зависимость от кокаина наступает лишь спустя долгое время, у кокаи­нистов, стремящихся получить первоначальное удовольствие, очень скоро создается значительная психологическая зависимость.

Нейродепрессанты

Нейродепрессанты оказывают действие, противоположное действию возбуждающих средств. Угнетая деятельность дыхательных центров ствола мозга, они уменьшают поступление кислорода в мозг, влияя таким образом на его деятельность. Это ведет к плохой координации движений, сбивчивой речи, нечеткости мышления, а также к прогресси­рующему торможению механизмов ретикулярной формации, обеспечи­вающих бодрствование и внимание.

Алкоголь

Многие не отдают себе отчета, что алкоголь-это нейродепрессант. Первоначальное его действие после одного-двух стаканов вина действи­тельно носит противоположный характер: человек освобождается от некоторых внутренних тормозов, становится шумным и возбужденным, способным иногда сделать такое, на что он, вероятно, никогда бы не отважился в иных обстоятельствах. Однако чем больше человек пьет, тем больше снижается активность его организма, а нейродепрессорное действие все сильнее проявляется в его манере говорить и вести себя. Способность логически мыслить и принимать верные решения уменьша­ется до такой степени, что он вскоре становится неспособен оценить состояние, в котором находится, хотя сам по-прежнему уверен, что может осуществлять такие сложные задачи, как, например, вождение машины. Десятки тысяч людей, гибнущих ежегодно по вине пьяных водителей, оказываются жертвами этой ошибочной самооценки.

Злоупотребление алкоголем, помимо прочего, приводит к необрати­мым изменениям в организме. Оно вызывает свертывание крови, кото­рая закупоривает кровеносные капилляры, в результате чего они лопа­ются; этим объясняется красный цвет носа у алкоголиков, а также разрушение клеток мозга, не получающих достаточного количества кислорода из крови.

Барбитураты и транквилизаторы

В продаже имеется более двух тысяч разновидностей барбитуратов, употребляемых в основном как успокаивающие и снотворные средства. Однако они могут сильно различаться по своему действию.

148 Глава 4

При отравлении небольшими дозами барбитуратов возникают симптомы, сходные с описанными выше симптомами алкогольного опьянения. В больших дозах они вызывают кому, глубина которой зависит от дозы и от введенного препарата. Половину попыток само­убийства составляют острые отравления барбитуратами, и около 10% жертв больше не просыпаются.

В случаях токсикомании возможны различные последствия — от ухуд­шения памяти и способности к суждению до ослабления умственной деятельности и интереса к работе или к событиям текущей жизни. Наблюдается также потеря контроля над эмоциями, что приводит к переходам от безмятежного оптимизма к самой глубокой безнадеж­ности.

Большинство психотропных веществ нарушает парадоксальный сон, а нейродепрессанты, по-видимому, подавляют его почти полностью. Поэтому алкоголик или барбитуроман в начале периода воздержания будет проводить почти все свое время сна в парадоксальной фазе: мозг как бы старается компенсировать предшествующий недостаток парадок­сального сна, играющего важную роль в восстановлении жизненных функций.

Что касается транквилизаторов, или успокаивающих средств, то они уменьшают беспокойство, блокируя избыточный поток сигналов на уровне синапсов. Однако длительное употребление даже таких слабых транквилизаторов, как, например, валиум или либриум1, очень часто приводит к привыканию организма и может вызвать как физическую, так и психологическую зависимость.

Наркотики

С самых давних пор людям известна способность некоторых расте­ний и добываемых из них продуктов приводить человека в состояние «невесомости», необыкновенной эйфории и пребывания как бы вне времени и пространства. Одно из таких растений -мак, из которого добывают опиум и его производные. Родиной мака является Азия.

Опиаты

Жан Кокто писал: «Все, чем мы занимаемся в жизни, даже любовью, мы делаем, находясь в скором поезде, который несется к смерти. Курить опиум — все равно что выпрыгивать из поезда на полном ходу…»

Цена чудесного ощущения, вызываемого опиатами, к сожалению, не малая: употребление этих наркотиков быстро приводит как к физичес­кой, так и к психической зависимости, а также ко все возрастающему привыканию, из-за которого приходится увеличивать дозу.

Собственно «наркотиками» в узком смысле этого слова называют именно опиаты.

Коммерческие названия широко известных транквилизаторов.

Внутренний мир и состояния сознания 149

Рис. 4.4. Внутривенное введение «сильных» нарко­тиков чаще всего производится в условиях, способ­ствующих внесению инфекции, и иногда приводит к смерти из-за передозировки.

Морфин наряду с кодеином является активным компонентом опиума. Его сразу же стали использовать в медицине как болеутоляющее средство. Действительно, теперь известно, что морфий действует на головной мозг, блокируя передачу сигналов, направляющихся к центрам боли, и в то же время активирует нервные пути, участвующие в возбуждении центров удовольствия (см. приложение А и документ 6.4).

В мозгу в небольших количествах содержатся вещества, сходные по действию с морфином, — эндорфины (см. приложение А). Но они дейст­вуют гораздо медленнее, чем морфин. Когда морфин вводят в больших дозах, он блокирует выработку эндорфинов, а это приводит к возникно­вению зависимости от опиатов.

В конце XIX века было открыто производное морфина, способное, как полагали, не вызывать зависимость от наркотика, и за такую «героическую» роль оно получило название героина (рис. 4.4).

Введенный внутривенно, героин вызывает сначала «вспышку» остро­го и глубокого ощущения полного блаженства, всеобщего оргазма, которое длится самое большее около 10 секунд и затем сменяется чувством благополучия «как у утробного плода, купающегося в амниотической жидкости». Однако надежды, связанные с героином, рухнули очень быстро, когда было замечено, что он менее чем за три недели порождает физическую зависимость у 91% наркоманов.

В конце 70-х годов ученые возлагали большие надежды на искус­ственные эндорфины, которые только что были синтезированы, но вскоре выяснилось, что они вызывают еще большую зависимость, чем героин.

Галлюциногены и психоделитики лсд

ЛСД (диэтиламид лизергиновой кислоты), мескалин и псилоцибин воздействуют главным образом на восприятие окружающего мира, искажая, в частности, восприятие формы и цвета. По своей химической структуре эти вещества очень сходны с некоторыми медиаторами головного мозга. Например, мескалин, получаемый из бутонов кактуса

150 Глава 4

Lophophora, очень близок к норадреналину, а буфотенин, получаемый из яда жаб или из грибов, расщепляется с образованием серотонина. Что касается ЛСД, близкого к серотонину, то он мешает ему взаимодейство­вать с рецепторами, занимая его место (см. приложение А): синапсы лишенные своего естественного тормоза, пропускают все сигналы, вызы­вая перевозбужденное состояние и информационную перегрузку. Восп­риятия становятся неестественно обостренными: звуки кажутся более гармоничными, а цвета -более яркими. Комната может показаться очень маленькой или, напротив, чрезмерно увеличиться. Эти иллюзии, однако, остаются под контролем субъекта. Галлюцинации же возникают только при употреблении слишком больших доз. В этом случае человек может почувствовать, что он превратился, например, в птицу, и может соответственно вести себя. Восприятие времени тоже значительно иска­жается в сторону ускорения или замедления в зависимости от рода «путешествия», мысленно осуществляемого субъектом. Все это очень часто сопровождается идеями величия или преследования.

Употребление ЛСД и других галлюциногенов не приводит к физичес­кой зависимости, но тем не менее толерантность к ним со временем увеличивается.

В конце концов самая серьезная опасность, связанная с употребле­нием ЛСД, заключается в риске совершить «дурное путешествие», которое может привести к эмоциональному расстройству, особенно у человека с неустойчивой психикой.

Марихуана и гашиш

Эти психоделитики получают из конопли, которая встречается в диком состоянии во многих уголках мира. Марихуану изготовляют из листьев и цветков растения, а гашиш -это камедь, извлекаемая из его верхушек. Активный компонент — 9-тетрагидроканнабинол — содержится в количестве от 1 до 3% в марихуане и около 5% в гашише.

Это, по-видимому, самый распространенный наркотик, и применя­ется он почти исключительно путем курения в трубке или в сигаретах. Его трудно отнести к определенному классу психотропных агентов, так как он одновременно обладает галлюциногенным, возбуждающим и эйфоризирующим действием. Именно поэтому некоторые видят в ко­нопле «стержень токсикомании», способный привести молодых людей, ищущих острые ощущения, к употреблению тех или иных «сильных» психотропных веществ по своему вкусу. Однако можно думать, что здесь имеют значение не столько свойства самой конопли, сколько личность субъекта и потребности, которые он стремится удовлетворить.

Эффекты галлюциногенов, особенно достигаемые с помощью гаши­ша, со временем прогрессируют. Как и в случае с ЛСД, субъект все же сохраняет контроль над своими псевдогаллюцинациями, которые уходят корнями в реальность: звук оказывается усиленным и измененным, цветное пятно на стене принимает форму лица и т. п.

Внутренний мир и состояния сознания 151

Возбуждающее действие препаратов конопли известно с давних пор. (Между прочим, от названия арабской секты воинов – гашишинов, широ­ко использовавших этот наркотик, произошло французское слово assas­sin-убийца.) Однако только очень большие дозы, принятые в особых обстоятельствах, могут вызвать агрессивное поведение: оно часто быва­ет результатом непреодолимых импульсов или бредовой мысли о преследовании.

В малых дозах марихуану или гашиш употребляют прежде всего ради их эйфоризирующего действия. По словам многих курильщиков марихуаны, она дает ощущение, что ты лучше понимаешь себя, пони­маешь других, находишься в согласии с природой и всем миром. Воображение оказывается вдруг свободным, легко возникают ассоциа­ции мыслей. Эффект марихуаны отличается от действия алкоголя в основном тем, что при ее употреблении восприятие времени и простран­ства настолько изменяется, что минута может показаться веком, а комната, в которой находится курильщик марихуаны, может вдруг представиться несоразмерно большой (Oughourlian, 1974).

152 Глава 4

Создается впечатление, что употребление марихуаны не приносит необратимого ущерба. В отчете Академии наук США, опубликованном в 1982 году, высказывается мнение, что проведенные исследования пока еще не позволяют сделать вывод о серьезном отрицательном влиянии марихуаны на физические и психические функции. Известно, что мариху­ана вызывает учащение сердечного ритма и повышение кровяного давления. Кроме того, она, по-видимому, нарушает запоминание инфор­мации и удержание ее в памяти (Institute of Medicine, 1982). А к утверждению о возможной утрате мотивации у заядлых курильщиков нужно подходить осторожно: есть все основания думать, что именно отсутствие желания работать или учиться толкает некоторых людей на поиски других источников эмоций, В конечном счете самая явная опасность, связанная с избыточным потреблением марихуаны, заключается в расстройствах моторной координации, особенно во время вожде­ния машины.

За последние 10-12 лет, однако, потребление марихуаны постепенно уменьшилось: в настоящее время ее употребляют немногим более 5-10% студентов. Очень трудно получить данные, относящиеся к дру­гим социальным кругам, но в целом это явление, видимо, стабилизи­руется. Зато среди молодежи оно, к несчастью, заменяется более серьезным явлением – ростом алкоголизма.

Использование психотропных препаратов и болезненное пристрастие к ним

У многих народов частое использование психотропных веществ – яв­ление вполне обычное. В нашем же обществе допустимыми считаются лишь алкоголь и табак, а употребление большинства других подобных средств, даже если некоторые из них менее вредны для здоровья, запрещается. Сас (Szasz, 1974) в своей книге Rituels de la drogue выдвигает гипотезу, что такое неприятие, видимо, направлено на то, чтобы сохранять единство группы, отграничивая «наших» от «других», а отсюда вытекает и наказание, перевоспитание или лечение всех тех, кто нарушает установленные нормы.

Поскольку злоупотребление наркотиками, по-видимому, не зависит от большей или меньшей трудности их добывания, оно не может быть устранено запретами или репрессиями, которые пытаются осуществлять государства. По мнению Пила (Peel, 1977), проблема на самом деле заключается не столько в психотропном препарате как таковом, каким бы он ни был, сколько в переживаниях, которые хотят испытать с его помощью. В этом смысле потребление наркотиков и болезненное прист­растие, к которому оно может привести, зависят главным образом от «особенностей каждого индивидуума, от его понимания жизни, идет ли речь о прибегании к наркотикам, алкоголю, барбитуратам или к чему-то иному, что не имеет ничего общего с психотропными веществами [как пища для страдающего булимией (см. документ 12.3), как игра для игрока, как чрезмерно навязчивый или чрезмерно опекающий партнер или даже как беспрерывное сидение перед экраном телевизора… ] . Эта позиция человека по отношению к самому себе и к жизни должна в большей степени зависеть от опыта его детских лет, от его личности, а также от социальных условий. Этим, видимо, и объясняется, почему некоторые люди не испытывают потребности в «искусственном рае», даже если у них есть возможность легко достать туда «пропуск», а другие могут оставаться умеренными потребителями наркотиков, никог­да не впадая в зависимость от них, в то время как третьи оказываются «втянутыми», будучи к тому же способными переходить от одного вида наркотика к другому.

1 Л. Надо (L. Nadeau) ссылается на нее в предисловии к французскому переводу труда Пила (Peel).

Внутренний мир и состояния сознания 153

Для этих последних, по мнению Пила, эффект, вызываемый психотоопным препаратом, позволяет заменить удовольствия, которые они не могут получить в реальной жизни, так как у них не хватает уверенности или решимости. Чтобы приняться за важное дело или войти в контакт с другими людьми, нужно преодолеть ряд трудностей и пережить, быть может, тревожные моменты; а в случае приема наркотика, если только его доза достаточна, эффект гарантирован и достигается мгновенно. К тому же «токсикомания позволит забыть о неудачах или вообще воздержаться от усилий для преодоления трудностей жизни…»

Чаще всего болезненные пристрастия «служат тому, чтобы заполнять пустоты в жизни и, в частности, убивать время». Поэтому, опять же согласно Пилу, только центры интереса, благодаря которым человек будет доволен собой и сможет проявить свои способности очевидным для окружающих образом, дадут ему такое удовлетворение, что он не захочет прибегать к наркотикам. И чем больше та общественная среда, в которую войдет человек, будет настроена против их использования, тем легче ему будет от них отказаться. Не в этом ли именно и состоит задача современного общества?

Наркотики и внутренний мир человека

Как бы то ни было, «сильные» наркотики всегда представляют реальную опасность для отдельного человека и для общества. При воздействии повышенных доз наркотика мозг теряет контроль над своей деятельностью, и тогда приходится иметь дело с вторичным последст­вием -расстроенным сознанием, функционирование которого все боль­ше зависит от этого внешнего агента.

С другой стороны, накопление новых знаний об измененных и патологических состояниях психики, а также о взаимодействиях нарко­тиков с нейромедиаторами постепенно изменяет отношение ученых и широкой публики к этим явлениям.

Иногда использование наркотиков может помочь увидеть сокрови­ща, таящиеся в глубинах нашего духа. Небольшие дозы их могут создать у чересчур скованных людей благоприятные условия для рас­слабления и размышлений или же позволить им перенестись в область творчества и воображения (см. документ 4.9).

Тем не менее человеческий мозг сам имеет достаточно возможностей, чтобы управлять информацией, исходящей как из его внутреннего мира, так и из окружающей действительности. Важно суметь сохранить или снова обрести дремлющую в нас детскую способность к восторженному удивлению, а также восприимчивость и отзывчивость даже по отноше­нию к самым незначительным мелочам жизни и внутреннего мира.

154 Глава 4

ДОКУМЕНТ 4.1. ЭЛЕКТРИЧЕСКАЯ АКТИВНОСТЬ МОЗГА

Мозг состоит более чем из 10 миллиардов клеток (см. приложение А), и каждая из них представляет собой миниатюрную станцию, способ­ную в возбужденном состоянии создавать электрический потенциал. Впервые эта электрическая активность мозга была обнаружена в 1875 году, однако лишь в 1924 году Бергер (Berger) зарегистрировал ее в виде электроэнцефалограммы (ЭЭГ), что позволило выявлять изменения в функционировании мозга.

Запись мозговых волн осуществляют с помощью электроэнцефало-графа-прибора, способного отводить и усиливать потенциалы, созда­ваемые нервными клетками. Это делается с помощью электродов, прикрепляемых к коже головы испытуемого. Эти слабые потенциалы усиливаются и отображаются графически в виде волн, записываемых на движущейся полосе бумаги (рис. 4.6).

Медленные волны

При низкой активности мозга большие группы нервных клеток разряжаются одновременно. Эта синхронность отображается на ЭЭГ в виде последовательности медленных волн (волн низкой частоты и большой амплитуды).

К наиболее известным медленным волнам относятся:

1) альфа-волны, частота которых лежит в пределах от 8 до 12 циклов в секунду (8-12 Гц); они характерны для расслабленного состояния, когда человек сидит спокойно с закрытыми глазами;

2) тета-волны частотой от 4 до 7 Гц; они появляются на первой

Альфа-волны (8-12 Гц)

Тета-волны (4-7 Гц)

Дельта-волны (0,5-3 Гц)

Бета-волны (13-26 Гц)

Рис. 4.6. Различные типы мозговых волн. Чем более синхронна деятельность нервных клеток мозга, тем меньше частота волн и тем больше их амплитуда. Сравните дельта-волны малой частоты (3 Гц) и большой амплитуды с бета-волнами высокой частоты (20 Гц) и очень малой амплитуды.

Внутренний мир и состояния сознания 155

стадии сна, а также у некоторых опытных мастеров медитации или во время пребывания испытуемых в изолированной камере в условиях сенсорной депривации;

3) дельта-волны (0,5-3 Гц), которые регистрируются во время глубо­кого сна, а также при некоторых патологических состояниях (например, при опухолях мозга) или у больного незадолго до смерти, находящегося в сознании.

Быстрые волны

Во время активной работы мозга каждая участвующая в ней нервная клетка разряжается в соответствии со своей специфической функцией в своем собственном ритме. В результате активность становится совер­шенно асинхронной и регистрируется в виде быстрых волн высокой частоты и малой амплитуды (так как противоположные отклонения потенциала, суммируясь в ЭЭГ, как бы уничтожают друг друга). Эти быстрые волны известны под названием бета-волн; их частота варьирует в пределах от 13 до 26 Гц, но амплитуда уменьшается по мере того, как усиливается мозговая деятельность.

Электроэнцефалограмма дает важные сведения, позволяющие судить о состоянии сознания субъекта. Однако совершенно очевидно, что при использовании столь малого числа электродов получаемые данные никак не могут отразить всю сложность деятельности, производимой миллиардами нервных клеток. Как отмечал еще в 1949 году Грей Уолтер (Walter), «нам, вероятно, удастся понять лишь менее 1% общей инфор­мации, содержащейся в ЭЭГ. Мы находимся в положении глухонемого марсианина, который, не имея ни малейшего представления о том, что такое звук, пытался бы определить структуру нашего языка, изучая борозду на граммофонной пластинке».

Документ 4.2. Картография внутреннего пространства

На рис. 4.1. были представлены различные уровни бодрствования, отражающие состояние субъекта и его экстравертированного сознания. Нам осталось дополнить эту карту внутренним миром, добавив к ней наши пока еще фрагментарные знания об измененных состояниях сознания. Это именно то, что пытался сделать в 1977 году Фишер (Fischer), профессор экспериментальной психиатрии университета штата Огайо (рис. 4.7).

По его мнению, погружение в глубинное «свое» может осуществляться по двум «склонам» сознания и восприятия: с одной стороны, это склон, находящийся под контролем парасимпатической нервной системы и направленный к расслаблению, в континууме «расслабление -медитация»; а с другой стороны — склон, контролируемый симпатической системой и направленный к активации нервной системы, в континууме «восприятие-галлюцинация», включающем ряд состояний от творчес­кого вдохновения до мистического экстаза.

156

Глава

Рис. 4.7. Карта внутреннего пространства (по Фишеру, 1971-1975), представле­ние различных состояний сознания в континууме восприятие-медитация (слева) и в континууме восприятие-галлюцинация (справа). Представление активного соз­нания по Хеббу (см. рис. 5.1) включает секторы от блуждающего сознания до бодрствующего. В традиционной психологии это мир Я. Тем не менее при изучении каждого континуума спускаются до корней Своего (согласно восточной концепции). Континуум восприятие — медитация приводит к состоянию сознания, совершенно оторванного от всякой связи с реальностью, — к йоге самадхи [переход от бета-волн (13-26 Гц) к дельта-волнам (4 Гц и меньше)]. Что касается континуума восприятие — галлюцинации, доходящего до мистического экстаза, то для него характерны все более асинхронные бета-волны (уменьшение амплитуды с 35 до 7-‘8). У йоги самадхи и у экстаза Свое — одно и то же. Переход от одного к другому может осуществиться скачком назад, который называется опытом кундалини, а возвращение к Я может происходить либо тем же путем, либо по противоположному континууму, либо зигзагом — с переходом от одного конти­нуума к другому. Чтобы дополнить эту карту, мы расположили медленноволновый сон в континууме восприятие — медитация, а парадоксальный сон с сопро­вождающими его сновидениями — в континууме восприятие — галлюцинации. Мы также добавили данные о том, как различные психотропные вещества влияют на состояние активного сознания.

157

Мозговая деятельность, лежащая в основе этих разнообразных состо­яний, отображается в ЭЭГ вариациями частоты и амплитуды мозговых волн. По мере того как нарастает релаксация — от уменьшения тонуса до глубокой медитации (или йоги самадхи),-мы наблюдаем, как после бета-волн (26-13 Гц) появляются альфа-волны (12-8 Гц), а затем тета-волны (7-4 Гц).

И наоборот, по мере активации мозга-перехода от релаксации до кататонии- деятельность нервных клеток десинхронизируется, что про­является в постепенном уменьшении амплитуды волн от 35 до 7 (по шкале Голдстейна).

Континуум восприятие — медитация

Различные виды медитации соответствуют разным уровням мозго­вой активности, которая постепенно переходит от альфа-ритма к дельта -и тета-ритму.

Медитация дзен характеризуется альфа-волнами вплоть до их наи­меньших частот, где они переходят в бета-волны. Это генерирование альфа-волн может быть прервано внешним раздражителем, например резким звуком (Kasamatsu, Hirai, 1966), и это показывает, что степень расслабления не очень велика. У индийских мастеров йоги, напротив, ни вспышка яркого света, ни удар гонга, ни прикосновение горячего предмета не прекращает и даже не изменяет альфа- или тета-ритма (Anand et al, Г961).

Это различие, по-видимому, связано с тем, что дзен в основном направлен на отключение сознания с тем, чтобы оставаться на «плаваю­щем» подкорковом уровне, где ничто больше не воспринимается и не оценивается как то, что оно есть в действительности. В случае же йоги самадхи должен быть достигнут полный отрыв от реальности как внешней, так и внутренней — «пустота, в которой уже нет ни формы, ни звука, ни запаха, ни вкуса, ни предметов, … где нет ни знаний, ни незнания, ни расслабленности, ни смерти. Есть просто свое» (Cowell et al,, 1969).

Континуум восприятие-галлюцинация

Эстетическая чувственность, пробужденная пейзажем, музыкой, цветом или даже математическим уравнением, соответствует усилению актива­ции мозга. Удивленное восхищение поднимает человека над уровнем повседневной рутины, а некоторых людей подводит к порогу творческо­го вдохновения.

Мэрилин Фергюсон (Ferguson, 1974) напоминает, что у творческих натур «сознание почти всегда находится в измененном состоянии» и что «их обыденное сознание во время бодрствования представляет собой как бы открытый порт, в котором в любую минуту идет выгрузка богатств, доставляемых из подсознания».

Большинство людей не переходят этой границы. Однако у некото-

158 Глава 4

рых, когда активация мозга возрастает вплоть до разрыва с реально­стью, вызывая постоянное напряжение, наступает приближение к об­ласти тревоги и страха.

Ван Гог, Шуман и многие другие, должно быть, скользили от одного полюса этого континуума к другому, доходя порой до разрыва с внешним миром в периоды острых приступов шизофрении. На этом уровне умственного перевозбуждения субъект чувствует себя перепол­ненным энергией, он как будто наэлектризован, даже сон у него беспокойный; однако в начальной фазе у него возникает ощущение, что он оживляется, впервые чувствует, что его жизнь имеет смысл.

Для кататонии — одной из форм шизофрении -характерно то, что субъект может часами оставаться абсолютно неподвижным, и это драматическим образом контрастирует с бурной работой его ума, над которым он, видимо, старается таким способом сохранить контроль.

У многих больных подобного рода, у которых эти состояния медита­ции, часто усиливаемые неудачной химиотерапией, не становятся хрони­ческими, они могут играть важную роль в познавании самого себя и в реорганизации личности. Мы вернемся к этому в главе 12.

При мистическом экстазе наступает такое состояние, при котором все сознание обращено внутрь, неподвижно и находится вне времени, направляемое просьбой или молитвой к одному центру, к внутреннему свету, к озарению. Это состояние «абсолютной уверенности», отвергаю­щей всякую проверку, подобное тому, которое смогли испытать Тереза д’Авила, Паскаль или Рамакришна.

На этой стадии потребность в «уравновешивании» может заставить человека перейти от экстаза к состоянию глубокой медитации или наоборот. А из своего «путешествия» он может вернуться и тем и другим путем.

Документ 4.3. Биологические часы

Жизнь большинства организмов на Земле подчинена ритмам, кото­рые видоизменяют их активность на протяжении суток, лунного месяца или же года. Конечно, эти ритмы синхронизируются временными ориентирами, такими как свет и темнота, приливы и отливы или смены сезонов. Но теперь известно, что независимо от внешних факторов эти ритмы поддерживаются и внутренними ритмами, запрограммированны­ми генетически и находящимися под контролем «биологических часов» (Aschoff, 1965).

Это в особенности относится к циклу сна и бодрствования, который может сохранять свою примерно суточную периодичность, даже если индивидуум не получает извне никакой информации о том, какое сейчас время суток. Недавно было выяснено, что биологические часы, ответст­венные за циркадианные (околосуточные) ритмы, видимо, регулируются при участии передней области гипоталамуса. Действительно, разруше­ние этой области у крыс ведет к утрате ритма активности (Zucker, 1980). Существование внутреннего циркадианного ритма было, в частности,

Внутренний мир и состояния сознания 159

подтверждено французским спелеологом Мишелем Сифром (Siffre), ко­торый провел около 60 дней в пещере на глубине нескольких сот метров под землей. С поверхностью у него была установлена только радио­связь, чтобы можно было отмечать периоды бодрствования и сна. Наблюдатели могли объективно проверять моменты засыпания и про­буждения, так как активность его мозга регистрировалась соответствую­щими приборами. Было подсчитано, что средняя продолжительность цикла сна и бодрствования на протяжении всего эксперимента составля­ла около 25 часов (Siffre, 1963). (У ряда животных она в аналогичных условиях могла быть меньше 24 часов.)

У некоторых людей отклонение от 24-часового ритма иногда может быть более значительным. Это приводит к тому, что в течение недели они ложатся спать все позже и позже, хотя встают каждый день в одно и то же время, определенное выходом на работу. Позднее вставание в субботу и воскресные дни позволяет организму восполнить время, потерянное для сна в другие дни.

Точно так же циркадианный ритм позволяет людям, находящимся в Арктике, продолжать нормально функционировать в условиях арктичес­кого дня или арктической ночи. Но этот же ритм ответствен за расстройства, возникающие у людей, перелетевших на самолете с одного континента на другой; «внутренние часы» этих пассажиров полностью придут в соответствие с суточным ритмом жизни в их новом местона­хождении лишь дней через десять.

Рис. 4.8. Большинство важных природных явлений, таких как повседневная и сезонная активность различных животных, контролируется биологическими ча­сами.

160 Глава 4

Кроме того, американские ученые показали, что существуют и другие ритмы. Имеется, например, ритм с периодом от 90 до 100 минут который проявляется не только во время сна (пять циклов с фазой парадоксального сна, см. выше), но и в период бодрствования: в дневное время он влияет на ряд таких различных проявлений, как сокращения желудка или продуктивность воображения. Другими словами, у человека, лишенного внешних временных ориентиров, через каждые полтора часа могло бы подсознательно возникать желание погрызть что-нибудь, проявить свое остроумие или, в ином случае, предаться мечтам.

Существуют также ритмы, период которых близок к одному году, Эти цирканнуальные ритмы позволяют различным животным програм­мировать свою деятельность, связанную с размножением, миграциями или зимней спячкой (Godefroid, 1986). Таким образом, нельзя говорить о каких-то единственных биологических часах; скорее всего, имеется нес­колько подобных механизмов, связанных друг с другом, причем каждый из них обладает своей собственной периодичностью.

Вероятно, такие же ритмы существуют также и у человека — в част­ности, они позволяют ему адаптироваться к смене времен года. Однако современная цивилизация и связанное с ней единообразие условий жизни должны все больше и больше притуплять чувствительность нашего организма к текущему времени и к важнейшим ритмам природы.

Документ 4.4. Внешняя обратная связь

Практика йоги и медитации требует долгих лет, прежде чем человек научится осуществлять контроль над своим организмом. Между тем с помощью электроэнцефалографа, о котором мы уже говорили, электромиографа, регистрирующего мышечное напряжение, и ряда других приборов, позволяющих измерять частоту пульса, артериальное давле­ние или температуру тела, психологи показали, что можно выучиться управлять различными функциями организма гораздо быстрее.

В конце 60-х годов Миллер и его сотрудники установили, что крыс можно обучить ускорять или замедлять сердечный ритм, если вознаг­раждать их всякий раз, когда у них произойдет желаемое изменение (Miller, 1978). Позднее другим исследователям удалось таким же обра­зом научить животных управлять кровяным давлением, потоотделе­нием, желудочной секрецией, образованием мочи или моторикой желуд­ка. Таким образом, стало ясно, что функции, считавшиеся раньше недоступными для произвольного контроля, могут регулироваться по желанию индивидуума.

Этот метод был быстро перенесен на человека. Электроды, укреплен­ные на коже головы или на другой части тела в зависимости от того какую функцию нужно было регистрировать, присоединяли к электрон­ному прибору, который подавал визуальный или звуковой сигнал обратной связи всякий раз, когда эта функция изменялась в желаемом направлении. В таких условиях испытуемый мог, руководствуясь интен­сивностью получаемого сигнала, усиливать свой альфа-ритм или ослаб-

161

лять деятельность сердца (рис. 4.9). Было также показано, что ребенок может приводить в движение игрушечный электрический поезд, произ­вольно генерируя альфа-волны, которые, будучи усилены, служат пуско­вым сигналом (Brown, 1974).

В настоящее время наиболее широкое применение внешняя обратная связь, получила в программах подавления мигрени (кровь сосудов головы «отсылается» к нижним частям тела), восстановления регулярно­го ритма сердца и нормального кровяного давления, а также для предупреждения приступов эпилепсии (путем контроля над некоторыми ритмами мозга).

Однако в последние годы возникли сомнения в эффективности и даже целесообразности применения такого метода, результаты которого, возможно, не отличаются существенным образом от тех, которые можно получить с помощью более простой и гораздо более дешевой техники релаксации. Многие ученые, не отрицая достижений в экспери­ментировании с внешней обратной связью, полагают теперь, что следует глубже исследовать обнаруженные явления, чтобы выявить лежащие в их основе механизмы.

Документ 4.5. Общедоступная медитация

Если вы хотите сами испытать состояние медитации, то, по мнению Бенсона (Benson, 1975), вам достаточно будет удобно расположиться сидя или лежа в спокойном, приятном, не слишком сильно освещенном месте, где вам хорошо. Закройте глаза и, глубоко дыша через нос, на каждом вдохе (!) произносите английское слово one (уан) сначала громко, а затем все тише и тише.

Важно, чтобы вы нашли этот опыт приятным и думали только о слове1, которое срывается с ваших губ, и ни о чем другом. Но ничего не форсируйте. Возможно, сеансу помешают какие-то отвлекающие момен­ты или какие-то нежелательные мысли придут вам на ум. Не старайтесь их прогнать. Продолжайте, ни на что не обращая внимания. Со временем вы, вероятно, сможете все больше сосредоточиваться и будете забывать об окружающем.

1Если вы захотите еще больше приблизиться к восточной технике, выберите мантру, соответствующую вашей возрастной группе, от 16 до 18 лет-ЕМА, от 19-до 20 лет EANG, от 20 до 22 лет АЕМ и т п. (De Laumere, Gagnon, 1978).

162 Глава 4

Подобные сеансы продолжительностью 20 минут, прилежно повто­ряемые через несколько часов после еды или употребления возбуждаю­щих напитков, должны дать результат, сходный с тем, которого добива­ются с помощью трансцендентальной медитации. Вы можете не достичь нирваны, но если это и не приведет вас к высшему состоянию сознания, вы по крайней мере научитесь расслабляться, а это не может принести вред.

Документ 4.6. Гипноз: измененное состояние или черта личности?

Будучи очень модным в XIX веке, изучение гипноза в первой половине XX века перестало вызывать интерес. Только к 50-м годам некоторые ученые снова энергично взялись за эту тему, и хотя споры еще не утихают, было, однако, собрано много фактов, заслуживающих серьезного рассмотрения.

Прежде всего в гипнозе выявляется что-то общее со сном и медита­цией. Так же как и эти измененные состояния сознания, гипноз дости­гается уменьшением притока сигналов к мозгу. Субъект по существу должен сосредоточиться на каком-то одном сенсорном стимуле — напри­мер, пристально смотреть в глаза экспериментатору или фиксировать взором какую-нибудь точку на стене, а в это время ему предлагается ни о чем другом не думать и постепенно засыпать. Но на этом все сходство кончается. В отличие от других измененных состояний гипноз не сопровождается физиологическими отклонениями от состояния бодрст­вования: мозговые волны чаще всего остаются волнами бодрствующего человека, содержание кислорода и двуокиси углерода в крови не измене­но, как это бывает во время сна или медитации.

Если субъект легко поддается гипнозу и полностью доверяет гипно­тизеру, то очень узкая направленность внимания позволяет ему рассла­биться и полностью сосредоточиться на внушениях гипнотизера. Начи­ная с этого момента он проявляет интерес только к тем событиям, которые ему предлагается воображать, независимо от всего остального, что происходит вокруг. Он соглашается выполнять действия, подчас очень насыщенные эмоционально или же такие, которые он никогда не стал бы совершать в состоянии бодрствования. Он может, например, услышав ключевое слово, почесать себе колено или голову; может рассказать о каких-то тяжелых эпизодах из своей жизни, которые при других условиях он никогда бы не раскрыл.

Все происходит так, как будто испытуемый согласился отказаться от своего собственного здравого смысла. Отмечается, однако, что никогда нельзя было добиться, чтобы испытуемый под гипнозом совершал действия, которые он не одобрил бы в нормальном состоянии.

Внутренний мир и состояния сознания 163

Рис. 4.10. Эта испытуемая, загипнотизи­рованная доктором Хилгардом, погружает левую руку в ледяную воду и не испыты­вает никаких острых ощущений. Однако если ее просят написать правой рукой, что на самом деле испытывает ее организм, «скрытый наблюдатель» ее психики поль­зуется этим способом, чтобы сообщить о её действительном ощущении.

Проснувшись, испытуемый забудет все или почти все, что происходи­ло во время сеанса, или, наоборот, вспомнит все подробности. Это будет зависеть от того, что ему внушалось: забыть или помнить. Точно так же если испытуемому внушается, чтобы он совершил определенное дейст­вие после пробуждения, то, проснувшись, он может вести себя довольно странно, например открыть зонтик прямо в зале или вдруг неудержимо раскашляться, но будет не в состоянии точно указать причину этого.

Но как можно объяснить, что загипнотизированный человек спосо­бен пройти через всю комнату, ни на что не наткнувшись, или может правой рукой описать на бумаге болезненные ощущения, которые испытывает в левой руке (рис. 4.10), в то время как сам вслух утверж­дает, что ничего не чувствует?

Хилгард (Hilgard, 1977), чтобы объяснить такого рода явления, выдвинул гипотезу о существовании внутреннего «скрытого наблюда­теля», который, видимо не сознавая этого, находится в курсе того, что «переживает» другая часть личности. Он высказал мысль, что сознание не является чем-то неделимым и что между различными его элементами, определяющими поведение, гипноз в зависимости от обстоятельств может вводить «барьеры» разной степени эффективности. Здесь следует напомнить и о гипотезе, выдвинутой Фишером (см. документ 4.9), который рассматривает психическую жизнь как ряд слоев, соответст­вующих различным уровням бодрствования, по которым одни из нас могут путешествовать легче, чем другие. По мнению Фишера, это способна делать одна треть всех людей, но только третья часть этой трети обладает «гипнотической восприимчивостью». Может быть, эти люди просто имели возможность лучше развить способности, заложенные в каждом из нас. Это позволяет им жить одновременно на разных уровнях, когда они оказываются под контролем внешней действующей силы.

164 Глава 4

Документ 4.7. Состояние сознания перед смертью

Вот уже около 20 лет проявляется особый интерес к тому, что человек испытывает в последние минуты жизни. Элизабет Кюблер-Росс (КйЬ-ler-Ross, 19 69)-психиатр из Чикагского университета — внесла большой вклад в понимание того, что происходит во время этого важнейшего для каждого из нас этапа. В частности, она показала, как умирающий проходит различные стадии, которые постепенно ведут его от отказа к принятию последнего опыта. Мы вернемся к этому в главе 10.

Муди (Moody, 1976)-коллега Кюблер-Росс, тоже врач — заинтересо­вался, в частности, тем, что рассказывают больные, которые были с помощью реанимации возвращены к жизни после периода клинической смерти. Согласно его данным, многие говорили о пребывании, как им казалось, вне собственного тела. Они говорили, что, услышав фаталь­ный приговор доктора, они возносились над своей телесной оболочкой и могли наблюдать за ней из одного из углов под потолком комнаты. Они сообщали о словах, сказанных их близкими, находившимися там же, и об их жестах. Некоторые говорили о каком-то длинном туннеле, в который их как бы всосало, а пройдя через него, они оказывались в чудной местности с удивительно яркими красками. Многие говорили, что встречали там умерших друзей или лиц, которые при жизни имели для них большое значение. За это время перед ними проходили образы самых значительных событий их жизни. У некоторых даже возникало ощущение, что они приближаются к ослепительному свету, и вдруг… старания медицинского персонала насильственно возвращали их к ре­альности.

Многим эти переживания казались настолько необыкновенными, что они в первые минуты сожалели о том, что их вырвали из этого «путешествия». Но большинство признавало, что, пережив это, они начинали еще больше ценить жизнь, но чувствовали себя готовыми к новому отъезду в «Зазеркалье».

Когда вышла книга Муди, она нашла большой отклик у публики, но научные круги приняли ее безразлично, а то и враждебно. По их мнению, речь в ней идет о совершенно субъективных свидетельствах: нет никаких данных о составе исследованной выборки, и результаты опроса пред­ставляют собой всего лишь отражение религиозных верований людей и их расхожих представлений о потусторонней жизни.

С тех пор изучение измененных состояний сознания и эффектов, вызываемых психотропными средствами, сильно продвинулось. Кроме того, открытие эндорфинов — собственных «наркотиков» мозга, выделя­ющихся во все критические моменты жизни, позволяет объяснить состояние блаженства, в котором находятся многие люди в момент смерти. Впрочем, известно, что не более 6% из них страдает, испуская последний вздох. Ученые должны были согласиться с тем, что все это. возможно, заслуживает более глубокого исследования. Тем более что с тех пор данные Муди получили некоторое подтверждение, особенно при сравнении людей, принадлежавших к разным культурам и разным вероисповеданиям (Osis, Haraldsson, 1977). Одно из исследований было проведено Рингом (Ring, 1982), и данные, собранные самым объектив­ным образом, по-видимому, сходны с полученными ранее.

Внутренний мир и состояния сознания 165

Из более чем 200 человек, опрошенных после клинической смерти, около 50% заявили, что у них были переживания, подобные описанным в книге Муди. Более трети из них сообщили о «пребывании вне собственного тела»; 25% говорили о том, что перед ними прошла вся их жизнь, более половины — что видели «свет», в который многие «вошли».

Некоторые думают, что все это, возможно, объясняется врожденным предрасположением, свойственным человеческому роду. Тем не менее «чувственность», проявляемая некоторыми высшими млекопитающими при приближении собственной смерти или смерти одного из их близких, наводит на мысль, что речь идет здесь, возможно, о более общем типе адаптации.

Документ 4.8. Классификация психотропных веществ

Классификация психотропных веществ

Категории

Действие

Зависимость

Источники

Толерантность

Природные

Физическая

Психологическая

Смертельная зависимость опасносгь при передози­ровке

Стимулирующие сpeдсmва

Амфетамины (бензедрин, метедрин)

Снимают

утомле-

Да

Да

Кофеин

Кофе, чай, кола

Легкое

возбуж­дающее

Да(?)

Кокаин Кока Вызывает При .1 -щ- Да эйфо- го > рию и упог возбуждение реб-^ нии

166

Глава 4

Никотин Табак Вызывает — Да(?) -легкое успокое­ние, потом возбуж­дение

Нейро- — Седатив- Да Да Да депрес- ное синты (успо­каиваю­щее) Барби-тураты (люми­нал, веро­нал)

Трачквили- — Успо- Да Да Да заторы каиваю-щее (валиум)

Алкоголь Различные Возбуж- Да Да Да -расте- дающее, ния затем депрес­сивное

Наркотики Мак Боле-Опиум утоляю- Да Да — —

Морфин нарко- Да Да Да Героин тизи- Да Да Да Да Кодеин рующее Да Да Да

Метадон

Да

Да

Да

Галлюциногены и психоделитики

лед *

Галлюцино-генное

Да Да

Да Да

Псилоци- Некоторые Галлю-

бин грибы циногенное

Внутренний мир и состояния сознания 167

Мескалин Бутоны Галлюцино-кактуса генное

РСР

Галлюциногенное и обез­боли­вающее

Да Да Да Да Иногда

Да(?)

Марихуана Конопля Психо-

и гашиш делити-ческое

* Первоначально получен из спорыньи

Документ 4.9. Память, связанная

с определенным состоянием сознания

В фильме «Огни большого города» Чаплин рассказывает историю одного пьяного в стельку миллионера, которого Чарли спасает от самоубийства. Всякий раз, когда миллионер в пьяном виде встречает Чарли, он обходится с ним как с лучшим другом и приглашает его к себе. Но когда наутро миллионер трезвеет, он видит в Чарли лишь незваного гостя и выставляет его за дверь. Это классический пример, приведенный Фишером (Fischer, 1971); он показывает, что человек иной раз может вспомнить определенные события только тогда, когда он вновь окажется в том же состоянии, в каком он был, когда эти события с ним произошли.

Левинсон (Levinson, 1967) описал случаи с больными, которые под гипнозом были приведены в состояние, пережитое ими при наркозе, и смогли теперь вспомнить слова, произнесенные врачом в то время, когда они были погружены в глубокий сон.

Это явление было подтверждено многочисленными экспериментами. Гудвин и его коллеги (Goodwin et al., 1969) давали 48 пьяным испытуе­мым запоминать бессмысленные слоги. Они заметили, что испытуемым было очень трудно вспомнить эти слоги, когда они были в трезвом состоянии, но когда их снова напаивали, вспоминание шло очень хорошо. Другие исследователи (Bustamante et al., 1970) сравнили две группы людей, обучавшихся распознавать геометрические фигуры: пер­вая — после приема амфетаминов, вторая — после приема барбитуратов. Оказалось, что впоследствии испытуемые были способны хорошо вспомнить фигуры только тогда, когда они находились под воздейст­вием того же препарата, который они принимали перед запоминанием.

Овертон (Overton, 1974) наблюдал то же самое у крыс, которых,

168

когда они находились под воздействием наркотика, обучили поворачи­вать в лабиринте направо. Эти крысы были способны снова выполнить эту задачу только в том случае, если им опять вводили наркотик — в противном случае они вели себя так как будто никогда этому не обучались.

Фишер сравнивает различные состояния сознания с портами, в каждом из которых живет женщина, которую любит капитан дальнего плавания. Каждая из этих женщин не подозревает о существовании других, и каждая начинает существовать для моряка лишь в момент его выхода на берег. Таким образом, для человека возможен ряд различных существовании, и они могут продолжаться от сновидения к сновидению, от одного психологическою кризиса к другому, от одной ситуации экстремальной напряженности к другой ситуации того же типа, от одного творческого эксперимента к другому, от одного приступа шизо­френии к следующему приступу и т. п.

Резюме
1. Традиционно признают лишь два состояния сознания, присущие всем людям: сон и состояние наивного бодрствования, характерного для экстравертированного сознания. Однако вклад восточной культуры, изучение действия наркотиков и новый подход к понятию душевной «болезни» подводят западную психологию к тому, чтобы рассматривать человеческое существо во всей его полноте, учитывая все разнообразие состоянии сознания.

2. Период сна состоит из пяти циклов, длящихся в среднем по 90 минут, и в каждом из них имеет место медленноволновой сон, включаю­щий четыре стадии вплоть до глубокого сна. За этой стадией следует парадоксальный сон, во время которого появляются сновидения.

3. Различные виды медитации направлены на сосредоточение внима­ния субъекта с целью сузить поле его сознания. При этом организм расслабляется и сознание концентрируется на внутреннем мире

4. Пути к измененным состоянием сознания многочисленны, от оргазма до эмоций, вызванных красотой пейзажа или произведением искусства. Однако воспитание имеет тенденцию ограничивать стремле­ние к подобным состояниям, чтобы удерживать людей в русле адапта­ции к физической и социальной действительности.

5. Употребление ncuxomponныx веществ чаще всего приводит к привыканию. К некоторым из них вырабатывается толерантность орга­низма, которая вынуждает человека увеличивать дозы. Относительно наркомании в прямом смысле слова можно сказать, что для нее характерна физическая и(или) психологическая зависимость от наркоти­ка, при которой лишение наркотика может привести к тяжелому синдро­му абстиненции.

6. Наряду со слабыми возбуждающими средствами, такими как кофеин или никотин, существуют еще амфетамины, длительное употребление которых может иметь драматические последствия для психического равновесия.

7. Нейродепрессанты, такие как алкоголь, барбитурагы и транквили­заторы, уменьшают снабжение мозга кислородом, вызывая таким обра­зом сонливость и сон. При этом, однако, они полностью подавляют парадоксальный сон.

8. Наркотики из группы опиатов, такие как опиум, морфин или героин, оказывают на мозг действие, подобное действию эндорфинов. Опиаты — наиболее опасные из психотропных средств из-за быстроты, с которой они вызывают физическую и психологическую зависимость, приводящую к глубокому изменению личности. Кокаин является одно­временно и наркотическим, и эйфоризирующим средством, он чаще всего создает психологическую зависимость, приводящую к глубокому изменению личности.

9. Галлюциногены, такие как ЛСД и мескалин, а также психоделитические вещества — гашиш и марихуана — являются самыми распростра­ненными психотропными средствами, используемыми ради эффекта «раскрепощения» сознания. То, что их употребление приводит к существенным или даже необратимым вредным последствиям, еще окончатель­но не доказано.

Досье 4.1. Как мы спим? Почему мы видим сны?
Без ведома нашего экстравертированного сознания наш мозг, обра­щенный к своему внутреннему миру, каждую ночь пускается в новое приключение. Циклы сменяют друг друга, и в каждом из них соверша­ется постепенный переход от дремоты до глубокого сна, за которым вскоре следует период интенсивной мозговой активности, сопровождаю­щейся сновидениями. Каковы особенности этих различных стадий? Что нам известно о снах? Что мы знаем о патологии сна?

Засыпание

Когда человек ложится, закрывает глаза, намереваясь поспать и восстановить свои силы, активность мозга замедляется. Бета-волны уступают место все более многочисленным группам альфа-волн, и начинают появляться быстро исчезающие, но четкие, как кинокадры, образы. Это стадия засыпания — переход от бодрствования ко сну, продолжающийся всего несколько минут (см. рис. 4.3).

Медленноволновый сон

В каждом цикле медленноволнового сна, обычно повторяющемся пять раз на протяжении ночи, можно различить четыре стадии. В ходе смены стадий ритмы сердца и дыхания становятся все более равномер­ными и замедляются по мере углубления сна.

Стадия 1. Для начала этой стадии характерно появление тета-волн.

170 Глава 4

постепенно сменяющих альфа-волны. Стадия 1 соответствует периоду дремоты с полусонными мечтаниями, которая может длиться от одной до девяти минут. Эта стадия, возможно, имеет большое значение для творческих работников, которые иногда связывают с ней появление интуитивных идей, помогающих разрешению той или иной проблемы.

Стадия 2. Именно на этой стадии в ЭЭГ появляются так называемые «сонные веретена» с волнами более высокой частоты (12-14 Гц), чем альфа-волны. Продолжительность этой стадии варьирует от 30 до 45 минут.

Стадия 3. Это переходный период, длящийся несколько минут. В этот период сонные веретена исчезают и волны становятся все более медлен­ными.

Стадия 4. Это стадия глубокого, восстановительного сна, который может длиться около получаса, и из него трудно вывести спящего человека. Для этой стадии характерно преобладание дельта-волн. Имен­но в это время и возникает около 80% сновидений, в которых мы слышим голоса, а также возникают страшные сны, от которых мы внезапно просыпаемся, и приступы лунатизма. Однако человек почти ничего этого не помнит.

Быстроволновый сон (стадия БДГ)

Примерно через 80 минут после засыпания активность мозга вдруг резко меняется. Вместо дельта-волн появляются бета-волны; сердечный ритм ускоряется, кровь приливает к мозгу, дыхание становится учащен­ным, начинается выделение гормонов, как будто организм переживает стресс. Под веками можно заметить быстрые движения глаз (БДГ), которых не наблюдалось в период медленноволнового сна, и которые никогда не достигают такой быстроты во время бодрствования; и, тем не менее, тело расслаблено, мышечный тонус отсутствует. Это стадия парадоксального сна, которая длится 15-20 минут. Если спящего в тот момент будят, он, как правило, способен рассказать свой сон довольно связно.

В конце этой стадии мозговая деятельность снова замедляется, и наступает второй цикл, который опять приведет к стадии 4. Во время последующих циклов спящий не будет больше проходить стадии 3 и 2. Но каждый раз по прошествии примерно 70 минут активность мозга будет снова возрастать, и это будет заканчиваться следующей стадией БДГ средней продолжительностью около 20 минут.

Сновидения

По-видимому, парадоксальный сон -сравнительно недавнее эволю­ционное приобретение млекопитающих. У некоторых животных, таких как бараны или коровы, он исчезает с прекращением питания молоком матери, в то время как у кошек сохраняется в течение всей жизни. У животных сновидения обычно сопровождаются движениями, характер­

Внутренний мир и состояния сознания 171

ными для охоты или поедания пищи, и имеют место как при медленно-волновом, так и при парадоксальном сне. У человека же, напротив, онирическая деятельность мозга развивается почти исключительно во время парадоксального сна и характеризуется обилием зрительных образов, чего нельзя сказать о периодах медленноволнового сна, когда наблюдается в основном моторная или вербальная активность повто­ряющегося характера.

Сновидения всегда интересовали людей и порождали множество вопросов. Что означают сны? Как объяснить тот факт, что без каких-ли­бо движений можно испытывать ощущение кружения или резкого падения? Как понять присутствие других людей, действующих «в голо­ве» спящего?

Фрейд и психоанализ приучили нас к ответам психологического характера. При таком подходе преобладает мысль о том, что сновиде­ния представляют собой скрытое выражение наших желаний. Фрейд рассматривал сны как «королевский путь» к изучению подсознательно­го. По его мнению, достаточно истолковать элементы сновидений как некие символы, чтобы прийти к пониманию влечений и конфликтов, вытесненных в подсознание. Так, например, если мужчине снилось, что он, обрабатывая поле, ломает лемех своего плуга, то это можно объяснить его недостаточной половой потенцией или неосознанными проблемами в его отношениях с партнершей1.

Юнг (JungYco своей стороны, говорит о существовании коллектив­ного подсознания, которое стало общим для представителей человечест­ва со времени его появления. Предполагается, что это коллективное подсознание состоит из «архетипов», т. е. первичных образов, таких как образы отца, матери, мудрого старца и т.д.

Для упомянутых авторов мало изученный в то время мозг был скорее пассивным органом, продукты которого — например, сновиде­ния — подчиняются внешней энергии, которая высвобождается только тогда, когда субъект открывает для себя проблемы, вытесненные в подсознание, и признаёт их существование.

В настоящее время успехи в области психофизиологии позволяют выдвинуть другие идеи, которые иногда дополняют эти объяснения, но чаще расходятся с ними.

Основываясь на новых данных, исследователи (Hobson, McCarley, 1977; McCarley, 1979) сформулировали другие гипотезы, лучше согла­сующиеся с современными знаниями о работе мозга. По их мнению, сновидения обусловлены скорее физиологическими механизмами. По-видимому, это результат осуществляемого мозговой корой синтеза тех сигналов, которые идут из различных зон мозга, активируемых во время парадоксального сна.

1Чаще всего, по Фрейду, встречаются сексуальные символы, имеющие отношение к мужским половым органам, т.е. фаллические (кинжал, дерево, лемех, кисть руки, змея и т. п.) или к женским половым органам (рана, земля, карман, печь, дверь и т.п.).

172 Глава 4

Locus coeruleus

Рис. 4.11. Нервные структуры и сновидение. Центр парадоксального сна нахо­дится в одном из ядер ретикулярной формации -голубом пятне (locus coeruleus). В этом участке мозга (А) ретикулярная формация образует связи с клетками верхних отделов мозгового ствола, ответственными за быстрые волны (1), с клетками участков, ответственных за быстрые движения глаз (2), и с клетками нижней части продолговатого мозга (5), ответственными за расслабление мышц (3). Ретику­лярная формация активирует также различные сенсорные зоны коры головного мозга (4), в особенности зрительную зону в затылочной доле (4а), а также центры, ответственные за влечения и эмоции (5).

Сейчас известно, что за эту фазу сна ответственна определенная область в средней части мозгового ствола. Жуве (Jouvet, 1965) из Лионского университета показал, что у животного, лишенного большей части мозга, но сохранившего ретикулярную формацию этой области, периоды парадоксального сна не исчезают.

Ретикулярная формация в этой части мозга в основном состоит из гигантских клеток, разветвления которых заходят далеко в соседние области (рис. 4.11). Там они соединяются с клетками верхних участков мозгового ствола, ответственных за характерную картину волн ЭЭГ при парадоксальном сне, с клетками центров, управляющих движениями глаз, а также с клетками нижележащей области, от которых зависит расслабление мышц в этой фазе сна. Кроме того, как известно, главная функция ретикулярной формации состоит в том, чтобы избирательно возбуждать высшие центры влечений и эмоций (см. гл. 6).

Весь процесс, видимо, начинается с того, что ретикулярная формация циклически активируется в серии стадий БДГ, а это ведет к активации различных сенсорных областей. Речь идет главным образом о зритель­ных зонах, но затрагиваются также слуховые и осязательные зоны, а кроме того, и вестибулярные центры, ответственные за чувство положе­ния тела в пространстве. Таким образом, зрительные, слуховые и тактильные образы возникают «изнутри», так же как ощущение лег­кости, вращения или потери равновесия.

Внутренний мир и состояния сознания 173

Что же касается интенсивной моторной деятельности, переживаемой человеком во сне, когда он «прогуливается», «бежит» или «взбирается на что-то», то она связана с активацией тех структур мозгового ствола, которые ответственны во время бодрствования за координацию движе­ний, программируемых высшими центрами. Эти структуры действуют более или менее автоматически и потому сравнительно слабо контроли­руются корой мозга. Хотя в период парадоксального сна их действие блокируется ретикулярной формацией, само «программирование» все же, видимо, остается нетронутым и порождает впечатление движений, будто бы совершаемых во сне.

Когда в сновидении появляются другие люди, это может быть результатом смешения внутренней активации, внешних раздражителей, а также черт характера самого спящего, его воспоминаний и проблем, с которыми он сталкивался во время бодрствования. Эти различные элементы оказываются тогда спроецированными на физическое окруже­ние, на животное или на человека, появляющегося в сновидении.

Остается теперь попытаться объяснить символизм сна. По мнению Мак-Карли (McCarley), сон ясно отражает мотивации субъекта. Эти мотивации как бы всплывают во время сна, когда клетки ретикулярной формации посылают возбуждающие импульсы центрам, ответственным за влечения и инстинкты. Символы, формирующие картину сна, -это своего рода знаки влечений, которые легко расшифровать.

Таким образом, именно влечения «раскрепощаются» под действием механизмов, ответственных за парадоксальный сон, а не наоборот, как это предполагали психоаналитики. Эти влечения вплетаются в ткань сновидения вместе с продуктами сенсорной и двигательной активации1. Именно кора большого мозга должна осуществить синтез этих различ­ных элементов и связать их с эмоциями, воспоминаниями и предшест­вующим опытом спящего, а также с его отношением к тем или иным вещам. Видимо, в конечном счете все вместе и выражается более или менее осмысленным сновидением.

Другие ученые делают акцент на связи, которую можно установить между тем, как человек оценивает события дня, и тем, что он видит во сне. Холл (Hall, 1966) утверждает, что во многих сновидениях фигуриру­ют наиболее часто употребляемые домашние предметы. По мнению Фаулкса (Foulkes, 1971), у ребенка частота тревожных снов пропорцио­нальна количеству трудностей, с которыми он сталкивается во время бодрствования. По-видимому, то же самое можно сказать и о взрослых.

1Точно так же звонок будильника в сновидении может «превратиться» в телефонный звонок, а капля воды, которой обрызгивают лицо спящего, н начавшийся проливной дождь (Dement, Wolpert, 1958).

174 Глава 4

Картрайт (Cartwright, 1977) отмечает, что очень многие люди чаще вспоминают свои сны после периода напряжения или депрессии, чем после дня, прошедшего без проблем. Для того чтобы содержание сна осталось в памяти, нужно, чтобы субъект проснулся сразу же после сновидения1, или же сон должен быть настолько ярким, чтобы он оставил след даже в тот период, когда человек еще спит.

Должны ли наблюдения Картрайта означать, что обеспокоенные люди спят хуже и легче просыпаются и поэтому легко вспоминают, что они видели во сне? Или же мозговая работа по созданию сновидения в этом случае настолько значительна, что оно дольше сохраняется в памяти? По мнению Картрайта, эта интенсивная работа имеет своей целью помочь субъекту разрешить его проблемы во время сна.

Некоторые исследования, видимо, подтверждают это. Было отмече­но, что люди лучше себя чувствуют при пробуждении после сна, в котором были сцены с большим числом действующих лиц. К тому же эти люди легче воспроизводили пережитые события угрожающего ха­рактера или были способны с большим реализмом относиться к некото­рым проблемам после того, как они спали и видели сны, нежели тогда, когда для этого не было возможности (Hartmann, 1973).

Таким образом, сновидение служит своего рода «ремонтной мастерс­кой», в которую индивидуум приходит во время сна, чтобы почерпнуть энергию, необходимую для разрешения своих проблем, а также восста­новить «хорошую форму» и уверенность в себе.

Расстройства сна

Существует множество различных нарушений сна. Они могут ка­саться как засыпания, так и стадии глубокого сна или парадоксального сна. Бывают и совсем пустяковые расстройства, но есть и такие, что могут привести к смерти. Сейчас мы перечислим некоторые из них и приведем предложенные учеными объяснения, пока еще очень отрывоч­ные.

Кошмары. Это мучительные сновидения, возникающие во время парадоксального сна. Благодаря своей эмоциональной окраске они запоминаются гораздо лучше, чем другие сновидения, и поэтому субъект при пробуждении рассказывает о них чаще.

Учитывая связь, которая, по-видимому, существует между кошмара­ми и проблемами, с которыми мы сталкиваемся наяву, родители должны были бы побуждать ребенка чаще рассказывать им об этих эпизодах, чтобы помочь ему понять, а иногда и разрешить трудности, приводящие к таким сновидениям.

Ночные ужасы. Они обычно появляются во время медленноволнового сна и приводят к внезапному пробуждению в состоянии испуга. Вероятно, их следовало бы рассматривать как интенсивный панический рефлекс, возникающий в результате замедления дыхания и сердечного ритма, которое наступает на 3-й и 4-й стадиях сна (Foulkes, 1979). В отличие от того, что происходит в случае кошмаров, у субъекта сохраняется очень мало воспоминаний от этих моментов ужаса, после которых он, впрочем, почти сразу же засыпает.

1Обычно очень легко вспоминается то, что снилось в последний период парадоксального сна, перед самым пробуждением.

Внутренний мир и состояния сознания 175

Сомнамбулизм. Это явление тоже наблюдается в период медленно-волнового сна. Примерно каждому шестому ребенку хотя бы однажды приходилось вставать, не просыпаясь, с постели и разгуливать по спальне или по дому. Почти на всем протяжении этой «прогулки», которая в некоторых случаях может длиться часами, субъект способен отвечать на вопросы, которые ему задают. Тем не менее по пробуждении у него не остается никаких воспоминаний о его ночном приключении. Если он и помнит что-нибудь, то это обычно не имеет никакого отношения к тому, что могло с ним произойти во время его экскурсии.

Нарколепсия и каталепсия. Нарколепсия — особое расстройство сна, которым страдает один человек из тысячи. Для нарколепсии характерно то, что субъект в период бодрствования может внезапно заснуть где угодно и когда угодно. Это может случиться и во время важного разговора, и в момент сексуального контакта. Сон длится обычно минут пятнадцать, и в этот период человек может продолжать какие-то действия как лунатик, например вести машину. После пробуждения у него не сохраняется никаких воспоминаний о том, что он в то время делал. Вероятно, Нарколепсия — результат того, что мозг «перескаки­вает» через первые стадии сна и переходит сразу в стадию глубокого сна.

Каталепсия — разновидность нарколепсии, для которой характерно внезапное расслабление, тело становится как тряпичная кукла. Это обусловлено резким падением тонуса всей мускулатуры и потерей контроля над положением тела. В этом случае, видимо, имеет место пропуск всех четырех стадий медленноволнового сна, и человек перехо­дит сразу из состояния бодрствования в состояние, характерное для парадоксального сна, который сопровождается мышечной атонией.

Бессонница. Большинство людей могут сами решить, в какое время они заснут. Но это не так примерно у каждого десятого — у тех, кто страдает бессонницей. Бессонница тесно связана с тревожностью. Она часто наблюдается у людей, обеспокоенных реальными или воображае­мыми проблемами, связанными со здоровьем или с повседневными неприятностями, которые в конце концов начинают занимать всю их жизнь, захватывая и время сна.

Главное, что нужно для того, чтобы заснуть, — это не сопротивляться, отдаться сну. А у человека, страдающего бессонницей, происходит как раз обратное. Страх перед тем, что он не сможет заснуть, повышает напряжение организма, а это поддерживает и усиливает боязнь бессон­ницы.

Человек пытается разорвать порочный круг, прибегая к успокаиваю­щим средствам или к барбитуратам. Но это часто оказывается опаснее, чем само отсутствие сна, из-за привыкания к этим лекарствам и появления зависимости от них у тех, кто ими постоянно пользуется.

Апноэ. Некоторые люди не могут нормально дышать во время сна. Такое расстройство, поражающее около 5 человек из тысячи, может быть обусловлено тучностью, а также аномальным строением трахеи

176 Глава 4

или недостаточностью функции дыхательного центра, расположенного в стволе мозга. Человеку, страдающему апноэ, чтобы остаться в живых, нужно просыпаться иногда несколько сотен раз в течение ночи -возоб­новлять дыхание и удалять углекислый газ, накопившийся в его легких.

Синдром скоропостижной смерти. Это одна из главных причин смерти у детей в первый год жизни. О причинах этого явления почти ничего не известно, так как оно возникает неожиданно, без каких бы то ни было предвестников. Совершенно здорового ребенка укладывают спать в его кроватку, он засыпает как обычно, но на этот раз не просыпается.

Было установлено, что так бывает чаще у недоношенных детей или у детей, матери которых много курили во время беременности, а также у младенцев, живущих в доме, где воздух загрязнен из-за употребления табака. Некоторые исследователи связывают это явление с незрелостью нервной системы, в частности с функциональной недостаточностью дыхательных центров, которая, видимо, делает ребенка более уязвимым для воздействия вредных факторов.

Кома. Кома не является, собственно говоря, нарушением сна. Она представляет собой род патологического глубокого сна, от которого человек, хотя он и остается живым, самопроизвольно не просыпается.

Кома возникает в результате повреждения или разрушения ретику­лярной формации вследствие болезни, мозговой травмы или же приема некоторых наркотиков или ядов.

Мозг продолжает получать сигналы, но без активирующего воздей­ствия ретикулярной формации он не в состоянии их расшифровать. Поэтому больной находится в бессознательном состоянии, он нечувстви­телен к внешним раздражителям и неспособен к двигательным реак­циям. Для поддержания жизни необходимо, чтобы окружающие могли полностью удовлетворять все физиологические потребности организма.

Литература

Общие работы

Cartwright R.D., 1977. Night Life: Explorations in dreaming, Englewood Cliffs.

N. J. Prentice Hall. Cartwright R.D. (1979). «Des reves sur commande: ce n’est pas un reve», Psychologie,

n 110, p. 24-31. Dement W., Wolpert E., (1958). «The relation of Eye Movements, Body Mobility and

External Stimuli to Dream Content», Journal of Experimental Psychology,

n» 55, p. 543-553. Foulkes D., 1971. «Longitudinal studies of dreams in children», Y. Masserman (Ed.),

Science and Psychoanalysis, New York, Grune and Stratton. Foulkes D. (1979). «Les reves des enfants: simples et heureux», Psychologie, n° 110,

p. 32-36.

Freud S., 1976. L’interpretation des reves, Paris, P.U.F. Hall C.. 1966. The Meaning of Dreams, New York, McGraw-Hill. Htirtmcmn E., 1971. Biologie du reve, Bruxelles, Dessart.

Внутренний мир и состояния сознания 177

tfobson J- A; McCarley R. W. (1977). «The brain as a dream state generator: an

activation, synthesis hypothesis of the dream process», American Journal of

Psychiatry, n 134, p. 1335-1348. JouvefM; Delorme R. (1965). «Locus coeruleus et sommeil paradoxal», Comptes rendus

de la Societe Biologique, Paris, n’ 159, p. 895-899. Jung C.G., 1964. L’homme et ses symboles, Paris, Del Duca-Laffont. McCarley R. W. (1979). «Les reves: une nouvelle theoric», Psychologie, n°110,

p. 18-23.

Цитированная литература

AschoffJ. (1965). «Circadian rhythms in man», Science, n7148, p. 1427 1432. Anand В.. China G., Singh B. (1961). «Some aspects ofelectroencephalographic studies in

yogis», Electroencephalography and Clinical Ncurophysiology, n 13, p. 452-456. Arkin A. M., Toth M. F.. Baker J.. Hastey J. M. (19701 » The frequency of sleep talking in

the laboratory among chronic sleep talkers and ^чк! dream recallers». Journal of

Nervous and Mental Disease, n 151, p. 369 374. Azerinsky E., Kleitman N. (1953). «Regularly occuring periods of eye mobility and

concomitant phenomena during sleep», Science, n 118, p. 273-274. Benson H., 1975. The relaxation response, New York, Morrow. Brown В.. 1974. New mind, new body. New York, Harper et Row. Bustamante J., Jordan A., Vila M.. Gonzales A., lusua A. (1970). «State dependent

learning in humans». Physiology and Behavior. 25. 275 280. Cowcll E.B., МйНег F.G., Takakusu T. (Eds), 1969. Budhist Mahayana texts. De Launiere С, Цадпоп Р., (1978). «Le marketing transcendantal», Quebec-Science,

vol. 3, n’n, b. 36 40.

Dement W. (1960). ‘•The Effect of Dream Deprivation», Science, n» 131, p. 1705-1707. Elecenon P.R., 1984. Les aveugles eblouis, Paris, Albin Michel. Ferguson M., 1974. La revolution du cerveau, Paris, Calmann-Levy. Fischer R. (1971). «A cartography of the ecstatic and meditative states», Sciences, n° 174,

p. 897-904.

Fiseher R. «Les differents etats de conscience», Psychologie, n°86, p. 39-42. Godefroid J. L’evolution du point de declenchement des rythmes circanniens, chez les

rongeurs, en relation avec le retrait des glaciers (en preparation). Goudwin D., Powell В.. Bremer D., Hoine H.. Stern J. (1969). «Alcohol and recall:

State dependent effects in man», Science, n° 163, p. 1358-1360. Hilgard E. R., 1977. Divided Consciousness: Multiple controls in Human Thought and

Action, New York, Wiley-Interscience. Institute of Medicine, 1982. Marijuana and

Heath, Washington, D. C., National academy Press. Kasamatsu A., Hirai T. (1966). «An electroencephalographic study on the Zen medita­tion (Zazen)», Folia Psychiatrica Neurologica Japonica, n°20, p. 315-336. Kithler-Ross E., 1975. Les derniers instants de la vie, Geneve, Labor et Fides. Levinson B. W. (1967). «States of awareness during general anesthesia», in: J. Lassner

(Ed.), New York, Springer. ^ly J; 1980. Les simulacres de Dieu, Paris, Retz. Miller N. E. (1978). «Biofeedback and visceral learning». Animal Review of Psychology.

n° 29, p. 375-404.

Moody R., 1977. La vie apres la vie, Paris, Laffont. °w K., Haraldsson E., 1981. Au seuil de la mort, Montreal, Quebec/Amerique. ^^hourlian J.M., 1974. La personne du toxicomane, Toulouse, Privat. Overton D.A. (1974). «Experimental methods for the study of state-dependent learning»,

178 Глава 4

Federation Proceedings, n°33, p. 1800-1813. Peek’ S. (1977). L’experience de 1’assuetude, Montreal, Presses de 1’Universite dc

Montreal.

Ring K., 1982. Sur les frontieres de la vie, Paris, Laffont. Siffre M., 1963. Hors du temps, Paris, Julliard. Tart C., 1969. Altered states of consciousness, New York, Wiley. Van Eersel P., 1986. La source noire: revelations aux portes de la mort, Paris, Ed.

Grasset et Fasquelle. Weil А. Т., 1972. The National Mind: a new way of looking at drugs and the higher

consciousness, Boston, Houghton Miffin. Zucker I., 1980. «Behavior and biological rhythms», in: D. Krieger (Ed.), Neuroendocri-

nology, Sunderland, Massachusetts, Sinauer.

Материал для самопроверки

Заполнить пробелы:

1. Возбуждение центров сна и бодрствования находится под контролем ….. ……

2. ….. сон соответствует 4-й стадии ….. сна.

3. Для ….. сна характерна неподвижность тела, в то время как мозговая деятельность усиливается.

4. Стадия БДГ наступает во время ….. ….. и характеризуется ….. ….. …. .

5. Для состояния медитации характерно появление в ЭЭГ волн типа ….. и

6. Некоторые люди, практикующие медитацию, достигают того, что могут ….. ритм сердца и уменьшать потребление ….. примерно на 20%.

7. Для того чтобы поддерживать адаптацию индивидуума к ……. воспитание, видимо, направлено на то, чтобы ….. возможность переживать измененные состояния.

8. Теперь известно, что наркотики действуют на уровне ….. на …….

ответственные за передачу сигналов от одного нейрона к другому.

9. Уменьшение чувствительности к данному наркотику известно под названием…

10. Зависимость от наркотика может привести к …… ….. в период лишения

наркотиков.

11. Психологическая зависимость проявляется в желании употреблять наркотик ради ….. , которое он доставляет.

12. Алкоголь чаще рассматривают как ….. .

13. Героин порождает у большинства его потребителей ….. зависимость меньше чем за ….. дней.

14. Употребление марихуаны в последние годы, кажется, ….. .

Верно или неверно?

1. Существуют только два состояния сознания: сон и бодрствование.

2. Организм может функционировать в соответствии с циклом «16 часов бодрствования и 8 часов сна» без всякого вмешательства внешних факторов.

3. Бета-волны характерны для парадоксального сна.

4. Ночные ужасы и приступы сомнамбулизма проявляются главным образом во время глубокого сна.

5. Медитация в том виде, в каком она практикуется восточными мастерами, всегда вызывает интенсивную мозговую активность.

6. Синдром абстиненции всегда служит признаком зависимости от наркотика.

7. Возбуждающие средства, даже такие сильные, как амфетамины, не вызы­вают серьезных последствий для организма.

8. Алкоголь -стимулирующее средство, которое может оказаться очень эф­фективным.

9. В медицине морфий можно вполне успешно заменять героином.

10. Употребление препаратов конопли замедляет ритм сердца.

Выбрать правильный ответ

1. Стадия глубокого сна достигается

а) сразу же после засыпания;

б) во время появления сновидений;

в) пять раз за одну ночь.

г) Ни один из ответов не верен.

2. Сновидения

а) возникают во время стадии БДГ;

б) длятся всего лишь несколько секунд;

в) по-видимому, мало чем полезны.

г) Все ответы верны.

3. Во время парадоксального сна

а) возникают сновидения;

б) наблюдаются быстрые движения глаз;

в) тело совершенно неподвижно.

г) Все ответы верны.

4. Техника медитации заключается

а) в концентрации внимания субъекта;

б) в том, чтобы сузить поле экстравертированного сознания;

в) в замедлении метаболизма.

г) Все ответы верны.

5. Потребность в употреблении все больших доз для достижения желаемого эффекта называют

а) привыканием;

б) толерантностью;

в) физической зависимостью.

г) Ни один из ответов не верен.

6. Психологическая зависимость от наркотика приводит

а) к употреблению все больших доз для достижения желаемого эффекта;

б) к изменению функционирования нейромедиаторов;

в) к употреблению более сильных наркотиков.

г) Ни один из ответов не верен.

7. Какие из указанных ниже веществ приводят к физической зависимости?

а) Кокаин;

б) гашиш;

в) амфетамины;

г)ЛСД.

8. Алкоголь является

а) средством, вызывающим эйфорию;

б) нейродепрессантом;

в) возбуждающим средством;

г) галлюциногеном.

9. Эндорфины оказывают на мозг действие, подобное

а) действию кокаина;

б) действию амфетаминов;

в) действию ЛСД.

г) Ни один из ответов не верен.

10. Употребление марихуаны вызывает

а) расстройства координации движений;

б) утрату мотивации к работе и ученью;

в) замедление сердечного ритма;

г) иногда — бесплодие у женщины.

Ответы на вопросы

Заполнить пробелы

1-биологических часов; 2-Глубокий, медленноволнового; 3-парадоксального;

4-парадоксального сна, быстрыми движениями глаз; 5 альфа, тета; 6-замедлять, кислорода; 7 -среде, ограничивать; 8-синапсов, медиаторы; 9-привыкания;

10 синдрому абстиненции; 11-удовольствия; 12 нейродепрессант; 13-физиологическую, 20; 14 уменьшается.

Верно или неверно?

1-Н; 2-В; 3-В; 4-В; 5-Н; 6-В; 7-Н; 8-Н; 9-Н; 10-Н.

Выбрать правильный ответ

1 г; 2 а; 3-г; 4-г; 5-б; 6-г; 7-а; 8-б; 9-г; 10-а.

ГЛАВА 5. НАШЕ ВОСПРИЯТИЕ МИРА

Введение

Наше представление о мире стабильно. Наш мир состоит из опреде­ленных материальных элементов: камень — это камень, дерево — это дере­во, кошка — это кошка. Нам кажется, что иначе и быть не может.

Однако мы подгоняем мир под собственные мерки, определяемые нашими, человеческими, органами чувств. Речь идет об относительном образе, существенно отличном от того, который может быть у инфузории-туфельки, дождевого червя, летучей мыши или слона. Для некоторых животных реальность состоит в основном из запахов, большей частью нам неизвестных, для других – из звуков, в значительной части нами не воспринимаемых. Каждый вид обладает рецепторами, позволяющими организму получать ту информацию, которая наиболее полезна для его приспособления к окружающей среде, т. е. у каждого вида свое собствен­ное восприятие реальности (см. документ 5.1).

Кроме того, современная физика постепенно открывает нам мир, все менее и менее похожий на управляемый строгими законами мир ста­бильных объектов, укладывающийся в механическую концепцию Де­карта и Ньютона.

Принципы квантовой механики вынуждают все большее число физиков пересматривать как будто бы твердо установленные отношения между пространством и временем, причиной и следствием, субъектом и объек­том. Теперь уже не вполне ясно, из чего состоит материя – из частиц, волн или из того и другого одновременно. Исследователи заметили даже, что сам факт наблюдения за частицей изменяет ее поведение. По мнению некоторых, этого достаточно, чтобы снова поставить вопрос о связях между мышлением и материей; надо понять, наблюдаем ли мы саму материю или только наш собственный человеческий опыт.

Во время коллоквиума, на котором присутствовали психофизиологи и физики, астрофизик Хьюберт Ривс (Reeves) поставил этот вопрос, приведя воображаемый диалог между теми и другими. Психофизиологи просят физиков: «Помогите найти в электроне корни сознания!», а те все более склонны ответить: «А мы сами готовы искать корни электрона в сознании. До конца изучив связь субъекта и объекта, мы ее не обнаружили» (Science et Conscience, 1980).

Но все это уже другая история, которая, вероятно, подробнее будет описана в книгах будущего может быть не такого отдаленного, как нам кажется (см. документ 5.2). Пока же, оставаясь на нынешнем уровне знаний, постараемся понять, как функционируют человеческий мозг и рецепторы, доставляющие ему информацию, из которой формируется связная картина реальности.

182 Глава 5

Ограничения, связанные с органами чувств

Окружающая среда в любой момент посылает нам тысячи все­возможных сигналов, из которых мы можем уловить лишь очень небольшую часть. Действительно, способность наших органов чувств к возбуждению ограниченна и лучший из них может различить лишь малую долю сигналов, поступающих из окружающего мира (см. при­ложение А).

Человеческое ухо не способно улавливать слишком высокие для него звуки, тогда как эти ультразвуки легко слышит собака, дельфин или летучая мышь. Пространство пронизывается бесконечным множеством электромагнитных волн – от самых коротких (гамма-лучи, рентгеновские лучи) самых длинных (радиоволны). Однако наши глаза чувствитель­ны лишь к небольшому участку спектра, занимающему промежуточное положение, — к «видимому свету» (см. цветную вкладку).

Какой бы нам представилась реальность, если бы мы были способны различать другие формы энергии? Достаточно посмотреть на фотогра­фию, сделанную аппаратом для съемки в инфракрасных лучах, чтобы увидеть, что она отражает совершенно другой образ окружающего. Или известно, например, что люди, у которых удален хрусталик, чувстви­тельны к ультрафиолетовым лучам. Каково было бы наше видение мира, если бы наши глаза были способны улавливать рентгеновские лучи и мы видели бы насквозь то, что сейчас кажется непроницаемым? Но какой мозг понадобился бы нам, чтобы осмысливать окружающее, от которого мы получали бы такое множество сигналов?

Роль предшествующего опыта

У детей органы чувств способны действовать с самого рождения, а по последним научным данным даже и до рождения. Однако известно, что человеческий мозг обладает механизмами, которые упорядочивают процессы восприятия. С первых минут жизни новорожденный оказывается под воздействием колоссального количества раздражителей, которые, достигнув мозга, сортируются там по категориям, прежде чем отло­житься в памяти (см. документ 5.3).

Рис 1 Луч белого солнечного света, проходя чрез призму, разлагается на составляющие его волны. Полученный таким образом видимый спектр с длинами волн от 700 до 400 манометров составляет, однако, лишь очень малую часть всего электромагнитного спектра. На самом деле этот спектр охватывает диапазон от радиоволн (длина которых может измеряться километрами) до космических лучей с длиной волны всего лишь несколько миллионных нанометра (1 нанометр равен 1 миллиардной доле метра) (См приложение А 1 )

Рис 2 В начале XIX века Томас Юнг показал, что можно получить все цвета видимого спектра путем простого сме­шивания трех основных цветов: крас­ного, синего и зеленого. (См. прило­жение А. 1.)

185

Рис. 4. Человек с нормальным зрением на этих двух рисунках увидит цифры 6 и 12. Однако тот, кто не различает красный и зеленый цвета, не воспримет цифру 6. а тот, кто не может отличить синий от желтого, не увидит число 12.

В любой момент раздражители воспринимаются нами соответствен­но тем категориям образов, которые постепенно устанавливаются после рождения. При этом некоторые сигналы, более привычные, чем другие, распознаются автоматически, почти тотчас же. Однако в других случаях, когда информация новая, неполная или неоднозначная, наш мозг действует путем гипотез, которые он одну за другой проверяет, чтобы принять ту, которая кажется ему наиболее правдоподобной или наиболее приемлемой. Тогда можно утверждать, как это делал Грегори (Gregory, 1966), что «любой воспринятый объект –это гипотеза» (см документ 5.4). Итак, способ классификации воспринимаемого у каждого из нас несколько связан с нашим предварительным жизненным опытом.

186 Глава 5

Котята, выросшие в клетке, где были только вертикальные линии позднее оказались неспособными узнавать горизонтальные линии (Blackemore, Cooper, 1970). По-видимому, так же дело обстоит и у людей. Мы уже видели, как у «дикого» ребенка (Виктора) выработалось восприятие вещей, во многом отличное от нашего. Известно также, что если людям, слепым от рождения, возвратить зрение уже во взрослом состоянии, они смогут различать предметы, четко выделяющиеся на окружающем фоне, следить глазами за движущимися объектами или даже различать цвета. Но они будут не в состоянии узнавать отдельные предметы, геометрические формы или даже лица, а также назвать цвет который они видят.

Антропологи со своей стороны показали, что люди, обитающие в круглых жилищах (рис. 5.1), воспринимают обстановку с обилием вертикальных и горизонтальных прямых не так, как мы, привыкшие с рождения к нашим домам. В некоторых культурах имеются лишь два названия цветов, в то время как мы научаемся узнавать по меньшей мере шесть цветов.

Все эти виды восприятия — результат практики и опыта. Только благодаря практике и опыту наш мозг способен структурировать и ор­ганизовывать элементы внешнего мира, чтобы придавать им точное значение (см. документ 5.5).

Организация наших восприятии

Феномены восприятия, в особенности объединение восприятии по некоторым принципам в связные единства, лучше всего были описаны и проанализированы школой гештальтпсихологии.

Самый важный из этих принципов состоит в том, что любой образ или предмет воспринимается как фигура, выделяющаяся на каком-то фоне. Наш мозг действительно имеет тенденцию (по-видимому, врож­денную) структурировать сигналы таким образом, что все, что меньше или имеет более правильную конфигурацию, а главное то, что имеет для нас какой-то смысл, воспринимается как фигура; она выступает на некотором фоне, а сам фон воспринимается гораздо менее структури­рованным (рис. 5.2).

Это относится прежде всего к зрению, но также и к другим чувствам. Так же обстоит дело, когда в общем шуме собрания кто-то произносит нашу фамилию. Она сразу выступает как «фигура» на звуковом фоне. Такое же явление мы наблюдаем, когда улавливаем запах розы, нахо­дясь среди группы курильщиков, или запах сигареты у клумбы с розами.

Однако вся картина восприятия перестраивается, как только другой элемент фона становится в свою очередь значимым. Тогда то, что за секунду до этого виделось как фигура, теряет свою ясность и смешивает­ся с общим фоном. Именно это происходит, когда вы внимательно рассматриваете рисунки на первых страницах частей I и II нашей книги. Вы должны были бы различить на них лица Декарта, Фрейда, Павлова и других выдающихся «фигур» в истории психологии. Но как только вам это удастся, все другие элементы, которые до сих отчетливо выделялись, стушуются и станут лишь фоном, на котором будут четко выступать лица великих ученых. И так будет до тех пор, пока вы не решите снова рассмотреть мелкие детали рисунка.

Наше восприятие мира 187

Рис. 5.2. Ваза Рубина. На этом рисунке фон может быть либо черным, либо белым. Это зависит от того, что человек воспринимает – вазу или два про­филя. Фигура и фон взаимозаменяемы: фигура мо­жет превратиться в фон, а фон – в фигуру.

Второй принцип — это принцип заполнения пробелов, проявляющийся в том, что наш мозг всегда старается свести фрагментарное изображение в фигуру с простым и полным контуром. Поэтому, когда предмет, образ, мелодия, слово или фраза представлены лишь разрозненными элементами, мозг будет систематически пытаться собрать их воедино и добавить недостающие части. На рис. 5.3, А вы видите не группу отдельных линий, а контуры лица. А когда по радио вдруг прерывается исполнение известной песни или рекламное объявление, слышанное тысячу раз, наш мозг машинально восстанавливает недостающее.

Объединение {группировка) элементов — это еще один аспект организа­ции восприятия. Элементы могут объединяться по разным признакам, например таким, как близость, сходство, непрерывность (воображаемая) или симметрия.

По принципу близости наш мозг объединяет близкие или смежные элементы в единую форму. На рис. 5.3, Б легче воспринять три группы квадратиков, чем девять квадратиков, не связанных друг с другом.

Принцип сходства состоит в том, что нам легче объединять схожие элементы. Например, цифры и буквы на рис. 5.3, В предстают перед нами скорее в форме столбиков, чем в форме строк. Что касается продолжения беседы в общем шуме голосов, то оно возможно только благодаря тому, что мы слышим слова, произносимые одним и тем же голосом и тоном. Позднее мы увидим, что мозг испытывает, однако, больше трудностей, когда ему одновременно передают одним голосом два разных сообщения.

Б. Близость

1 4

2 5

3 6

В. Сходство

А. Заполнение пробелов

Г. Непрерывность

Д. Симметрия

Рис. 5.3. Некоторые принципы, лежащие в основе организации восприятия. А. Мозг распознает лицо по нескольким штрихам. Б. Здесь воспринимаются три группы квадратиков, а не одна группа из девяти квадратиков. В. Знаки груп­пируются в столбики. Г. Слева мы видим вертикальный прямоугольник, «пере­сеченный» горизонтальным прямоугольником, а не прямоугольник, ромб и параллелограмм, как справа. Д. Какой из двух домиков легче воспринимается мозгом как фигура «хорошей» формы?

Элементы будут также организовываться в единую форму, если они охраняют одно направление. Это принцип непрерывности. На Рис. 5.3, Г слева мы воспринимаем плоский элемент, пересекающий прямоугольник, а не три несвязанных элемента вроде тех, что изображе­ны рядом. И наконец, форма будет воспринята как «правильная», когда она имеет одну или несколько осей симметрии (рис. 5.3, Д).

Таким образом, из различных интерпретаций, которые могли бы быть сделаны относительно серии элементов, наш мозг чаще всего выбирает самую простую, самую полную или ту, которая включает наибольшее число рассмотренных выше принципов.

Что касается организации восприятия движения и времени, то оно может осуществляться также с помощью точек отсчета, которые исполь­зуют наши рецепторы, и с помощью некоторых характеристик, присущих нашему пространству (см. документ 5.6).

Наши восприятия остаются постоянными (константными)

Мир, в котором мы передвигаемся, воспринимается не только как организованный, но также и как постоянный и неизменный. За уже структурированными предметами наше восприятие сохраняет их размеры и цвет независимо от того, с какого расстояния мы на них смотрим и под каким углом их видим.

Наше восприятие мира 189

Рис. 5.4. Размеры кошки, изображен­ной на верхнем рисунке в отдалении, а на нижнем — на первом плане, одина­ковы. Так ли воспринимает это ваш мозг?

Если, например, мы смотрим на свои руки, причем левая находится в 20 см от лица, а правая протянута далеко вперед, то нам все-таки кажется, что их кисти одинакового размера. Однако достаточно раз­местить их друг за другом на одной прямой с глазами, и сразу выявляется разница в величине соответствующих изображений на сет­чатке. Еще лучше такого рода соотношения видны на приведенном Рисунке Боринга (рис. 5.4).

190 Глава 5

Рис. 5.5. Когда постоянство формы усвоено, дверь воспринимается одинаковой если даже ее проекция на сетчатку глаза меняется.

Точно так же дверь сохраняет для наших глаз свою форму незави­симо от того, открыта она или закрыта (рис. 5.5), а белая рубашка остается белой как на ярком свету, так и в тени (однако в случае с рубашкой в тени нам достаточно было бы увидеть небольшой ее участок через отверстие, чтобы она показалась нам скорее серой).

Реально мы осознаем эти автоматические поправки, осуществляемые мозгом, лишь тогда, когда рассматриваем фотографии памятников или людей, снятых в определенных ракурсах. В этом случае их изображения объективно воспроизводятся фотоаппаратом (рис. 5.6). Однако бывают

191

Наше восприятие мира

случаи, когда внешняя информация противоречива, а также случаи, когда возникает иллюзия, т. е. реальность искажается (см. документ 5.7).

Восприятие мира в трех измерениях

Среди адаптации, важных при нашем образе жизни, есть одна, которая сближает нас с большинством хищников-с плотоядными мле­копитающими и хищными птицами. Речь идет о бинокулярном зрении, которое лучше позволяет увидеть добычу, так как оба глаза располо­жены фронтально, смотрят в одном направлении и могут быть нацелены на одну точку.

У травоядных, напротив, глаза расположены по обе стороны головы. Это расширяет их поле зрения и позволяет легче заметить приближение возможного хищника, но делает гораздо менее точным восприятие расстояния и глубины, что особенно затрудняет восприятие мира в трех измерениях, характерное для бинокулярного зрения.

Действительно, на сетчатке каждого глаза создается лишь одно двумерное изображение, а так как наши глаза расположены на некотором расстоянии друг от друга, они видят предметы под несколько разными углами и соответственно посылают мозгу несколько различную ин­формацию. И тогда мозг, объединяя данные о двух двумерных изобра­жениях, воссоздает на их основе трехмерный образ, что и обеспечивает нам стереоскопическое видение мира (рис. 5.7).

Подобное явление существует у нас и в области слуха. Наши два уха, каждое в отдельности, улавливают особенности источника звука. Но информация от них достигает мозга не одновременно, а с различием меньше тысячной доли секунды, так как ушные раковины несколько отдалены друг от друга. Именно благодаря этому различию мозг способен воспроизвести стереофонический звуковой мир в трех измерениях. При зрительном восприятии человек, потерявший один глаз, оказывается в положении художника, старающегося передать глубину пейзажа на своем полотне.

Рис. 5.7. Бинокулярное зрение. Тот факт, что в од­ном глазу получается двумерное изображение пред­мета, немного отличное от изображения в другом глазу, позволяет мозгу объединить эти два изобра­жения в один трехмерный образ.

192

Так, удаленные предметы будут казаться меньше в соответствии с линейной перспективой, где воображаемые параллельные прямые сходятся к одной точке горизонта. Существует еще воздушная перспек­тива: далекие предметы кажутся менее четкими, так как свет, который они отражают, частично поглощается пылью и влагой атмосферы. Что касается близко расположенных предметов, то даже при очень медлен­ном смещении головы они быстрее движутся в поле зрения, чем удаленные, и притом в противоположном направлении (эффект парал­лакса). Кроме того, они располагаются между нашим глазом и задним планом, закрывая его часть, и это тоже указывает на их близость (рис. 5.8).

У человека бинокулярное зрение эффективно лишь на расстояниях примерно до 15 метров. О пространственных отношениях более далеких объектов приходится судить только по эффектам перспективы, парал­лакса и закрытия одних предметов другими.

Адаптация и привыкание

Хотя наши органы чувств и ограничены в возможностях восприятия сигналов, тем не менее они находятся под непрерывным воздействием раздражителей. Мозгу, который должен перерабатывать получаемые сигналы, нередко угрожает перегрузка информацией, и он не успевал бы ее сортировать и упорядочивать, если бы не было регулирующих

Наше восприятие мира 193

механизмов, которые поддерживают количество раздражителей на бо­лее или менее постоянном приемлемом уровне.

Первый из этих регулирующих механизмов действует в самих рецеп­торах. Речь идет о сенсорной адаптации, которая осуществляется в рецепторных клетках глаз, ушей, кажи и других органов чувств. Она уменьшает их чувствительность к повторяющимся или длительно воз­действующим стимулам. Например, когда мы в солнечный день выходим из кинозала, яркий свет мешает нам некоторое время различать отдель­ные элементы в декоративном оформлении фойе. Однако через несколько секунд мы уже сможем рассматривать важные детали, выступающие на фоне, к которому наши глаза начали привыкать1.

Точно так же уши рабочего, пришедшего на завод, уже спустя несколько минут «перестают слышать» шум машин. То же происходит и с запахом мыла или туалетной воды, который мы и наши близкие очень быстро перестаем чувствовать. Наша кожа мгновенно привыкает к контакту с надеваемой утром одеждой, к давлению очков на нос или к кольцу на пальце.

Таким образом, когда раздражение становится постоянным, рецепто­ры перестают на него реагировать: чем слабее стимул, тем скорее наступает адаптация, и, наоборот, чем он сильнее, тем труднее к нему адаптироваться. Слишком яркий свет, сильный холод или сильная жара, резкий запах или громкие звуки обычно способны продлить возбуждение соответствующих рецепторов, и тогда организм должен предпринять меры, чтобы изменить или устранить ситуацию, к которой его рецепто­ры не могут адаптироваться.

Другой регулирующий механизм находится в основании мозга, в ретикулярной формации (см. приложение А). Он вступает в действие в случае более сложной стимуляции, которая хотя и улавливается рецепторами, но не столь важна для выживания организма или для той деятельности, которой он в данное время занят. Речь идет о привыкании (габитуации), когда определенные раздражители становятся настолько привычными, что перестают влиять на активность высших отделов мозга: ретикулярная формация блокирует передачу соответствующих импульсов, чтобы они не «загромождали» наше сознание. Например, зелень лугов и листвы после долгой белой зимы кажется нам в начале весны такой яркой, а через несколько дней мы так к ней привыкаем, что просто перестаем замечать. Сходное явление наблюдается у людей, живущих вблизи аэродрома или автодороги. Они уже «не слышат» шума взлетающих самолетов или проезжающих грузовиков. То же самое происходит и с горожанином, который перестает ощущать химический привкус питьевой воды, а на улице не чувствует запаха выхлопных газов автомашин или не слышит автомобильных сигналов.

1 Нужно отметить, что наблюдается и обратное явление: мы входим в зал и нам кажется, что вокруг нас полная темнота, но потом глаза приспосабли­ваются и начинают различать все детали.

194

Здесь речь идет об одном из полезнейших механизмов, благодаря которому индивидуум легче может заметить любое изменение или любой новый элемент в окружающей обстановке, легче сконцентриро­вать на нем внимание, а в случае необходимости и противостоять ему. Подобного же рода механизм позволяет нам сосредоточить все внима­ние на какой-то важной задаче, игнорируя привычные шумы и суету вокруг нас.

ВНИМАНИЕ И ВОСПРИЯТИЕ

Факторы, определяющие внимание

Для того чтобы событие было воспринято, нужно, чтобы оно могло вызвать ориентировочную реакцию, которая позволит нам «настроить» на него свои органы чувств. Без внимания восприятие невозможно.

Чем больше наше внимание будет привлечено новизной, сложностью или интенсивностью стимула (события или объекта), тем больше веро­ятность того, что стимул будет воспринят. У ребенка этот механизм действует с самого рождения (см. документ 5.4). Другой хорошо извест­ный определяющий фактор — повторение: реклама, передаваемая по радио или по телевидению, и на сотый раз способна еще привлечь внимание слушателя или вызвать ориентировочную реакцию у ребенка, даже (а может быть, именно в том случае) если выраженная в ней мысль совершенно нелепа.

Однако выбор информации, поступающей в мозг из окружающего мира, больше всего зависит от потребностей и интересов самого субъекта. Голодный человек, идя по незнакомому городу, легче всего будет замечать вывески ресторанов. Сексуально озабоченный человек скорее обратит внимание на вещи, ассоциированные с сексом, будь то люди, изображения или предметы. Страстный любитель машин скорее отметит какую-то деталь кузова, чем человек, для которого машина -лишь средство передвижения. Очень показательно то, как люди листают газеты, останавливаясь на том или ином заголовке: это многое говорит об их интересах и увлечениях (см. документ 5.8).

Кроме того, мы часто склонны обращать внимание только на детали, отвечающие нашим ожиданиям. Здесь уместно напомнить случай, про­исшедший с В. Менделом (документ 3.7). Он, зная, что его пациенты антисоциальны, в первое время замечал только их враждебные проявле­ния. Позднее, когда он узнал, что им дают успокаивающее лекарство, он бессознательно стал воспринимать только их дружелюбные взгляды и мимику, адресованные ему. Очень часто наше отношение к окружаю­щим складывается именно под влиянием такого рода ошибок восприятия, связанных с нашими ожиданиями.

Наше восприятие мира 195

Избирательное внимание

Исследователи попытались выяснить, до какой степени наше внима­ние ограничено постоянным отбором, производимым мозгом. Например, в дружеской компании сначала мы слышим только общий шум голосов разговаривающих. Однако достаточно, чтобы один из наших знакомых вдруг обратился к нам, чтобы мы, несмотря на продолжающийся вокруг нас разговор, сразу начали воспринимать то, что он говорит. Это явление -так называемый «эффект вечеринки» — был изучен в 1953 году Черри (Cherry).

Через наушники в два уха испытуемого подавались две магнитные записи. Когда Черри просил испытуемого внимательно слушать одну из них, испытуемый легко повторял услышанные слова. Но из другой записи он не улавливал ничего или почти ничего (рис. 5.9).

Итак, складывается впечатление, что одновременно можно слышать только одно высказывание и что в мозгу, очевидно, существует как бы «фильтр», который ограничивает нашу способность улавливать сигналы, идущие из разных источников (Broadbent, 1958).

То же явление избирательного внимания отмечается и в области зрительного восприятия. Когда на сетчатки левого и правого глаза испытуемого подавались одновременно разные сцены, снягые на кинопленку, он мог воспринимать лишь какую-то одну из них (см. документ 5.4).

Рис. 5.9 Эффект вечеринки. Когда в каждое ухо посылается свое сообщение, мозг «слышит» только какое-нибудь одно из них. Однако достаточно, чтобы в другом сообщении прозвучало привычное слово, чтобы произошла автоматическая смена приемного канала.

196 Глава 5

Однако было установлено, что этот фильтр не всегда действует безотказно. Так, при слуховом восприятии достаточно, чтобы в другое ухо испытуемого было произнесено особо важное для него слово, например его имя, чтобы он автоматически поменял канал восприятия. К тому же если неодинаковая информация передается в левое и правое ухо испытуемого разными голосами, то информацию одного из каналов уловить сравнительно нетрудно. Если же информация близка по значению и передается в то и другое ухо одним голосом, то ее уловить совсем не так легко. Внимание тогда перемещается с одного уха на другое, и испытуемый в конце концов теряет нить обоих сообщений.

Это ограничение возможностей нашего внимания проявляется и тогда, когда одновременно действуют слуховая и зрительная системы. Например, в классе во время объяснения учителем нового материала я могу читать интересную книгу. Однако даже если мое внимание будет перескакивать с одного канала на другой, вряд ли я смогу хорошо понять хотя бы то, что передается по одному из них, а тем более по обоим.

Но что происходит со всей той информацией, которая по причинам уже упомянутым или по тем, о которых мы еще будем говорить, осталась «за порогом» восприятия? Исчезает ли она полностью или же оставляет след на уровне, недоступном непосредственно для сознания? Чтобы разобраться в этом, нужно будет сначала определить понятие порог.

Физиологический порог и порог восприятия

Как мы уже видели, прием сигнала происходит на двух уровнях.

На нижнем уровне окружающая нас энергия все время буквально бомбардирует наши органы чувств, и как только она становится доста­точной для того, чтобы возбудить один из рецепторов, она превращается в закодированное сообщение, которое будет передано в мозг. Этот предел чувствительности каждого рецептора, за которым уже не может наступить возбуждение, называется физиологическим порогом.

На более высоком уровне сигнал, чтобы быть воспринятым, должен затем превысить другой порог – порог восприятия (рис. 5.10). Это порог сознательного опознания. Он контролируется, как мы уже знаем, рети­кулярной формацией (см. приложение А). Например, Грегори показал, что одного фотона может быть достаточно, чтобы возбудить рецептор в сетчатке глаза, но потребовалось 5-8 таких порций энергии для того, чтобы наш мозг воспринял светящуюся точку.

Наше восприятие мира 197

Высокая интенсивность

восприятие

^

^

Подсознательное или подпороговое восприятие

С Т

И М

У

Л

Порог сознательного опознания (изменчивый)

Отсутствие восприятия

Порог физиологического возбуждения (более постоянный)

Нулевая интенсивность

Рис. 5.10. Между физиологическим порогом и порогом восприятия (изменчивым) существует такая зона, в которой стимулы принимаются рецепторами, но не опознаются. Что с ними происходит?

Вполне понятно, что физиологический порог определен генетически и может изменяться только в зависимости от возраста или других физиологических факторов, а порог восприятия, напротив, гораздо менее стабилен. Он зависит от уровня бодрствования мозга, а также от внимания мозга к сигналу, который преодолел физиологический порог.

Итак, между этими двумя порогами существует зона чувствитель­ности, в которой возбуждение рецепторов влечет за собой передачу сообщения, но оно не доходит до сознания. Какова судьба этого сообщения? Была выдвинута гипотеза о том, что в зоне под уровнем сознания -в подпороговой зоне — сигналы, воспринятые органами чувств, возможно, обрабатываются низшими центрами нашего мозга. Если это так, то должны существовать ежесекундно сотни сигналов, которые проходят мимо нашего сознания, но тем не менее регистрируются на более низких уровнях (Dixon, 1971).

Такая гипотеза позволяет найти объяснение многим спорным явле­ниям. В особенности речь идет о перцептивной защите и о подпороговом восприятии, а также о внечувственном (экстрасенсорном) восприятии и об осознании внутренней реальности в условиях, например, сенсорной изоляции или в состоянии медитации.

Здесь речь идет, конечно, о пограничных областях научной психоло­гии, и многие представители официальной науки не приветствуют их изучение. Однако сколько гипотез было в свое время отброшено офици­альной наукой, так как они казались слишком неправдоподобными или близкими к шарлатанству! А тем не менее благодаря использованию новой аппаратуры и выявлению новых фактов их обоснованность с тех пор была доказана.

Наука обязана требовать абсолютной строгости на любом этапе

198 Глава 5

познания, но она должна в то же время допускать и поощрять смелые шаги в неведомое, чтобы можно было нащупывать опорные пункты для поисков новых путей исследования. Так сейчас и поступает все большее число ученых: они не хотят отбрасывать a priori ни одну из непроверен­ных гипотез. Долгий поиск доказательств существования или отсутствия тех или иных явлений может иногда показаться бесполезной тратой времени. Но в науке, как и везде, потеря времени часто оборачивается его выигрышем.

Перцептивная защита

Порог восприятия тесно связан с уровнем активации мозга. У бод­рствующего и внимательного индивидуума он может быть пониженным, чтобы облегчить поступление и расшифровку сигналов. Но он может быть повышенным во время засыпания или при некоторых других состояниях сознания, когда поток информации фильтруется и восприя­тие ослаблено.

Кроме того, мозг – и мы это наблюдали — даже у полностью бодрст­вующего человека способен, видимо, в любую минуту изменить порог: все зависит от того, важна ли для него получаемая информация или нет. Так происходит, когда извне поступают сообщения, эмоциональный заряд которых трудно переносим (McGinnies, 1949). Было отмечено, что слово – табу, относящееся к сексу, например слово vagin1, на мгновение предъявленное в написанном виде с помощью тахистоскопа, распозна­валось труднее, чем часто употребляемые слова вроде vague2 или matin3, хотя в них столько же букв и их общая структура сходна. Чтобы узнать обычное короткое слово, в среднем достаточно десятой доли секунды, но для слова -табу нужно бывает удвоить, а иногда и утроить это время.

Некоторые авторы поставили под сомнение факт существования такого рода перцептивной защиты от слов, считающихся неуместными. Они полагают, что некоторые слова просто менее употребительны, а потому и воспринимаются труднее, чем другие, более «ходовые». Это могло бы относиться и к словам, весьма обычным в разговорном языке, но редко употребляемым в письменной речи. Но как же тогда объяснить явную эмоциональную реакцию, регистрируемую с помощью полиграфа в тех случаях, когда испытуемые затрудняются прочитать слово -табу. Действительно, у испытуемого могут появляться на коже капельки пота и учащаться ритм сердца даже тогда, когда сила зрительного стимула была значительно ниже порога восприятия. По мнению некоторых критиков, это просто доказывает, что слово-табу, даже узнанное, всегда трудно произнести вслух в присутствии посторонних, особенно если человек не уверен в правильном прочтении. Но как же тогда объяснить тот факт, что у некоторых испытуемых эти и именно эти слова узнаются намного раньше, чем другие (даже тогда, когда стимул ниже порога восприятия), что уже явно говорит о наличии какого-то механизма перцептивной бдительности.

1 Влагалище (фр.).

2 Неясный (фр.).

3 Утро (фр.).

matin(анг) поэт. утреннее щебетание птиц

matin pl церк. (за) утреня

Наше восприятие мира 199

Объяснения таких феноменов опираются на уже сформулированную Фрейдом мысль о том, что на уровне сознания действует некая цензура, которая мешает определенным социально неприемлемым образам или желаниям пересечь порог восприятия. Наши нынешние, пока еще непол­ные, знания о работе мозга позволяют выдвинуть на этот счет ряд гипотез.

Одна из них касается первого уровня памяти — сенсорной памяти. Речь идет о механизме, благодаря которому сигналы очень недолго (1/4 секунды) сохраняются на уровне рецепторов (см. гл. 8), пока не будет решено, переводить их отсюда в кратковременную память или нет. Это решение зависит от высшего, когнитивного уровня, где и может дей­ствовать цензура, о которой говорил Фрейд.

Возможно, эта цензура осуществляется в правом полушарии, которое, эмоционально и более глобально реагируя на раздражитель, проникает в его смысл быстрее, чем более рациональное левое полушарие, и не позволяет последнему продолжать декодирование слова.

По мнению Диксона (Dixon, 1971), все сигналы, не допущенные в сознание механизмами цензуры, очевидно, обрабатываются какой-то более примитивной системой на предсознательном уровне. Они, воз­можно, составляют резерв-источник спонтанно возникающих образов и свободных ассоциаций -и таким образом в свою очередь играют роль в активации организма. Это может проявляться, например, в сновиде­ниях (досье 4.1), в молниеносных вспышках интуиции у творческих работников или, как мы увидим позже, в условиях сенсорной изоляции.

Подпороговое восприятие

Теперь нужно попытаться объяснить, что происходит со всеми сигналами, интенсивность которых недостаточна для того, чтобы они могли проникнуть в сферу сознания. Эти сигналы, очевидно, восприни­маются и обрабатываются в подпороговой зоне, минуя таким образом всякий корковый контроль.

Подпороговое восприятие, по-видимому, позволяет организму отве­чать на поступающие сигналы так, как он не смог бы ответить, если бы они были приняты и оценены сознанием. К сожалению, эта гипотеза была прежде всего использована в рекламе товаров. Например, было показано, что можно внушить кинозрителям желание потреблять гази­рованные напитки или воздушную кукурузу определенных фирм, пока­зывая неоднократно в течение фильма кадр продолжительностью в 1/24 секунды, восхваляющий достоинства этих продуктов; можно также вызвать у публики большее желание приобретать прод которых скрыты звуковые или зрительные подпороговые сообщения сексуального или угрожающего характера (рис. 5.11).

укты, в рекламе

Глава 5

Рис. 5.11. Некоторые работники рекла­мы полагают, что подпороговое сооб­щение (в данном случае слово «секс», скрытое в кусочках льда и проявленное на этом фотомонтаже с целью демон­страции), могло бы привлечь наше вни­мание к товару, который они хотят продать.

Все это способствовало обогащению рекламных агентств, приме­нявших подобные методы. Однако из-за боязни злоупотребления такой практикой, с одной стороны, и из-за того, что ее реальная эффективность осталась неподтвержденной -с другой, возникли сомнения в обоснован­ности самой гипотезы, положенной в ее основу.

Тем не менее спустя несколько лет появился интерес к лечебному применению такого рода методов, особенно для оказания помощи курильщикам, алкоголикам и тучным людям. Сходные программы были разработаны также для лечения больных шизофренией и депрес­сией (Silverman et al., 1982). Положительные результаты были достигнуты у пациентов, которым подпороговым путем предлагалась идея типа «мы с мамой составляем одно целое» но эффект был таким же и у молодых испытуемых, признанных нормальными, которым предлагалась та же мысль. Результаты в определенных тестах были у этой группы выше, чем у контрольной группы, которая подвергалась стимуляции, не со­державшей таких подпороговых компонентов (Ariam, Siller, 1982).

Однако, несмотря на все большее число исследований, ведущихся в этом направлении, ничего определенного относительно подобной практики установить пока не удалось.

ЭКСТРАСЕНСОРНОЕ ВОСПРИЯТИЕ

Многие ученые заостряют внимание на сходстве восприятия подпорогового и экстрасенсорного. В обоих случаях речь идет о восприятии сигналов, которые слишком слабы, чтобы дойти до уровня сознания, но все же способны оставить след, который мог бы быть воспринят некоторыми людьми в определенные моменты и в определенном сос­тоянии расслабления и восприимчивости.

По-видимому, экстрасенсорное восприятие, о котором имеются пока лишь весьма недостоверные данные, должно все-таки рассматриваться как нечто связанное с мозгом – в противовес мнению приверженцев оккультных наук, представители которых приписывают этому явлению самую различную природу.

К экстрасенсорному восприятию относят феномены трех типов: способность «угадывать» факты, недоступные для органов чувств, или ясновидение, способность улавливать какую-то информацию о человеке, который находится далеко, или телепатия, способность угадывать то, что произойдет в будущем, или предвидение.

По мнению многих ученых, речь идет не о каких-то уникальных способностях, а скорее об особом развитии обычных возможностей, скрытых в каждом из нас. В отличие от разного рода животных мы, по-видимому, просто не умеем или не хотим их использовать. Те же ученые утверждают, что, наверное, прежде всего страх мешает нам проявлять такие возможности и тот же страх мешает нам развивать их в себе. Действительно, это могло бы увлечь нас в области, далекие от внешней реальности и от приспособления к ней, т. е. от того, на что нас настраивает все наше воспитание (Targ, Harary, 1985).

Остается еще открыть форму энергии, при помощи которой могли бы передаваться «экстрасенсорные» сигналы, а также физические струк­туры, способные их принимать. Эта задача не из самых легких, и именно этим психологи и физики занимаются уже много лет. Психологи изучают различные возможности, используя методы психофизиологии [электроэнцефалографию, плетизмографию, психогальванометрию (из­мерение электропроводности кожи) и т.п.]. Физики же подводят теоре­тическую базу, опираясь на новые пути, открываемые исследованиями в области элементарных частиц.

Пограничная зона психологии, изучающая эти явления, называется парапсихологией или псилогией. И хотя исследования в лаборатории и в естественных условиях проводятся с 30-х годов (Л. Васильев в СССР, Дж. Б. Раин в США), в научных кругах эти работы стали открыто обсуждаться и критиковаться только в последние два десятилетия. Лишь около пяти лет назад их начали упоминать в американских учебниках по психологии. В настоящее время остается мало таких ученых, которые отказываются видеть в подобных явлениях законный предмет научных исследований (рис. 5.12).

Нерешенных проблем, однако, еще много. Действительно, если реальность некоторых фактов уже доказана, то существуют еще боль­шие методологические трудности, которые мешают, например, в лабо­ратории взять под контроль явления, встречающиеся в повседневной жизни. И даже когда это возможно и получены положительные результаты, их не всегда удается воспроизвести. Иногда даже при совершенно одинаковых условиях опыта (те же методы и аппаратура, тот же экспериментатор, тот же испытуемый) результаты могут получиться диаметрально противоположными (см. досье 5.1).

Рис. 5.12. Парапсихология в большей мере, чем все другие области психоло­гии, должна быть бдительной, чтобы быть в состоянии отличить истинные факты от обмана. Ури Геллер — один из тех людей, вокруг которых разгоре­лись жаркие споры. Так никогда и не было точно выяснено, что играло большую роль в его воздействии на неодушевленные предметы — особые психические способности или просто «ловкость рук».

Сенсорная изоляция

Мы видели, как действует мозг, чтобы поддерживать на постоянном уровне поток сигналов, направляемых в сознание, и как он отбирает из них те, которые считает приемлемыми и важными для выживания организма. Но что происходит, когда субъект находится в условиях сенсорной изоляции, сводящей к минимуму возбуждение рецепторов?

В 1956 году в Университете Мак-Гилла группой психологов был произведен соответствующий опыт. Исследователи предлагали добро­вольцам пробыть как можно дольше в специальной камере, где они были максимально ограждены от внешних раздражителей мира (рис. 5.13). Ученых поразил тот факт, что большинство испытуемых оказались неспособными выдержать такие условия дольше 2-3 дней. Был сделан вывод, что это отражает фундаментальную потребность организма в получении стимулов от изменяющегося окружения. У самых выносли­вых испытуемых возникали галлюцинации, и это, по мнению ученых, указывало на то, что без внешних раздражителей интеллектуальные функции и сама личность неизбежно деградируют.

Другой ученый, Дж. Лилли (J. С. Lilly), в тот же период проверял действие сенсорной изоляции на самом себе. Он делал это в непроницае­мой камере, где он был погружен в солевой раствор с температурой, близкой к температуре тела, так что был почти лишен даже ощущений, связанных с весом собственного тела. И лишь позднее, после нескольких лет исследований (в 1977 г.) он решился прокомментировать свои эксперименты. Однако его выводы диаметрально противоположны выводам, сделанным психологами из Университета Мак-Гилла. По мнению Лилли, условия изоляции в камере, напротив, увеличивают сенсорный опыт, и это происходит без участия известных внешних раздражителей.

Наше восприятие мира 203

Рис. 5.13. Во время экспериментов с сенсорной изоляцией, проводимых в Универ­ситете Мак-Гилла, испытуемые были лишены стимулов, идущих из внешнего мира. Они находились в лежачем положении в небольшой камере. Все звуки покрывались гулом мотора кондиционера. Руки испытуемых были вставлены в картонные муфты, а затемненные очки пропускали только рассеянный свет.

Лилли отмечает, что после периода напряженности, которую он чувствовал сам и чувствовало большинство испытуемых в Университете Мак-Гилла, постепенно наступает новое состояние сознания, сопровож­дающееся множеством зрительных образов — всевозможных галлюци­наций и иллюзий. Когда субъект принимает эти явления спокойно и не рассматривает их как патологические, они позволяют ему испытать своеобразное ощущение «океанской волны», которое достигает такой интенсивности, что несколькими часами позже, в момент выхода из изолированной камеры, он чувствует себя вновь рожденным.

Такое толкование сближает нас с опытом восточных мастеров медитации. Но в противоположность тому, как действуют эти последние, при опыте в изолированной камере происходит резкий разрыв с постоян­но действующей на организм реальностью. И тогда сам организм принимает последствия столкновения со своим внутренним миром и со всеми видениями, которые развиваются и проявляются вне реальности.

Открытие этого внутреннего мира, свободного от всякой цензуры, и обогащение, которое он, видимо, несет индивидууму, противоречит выводам, сформулированным психологами из Университета Мак-Гил­ла. Дело в том, что эти ученые рассматривают наш опыт как нечто ограниченное внешней реальностью, а это, как подчеркивает Лилли, есть та реальность, которая была смоделирована с помощью переданных нам мыслей и знаний социальной группой, к которой мы принадлежим. И мы не можем без тревоги отойти от этой нашей реальности (см. документ 5.9).

Однако именно в этой внешней реальности — не следует этого забы-

204 Глава 5

вать — индивидууму приходится жить, развиваться, приспосабливаться в соответствии со своими потребностями, которые он стремится удовлетворить.

В следующей главе мы постараемся понять, как и почему организм постоянно стремится к получению сигналов, способных помочь ему восстановить равновесие. А это равновесие то и дело нарушается из-за потребностей самого организма, с одной стороны, и взаимодействий организма с окружающей средой, с другой стороны. Мы увидим, насколько неустойчиво это равновесие и как уровень эволюционного развития, достигнутый человеком, подводит его к использованию таких механизмов, как эмоции. Низшим животным эмоции не свойственны, а нам они позволяют оттенять и окрашивать как первичную реакцию на сигналы из окружающей среды, так и более развернутые ответные действия, если они требуются.

Документ 5.1. Мир клеща

Клещ -это животное из класса паукообразных чуть больше була­вочной головки, которое паразитирует на собаках и других млекопи­тающих. Он впивается им в кожу и сосет кровь (рис. 5.14). Такое описание не создает у нас приятного образа. Однако если мы поставим себя мысленно на место клеща, то нам откроется совершенно необыкно­венный мир этого слепого и глухого существа, обладающего зато большой обонятельной и осязательной чувствительностью.

Жизнь этого удивительного создания открыл для нас Якоб фон Икскюлль (Uexkull, 1956). Давайте посмотрим, на что похоже существо­вание клеща -самки с того момента, когда она оплодотворена самцом.

Она взбирается на ветки кустарника, отыскивая дорогу благодаря чувствительности своей кожи к свету, и ждет, пока не появится «жертва», которую она определяет по запаху, исходящему от сальных желез млекопитающих. Когда самка находит, что источник этого запаха в пределах ее досягаемости, она падает. У нее очень развито темпера­турное чувство, и если она приземляется на что-то теплое, то она, не

Рис. 5.14. Клещ-животное из класса паукообразных, которое с помощью хоботка и лапок впивается в кожу мле­копитающих и сосет их кровь. Ядови­тая слюна некоторых видов клещей может вызывать паралич и даже смерть, чаще у детей. (По Grasse.)

Наше восприятие мира 205

теряя времени, принимается с помощью своего осязания искать участок без шерсти. Там она проталкивает голову в ткань, чтобы высасывать кровь, а напившись, падает на землю, откладывает яйца и умирает.

Если при первом прыжке с куста она промахивается и попадает на что-нибудь холодное, ей ничего не остается, как опять взбираться на ветку и ждать (если потребуется -до 18 лет) в условиях полного голода­ния. Такова подлинная жизнь клеща…

Документ 5.2. Связь между современной физикой, нейронаукой и психологией

Что такое материя? Что такое Вселенная? Что такое реальность? Это такие вопросы, на которые наука, а до нее западная философия приучили нас искать ответы механистического толка. Мир представлял­ся не иначе как совокупностью различных дискретных элементов, взаи­модействия между которыми подчинены причинно-следственным отно­шениям.

Современная физика, в частности квантовая теория и теория отно­сительности, а также более поздние модели, которые стремятся их объединить, разрушают это как будто бы ясное и логичное представ­ление о мире.

Теория относительности опирается на знаменитую формулу Эйн­штейна Е = тс2, согласно которой энергия частиц (Е) пропорциональна их массе (т), помноженной на квадрат скорости света (с). Из этого вытекает, что масса и энергия эквивалентны и могут превращаться одна в другую. Таким образом, тело -это не только совокупность частиц, обладающих массой, которые определяют его положение в трехмерном пространстве, но также и энергия. А любая энергия подразумевает активность, которую нельзя рассматривать, не привлекая представление о времени. Поэтому все относительно, и, как подчеркивал Эйнштейн, «различие между прошлым, настоящим и будущим — всего лишь ил­люзия, хотя и весьма стойкая».

Что касается квантовой теории, то она заключает в себе идею «туманного» мира, в котором размывается различие между частицами и волнами, -мира, в котором материя никогда не бывает в состоянии покоя, а напротив, находится в непрерывном движении. На уровне атома электроны движутся вокруг ядра, а внутри ядра такие частицы, как протоны, нейтроны и т.д., тоже находятся все время в движении, перемещаясь с фантастическими скоростями, так что нельзя что-либо с уверенностью сказать о причинах и следствиях этих перемещений. Эти частицы не существуют как изолированные «элементы», а проявляются во взаимоотношениях, которые они устанавливают между собой; это не «объекты», а скорее отношения между объектами, которые в свою очередь уже готовы установить отношения с другими объектами, и так далее от бесконечно малого к бесконечно большому, от частиц, обра­зующих атом, до фундаментального единства Вселенной (F. Сарга, 1979, 1983).

206 Глава 5

В этой непрерывности человек — всего лишь звено, которое дает реальность объектам путем своего осознанного решения приписывать им некоторые свойства; без человека роза или камень были бы не более чем «паттернами» излучений, контурами сил, создающих эти «предме­ты» на уровне материи.

Точно так же обстоит дело с различием между одушевленными и неодушевленными объектами, между живым и мертвым. По мнению Макса Борна, лауреата Нобелевской премии по физике (1954 г.), речь идет о примитивных точках зрения. «То, что нам кажется мертвым, -говорит он, — мертвым, как камень, на самом деле находится в вечном движении. Мы просто привыкли судить по внешнему виду, по ложным впечатлениям, передаваемым нашими органами чувств. Нам следует выучиться описывать предметы новыми и лучшими способами».

Голография — еще одно открытие физики, которое, возможно, позво­лит осуществить сближение естественных наук с гуманитарными, при­поднимая завесу над еще не объясненными психологическими явлениями.

Голография позволяет получать объемные изображения предметов. При этом свет1, отражаемый предметом, направляется на фотоплас­тинку, но не фокусируется линзой, а накладывается на другой световой пучок, и на пластинке запечатлевается картина интерференции между двумя пучками. Если теперь осветить пластинку только одним пучком, мы увидим объемное изображение объекта (рис. 5.15).

Однако самая удивительная особенность этого процесса заключается в том, что каждая часть фотопластинки воспроизводит весь образ, так как сигнал от предмета распределялся по всей ее поверхности. На сколько бы кусков мы ни разделили пластинку, все равно на каждом из них будет отображен весь объект.

По мнению Прибрама (Pribram, 1971)-профессора-нейропсихолога из Стэнфордского университета — человеческий мозг функционирует по такому же принципу. Сигналы, исходящие от частиц, из которых состоит окружающая нас материя, могли бы проецироваться на все точки мозга. А уже сам мозг, учитывая частоты воспринимаемых волн, мог бы математически воссоздавать на основе интерференционной картины «конкретную» реальность. При этом, как и в голограмме, полная информация была бы представлена в каждой точке мозга.

Но Прибрам идет дальше этого. Как и Бом (Bohm, 1973)-физик из Лондонского университета, он полагает, что сама Вселенная голографична, и наш мозг просто создает голограмму, которая отображает Вселенную; таким образом, каждый человеческий мозг является элементом большой голограммы, имеющей доступ ко всей информации.

1Лучшие результаты получены с помощью когерентного лазерного света с упорядоченными фазовыми отношениями между составляющими волнами.

Наше восприятие мира 207

Рис. 5.15. Голография. А. При помощи зеркал часть когерентного лазерного света направляется прямо на фотопластинку, а другая часть — на объект и от нее на ту же фотопластинку. Б. Интерференция между двумя пучками света создает особого рода изображение, которое представляется объемным, когда пластинка освещена первоначальным когерентным лучом. При этом каждый участок плас­тинки содержит информацию обо всем воспроизводимом объекте.

Согласно Бому, связи, которые устанавливаются между частицами, могли бы создать живую энергию во всей материи, «своего рода обобщенный разум в природе». Таким образом, материя содержала бы саму сущность разума, а он рос бы вместе с уровнем сложности материи. Возможно, что интерференционные паттерны и принцип организации, который управляет Вселенной с момента Большого взрыва, имеют одну природу. Между «сознанием» камня и нашим собственным сознанием разница была бы только в степени.

Речь идет не о возвращении к дуалистическому подходу, а скорее о монистической концепции, еще более фундаментальной, чем представ­ления, основанные на чисто физиологическом взаимодействии между нейронами (см. документ 2.3). Как полагает Прибрам, голограмма, возникающая в результате интерференции волн в коре головного мозга, в свою очередь базируется на коротковолновой голограмме от взаимо­действия частиц, составляющих материю нейронов. Таким образом, получалась бы «голограмма в голограмме», сама связанная со Вселен­ной невидимым потоком, организующим связь на уровне субатомной реальности.

По мнению Прибрама, если бы мы могли видеть реальность без расчетов, осуществляемых мозгом, мы познавали бы мир частот вне времени и пространства, мир, где существуют лишь события. И только мозг устанавливает понятия «до» и «после», «здесь» и «там», причины и следствия.

Но как объяснить тот факт, что все мы воспринимаем одно и то же? Можно было бы думать, что с самого рождения культура берет на себя регулирование деятельности мозга таким образом, что мозг научается производить те же расчеты, которые характерны для всех членов данной группы. Различия в восприятии мира, жизни, смерти и т.д. у разных культур, казалось бы, подтверждают существование такого «культур­ного моделирования».

208 Глава 5

Такой подход нашел отклик в различных областях психологии, иногда даже очень далеких друг от друга. Например, мистические состояния, о которых шла речь в главе 4, могли бы просто соответство­вать погружению в область частот, устанавливающих гармонию с источником реальности. Что касается изменений сознания под дей­ствием некоторых психотропных веществ, то не результат ли это иной интерпретации частот -не такой, как в обычных условиях? Подсознание со своей стороны могло бы быть той базовой «туманной» областью, содержание которой может раскрыться только при участии психо­аналитика, облегчающего расшифровку частот.

Другие процессы, такие как научение, внимание или память (см. досье 8.1), могли бы тоже найти связное объяснение благодаря этой кон­цепции. Сказанное относится и к паранормальным феноменам, которые предстают в новом свете. Например, нет больше необходимости ссылаться на какую-то неизвестную энергию, якобы пронизывающую пространство и лежащую в основе внечувственного восприятия или телекинеза. Дей­ствительно, информации не нужно передаваться из точки А в точку В: она одновременно находится в этих двух точках (см. досье 5.1).

Прибрам (Pribram, 1971) придерживается мнения, что этот новый подход должен коренным образом изменить наше понимание реаль­ности: подобно тому, как когнитивная психология все чаще берет верх над слишком упрощенной бихевиористской психологией, так же, вероятно, вскоре возникнет и новое понимание Вселенной, которое будет охваты­вать всю науку. Это отнюдь не означает, что старые модели будут отброшены. Они, скорее всего, войдут в более широкое и богатое видение мира, которое позволит нам объяснить Вселенную, часть которой составляем мы сами.

Документ 5.3. От стимуляции к восприятию

Для того чтобы мы осознали какой-либо элемент окружающей действительности, нужно, чтобы исходящая от него энергия (тепловая, химическая, механическая, электрическая или электромагнитная) прежде всего была достаточной, чтобы стать стимулом, т. е. возбудить какой-либо из наших рецепторов.

Только тогда, когда в нервных окончаниях одного из наших органов чувств возникнут электрические импульсы, может начаться процесс восприятия. Первичный анализ стимула и кодирование сигнала осуще­ствляют рецепторные клетки, а затем уже этот закодированный сигнал передается по сенсорным нервам к нервному центру в спинном или головном мозгу (рис. 5.16).

Если сигнал обусловлен стимулом, угрожающим вызвать поврежде­ние организма, или же адресован вегетативной нервной системе, то весьма вероятно, что он сразу же вызовет рефлекторную реакцию, исходящую от спинного мозга или другого низшего центра, и это произойдет раньше, чем мы осознаем данное воздействие. Наша рука отдергивается при ожоге от сигареты, зрачок сужается при ярком свете, (слюнные железы начинают выделять слюну, если в рот положить леденец и все это происходит до того, как наш головной мозг расшиф­рует сигнал и отдаст соответствующее распоряжение. Выживание орга­низма часто зависит от коротких нервных цепей, составляющих рефлекс -сигнал проходящий по спинному мозгу, а затем и и двум различным путям: один ведет к коре головного мозга через таламус (см. приложение А), а другой, более диффузный, проходит через фильтр ретикулярной формации, которая поддерживает кору в бодрствующем состоянии и решает, достаточно ли важен сигнал, переданный прямым путем, чтобы его расшифровкой занялась кора. Если сигнал будет сочтен важным, начнется сложный процесс, который и приведу к восприятию в собственном смысле этого слова. Этот процесс предпо­лагает изменение активности многих тысяч нейронов коры, которые должны будут структурировать и организовать сенсорный сигнал, чтобы придать ему смысл.

209

Рис 5. 16. Последствия укуса комара. Сигнал от рецептора (1) отправляется к спинному мозгу (2), и включившаяся рефлекторная дуга ведет к сгибанию руки (3). Сигнал тем временем идет дальше к головному мозгу (4), направляясь по прямому пути в таламус и кору (5) и по непрямому пути к ретикулярной формации (6). Последняя активирует кору (7) головного мозга (обратить внимание на сигнал, о наличии которого она только что узнала внимание к сигналу проявляется в движениях головы и глаз (8), что ведет к разгибанию раздражителя (9), а затем к программированию реакции другой руки с целью прогнать нежеланного гостя (10).

210 Глава 5

Прежде всего внимание коры мозга к стимулу повлечет теперь за собой серию движений глаз, головы или туловища. Это позволит более глубоко и детально ознакомиться с информацией, идущей от сенсорного органа -первоисточника данного сигнала, а также, возможно, подклю­чить другие органы чувств.

По мере поступления новых сведений они будут связываться со следами сходных событий, сохранившимися в памяти. Если сигнал оказывается похожим на что-то уже известное, восприятие приводит к узнаванию. В противном случае оно выражается в осознании какого-то нового аспекта реальности, фиксации его в памяти и создании новых следов, которые в свою очередь будут укреплены другими актами узнавания.

Таким образом, мозг с начала и до конца жизни создает себе образ реальности, из которого исключены элементы, не связанные с интере­сами и нуждами индивидуума. Французский философ Бергсон (Bergson. 1907) сравнивал наш мозг с фильтром, который устроен так, что организм проявляет избирательное внимание и пропускает на уровень сознания только ту информацию, которая необходима для его выжи­вания.

Документ 5.4. Гипотезы и предшествующий опыт

На рисунке Боринга (Boring, 1948, рис. 5.17) одни видят профиль молодой женщины, а другие — профиль старой ведьмы с крючковатым носом. А каково ваше мнение? Кто ошибается? Конечно же никто: все зависит от того, как мозг организует разные элементы рисунка. У каждого из смотрящих появляется какая-то гипотеза, и мозг пытается подтвердить эту гипотезу, используя различные признаки или одни и те же признаки, но по-разному. Мозг распознает маленький нос или же бородавку, ухо или глаз, маленький подбородок или большой нос, колье или беззубый рот… И когда все согласующиеся между собой детали будут собраны воедино и эта совокупность штрихов свяжется с чем-то знакомым, только тогда увидится смысл рисунка. Впрочем, если пред­варительно показать испытуемым профиль молодой женщины, то все они увидят на двусмысленном рисунке именно ее, а если показать изображение старой дамы, то у большинства испытуемых рисунок сложится в профиль мегеры.

Рис. 5.17. Кого вы видите на верхнем рисунке — старую ведьму или молодую модницу? Посмотрите на два нижних рисунка, и после этого вы будете ви­деть ту и другую поочередно.

Рис. 5.18. Стереоскоп -старинный аппарат, позволяющий получать объемную картину из двух двумерных изображений, незначительно различающихся углом зрения. Если же на очень короткое время предъявить двум глазам два совершенно разных изображения, то мозг опознает только одно – то, которое для него более привычно.

212

Глава 5

Бэгби (Bagby, 1957) продемонстрировал значение прошлого опыта для восприятия в экспериментах с детьми из Мексики и из США. Он предварительно подобрал пары картинок, каждая из которых включала одну сцену из мексиканской жизни и одну — из североамериканской.

Затем он показывал их детям с помощью стереоскопа, который позво­ляет проецировать в течение короткого отрезка времени на сетчатки двух глаз разные картинки (рис. 5.18). Таким образом, мозг получал одновременно сложные сигналы двух типов, которые он не мог объеди­нить: в таких случаях благодаря феномену избирательного внимания мозг воспринимает только один из сигналов.

Бэгби отметил, что при одновременном предъявлении таких двух объектов, как, например, изображения тореадора и игрока в бейсбол мексиканские ребята чаще видели только первый из них, а североамериканские -второй. Мозг каждого улавливал наиболее привычный образ с учетом окружающей среды и прошлого опыта.

Документ 5.5. Сенсорные способности новорожденного

Долгое время полагали, что новорожденный обладает очень бедным сенсорным «багажом», недостаточным для того, чтобы расшифровы­вать различные элементы окружения. Но по мере роста наших знаний об утробном плоде и о новорожденном мы вынуждены признавать, что ребенок с самого рождения имеет относительно запрограммированный мозг и уже достаточно эффективные органы чувств.

Однако известно также, что ранний сенсорный опыт ребенка играет решающую роль в развитии восприятия: без такого опыта атрофия некоторых клеток в сенсорных системах может привести к необратимым повреждениям, что и отмечалось у слепых от рождения после того, как им восстанавливали зрение.

Зрительное восприятие

Острота зрения младенца достигает такого же уровня, как у взросло­го человека, лишь к концу первого года жизни. Было показано, что он лучше всего воспринимает предметы, расположенные в 19 см от его лица (Haynes et al., 1965). Может быть, это играет большую роль в узнавании материнского лица во время кормления (рис. 5.19).

Эта гипотеза весьма правдоподобна, так как другой исследователь установил, что младенец уже с четвертого дня жизни проявляет вро­жденное предпочтение по отношению к человеческому лицу (Faatz 1970) (рис. 5 20)

С четырехмесячного возраста ребенок способен различать цвета синий (голубой), зеленый, желтый и красный, при этом он отдает предпочтение синему и красному.

Наше восприятие мира 213

Рис 5 19 Не рассчитана ли острота зрения новорожденного на фиксацию и опознание материнского лица

Рис 5 20 Когда измеряли время, в течение которого новорожденный смотрит на различные фигуры, цветные или черно-белые, оказалось, что он уже с первых часов жизни отдает предпочтение человеческому лицу.

Глава 5

Кроме того, чтобы ни думали беспокойные родители, маленькие дети, как выяснилось, редко приближаются к крутым обрывам. Гибсон и Уок (Gibson, Walk, 1960) доказали с помощью «зрительного обрыва» (рис 5.21), что восприятие глубины уже имеется с самого раннего возраста и ребенок не решается ползти на стекло, нависающее над пустотой. По-видимому, эта реакция не приобретается на опыте, так как она проявляется у детенышей животных в возрасте нескольких часов. У младенцев до двух месяцев, которые еще не умеют ползать, учащается ритм сердца, если их положить животом вниз на стекло на высоте больше метра от пола.

Рис. 5.21. Дети, как и детеныши животных, по-видимому, обладают врожденной способностью к восприятию глубины, благодаря которому они избегают «про­валов», даже накрытых стеклом.

Восприятие глубины тесно связано с развитием бинокулярного зрения, а последнее появляется только тогда, когда оба глаза уже способны конвергировать на одну точку. Этот механизм у большинства детей вырабатывается в первые месяцы жизни. Поэтому, если у ребенка старше 6 месяцев еще проявляется страбизм (косоглазие), очень важно быстро осуществить хирургическое вмешательство для исправления этого дефекта. В противном случае шансы на развитие у него биноку­лярного зрения невелики; кроме того, мозг постепенно перестанет воспринимать сигналы, поступающие от неполноценного глаза, и ребе­нок на более или менее длительное время станет «функционально одноглазым».

Слуховое восприятие

Новорожденный с первых часов способен распознавать отчетливые звуки разной интенсивности. Он даже способен отличить голос матери от других голосов, произносящих его имя. Развитие этой способности начинается еще в период внутриутробной жизни (известно, что слух, так же как и зрение, функционируют уже у семимесячного плода).

Обонятельное и вкусовое восприятие

Обоняние у новорожденного развито относительно хорошо. С пер­вых дней жизни он может воспринимать различные запахи. Так, напри­мер, он отворачивает голову от резких или неприятных запахов, но, напротив, повернет ее к тампону, смоченному материнским молоком.

Наше восприятие мири 215

Что касается вкуса, то при рождении он, по-видимому, мало развит, даже если ребенок может отличить сладкую воду от чистой, несладкой, морщится от растворов со слишком заметным вкусом, все же вкусовые эсприятия, видимо, тесно связаны с обучением.

Документ 5.6. Движение и время

Любая деятельность содержит в себе движение в пространстве, а любое движение происходит во времени. Эти измерения взаимо­связаны, и то, как они воспринимаются, зависит и от наших сенсорных способностей, и от точек отсчета, которые мы устанавливаем при их оценке.

Восприятие движения. Движение предмета мы воспринимаем в основ­ном благодаря тому, что он, перемещаясь на каком-то фоне, вызывает последовательное возбуждение разных клеток сетчатки. Если фон одно­роден, наше восприятие ограничено скоростью движения предмета: человеческий глаз фактически не может наблюдать за передвижением светового луча при скорости меньше 1/3° в секунду (что соответствует перемещению на ширину большого пальца при вытянутой руке за 6 секунд). Поэтому невозможно непосредственно воспринимать движе­ние минутной стрелки на ручных или стенных часах: она передвигается за секунду всего лишь на 1/10″.

Однако даже при отсутствии фона, например в темной комнате, можно следить за движением световой точки (например, кончика заженной сигареты). Грегори (Gregory, 1966) выдвигает по этому поводу мысль, что мозг, очевидно, истолковывает движения глаз как показатель движения предмета.

Однако чаще всего фон имеется, и однородным он бывает редко. Поэтому мы можем при восприятии движения дополнительно использо­вать еще и показатели, связанные с самим фоном, — элементы, перед которыми или позади которых передвигается наблюдаемый предмет.

Восприятие времени. Время — это человеческая конструкция, которая позволяет нам размечать, распределять свою деятельность. Однако мы можем надежно воспринимать только очень короткие отрезки времени в пределах между 1/18 и 2 секундами.

Действительно, под нижней границей моменты не воспринимаются больше как таковые: 18 изображений в секунду уже сливаются в одно непрерывное движение1, 18 вибраций воздуха в секунду превращаются для нашего уха в один звук (самый низкий), а 18 легких ударов по коже воспринимаются как одно надавливание (von Uexkiill, 1956).

Такой медленный для человеческого глаза процесс, как распускание цветка, снятый с частотой 1 кадр в минуту, при демонстрации пленки с нормальной скоростью (18 кадров в секунду), превращается в великолепное зрелище организма в движении, грация и синхронность которого не уступают артистическим качествам звезд балета. Время, движение, пространство — все относительно.

216 Глава 5

Над верхней границей в 2 секунды мы можем лишь приблизительно оценивать время по ориентирам, связанным с нашей деятельностью.

Однако различные факторы могут несколько изменять оценку про­текающего времени. Некоторые биологические изменения, например повышение температуры тела, могут вызвать переоценку времени, а понижение температуры — наоборот, недооценку (Baddeley, 1966).

То же происходит под влиянием мотивации или интереса, про­являемого к некоторым тестам, а также под воздействием различных наркотиков. Успокаивающие лекарства, вызывающие замедление фи­зиологических процессов, способствуют недооценке отрезков времени (Fraisse, 1957), а возбуждающие лекарства и галлюциногены, ускоряю­щие психические процессы и переработку сигналов мозгом, напротив, влекут за собой преувеличение оценок времени.

Документ 5.7. Зрительные иллюзии

Организация перцептивных процессов и черты постоянства, которые мы устанавливаем в мире, обеспечивают нам непротиворечивое и связ­ное восприятие окружающего. Однако существуют случаи, когда вос­приятие искажено, — когда, например, от самих предметов поступают противоречивые сигналы или когда мы неправильно интерпретируем монокулярные сигналы, получаемые от предметов.

В первом случае речь идет в основном о двусмысленных картинках, которые на первый взгляд кажутся «нормальными», но вскоре делаются непонятными, когда осознаешь, что они могут вызывать два противо­речивых восприятия, причем нет никакого признака глубины, который позволил бы определить, что является фоном, а что — фигурой (рис. 5.22, А). Во втором случае мы встречаемся с какими-то признаками пер­спективы, глубины, формы или величины, которые, вступая в противо­речие между собой, порождают зрительные иллюзии.

Одно из самых правдоподобных объяснений ряда иллюзий основано на нашей склонности воспринимать как более крупное то, что находится дальше, с учетом эффекта перспективы. Это заставляет наш мозг ошибочно преувеличивать размеры того из двух равных предметов, который больше удален.

Это происходит в случае иллюзий Мюллера-Лайера, которые можно сблизить с восприятием внешних и внутренних углов домов. То же происходит и с иллюзией Понсо (Ponzo) или с иллюзией луны на горизонте, усиливаемой пейзажем и его перспективой. Аналогичный случай с биссектрисой и перпендикуляром к другой линии, которые как бы удаляются от исходной точки (рис. 5.22, Б и В).

217

Врезка2Наше восприятие мира

Рис. 5.22. А. Двусмысленные фигуры, трехмерная интерпретация которых приво­дит к противоречиям. Б. Зрительная иллюзия Мюллера-Лайера и иллюзия биссектрис В. Иллюзия Понсо (более удаленное бревно, лежащее между шпа­лами, кажется значительно большим, чем то, которое ближе) и иллюзия Луны. . которая многим кажется больше на горизонте, чем в открытом небе.

Рис. 5.23. Если в момент съемки вы смотрите прямо в объектив, то потом, откуда бы ни смотрели на фотографию, вы с нее будете как бы следить за смотрящим. Такой же эффект наблюдается и в живописи — примером тому служит взгляд Джоконды.

218 Глава 5

Еще одна забавная иллюзия возникает при восприятии лица на фотографии или рисунке: глаза будут всегда смотреть прямо на нас независимо от угла, под которым мы на него смотрим. Однако эта иллюзия создается лишь в том случае, если изображенный глядел прямо в объектив или прямо в глаза художника, когда тот рисовал портрет (действительно, ничего подобного не происходит, если позирующий смотрит чуть-чуть в сторону). Эта иллюзия еще не получила полного объяснения; по-видимому, она связана с тем, что изображение глаз дается лишь в двух измерениях (рис. 5.23). В самом деле, при восприя­тии скульптурных изображений такой иллюзии не возникает.

Итак, иллюзия характеризуется наличием сенсорных сообщений, неправильно расшифрованных одним человеком, а иногда и многими людьми.

Напротив, в случае галлюцинации зрительные, слуховые или иные ощущения появляются у человека при отсутствии каких-либо сенсорных стимулов, воспринимаемых также и другими людьми. Галлюцинация – всего лишь часть его внутренней реальности. Примеры будут приведены ниже, когда речь пойдет об экспериментах в условиях сенсорной изо­ляции (документ 5.9).

Документ 5.8. Расширение зрачка при восприятии обнаженного человека

Рис. 5.24. По степени расширения зрачков можно судить об уровне интереса, проявляемого субъектом к данному предмету или человеку. Судя по результатам экспериментов Хесса, интересы женщин заметно отличаются от интересов мужчин.

Наше восприятие мира 219

Когда человек с особенным вниманием и интересом воспринимает действующий стимул, весь его организм активируется: ритм сердца учащается, сосуды расширяются и появляется легкая краснота, в част­ности на лице, на коже выступает немного пота, зрачки глаз увеличи­ваются. Все это результаты возбуждения симпатической нервной системы, ответственной за активацию организма (см. приложение А).

Хесс (Hess, 1965) задался целью узнать, в — какой степени можно выявить интерес, проявляемый людьми к некоторым изображениям, просто наблюдая за реакцией их зрачков. Например, он предъявлял группе студентов и студенток серию фотографий, на которых были представлены маленькие дети, матери с младенцами, обнаженные муж­чины и женщины, а также пейзажи.

Вид пейзажей не вызывал у испытуемых обоих полов никакой реакции. То же было и с мужчинами, смотрящими на фотографии младенцев, но зрачки большинства из них значительно расширялись при виде фотографий обнаженных женщин. Что касается реакции у женщин, то Хесс отмечал, что она проявляется при виде фотографий матерей с детьми, а также обнаженных мужчин и младенцев (рис. 5.24).

Таким образом, потребности людей, чувства и интерес, который у них вызывают предметы или другие люди, могут выявляться в таких трудноуловимых признаках, как расширение зрачков. Не является ли это одним из источников, используемых гадалками в поисках «сигналов», которые позволили бы им ответить ожиданиям клиента? В свой сле­дующий поход к одной из таких «ясновидящих» наденьте темные очки и проверьте…

Документ 5.9. Сенсорная изоляция,

галлюцинации и внутреннее пространство

Самый известный в научном мире эксперимент с сенсорной изоляцией — это эксперимент, произведенный в Университете Мак-Гилла в 1956 г. Героном и его сотрудниками.

Ученые предложили добровольцам за 20 долларов в день (значитель­ная по тем временам сумма) пробыть как можно дольше в специально устроенной изолированной камере. Все, что от них требовалось, — это лежать там на маленькой кровати, причем руки испытуемого вставля­лись в длинные картонные трубы (чтобы как можно меньше было осязательных стимулов). Благодаря использованию специальных очков глаза воспринимали только рассеянный свет. Слуховые же раздражители маскировались беспрерывным шумом работающего кондиционера и вентилятора (см. рис. 5.13).

Испытуемых кормили, поили, и они по мере необходимости могли заниматься своим туалетом, но в остальное время должны были оставаться максимально неподвижными.

Большинство из них в начале эксперимента были уверены, что это легкий способ заработать, а плюс к тому и продолжительный отдых. Так оно и было на самом деле в первые часы изоляции. Но когда тело отдохнуло, ситуация очень быстро стала такой, что лишь немногие

220

испытуемые были способны продолжать жить в этих условиях больше двух-трех дней. Только небольшая группа выдержала несколько дольше а максимальное время не превысило шести дней.

Что же происходило – почему ситуация становилась до такой степени невыносимой?

Вначале большинство старалось сконцентрироваться на своих личных проблемах, но вскоре испытуемые стали замечать, что их разум уходит в сторону от этого. Очень скоро они потеряли представление о времени затем наступили долгие периоды, когда они вообще не были способны мыслить. Чтобы избавиться от монотонности, испытуемые с удоволь­ствием соглашались слушать детские рассказы и даже начинали требовать, чтобы им давали их слушать еще и еще.

Более 80% испытуемых утверждали, что они были жертвами зри­тельных галлюцинаций: стенки ходили ходуном, пол вращался, углы округлялись, цвета становились такими яркими, что на них невозможно было смотреть. Один испытуемый даже говорил, что «видел» процессию белок, дефилирующих решительным шагом с мешками на плечах. Что же касается тела, то казалось, что оно раздваивается, дух (сознание) отделяется и летает по камере, глядя на свою материальную оболочку, лежащую на постели.

Испытуемых подвергали психологическим тестам до, во время и после их пребывания в изолированной камере. Почти все показали посредственные результаты во время эксперимента. Многие стали не­способны решить простые задачи на умозаключение или проделать легкие математические расчеты, а у многих наблюдались расстройства памяти. Однако через некоторое время после выхода из камеры испы­туемые вновь обретали свои обычные умственные способности.

У исследователей, проводивших этот опыт, не оставалось никакого сомнения, что отсутствие стимуляции приводит к кратковременному полному разрегулированию организма, лишает его всякой возможности самоконтроля и контроля над окружающим миром.

Лилли (Lilly) — нейрофизиолог, ставший известным в результате своих исследований в области языка дельфинов, еще с 1953 года пытался проверить на себе самом, какой опыт организм, погруженный в водную среду, может приобрести в условиях полного отсутствия взаимодействия с привычным ему окружением. Так, Лилли провел несколько часов, изолировавшись в кессоне, обычно предназначавшемся для проверки снаряжения водолазов. Это большой резервуар, наполненный водой с высокой концентрацией соли; температура воды близка к температуре человеческого тела. Попав в «кессон» (рис. 5.25), организм оказывается полностью изолированным от внешнего мира. Испытуемый находится в полной темноте, ничего не слышит и, самое главное, находится почти в состоянии невесомости в жидкости, которую его кожа не может чувствовать, так как температура тела и жидкости почти одинакова (Gerome, 1985). Лилли отметил, что в начале эксперимента происходит подъем внутреннего напряжения, которое становится почти невыноси­мым и вызывает сильное желание выйти из камеры. Но, когда человек решает все же остаться, у него начинает появляться новое состояние сознания. Внимание испытуемого мало-помалу фиксируется на ощу­щении легкости, которое вскоре заполнит все его существо. Мысли, сосредоточенные раньше на повседневных заботах, постепенно будут уступать место мечтаниям и фантазиям очень личного характера, эмоциональный заряд которых вскоре доходит до предела. В этот период испытуемый достигает высшей фазы необычных переживаний, когда он будто бы смотрит внутрь самого себя и проецирует наружу свое собственное содержание. Тогда наступает разрыв с пространством и со временем и наводятся мосты между отдаленными местами или между разными периодами. «Дух» перемещается с феноменальной скоростью и оказывается в других местах, с известными или неиз­вестными испытуемому людьми, где он живет и переживает вместе с ними эпизоды, которые происходят, как кажется, в эти моменты, или же начинает «парить» над городом. Он ощущает себя так, будто может все видеть, все слышать, все чувствовать, будто он — начало чистого сознания.

Наше восприятие мира 221

Рис. 5 25 Камера для сенсорной изоляции Человек погружен в насыщенный солевой раствор, температура которого близка к температуре тела. Вокруг полная темнота, а звуконепроницаемые стенки изолируют от внешних шумов. Все это создает благоприятные условия для расслабления, а иногда и для погружения во внутренний мир.

В тот период Лилли ничего не стал публиковать, так как понимал, что официальная наука не сможет принять «бредни» такого масштаба от одного из своих представителей. Однако с тех пор Лилли поделился своим опытом с другими исследователями внутреннего мира, в част­ности с такими известными, как Бейтсон, Иодоровский и Гроф. Около 80 сообщений о переживаниях, которые он услышал непосредственно из их уст, подвели его к тому, чтобы в своем труде «Глубокое Свое», опубликованном в 1977 году, построить карту внутреннего простран­ства, структура которой близка к структуре, установленной Фишером и представленной в документе 4.2.

Глава 5

С тех пор были изучены многие особенности «кессона» (прежде всего, в Стэнфордском институте) с целью понять, каким образом может возникать эта внутренняя реальность.

По-видимому, первостепенную роль здесь играет отсутствие эффекта гравитации, потому что испытуемый, будучи погружен в воду, сохраняет более 90% энергии, которую в обычных условиях тратит на преодоление собственной тяжести, чтобы поддерживать тело в равновесии; и эта энергия может быть направлена на внутреннюю деятельность.

Кроме того, расслабление, вызванное состоянием невесомости, ведет к гармонизации различных частей мозга. Как показывает электроэнцефалограмма, правое полушарие — «интуитивное» и обычно находя­щееся под доминирующим влиянием левого, более «рационального» полушария — начинает функционировать в том же ритме, что и левое. Это восстановленное равновесие между высшими отделами мозга при­водит к большей гармонии между корой и двумя другими отделами – рептильным и эмоциональным мозгом (см. приложение А).

Со своей стороны ретикулярная формация, освобожденная от функции отбора внешних сигналов, допускает теперь проникновение наверх множества внутренних сообщений, полностью игнорируемых в повсе­дневной жизни. Кора головного мозга начинает прислушиваться к бие­нию сердца, к циркуляции крови в сосудах или же к функционированию внутренних органов, которые обычно автоматически контролируются рептильным мозгом.

Что касается отделов мозга, ведающих эмоциями, то им не прихо­дится больше поддерживать готовность организма к реакциям на внешние стимулы, и в результате секреция гормонов с общеактивирующим действием сменяется выработкой таких веществ, как эндорфины (см. приложение А), а эти вещества в свою очередь позволяют коре, продол­жающей бодрствовать, погрузиться в состояние, близкое к наблюдае­мому на первой стадии сна, для которой характерно появление тета-волн (см. досье 4.1). Речь идет здесь о состоянии, благоприятном для творчества, а также для возникновения внутренних образов, идущих, как мы уже видели, из подсознательного уровня, о котором говорит Диксон.

Резюме
1. Каждый вид обладает рецепторами и мозгом, позволяющими организму улавливать сигналы, наиболее полезные для приспособления данного вида к окружающей его среде. Таким образом, у каждого вида свое восприятие действительности.

2. Наши органы чувств ограничены в своей способности реагировать на стимулы, поэтому они могут улавливать лишь ограниченное коли­чество сообщений из окружающей среды.

3. Стимулы, исходящие из внешней среды, непрерывно интерпрети­руются в соответствии с установившимися с детства категориями образов. В случае новой или неполной информации наш мозг действует путем выдвижения гипотез.

4. Наше восприятие организовано таким образом, что любой объект, мы видим как фигуру, выделяющуюся на каком-то фоне. Кроме того, наш мозг склонен заполнять пробелы в воспринимаемом материале, так что отдельные фрагменты дополняются до простого и законченного контура. Организация восприятия осуществляется также путем груп­пировки элементов по признакам их близости, сходства, непрерывности и симметрии.

5. Наше восприятие мира стабильно и константно: мы сохраняем за предметами их размеры, форму и цвет независимо от того, на каком расстоянии они от нас находятся и под каким углом мы на них смотрим.

6. Благодаря бинокулярному зрению наш мозг обеспечивает нам трехмерное видение мира. Однако на расстоянии больше 15 метров мы можем оценивать глубину и взаимоположение объектов только по монокулярным признакам, связанным с линейной и воздушной перспек­тивой, а также с параллаксом и с частичным закрытием одних предметов другими.

7. Мозг испытывает информационную перегрузку, если он не может осуществить выбор среди слишком большого количества сигналов. Этого чаще всего удается избежать благодаря таким механизмам, как сенсорная адаптация на уровне рецепторов и привыкание на уровне ретикулярной формации.

8. Внимание состоит в реакции ориентирования на какой-то стимул или объект. Чем больше в объекте новизны, чем он сложнее и инте­реснее, чем сильнее стимул и чем чаще он повторяется, тем легче он может привлечь к себе внимание. Однако важную роль играют также наши потребности, интересы и ожидания.

9. В головном мозгу действует фильтр, который лимитирует нашу способность улавливать сигналы, приходящие из разных источников.

10. Прежде чем поступить в мозг, сигнал должен превысить физиоло­гический порог на уровне рецепторов, а затем — порог восприятия, или порог осознанного узнавания. Между этими двумя порогами, видимо, существует подпороговая зона, где сигналы обрабатываются без участия нашего сознания.

11. Перцептивная защита состоит в повышении порога восприятия для поступающих извне сигналов, эмоциональный заряд которого труднопереносим.

12. Возможно подпороговое восприятие информации, которая обра­батывается в подпороговой зоне. Она, видимо, улавливается и может вызывать реакции на уровне организма без сознательной оценки соот­ветствующих сигналов.

13. Экстрасенсорное восприятие состоит в восприятии сигналов, которые не воздействуют непосредственно на органы чувств. Речь идет о телепатии, ясновидении и предвидении.

14. Индивидуум, находящийся в условиях сенсорной изоляции, оказывается лицом к лицу со своим внутренним миром и представляющими его образами: этот мир находит свое выражение в форме разнообразных иллюзий и галлюцинаций.

224 Глава 5

Досье. 5.1. Наука и паранормальные явления

Во все времена людей тревожили всякого рода странные события происходившие с ними: совпадения, «вещие» сны, впечатление «увиденного» («deja vu»)… Чаще всего их объясняли случайностью. Но ведь сама по себе случайность ничего не означает: это лишь удобный способ объяснения того, что непонятно или трудно объяснимо. И вот уже несколько десятилетий ученые стараются проникнуть в действи­тельную суть подобных явлений и внести элементы ясности, подходя к этим событиям с различных сторон.

От анекдота к официальному признанию

«В Висконсине одна женщина, мучаясь бессонницей, решает почитать книгу, которая лежит на ее ночном столике. В книге говорится о банде хулиганов, которые нападают на девушку и тащат ее в гараж. Женщина закрывает книгу и опять пытается заснуть. В ту же минуту ее совсем молоденькая дочь, спящая в соседней комнате, вбегает, встревоженная, как она говорит, ужасным кошмаром: ей только что приснилось, что на нее напала группа хулиганов, которые потащили ее в сарай, чтобы там изнасиловать. Ее сон был точной копией сцены, которую только что прочла ее мать» (Rhine, 1975).

«В 60-е годы семья W. переезжает из Андерсона (Калифорния) за несколько сот километров в Оклахому. В момент отъезда их кот по кличке Льюгар исчез. Все поиски были напрасны. Тогда они просят остающихся друзей присмотреть за котом, если он вернется после их отъезда. А спустя 14 месяцев в Оклахоме неожиданно появился похожий на Льюгара кот и прыгнул на плечо миссис W. Ветеринары, к которым обратились хозяева Льюгара, установили, что у него та же деформация левого бедра, которая была у Льюгара; по словам ветеринаров, это очень редкий дефект. К тому же через некоторое время друзья, остав­шиеся в Калифорнии, сами сообщили, что Льюгар опять исчез через несколько недель после переезда своих хозяев» (Rhine, 1975).

«В 1967 году в Германии господин Вильснер (Wilsner) погибает от травмы головы, полученной в результате автомобильной катастрофы: его машина врезалась в поваленное во время урагана дерево, перегоро­дившее шоссе. А в предшествующие недели он неоднократно просыпался среди ночи, охваченный ужасом от предчувствия, что что-то должно упасть ему на голову» (Bender, 1976).

Это всего лишь несколько примеров из множества подобных. О чем они свидетельствуют? Обусловлены ли они «случайностью», ассоциацией мыслей, проистекающих из подсознательного восприятия, надеждой на осуществление предвиденных событий? Или же речь и в самом деле идет о паранормальных явлениях?

Наше восприятие мира 225

Чтобы дать ответ на эти вопросы, необходимо было провести провер­ки. Между 1880 и 1890 годами ученые создали группы, составившие первые общества «психических исследований». В них вошли такие всемирно известные ученые, как Рише и Фламмарион из Франции, Миерс и Герней из Англии и Джеймс из США. Сначала использовали методы, взятые из практики спиритизма. Прибегали к «способностям» спирити­ческих медиумов, которые производили психические эффекты и «обща­лись» с душами умерших. Но, несмотря на использование измерительных приборов и на введение хитроумных способов контроля, придуманных, в частности, Желеем, Бругмансом, М. и П. Кюри и Токкэ, результаты оставались весьма спорными. Фактически очень трудно было отличить истинные явления от ловких манипуляций. В конце концов пришлось оставить этот подход и перейти к более строгим методам. Изучение «паранормальных» явлений стали проводить в лабораторных условиях.

Эти пси-феномены, как их теперь называют, были разбиты на две отдельные категории: экстрасенсорное (внечувственное) восприятие, с одной стороны, и телекинез — с другой. Экстрасенсорное восприятие заключается в приеме информации без участия органов чувств: оно включает такие явления, как видение «на расстоянии», или ясновидение, передача мыслей, или телепатия, а также предвидение — знание наперед событий, которые произойдут в будущем. Что касается телекинеза, то это прямое, осуществляемое без помощи мышц воздействие субъекта на материальный объект (перемещение или вращение предметов на рас­стоянии).

Решено было попытаться выделить эту предполагаемую «способ­ность пси» с помощью экспериментального метода и статистического анализа.

Была основана Парапсихологическая ассоциация; ее задачей было не «доказывать» реальность пси-феноменов, а скорее способствовать ис­следованию явлений, называемых «аномальными». В 1969 году серьез­ность работы экспериментаторов и их энергия привели к тому, что Парапсихологическая ассоциация при покровительстве антрополога М. Мида была принята в Американскую ассоциацию научного прогресса.

Эта область, недавно признанная научной дисциплиной, имела много названий: в Германии и США — парапсихология, во Франции -мета-психика, в СССР — биоинформатика и т.п. В последнее время было предложено новое название — псилогия. Оно позволяет свести воедино всю информацию, относящуюся к так называемым пси-феноменам (Belanger, 1978).

Лабораторные исследования

Пионерами лабораторных исследований были Васильев в Моско­вском университете и Раин в Университете Дьюка (США). Васильев пытался главным образом установить существование связи между гип­нозом и экстрасенсорным восприятием, его сотрудники собрали также ряд наблюдений, касающихся телекинеза.

Раин придал подходу научность, положив в его основу использование приборов и подвергая результаты систематическому статистическому анализу. Один из его сотрудников, психолог Зенер (Sener), подготовил

226 Глава 5

«эмоционально нейтральный» материал, состоящий из 25 карт, на каждой из которых изображен один из пяти подобранных им символов (рис. 5.26).

Принцип эксперимента был очень прост: агенту показывают одну за другой карты Зенера, а тем временем в другом помещении перципиент должен указать тот символ, на который, по его мнению, смотрит в данный момент агент. Если бы ответы были чисто случайными, то перципиент давал бы «правильный» ответ в среднем в одном из пяти предъявлении (т.е. в 20% случаев). И соответственно чем чаще доля верных ответов будет превышать 20%, тем больше должна быть уверенность в том, что здесь действует не чистая случайность, а что-то иное.

Статистически значимые результаты

Со времени первых экспериментов, проведенных в конце 20-х годов Райном, исследования в этом и в смежных направлениях позволили собрать большое количество данных. Для непосвященного они иногда вовсе не кажутся эффектными, но результаты статистического анализа, полученные во многих экспериментах, никого не могут оставить равно­душным (см. Thouless, 1972).

Например, исследования Пирс-Прэтта (Pearce-Pratt, 1934) по телепа­тии включали четыре серии экспериментов, в которых испытуемые находились в местах, расположенных друг от друга на расстоянии от 90 до 230 метров. Серия из 25 карт Зенера предъявлялась 74 раза, т. е. всего было 1850 предъявлении. Результат: 558 верных ответов, что на 188 случаев больше, чем можно было бы ожидать согласно теории вероят­ностей. Статистический анализ этого результата показывает, что ве­роятность такого количества верных ответов составляет менее 1022 (см. приложение Б, пункт 3, объяснение порога вероятности).

В эксперименте, направленном на изучение предвидения, Шмидт (Schmidt, 1969) использовал аппарат, который обеспечивал полную автоматизацию опыта. Из четырех возможных световых сигналов ап­парат выбирал случайным образом какой-нибудь один. Он регистрировал как свой выбор, так и ответ испытуемого, которому предлагалось до появления светового сигнала угадать, какой это будет сигнал. Во время первой серии опытов три испытуемых осуществили в общей сложности 63066 попыток, а затем еще 20000 во второй серии. Результаты были

227

Наше восприятие мира

таковы, что вероятность р составила менее 10 9 для первой серии и менее 1010 для второй.

Другие исследования касались сновидений и возможности изменить „я содержание путем воздействия агента на спящего перципиента. Большинство этих опытов проводили в нью-йоркском Медицинском центре маймонидов (Krippner, Ullman, 1964). Испытуемому, находяще­муся в звукоизолированной комнате, предлагалось лечь, расслабиться и заснуть. Предварительно к его голове были прикреплены электроды, чтобы определять время наступления парадоксального сна (БДГ). Как только начиналась фаза БДГ, агент, концентрируя все свое внимание на выбранном наугад образе, пытался «передать» его спящему перципиенту. Затем того будили и просили рассказать, какой сон или какие сны он видел. В 9 из 12 исследований были получены статистически значимые результаты (однако надо подчеркнуть, что ученые работали с «чувстви­тельными» испытуемыми и что лишь немногие лаборатории смогли воспроизвести эти опыты),

Приведем в качестве примера элементы, представленные в сновиде­ниях одного из испытуемых, которому как «мишень» была предложена картина Сальвадора Дали «Тайная вечеря» (рис. 5.27). «Было море. Оно было необыкновенно красиво … какая-то рыбацкая лодка, довольно маленькая …, картина, висящая в ресторане … это очень большая картина, впечатляющая … на ней изображено человек двенадцать, которые тянут рыбацкую лодку к берегу … рождественский каталог, … врач … он должен стать врачом … исцелитель, сидящий рядом с ребен­ком … что-то вроде кухни … ресторан … приправы и пряности … раз­ная еда …» (Bender, 1976).

Одно из самых важных мест в парапсихологических исследованиях занимают эксперименты, проводимые под гипнозом. Французские уче­ные Жане и Рише еще с 80-х годов прошлого столетия пытались выявить связь между экстрасенсорным восприятием и гипнозом, но только в 50-е годы нашего века исследования в этой области стали систематическими благодаря Васильеву в СССР, Фалеру в Финляндии, Ризлу в Чехосло­вакии, Каслеру и Хонортону в США. Использовались различные методы, чтобы сравнивать результаты, полученные на испытуемых во время гипноза и без него. Около 20 лет назад (Van de Castle, 1963) были сведены результаты 14 исследований с картами Зенера, проведенных одиннад­цатью группами. Под гипнозом из 44400 ответов верными оказались 9785 (т.е. на 905 больше, чем можно было ожидать в результате случайных совпадений). На первый взгляд результат не очень убедите-

228 Глава 5

лен. Однако статистический анализ показывает, что вероятность р тако­го числа случайно совпадающих ответов меньше 10″20. Это, впрочем становится очевидным, если сравнить эти цифры с данными, получен­ными в эксперименте без воздействия гипноза. В этом случае из 34525 верными были только 6946 ответов, т. е. на 41 ответ больше, чем можно было ожидать согласно теории вероятностей. При этом статистический анализ показывает, что разница результатов, полученных в экспери­ментах с гипнозом и без него, весьма достоверна: вероятность ее случайного получения составляет 1 на 10 миллиардов (р < Ю"10). Как и во время сновидений, при гипнозе учащение пси-феноменов объясняется, по-видимому, тем, что понижается уровень барьеров, существующих во время бодрствования. Таким образом, попадая под воздействие гипнотизера, испытуемый становится более восприимчивым. Многие исследователи (например, Tart, 1963; Tart, Putoff, 1977) пытались проверить, не проявляются ли подсознательные процессы экстрасенсорного восприятия в форме физиологических изменений. Они старались обнаружить эти изменения при помощи таких методов, как психогальванометрия, электроэнцефалография или плетизмография. Например, в эксперименте Тарта (1963) агент был подключен к электро­стимулятору, который посылал ему электрические разряды в произ­вольно выбираемые моменты, а перципиент в другом месте был под­ключен к психогальванометру и к плетизмографу. Перципиент не знал, что его партнер получает электрические разряды, его просто просили нажимать на кнопку каждый раз, когда ему покажется, что он слышит подпороговый для восприятия звук. На самом деле этого звука не было - речь шла о скрытом тесте на внечувственное восприятие, при этом проверялось, совпадают ли нажатия на кнопку с моментами подачи разрядов. Результаты были убедительными: отмечались физио­логические изменения, которые статистически достоверно коррелиро­вали с моментами, когда партнер получал разряд. Нажатия же на кнопку, напротив, не соответствовали этим моментам. Большое число других исследований привело к статистически зна­чимым результатам того же рода; они тоже указывали на возможное существование экстрасенсорных восприятии, регистрируемых организ­мом на подсознательном уровне. Анализ многочисленных спонтанных случаев с животными подтол­кнул на проведение аналогичных исследований не только на людях. Разнообразные методы были использованы в опытах с кошками, мы­шами, ящерицами, жабами и т. п. Прибегали, в частности, к вознаграж­дению (даче воды, например) в случае «правильной» реакции животного, а при «неправильной» реакции -к наказанию (электрическим ударом). Наблюдали также за поведением животных, когда некоторые из них, отобранные случайным образом, были обречены на гибель. Дюваль1 1Этот псевдоним взял себе в то время этолог Реми Шовен, чтобы опубли­ковать данные о парапсихологических явлениях и не «отчитываться» перед научным сообществом за свой интерес к таким вещам. Наше восприятие мира 229 и Монредон (Duval, Monredon, 1968) получили положительные резуль­таты в тестах на предчувствие у мышей. Мышей помещали в клетку с двумя отсеками, к полу которых можно было подводить ток. В опре­деленные моменты, выбираемые случайно, электрический разряд посы­лался в один или другой отсек клетки. Мыши проявили статистически значимую склонность чаще находиться в том отсеке, в котором разряда на этот раз не будет. Наблюдения, проведенные в лабораторных условиях, по-видимому, подтверждают также и реальность явлений телекинеза. Однако опыты в этой области состоят очень часто в том, чтобы проверить эффектные явления, демонстрируемые особо «одаренными» людьми. Кроме того, нужно учитывать, что всегда возможен обман со стороны ловких фокусников. Именно из-за этого в 1934 году после опубликования работ Раина несколько групп ученых постарались опровергнуть возможность телекинеза, проводя эксперименты с «обыкновенными» испытуемыми. По-видимому, и в таких опытах были получены статистически значимые результаты, хотя вопрос остается все-таки очень спорным - даже для парапсихологов. Личные факторы Складывается впечатление, что в восприимчивости по отношению к пси-феноменам большую роль играют характер и взгляды человека. Шмейдлер (Schmeidler) выявила феномен «овец и козлов». Она показала, что существует значительная разница между результатами лиц, уверенных в существовании паранормальных явлений (это «овцы» -те, кто легко позволяет себя убедить, заглушить свой критический дух), и результатами скептиков («козлов»-тех, кто постоянно бубнит одни и те же критические замечания, те же саркастические доводы). Резуль­таты «овец», как правило, выше, чем можно было бы ожидать при чистой случайности, тогда как у «козлов» они чаще всего ниже этого уровня. Получается так, будто первые делают все, чтобы облегчить восприятие пси-феноменов, а вторые, напротив, подсознательно делают все, чтобы затруднить его. С другой стороны, экстраверты - люди открытые для всего нового, не боящиеся новых теорий, иных мировоззрений, видимо, более чувстви­тельны, чем интроверты, которые более рационалистичны, более кри­тично настроены и более консервативны. Кроме того, похоже, что роли агента и перципиента не взаимозаме­няемы. Так, некоторым людям лучше удается роль агента, а другие добиваются лучших результатов в качестве перципиентов. И если испытуемым дать право выбора, они естественно и легко распределяют эти роли между собой. Было также показано, что важную роль играют и такие факторы, как отдых, успех или усталость. Два первых, видимо, способствуют повышению показателей для перципиента, а усталость, достигнув определенного уровня, начинает снижать их. 230 Глава 5 Объяснения и модели Парапсихологи оказываются в растерянности, когда речь идет о понимании реальности пси-феноменов и экстрасенсорного восприятия. По мнению одних, эти способности следует рассматривать как аномалию (Morris, 1983): ими обладают не все и возникают они в процессе развития не одновременно; это скорее исключительные случаи. По мнению других, разделяющих точку зрения нейрофизиолога Дж. Экклса (J. Eccles, 1976), это один из обычных элементов повседневной жизни. Теория Бранда (Brand, 1975) и Хонортона (Honorton, 1978) основана на исследованиях, касающихся гипноза, сна, медитации и т. п., с одной стороны, и физиологических реакций, лежащих в основе подсознатель­ного экстрасенсорного восприятия, - с другой. Имеется в виду комплекс условий, благоприятных для проявления пси-феномена. Согласно этой теории, любой человек может оптимально осуществить внечувственное восприятие, выполнив одно или несколько из следующих условий: нужно расслабиться, отключиться, насколько это возможно, от всяких воздей­ствий (образов, впечатлений) и внешней деятельности, стараться прийти в состояние восприимчивости, «открыться» навстречу иному мироощу­щению и хотя бы на миг захотеть ощутить пси-состояние. Именно благодаря таким средствам, помогающим сосредоточиться на своем внутреннем мире в состоянии открытости, и может якобы проявиться у человека способность к пси-феномену. Стэнфорд, развивая сходную мысль, полагает, что пси-функции один из элементов нормальной природы человека. Поэтому спонтанные проявления экстрасенсорного восприятия составляют всего лишь вер­хушку айсберга. Под видимой частью скрывается множество поступков и событий, которые тоже можно приписать использованию пси-способностей. Стэнфорд называет их инструментальными ответами с участием пси-способностей. Речь идет о «счастливых случаях», которые можно было бы принять за совпадения: вы, например, пропустили автобус, так как задержались дома, в ожидании следующего автобуса вы вспоминаете одного из своих друзей, которого давно не видели, а потом, садясь в следующий автобус, внезапно встречаетесь лицом к лицу с этим самым другом, который, как выясняется, решил в этот день поехать автобусом, хотя раньше никогда этого не делал. Что это, счастливая случайность? Только не для Стэнфорда. По его мнению, наш организм постоянно как бы прочесывает окружающее, стараясь отыскать средства для удовлет­ворения своих потребностей. При таком прочесывании могут использо­ваться как пси-способности, так и обычные сенсорные и когнитивные процессы. Как только человек находит подходящее средство, он включает механизм поведения, который начинает действовать так, чтобы удовлет­ворить возникшую потребность. Например, в приведенном выше при­мере человек, желающий встретить своего друга, подсознательно сделал то, что нужно, чтобы его желание осуществилось. 231 Наше восприятие мира Была также сделана попытка объяснить существование самого пси-феномена и его воздействие на организм. Что это-передача электро­магнитной или иной энергии из одной точки пространства в другую? Или же это неотъемлемый элемент Вселенной, вездесущий и находящийся всегда рядом? Исследования относительно электромагнитных волн как возможной физической основы пси-феномена до сих пор не дали положительных результатов. Васильев показал, что «связь» между агентом и перципиентом сохраняется и при наличии специального экрана, препятствующего распространению электромагнитных волн. В отличие от этого голографическая модель (см. документ 5.2) позволила понять, как могло бы осуществляться экстрасенсорное вос­приятие без ограничений во времени и пространстве. Как подчеркивает Криппнер (Krippner, 1978), не следовало бы заниматься вопросом о механизме передачи сигнала из точки Х в точку У, так как этот сигнал должен присутствовать одновременно в обеих этих точках. Точно так же при телекинезе сила, находящаяся в точке А, может воздействовать на объект, помещенный в точке В, так как сигнал, который необходимо передать, уже находится в этой точке. Мы принадлежим миру, в котором все элементы взаимосвязаны. Для того чтобы мы могли адаптироваться к внешней реальности, наше экстравертированное сознание делит все на части-категории, которые оно способно легко идентифицировать. Явления же, не принадлежащие к этим категориям, могут восприниматься только тогда, когда бодр­ствование высших центров оказывается пониженным. Пока это всего лишь гипотезы. Отрывочные данные, которыми располагает наука, еще не позволяют ясно представить себе, как можно было бы однозначно подтвердить существование подобных явлений и, главное, использовать их для большего благополучия и расцвета лич­ности и ее взаимоотношений с другими людьми. Критика скептиков Хотя исследования в области парапсихологии получили официаль­ный статус и многие результаты указывают на реальное существование пси-феноменов, скептики1 продолжают высказывать всевозможные кри­тические соображения. Прежде всего ставятся под сомнение эксперименты, якобы давшие статистически достоверные результаты. Действительно, в истории пара­психологии встречается множество сомнительных случаев. Некоторые испытуемые были уличены в жульничестве, другие после нескольких лет опытов признавались в трюках, к которым они прибегали. Иногда и сами ученые фальсифицировали результаты своих экспериментов. Но как ни прискорбны такие случаи, они, по всей вероятности, не более 1 См. в особенности Kurtz P. (ed.), 1985. 232 Глава 5 часты, чем аналогичные случаи, обнаруженные (или оставшиеся незаме­ченными) в практике «ортодоксальной» науки (см., например, «дело» Сирила Берта в досье 9.1). Наличие нескольких «паршивых овец» не должно ни в коей мере бросать тень на всю практику исследований. Позднее были обнаружены погрешности в методологии экспери­ментов. Плохо осуществлялся контроль за сенсорными сигналами, испытуемые были недостаточно изолированы друг от друга; материал, например карты Зенера, имел дефекты, позволявшие неверно оценивать результаты; выбор картин-мишеней производился неслучайным образом; исследователи допускали ошибки в записях и т. п. Однако и здесь нет большой разницы по сравнению с традиционными экспериментами в психологии, где любой, даже самый простой эксперимент может быть обесценен плохим контролем, неисключенным влиянием субъективных факторов или неточной регистрацией данных. Но все большая автома­тизация опытов, например применение компьютеров, позволяет исклю­чить многие трудности, присущие этому виду исследований. Использование статистических методов тоже подвергалось критике: утверждали, что исследователи пси-феноменов применяют их непра­вильно. Однако член Парижской академии наук Рише (1850-1935) защищал использование теории вероятностей при наблюдении за «из­менчивыми» явлениями, а в 1936 году Институт математической стати­стики признал надежность методов, применяемых парапсихологами. Самый распространенный упрек скептиков заключался в том, что при достаточно большом числе данных даже незначительные расхождения между полученными и ожидаемыми результатами становятся значи­мыми. Об этом мы уже говорили, когда речь шла об изучении экстра­сенсорного восприятия в состоянии гипноза. Однако, и мы это тоже отмечали, данное возражение теряет силу, когда без гипноза такое же число опытов уже не выявляет статистически значимого различия. Но чаще всего ставится вопрос о воспроизводимости экспериментов. Экспериментатор, повторяя опыт с теми же испытуемыми и при тех же условиях, не уверен в получении тех же результатов. Вступает в действие совокупность факторов, связанных с испытуемыми, с материалом, с экспериментатором и с самими пси-феноменами. Избавиться от всего этого пока не удается. И наконец, многие критики указывают на отсутствие теории и прак­тических приложений и даже просто считают существование пси-фено­менов невозможным ввиду его несовместимости с общепризнанными научными теориями (Bauer, 1984). Хотя исследователи пси-феноменов смогли учесть все эти крити­ческие замечания, проявляя большую строгость и предусмотрительность в постановке экспериментов и выполняя самые жесткие требования в отношении статистического анализа, некоторые ученые продолжают рассматривать парапсихологию как псевдонауку. Они требуют ее ис­ключения из Американской ассоциации научного прогресса. Что касается большинства в научном мире, то оно продолжает со вниманием отно­ситься к результатам исследований, проводимых в строго контролируе­мых условиях. Сегодня широко распространена настороженность по отношению к псевдооткрытиям и к так называемым медиумам, но, тем не менее, сохраняется дух непредубежденной оценки любых фактов, способных пролить свет на поведение человека. Тропинки еще очень узки, но они по меньшей мере имеют право на существование. Наше восприятие мира 233 Литература Общие работы •Bauer Е. (1984). "Criticism and controversies in parapsychology. An overiew", Euro­pean Journal of Parapsychology, vol. 5, n°2, p. 141-165. Belanger L., 1978. Psi au-dela de 1'occultisme, Montreal, Quebec-Amerique. Bender H., 1976. L'univers de la parapsychologie, Paris, Dangles. Child I. (1985). "Psychology and anomalous observations. The question of ESP in dreams", American Psychologist, vol. 40, n°ll, p. 1219-1230. Duval P., Montredon E. (1968). "ESP experiments with mice". Journal of Parapsy­chology, 32, p. 155-166. Krippner S., 1979. Advances in Parapsychological Research: 2-Extrasensory Perception, New York, Plenum Press. Krippner S., 1984. "Holonomie et parapsychologie" dans K. Wilber, Le paradigme holographique, Montreal, Le Jour Editeur (article repris de Revision Journal, 1978). Kurtz P. (Ed.), 1985. A skeptic's handbook of parapsychology, Buffalo, NY, Prometheus Books. Morris B. "The evidence for parapsychology: Some strategies for research and eva­luation", Communication presentee au premier congres international du "Com­mittee for the Scientific Investigation of Claims of the Paranormal" tenu a Buffalo, NY, les 28 et 29 octobre 1983. Rhine J. B. (1954). "A review of the Pearce-Pratt distance series of ESP tests". Journal of Parapsychology, 18, 165-177. Rhine L. E., 1975. Initiation a la parapsychologie, Paris, Presses de la Renaissance. Schmidt H. (1969). "Clairvoyance Test with a Machine", Journal of Parapsychology, 33, p. 300-306. Schmidt H. (1969). "Precognition of a Quantum Process", Journal of Parapsychology, 33, p. ^9-108. Targ R., Puthoff H., 1977. Mind Reach: Scientists look at psychic ability, New York, Delacorte. Tart С. Т. (1963). "Psychological correlates of psi cognition", International Journal of Parapsychology, 5, p. 375-386. Thouless R.H., 1972. From anecdote to experiment in psychical research, London, Routhledge. Vllman M., Krippner S., Vaughan A., 1977. La telepathie par le reve, Paris, Tchou. Van De Castle R.L. (1969). "The facilitation of ESP throw hypnosis", American Journal of Clinical hypnosis, vol. 12, n° 1, p. 37-56. ^Volman B.B., 1977. Handbook of Parapsychology, New York, Van Nostrand Reinhold Company. Цитированная литература 4riam S., Siller J. (1982). "Effects of subliminal stimuli in Hebrew on academic 234 Глава 5 performance of Israeli high school students", Journal of Abnormal Psychology n° 91, p. 343-349. Bardeley A.D. (1966). "Time-estimation at reduced body temperature", American Journal of Psychology, n° 79, p. 475-479. Blackemore C., Cooper G.F. (1970). "Development of the brain depends on the visual environment". Nature, n° 228, p. 477-478. Boring E.G., Langfeld H. S., Weld H. P., 1948. Foundations of psychology, New York, John Wiley and Sons Inc. Boring E. G. (1964). "Size-constancy in a picture", American Journal of Psychology, n° 77, p.494-498. Broadbent D. E., 1958. Perception and communication, London, Pergamon Press. Capra F., 1979. Le tao de la physique, Paris, Tchou. Capra F., 1983. Le temps du changement, Monaco, Ed. du Rocher. Cherry E. C. (1953). "Some experiments on the recognition of speech with one and the two ears". Journal of the Acoustical of Society of America, n° 25, p. 975-979. Deiorme A., 1982. Psychologie de la perception, Montreal, Ed. Etudes vivantes. DixonN.F., 1971. Subliminal perception - the nature ot controversy, London, McGraw-Hill. Fantz R. L., 1970. "Visual perception and experience in infancy: issues and approaches", in: Early experience and visual information processing and reading disorders, New York, National Academy of Science. Fraisse P., 1957. Psychologie du temps, Paris, P.U.F. Gerome P., 1985. Le vaisseau d'isolation sensorielle, Paris, Sand. Gibson E.J.. Walk R.D. (1969). "The visual cliff", Scientific American, n° 202, p. 2-9. Gregory R.L., 1966. L'oeil et le cerveau, Paris, Hachette. Haynes H., White B.L., Held R. (1965). "Visual accomodation in human infants", Science, n° 148, p. 528-530. Heron W. (1957). "The pathology of boredom". Scientific American, n° 196, p. 52-69. Hess E.H. (1965). "Attitude and pupil size". Scientific American, n° 212, p. 46-54. Lilly J., 1977. The deep Self, New York, Warner Books. Lilly J., 1980. Les simulacres de Dieu, Paris, Retz. McGuinnies E. (1949). "Emotionality and perceptual defense", Psychological Review, n° 56, p. 244-251. Pribram K... 1971. Languages of the Brain, Englewood Cliffs, Prentice-Hall. Rhine J. В., 1979. La double puissance de 1'esprit, Paris, Payot. Science et consience, Colloque de Cordoue, Paris, Stock. Silverman L.H., Lachmann P.M., Milich R.H., 1982. The search of oneness, T>few York,

International Universities Press. Targ R., Harary, 1985. L’energie inconnue, Paris, Flarnmarion. Vassiliev L.L., 1963. La suggestion a distance, Paris, Vigot. Von Uexkuil J., 1956. Mondes animaux et monde humain, Paris, Gonthier. Wilber K., 1984. Le paradigme holographique — Montreal, Le Jour Ed.

Материал для самопроверки

Заполнить пробелы

1. Наши органы чувств ….. в своей способности воспринимать стимулы.

2. Органы чувств ребенка способны функционировать с момента ….. .

3. Когда сенсорные сигналы новы или неполны, мозг действует путем выдвижения ….. .

4. Почти все наши восприятия -результат предшествующего ….. .

5. Все то, что меньше, более обычно и имеет более правильную форму, а особенно то, что имеет для нас большое ….. , будет воспринято как ….. ,

выделяющаяся на менее структурированном …..

6. Принцип ….. заключается в том, что мозг всегда старается сделать контур фигуры более ….. и ……

7. Группировка элементов, лежащая в основе организации восприятия, осущест­вляется по принципам …………….. и ……

8. Наше восприятие предметов остается …..(…..) независимо от их рас­стояния от глаз и угла зрения.

9. Фронтальное расположение глаз у человека характерно также для …..

животных.

10. Бинокулярное зрение составляет основу ….. видения окружающего нас мира.

11. К монокулярным признакам глубины, играющим важную роль в восприятии отдаленных предметов, относится ….. и ….. перспектива.

12. Когда мы поворачиваем голову, из-за эффекта параллакса нам кажется, что ….. объекты перемещаются в поле зрения быстрее, чем ….. .

13. Когда мозг не способен больше сортировать сигналы, поступающие из внешнего мира, это значит, что он находится в состоянии …..

14. Сенсорная адаптация состоит в ….. восприимчивости рецепторов, подвер­гающихся ….. раздражению.

15. ….. происходит тогда, когда стимул (или событие) становится до такой

степени обычным, что ретикулярная формация ….. их поступление в кору

мозга.

16 . Реакция внимания связана со степенью …………….. или ….. стимула

(события или объекта).

17.Выбор информации, поступающей в мозг из окружающей среды, зависит

главным образом от ……….. и ….. самого субъекта.

18. По-видимому, в мозгу существует какой-то ….. , который ограничивает

способность мозга улавливать сигналы, поступающие по разным входным

каналам.

19. Предел чувствительности каждого из органов чувств, за которым не может произойти их …… называется ….. ……

20. Порог восприятия зависит от уровня ….. мозга, а также от ….. субъекта

к сигналу, который превысил ….. порог.

21. Зона, расположенная между физиологическим порогом и порогом восприятия, называется ….. зоной.

22…… ….. состоит в повышении порога для сигналов, оцениваемых центрами мозга как ….. .

23. ….. восприятие, по-видимому, позволяет организму так реагировать на

поступающие сигналы, как он не смог бы отреагировать, если бы они были восприняты на уровне ….. .

24. По мнению некоторых ученых, ….. восприятие является нормальной способ­ностью, которой, возможно, в ….. форме обладает каждый из нас.

25. Сенсорная изоляция очень быстро вызывает появление ….. в ЭЭГ, а также всевозможные ….. и ……

Верно или неверно?

1. У всех животных и человека способность рецепторов улавливать сигналы ограниченна.

2. Наше восприятие окружающего частично зависит от нашей культуры и опыта.

3. При истолковании элементов восприятия наш мозг выбирает самый сложный вариант.

4. Наше восприятие предметов все время изменяется в соответствии с их расстоянием от глаз и с углом, под которым мы их видим.

5. Наше стереоскопическое видение мира перестает зависеть от бинокулярного зрения, если предметы удалены от нас более чем на 15 метров.

6. Сенсорная адаптация и привыкание -явления, происходящие на уровне рецепторов.

7. Чаще всего мозг оказывается способным сознательно расшифровывать сиг­налы, поступающие по разным каналам.

8. Порог восприятия гораздо менее постоянен, чем физиологический порог.

9. Перцептивную бдительность можно объяснить повышением порога воспри­ятия.

10. Проявления подпорогового восприятия были неопровержимо доказаны.

11. Экстрасенсорное восприятие пока еще не рассматривается как законный предмет научного исследования.

12. Последние эксперименты подтвердили наличие патологических эффектов при сенсорной изоляции.

Выбрать правильный ответ

1. Функции рецепторов

а) характерны для каждого вида живых существ;

б) зависят от уровня развития мозга;

в) одинаковы у всех видов;

г) наиболее развиты у человека.

2. Органы чувств ребенка начинают функционировать

а) у большинства до рождения;

б) с момента рождения;

в) в первые недели после рождения;

г) на втором месяце после рождения.

3. Наше восприятие мира связано

а) с культурой, к которой мы принадлежим;

а) с практикой;

в) с опытом.

г) Все эти ответы верны.

4. По мнению представителей школы гештальт-психологии, фигура по сравнению с фоном бывает более

а) упорядоченной;

б) структурированной;

в) значимой.

г) Все ответы верны.

5. Принцип дополнения состоит в том, что мозг стремится

а) дополнить плохо очерченный контур;

б) сгруппировать близко расположенные друг к другу элементы;

в) сгруппировать сходные элементы.

г) Все ответы верны.

6. Известно, что элементы складываются в фигуру, если они имеют одинаковое направление. В этом проявляется принцип

а) дополнения;

б) сходства;

в) непрерывности;

г) симметрии.

7. Бинокулярное зрение

а) позволяет воспринимать глубину;

б) неэффективно на расстояниях более 15 метров;

в) может быть заменено монокулярными признаками.

г) Все ответы верны.

8. Чтобы представление о мире оставалось стабильным, мозг должен

а) постоянно осуществлять коррекции;

б) учитывать расстояние, на котором находятся предметы;

в) изменять восприятие в зависимости от угла зрения.

г) Ни один из ответов не верен.

9. Эффект параллакса

а) позволяет оценивать расположение удаленных предметов;

б) служит одним из монокулярных признаков глубины;

в) связан с движением головы наблюдающего.

г) Все ответы верны.

10. Когда наш мозг становится неспособен делать выбор сигналов при их избыточном притоке, говорят, что мозг находится в состоянии

а) сенсорной адаптации;

б) привыкания;

в) избирательного внимания.

г) Ни один из ответов не верен.

11. Привыкание проявляется в том, что мы быстро перестаем замечать

а) соприкосновение одежды с кожей;

б) периодически возобновляющийся шум мотора холодильника;

в) запах щей в кухне.

г) Все ответы верны.

12. Стимул или объект имеет тем больше шансов привлечь внимание, чем он

а) новее;

б) сложнее;

в) интенсивнее.

г) Все ответы верны.

13. Наш мозг

а) способен декодировать одновременно различные сигналы;

б) постоянно фильтрует сигналы;

в) легче интегрирует зрительные сигналы;

г) может быть внимательным одновременно к зрительным и слуховым сигналам.

14. Физиологический порог

а) представляет собой предел чувствительности рецептора;

б) определен генетически;

в) может меняться с возрастом.

г) Все ответы верны.

15. Осознанное узнавание зависит

а) от порога восприятия;

б) от контроля, осуществляемого ретикулярной формацией;

в) от деятельности высших центров.

г) Все ответы верны.

16. Феномен перцептивной защиты

а) связан с понижением порога восприятия;

б) вызывается необычностью некоторых стимулов;

в) облегчает узнавание некоторых слов.

г) Ни один из ответов не верен.

17. Подпороговое восприятие

а) может быть причиной реакций, не контролируемых сознанием;

б) представляет собой неопровержимо доказанное явление;

в) наблюдается только у здоровых испытуемых.

г) Все ответы неверны.

18. Экстрасенсорное восприятие

а) в настоящее время является предметом изучения в психологии;

б) многими рассматривается как обычная способность;

в) интересует в равной степени физиков и психологов.

г) Все ответы верны.

19. Опыты сенсорной изоляции, проводимые в Университете Мак-Гилла, привели к заключению, что без сенсорных стимулов

а) умственные функции быстро деградируют;

б) сенсорный опыт растет;

в) мир внутренних образов все больше и больше обедняется;

г) нарушение интеллектуальных функций становится необратимым.

20. Проведя эксперименты в изолированной камере, Лилли пришел к выводу, что

а) наш опыт, вероятно, ограничен внешней реальностью;

б) внешняя реальность в основном моделируется самим субъектом;

в) внутренняя реальность труднодоступна.

г) Ни один из ответов не верен.

Ответы на вопросы

Заполнить пробелы

1-ограничены; 2 рождения; 3-гипотез; 4-опыта; 5-значение, фигура, фоне;

6 — заполнения, простым, законченным; 7-близости, сходства, непрерывности, симметрии; 8-константным (постоянным); 9-хищных; 10-стереоскопического;

11 -линейная, воздушная; 12-близкие, далекие; 13 — информационной перегрузки; 14-уменьшении, длительному; 15 — Привыкание, блокирует; 16-новизны; слож­ности, силы, повторяемости; 17-потребностей, интересов, ожиданий; 18-фильтр; 19 -возбуждения, физиологическим порогом; 20 — бодрствования, внимания, фи­зиологический; 21-подпороговой; 22 — перцептивная защита, неприемлемые; 23 — подпороговое, сознания; 24-экстрасенсорное, скрытой; 25-тета-волн, ил­люзии, галлюцинации.

Верно или неверно?

1-В; 2-В; 3-Н; 4-Н; 5-В; 6-Н; 7-Н; 8-В; 9-Н; 10-Н; 11-Н; 12-Н.

Выбрать правильный ответ

1-г; 2-г; 3-а; 4-а; 5-а; 6-г; 7-в; 8-г; 9-б; 10-г; 11-б; 12-в; 13-г; 14-в;

15-г; 16-г; 17-г; 18-б; 19-б; 20-б.

ГЛАВА 6 МОТИВАЦИОННАЯ И ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ АКТИВАЦИЯ

Введение

До сих пор мы видели, что среди различных состояний сознания, образующих «фон» нашей психической жизни, активное бодрствование, присущее экстравертированному сознанию, является тем состоянием, которое обеспечивает человеку связь с внешним миром, постоянно интегрируя поступающие извне сигналы. Однако расшифровка этих сигналов осуществляется не в случайном порядке. Конечно внимание, которое мы обращаем на какие-то предметы или события, может определяться ими самими (см. предыдущую главу). Но чаще всего оно обусловлено необходимостью что-то сделать. Эта необходимость иногда бывает связана с жизненными потребностями; тогда мы отбираем информацию, которая может помочь нам в утолении жажды или голода или в устранении опасности. Иногда нам нужно только занять время, и наше внимание будет привлекать то, что лучше всего отвечает этой надобности. Однако в большинстве случаев мы направляем свои действия в зависимости от восприятии, подсказывающих путь к решению какой-либо задачи — ближайшей или намеченной на более отдаленное время. Итак, активация нашего организма основывается на этих двух процессах — на мотивации и восприятии, неразрывно связанных друг с другом на уровне экстравертированного сознания. Без мотивации любое восприятие становится бесполезным. Так бывает с людьми в минуты глубокой задумчивости, с людьми в коме или на пороге смерти.

С другой стороны, без восприятия и осознания внешней действительности мы были бы неспособны направлять свою активность на удовлетворение нашей потребности в постоянном взаимодействии с окружаю­щим миром.

К тому же следует отметить, что осознание внешнего мира, связанное с мотивацией, не бывает нейтральным: оно постоянно окрашивается эмоциями и чувствами, определяемыми нашим пониманием сигналов и контекста, в котором развертывается действие. Поэтому нельзя говорить о мотивации, не учитывая сопутствующего ей аффективного компонента.

В этой главе мы займемся исследованием этого компонента нашей психической жизни, стараясь понять механизмы, лежащие в основе нашей мотивации и наших эмоций, а также рассмотрим, как могут выражаться эмоции в зависимости от внешних обстоятельств.

240 Глава 6

МОТИВАЦИЯ И ЭМОЦИИ

Традиционно эти два аспекта рассматриваются отдельно. Тем не менее, теперь известно, что ответственные за них нервные структуры расположены в мозгу млекопитающих очень близко друг к другу (см. приложение А). Такие побуждения, как голод и жажда, программируют­ся в ядрах гипоталамуса, а центры эмоций, например гнева, находятся в определенных участках лимбической системы, тесно связанной с ги­поталамусом.

А что сказать о любви, о стремлении к власти или о том чувстве, которое толкает альпиниста на новое восхождение? Что здесь имеет место – эмоции, потребности или некая потребность в эмоциях?

Чем выше мы поднимаемся по эволюционной лестнице, тем сложнее становятся мотивы и эмоции, и тем теснее они между собой сращи­ваются.

Между прочим, этимологически оба термина происходят от одного латинского глагола movere, что означает «двигаться»; в самом деле, если наши потребности толкают нас к действию, то наши эмоции тоже часто лежат в основе наших поступков.

Чтобы изложение было более простым и ясным, мы все же будем рассматривать мотивацию и эмоции независимо друг от друга. Но не будем забывать о том, что изучение механизмов нашего мозга и нейро-медиаторов, лежащих в их основе, позволит, по всей вероятности, в более или менее близком будущем установить тесные связи, сущест­вующие между сознанием, чувством, мотивацией и поведением.

Мотивация

Существует целая терминология, касающаяся мотивации (см. до­кумент 6.1). К тому же, как говорилось выше, следует отличать первич­ные виды мотивации, или биологические побуждения, необходимые для правильного функционирования организма, от потребностей, имеющих лишь отдаленное отношение к выживанию.

Для того чтобы объяснить эти два различных вида мотивации, был выдвинут целый ряд теорий. Мы подробно остановимся на трех из них — они, как нам кажется, лучше позволяют понять большинство видов нашего поведения.) Конечно, это всего лишь теория, и предстоит еще заполнить много пробелов, прежде чем мы сможем найти объяснение всему, что относится к этой области.

Теория биологических побуждений

Голод, жажда или потребность в кислороде — первичные потребности, удовлетворение которых жизненно важно для всех живых существ. Любое нарушение в балансе сахара, воды, кислорода или какого-

241

Мотивационная и эмоциональная активация

Удовлетворение потребности

(Организм в равновесии)

Рис. 6.1. Схема теории импульсов.

либо другого нужного организму компонента автоматически приводит к появлению соответствующей потребности и к возникновению биоло­гического импульса, который как бы толкает индивидуума к его удов­летворению (рис. 6.1). Возникшее таким образом первичное побуждение вызывает серию координированных действий, направленных на вос­становление равновесия.

Чем дольше баланс остается нарушенным, тем сильнее мотивация и тем сильнее активируется организм. Равновесие же восстанавливается лишь после удовлетворения данной потребности; а вслед за этим исчезают вызванные этой потребностью побуждение и активация.

Поддержание равновесия, при котором организм не испытывает никаких потребностей, называется гомеостазом. Отсюда гомеостатическое поведение — это такое поведение, которое направлено на устране­ние мотивации путем удовлетворения вызвавшей ее потребности.

Чтобы лучше понять механизм гомеостатического процесса, можно было бы сравнить его с термостатической системой, установленной в доме для поддержания постоянной температуры в его комнатах. Термостат включает отопление, если температура опускается ниже установленного порога, и отключает его, когда температура снова достигает нужного уровня. Психофизиологи полагают, что потребности выявляются внутренними «гомеостатами», которые помогают нам удов­летворять эти потребности, чтобы поддерживать организм в состоянии равновесия.

Итак, (теория биологических побуждений – это теория простой и пря­мой мотивации, позволяющая объяснить, каким образом удовлетворя­ются биологические потребности. Однако эта теория может объяснить далеко не все виды мотиваций человека. Как, например, понять то, что

242

уже абсолютно сытый человек соблазняется и съедает еще кусок пирога или на вечеринке продолжает пить, хотя он давно утолил жажду?

Кажется очевидным, что в таких случаях восприятие определенных внешних объектов играет роль стимула, который может быть таким же значительным, как и само внутреннее побуждение. «Гидромеханическая» модель, предложенная Лоренцом (Lorenz) для объяснения инстинктив­ных форм поведения, позволяет, хотя и не полностью, объяснить связи существующие между физиологическим состоянием организма и раздражителями, поступающими из окружающей среды (см. доку­мент 6.2).

Но, с другой стороны, как объяснить желание включить радио­приемник или телевизор, когда нет определенной цели? И тем более, как понять предпочтение, оказываемое некоторыми людьми фильмам ужа­сов, сильным ощущениям на «американских горках» или во время прыжков с парашютом?

По-видимому, в таких случаях человек, лишенный раздражителей, ищет ситуацию, которая позволила бы ему узнать что-то новое или испытать какое-то возбуждение. Эту потребность в возбуждении не объясняет гомеостатическая модель в рамках теории биологической мотивации -согласно этой модели, мы стремились бы лишь уменьшить раздражители, связанные с чувством голода, жажды, боли и т. п.

Теория оптимальной активации

Итак, нужно было разработать теорию, которая позволила бы объяснить то, что наш организм иногда стремится снизить уровень активации, вызванной появлением какой-либо потребности или инфор­мационной перегрузкой, но в то же время он стремится усилить активацию, когда она слишком слаба для того, чтобы поддерживать достаточный психический тонус.

А Такая теория, основанная в значительной мере на законе Йеркса-Додсона (Yerkes — Dodson), была предложена в 50-е годы психологами Даффи и Хеббом (Duffy, Hebb) (см. рис. 4.1 Согласно этой теории, организм стремится поддерживать оптимальный уровень актива­ции, который позволяет ему функционировать наиболее эффективно (рис. 6.2). Этот уровень не соответствует абсолютному нулю, как это было в теории биологических побуждений, а зависит от физиологи­ческого состояния данного человека в данный момент. Таким образом, некоторые люди нуждаются в более сильном притоке стимулов, чем другие, способные выносить их лишь в ограниченном количестве.

Эта потребность в стимулах изменяется также в зависимости от психического состояния человека. Оптимальный уровень активации во время сна или в состоянии задумчивости, конечно же, отличен от уровня, оптимального для человека, охваченного «лихорадкой» творчества.

Из описания экспериментов с сенсорной изоляцией (гл. 5) мы уже

243

Мотивационная и эмоциональная активация

+ Уменьшение потребности в стимулах

Рис. 6.2. Схема теории активации.

видели, как реагирует мозг, когда он оказывается лишенным раздражи­телей. Понятно, что приверженцы теории оптимальной активации1 видят в этом пример такой ситуации, которой организм стремится избегать.

Как бы там ни было, но теория оптимальной активации остается по самой своей сути механистичной. И действительно, хотя эта теория и позволяет объяснить, чем вызывается какое-то поведение, она не дает никаких указаний на то, по какому конкретному пути оно пойдет. Она, например, не помогает нам понять, почему, если ваш уровень актив­ности снижается, вы постараетесь восстановить оптимальный тонус, перелистывая этот учебник по психологии, вместо того чтобы смотреть матч по телевизору или слушать пластинку с записью классической музыки.

Эта ограниченность теории отчасти объясняется тем, что боль­шинство исследований проводилось на животных в искусственных лабо­раторных условиях. Теории, вытекающие из подобных экспериментов, позволяют лишь частично понять то, что происходит с людьми в их повседневной жизни, где у человека обычно есть выбор возможных действий.

Именно на этом когнитивном аспекте мотивации, проявляющемся в основном у высших млекопитающих, делает упор следующая, третья группа теорий.

Такие, как исследователи из Университета Мак-Гилла-сотрудники Хебба.

244

1Для когнитивистов теории биологических побуждений или опти­мальной активации представляются слишком грубыми, чтобы объ­яснить все разнообразие поведения людей, поскольку, как отмечают эти ученые, человек активен всегда. Мы постоянно чем-то заняты, и в боль­шинстве случаев мы сами решаем, что будем делать.

Так, например, только в очень редких случаях голод «толкает» нас к безотлагательному действию. Чаще всего мы выбираем, поесть нам или нет, перекусить немного или поесть как следует, выбрав из имею­щихся блюд то, что нам больше всего по вкусу. То же можно было бы сказать и о выборе наших визитов или развлечений и, наконец, о делах, которыми мы собираемся заняться в данный момент. В любую минуту, чтобы сделать выбор, мы прибегаем к процессу мышления.

В этом смысле все наши действия чем-то мотивированы. Таким образом, вопреки утверждению двух других теорий, не существует никакой особой «силы», которая выступает на сцену только в крити­ческие моменты, когда нарушено равновесие.

Боллес (Bolles, 1974) рассматривает мотивацию скорее как «механизм выбора» какой-то формы поведения. Этот механизм в случае надобнос­ти отвечает на внешние раздражители, но чаще всего он выбирает возможность, которая в данный момент лучше всего соответствует физиологическому состоянию, эмоции, воспоминанию или пришедшей на ум мысли; выбор может также определяться присутствием какого-то человека или объекта в непосредственной близости.

Деси (Deci, 1975) считает, что все наши поступки мотивируются внутренне в соответствии с нашими врожденными особенностями. По его мнению, нас больше привлекает деятельность, которая развивает у нас чувство компетентности. Доказательством тому, как утверждает Фишер (Fischer, 1978), служит тот факт, что лучших результатов часто добиваются те, кто осознает, что сам организовал свою работу и сам следит за тем, чтобы она была хорошо выполнена.

По мнению этих теоретиков, внешнее поощрение (конфеты, деньги и т. п.) чаще всего приводит лишь к уменьшению такой внутренней мотивации (Deci, 1975). Например, у ребенка, которого вознаграждают каждый раз, когда он вынесет мусор, будет все меньше и меньше охоты действовать бескорыстно, просто ради удовольствия чувствовать себя полезным (см. документ 6.3).

Нюттен (Nuttin, 1980) полагает, что выбор наших ближайших дейст­вий направляют поставленные нами цели и планы на будущее. Чем эти цели для нас важнее, тем с большей силой они ориентируют наш выбор. При этом, как подчеркивает Деси, стимулом для наших действий служат не столько, сами цели, сколько намерение их достигнуть1.

1Большинства из указанных недостатков всех трех концепций лишена не рассмотренная автором потребностно-информационная теория акад. Симонова, удачно интегрирующая данные психологии, биологии и нейрофизиологии чело­века (П. В. Симонов, Мотивированный мозг, М.: Наука, 1991).-Прим. ред.

245

Мотивационная и эмоциональная активация

Иерархия потребностей

Даже если на первый взгляд эти различные представления о мо­тивации кажутся противоречивыми, то, перечитывая их, можно за­метить, что они скорее дополняют друг друга, чем противопоставляют­ся. Они просто касаются разных уровней и разных видов мотивации.

Выбор когнитивной деятельности может быть адекватно осущест­влен только тогда, когда организм в оптимальной степени активирован и его элементарные потребности удовлетворены. Смертельно голодный человек не старается «чем-то заняться», и еще меньше он стремится заняться такой деятельностью, в которой он смог бы проявить свою компетентность. Он думает только о том, чтобы найти какую-то, не важно какую, пищу, -он ее проглотит невзирая ни на что.

Таким образом, существует иерархия различных потребностей от самых примитивных до самых утонченных. Это уже пытался показать Маслоу (Maslow) в своей иерархической теории потребностей, о которой говорилось в главе 2 (см. документ 2.13).

Напомним, что, согласно этому гуманитарному подходу, любое существо стремится к своему расцвету, действуя в наибольшем со­ответствии со своими возможностями и притязаниями; теория Маслоу

Потребности в привязанностях, любви, в причастности к группе

Потребность в безопасности (физической и психологической)

Физиологические потребности (в пище, питье, кислороде)

Рис. 6.3. Иерархическая пирамида потребностей. Уровень когнитивных и эстети­ческих потребностей был добавлен к оригинальной структуре, представленной Маслоу.

246 Глава 6

обращает особое внимание на то, что высшие потребности не могут проявиться, если более примитивные не были удовлетворены.

Опираясь на классификацию, предлагаемую Маслоу, мы коротко рассмотрим некоторые виды мотивации, занимающие значительное место в жизни человека (рис. 6.3). Они образуют целый спектр -от биологических побуждений, таких как голод, жажда или стремление избежать боли, до мотивов высокого уровня, таких как привязанность к другим людям, потребность в уважении окружающих и в полной самореализации.

Голод

Чувство голода вызывается как внутренними раздражителями (со­кращениями желудка), так и внешними (вид или запах пищи). Процесс еды может быть актом, который повышает у скучающего человека уровень активации; чаще всего, однако, мы едим в определенные часы, согласно жизненным привычкам, сложившимся на основе биологических ритмов.

Если содержание сахара в крови повышено или понижено, сигналы об этом поступают в центр, регулирующий потребление пищи, который находится в латеральной зоне гипоталамуса (Friedman, Stricker, 1976). Этот центр в свою очередь посылает обратные сигналы, вызывающие освобождение печенью глюкозы и возбуждающие чувство голода. Если у крысы этот центр разрушить, она перестанет есть и без искусственного питания погибнет от голода. Если же ее кормить искусственно, она будет сохранять постоянный вес ниже своего нормального веса.

Рис. 6.4. Когда у крысы центр насыще­ния подавлен, она быстро становится тучной; она может достигнуть веса, превышающего ее нормальный вес в 3-5 раз.

247

Мотивационная и эмоциональная активация

Рецепторы, сигнализирующие о насыщении, находятся в пищеварительной системе -во рту, кишечнике и печени, и как только организм получит достаточное количество углеводов и жиров, они сообщают гипоталамусу, что потребление пищи может быть прекращено. Вентро-медиальная область гипоталамуса играет важную роль в контроле чувства сытости. Животное, у которого этот центр разрушен, при наличии пищи будет продолжать есть в избытке, пока не достигнет определенной степени ожирения, которая будет в дальнейшем под­держиваться; у крыс при этом вес тела будет в три раза больше исходного (рис. 6.4).

Одновременное повреждение боковой и вентромедиальной областей гипоталамуса, по-видимому, не влияет ни на потребление пищи, ни на вес животного. Значит, эти две области, по всей вероятности, образуют гипоталамическую систему, поддерживающую вес тела около идеально­го уровня, определяемого генетически.

Жажда

У человека, как и у большинства других живых существ, организм на 80% состоит из воды. Поэтому его водный баланс не может быть нарушен без риска тяжелых последствий для составляющих его клеток. Таким образом, жажда -один из самых важных побудительных моти­вов, который, возникнув, все с большей силой влияет на поведение. Однако потребность утолить жажду проявится на мотивационном и по­веденческом уровне только в том случае, если недостаток воды не сможет быть компенсирован с помощью чисто физиологических ме­ханизмов.

Жажда в кратковременном плане регулируется степенью сухости во рту. Главную роль, однако, играют определенные клетки тела -муса-осморецепторы. Уменьшение количества воды в организме ведет к обезвоживанию этих клеток и их деформации, что в свою очередь стимулирует секрецию особого гормона1 гипофизом. Этот гормон направляется к почкам и усиливает обратное всасывание воды, содер­жащейся в первичной моче, так что эта вода возвращается в кровеносное русло. Все это происходит автоматически, без участия нашего сознания.

Когда достигаемая таким способом экономия воды оказывается недостаточной для поддержания водного баланса, почки выделяют фермент (энзим), действие которого в конечном результате приводит к возбуждению гипоталамуса; тогда возникает чувство жажды, которое заставляет нас искать что-нибудь пригодное для питья.

1Речь идет об антидиуретическом гормоне, называемом также вазопрессином (см. приложение А).

248 Глава 6

Стремление избежать боли

Боль представляет собой ощущение, от которого организм старается избавиться. Желание избежать боли или устранить ее -одна из самых важных мотиваций.

Боль одновременно служит и информационным сигналом, и стиму­лом, вызывающим реакцию организма.

Выполняя функцию сигнала, боль сообщает о повреждении или угрозе повреждения тканей. Таким образом, это сигнал тревоги, спо­собный оттеснять на второй план другие сигналы, поступающие в мозг от различных рецепторов1. Но теперь уже известно, что мозг способен блокировать сигнал, идущий из поврежденной зоны. Это, например, происходит, когда человек всецело сосредоточен на каком-то одном деле (так бывает со спортсменом, который полностью увлечен ходом игры и «не чувствует» получаемых ударов), или при сильном стрессе (на­пример, солдат, идущий в атаку, может сразу не осознать, что одна из его конечностей только что оторвана осколком снаряда). Подобное явление может также наблюдаться у некоторых людей после приема плацебо, во время сеанса акупунктуры или же в состоянии гипноза (см. документ 5.4).

Недавние исследования позволяют предположить, что на болевые сигналы влияют, с одной стороны, такие факторы, как вещество Р, облегчающие их передачу, а с другой -эндорфины, которые могут частично или даже полностью блокировать ее (в зависимости от коли­чества), подавляя освобождение вещества Р (см. приложение А). Меха­низм, регулирующий секрецию этих противоположно действующих веществ, пока остается неизвестным.

Как бы то ни было, но только после того, как боль воспринята на уровне коры головного мозга, для усиления активации вступают в дейст­вие подкорковые структуры. Это в особенности относится к лимбической системе, которая создает мотивационное состояние, приводящее к реакции организма.

Прежде всего нужно отметить, что реакция на боль повляется в процессе эволюции очень поздно – по-видимому, она свойственна в основном млекопитающим.

Интенсивность этой реакции в большой степени зависит от болевых ощущений, пережитых данным индивидуумом в прошлом. Действи­тельно, если воспитывать щенков в «обедненной» среде, т. е. в обстанов­ке с минимумом раздражителей, то можно наблюдать, что в отличие от животных, выросших в нормальной обстановке, эти щенки будут не­способны к обычной реакции на болевой стимул. Например, если такой щенок обожжет себе мордочку о зажженную сигару, он на миг отскочит,

1В возникновении болевых сигналов внутреннего происхождения, вызы­ваемых растяжением или повреждением тканей, важную роль играет простагландин Е, синтез которого может блокироваться аспирином.

249

Мотивационная и эмоциональная активация

но сразу же опять полезет нюхать эту сигару, обжигаясь во второй, третий раз. Сходную реакцию можно наблюдать, если воткнуть ему в кожу острый предмет: щенок отскочит, но не предпримет ничего, чтобы избежать повторного укола, и не сделает никакого усилия, чтобы избавиться от прицепившегося к телу предмета. Для таких животных болевой сигнал не отличается от других стимулов; иначе говоря, у них не выработалась способность к реакции, необходимой для выживания.

Итак, вопреки тому, что предполагалось долгое время, реакция на боль не является врожденнойl. Напротив, она, очевидно, в большой степени зависит от первых навыков, приобретаемых после рождения, которые обеспечивают развитие мотивационных механизмов.

Сексуальность

У низших животных размножение составляет главное дело жиз­ни. Некоторые из них живут только до тех пор, пока не произведут потомства, и умирают, как только эта задача выполнена.

У таких видов продолжение рода жестко регулируется внутренними механизмами — нервными и гормональными. Эти последние, в част­ности, ответственны за эстральный цикл, которым определяется период, когда самка подпускает к себе самца. И эти же механизмы лежат в основе форм поведения, позволяющего самцу эффективно осу­ществлять спаривание: он не нуждается для этого в предшествующем опыте.

У высших млекопитающих, особенно у приматов, напротив, опыт все больше и больше берет верх над генетически детерминированным поведением. Так, например, в экспериментах, проведенных Харлоу (Harlow, 1966), молодые шимпанзе с рождения находились в частичной изоляции, причем были полностью лишены физического контакта с дру­гими детенышами; в результате эти животные, достигнув зрелого возраста, оказывались неспособными к спариванию. А самцы, детство которых протекало в полной изоляции, проявляли даже прямо-таки враждебное отношение к самкам в эструсе (рис. 6.5).

Рис. 6.5. Самец обезьяны (слева), лишенный с са­мого рождения социальных контактов, не спосо­бен адекватно отвечать на поведение рецептивной самки.

1Здесь трудно согласиться с автором. Возможно, что дело не в отсутствии врожденной реакции на боль, а в отсутствии необходимого опыта избавления от неестественных раздражителей.- Прим. ред.

250 Глава 6

Подобные аномалии могут встречаться и у людей. Достаточно вспомнить описанный в начале книги случай с Виктором. Но из-за легко понятных этических препятствий это никогда не удавалось строго доказать.

Как бы то ни было, развитие навыков сексуального поведения у подростка или у молодого взрослого человека находится в зави­симости от жизненного опыта, а также от воспитания, полученного в рамках данной культуры. Очень важную роль в последующем сексу­альном поведении молодого человека или девушки играют «модели», воспринимаемые в семье. По-видимому, в этом отношении с сексом дело обстоит так же, как и с другими аспектами нашего поведения. Подобно тому как жестокие родители чаще всего в свои детские годы подвергались грубому обращению, так и люди, в большей или меньшей степени заторможенные в сексуальном плане, часто происходят из семей, в которых сексуальные побуждения сильно подавлялись.

Но что больше всего определяет формы проявления секса у людей данной семьи, так это влияние той культуры, к которой она при­надлежит. Существуют запреты, общие для всех культур, например запрет кровосмешения. Что касается других проявлений сексуальности, то каждая культура обладает своим подходом к тому, что позволено, а что нет. Некоторые культуры одобряют практику мастурбации или гомосексуализма, другие запрещают ее. Одни культуры приветствуют начало половой жизни до брака или допускают даже супружескую измену, другие же строго за это наказывают.

Однако в этих культурных «кодексах» неизбежно со временем про­исходят изменения. То, что запрещалось вчера, допускается или даже поощряется сегодня. Таким образом, оценки беспрерывно изменяются, а вместе с ними и поведение (см. документ 3.3).

В западных странах сексуальные отношения продолжают частично мотивироваться необходимостью продолжения рода; однако они все чаще рассматриваются как источник удовольствия и как способ вы­ражения любви и нежности к партнеру.

Многочисленные опросы, проводимые со времен анкет Кинси (Kinsey), показывают, что молодые мужчины достигают оргазма в сред­нем немногим больше трех раз в неделю. У людей 45 лет и старше эта цифра уменьшается до одного раза в неделю. Однако относительно этой группы людей нужно отметить, что сексуальная активность в период зрелости и старости во многом зависит от ее проявления в молодости. Сексуальность, как и другие аспекты нашей активности, может расцве­тать и сохраняться только в том случае, если она была и продолжает быть объектом постоянного интереса.

-Мотивационная и эмоциональная активация 251

Женщина и сексуальность. Одно из важных различий между челове­ком и его ближайшими родичами -человекообразными обезьянами -состоит в том, как выражается сексуальность у женского пола. Действительно, женщина — кажется, единственное существо женского пола, спо­собное испытывать оргазм, который, по мнению некоторых авторов, представляет собой недавнее эволюционное приобретение, тесно связан­ное с развитием сексуальности у человека. Кроме того, только женщина может быть сексуально активной в течение всего года и способна сохранять эту активность после менопаузы1, когда прекращаются вы­бросы гормонов, ответственные за менструальный цикл. Известно так­же, что женщина в отличие от самок других видов, рецептивных (доступных для самцов) только в период овуляции, остается рецептив­ной постоянно и может быть даже более рецептивной в дни непосредст­венно до или после менструаций (Bancroff, 1981). Некоторые исследо­вания показывают, что эта психологическая активация, видимо, под­держивается облегченной в этот период физиологической активацией. Действительно, удалось выяснить, что в это время визуальные или звуковые эротические раздражители быстрее вызывают приток крови к стенкам влагалища (явный признак возбуждения), чем в другие периоды.

Кроме того, многочисленные данные недавно подтвердили существо­вание сходства сексуальной реакции у обоих полов. Это привело ученых к выдвижению новых гипотез, касающихся природы оргазма. В до­полнении 6.5 мы выскажем свою точку зрения по этому вопросу.

Гомосексуальность. Гомосексуальность – еще одна черта, свойствен­ная, как нам кажется, в основном представителям человеческого рода. Действительно, у большинства животных гомосексуального поведения не существует. Когда оно у них встречается, так это всего лишь игры, при которых сексуальное возбуждение полностью отсутствует. Послед­нее может проявляться у самцов обезьян только в условиях неволи.

У людей же подобную практику можно встретить во всех обществах, и ее распространенность остается постоянной независимо от культуры и эпохи (Whitman, 1983). Чаще всего к ней относятся по меньшей мере терпимо. В 40-х годах две трети из 76 обществ, обследованных Фордом и Бичем (Ford, Beach), фактически продемонстрировали терпимость по отношению к гомосексуализму.

Опросы, проведенные Кинси (см. документ 3.3), так же как и более поздние исследования, позволили установить, что 2-4% людей являют­ся чистыми гомосексуалистами, и большинство из них относительно хорошо чувствует себя в обществе. Опросы Белла и Вейнберга (Bell, Weinberg, 1978) показали, что всего лишь 13% мужчин и 5% женщин среди гомосексуалистов чувствуют некоторую вину и смущение из-за своей сексуальной направленности.

Гомосексуальным парам свойственны те же формы полового поведения, что и гетеросексуальным парам. Оно выражается в поцелуях, ласках, буккальногенитальных контактах, взаимной мастурбации и реже (у мужчин) анальным совокуплением. По-видимому, у лесбиянок на­блюдается большее удовлетворение с большим числом оргазмов, чем у женщин с гетеросексуальными отношениями. Это объясняют тем, что женщина лучше знает анатомию своей партнерши, мужчины же в основ­ном проявляют незнание этого предмета.

* Можно думать, что и сама менопауза свойственна только женщине: самки других видов остаются плодовитыми до конца жизни.

252 Глава б

Большинство гомосексуалистов, будучи молодыми, впервые имели контакт с ровесником, а не с «извращенным» взрослым, как это часто думают. Исследования, однако, показали, что сексуальная направлен­ность определяется еще в детстве и что предрасположенность к гомо­сексуализму, видимо, проявляется задолго до этой первой встречи. Две трети опрошенных лесбиянок1 заявили, что они в детстве чувствовали себя скорее «мальчиком», чем девочкой, отдавая явное предпочтение играм и игрушкам для мальчиков. Точно так же у двух третей мужчин-гомосексуалистов наблюдалась в детстве обратная картина.

Хотя такого рода данные наводят на мысль о возможном влиянии гормонов с самого начала развития организма, до сих пор ни одного биологического факта выявить не удалось. И напротив, очевидно, что события, пережитые в детстве, играют большую роль в той направленности, которая разовьется у ребенка при наличии определенной предрасположенности. Тесные контакты ребенка с родителями того же пола, а также неловкое чрезмерное покровительство родителя противо­положного пола, общество детей только того же пола или, наоборот, только противоположного пола также могут способствовать развитию гомосексуальных тенденций.

1И только 20% женщин с гетеросексуальной ориентацией.

Мотивационная и эмоциональная активация 253

С начала 70-х годов гомосексуальные отношения не преследуются законом, соответствующие склонности не рассматриваются как «бо­лезнь» или «разврат». В наше время гомосексуальность все больше и больше воспринимают, по крайней мере теоретически, как «стиль жизни» хотя и меньшинства, но насчитывающего как-никак более ста миллионов человек.

Материнское поведение

У низших животных материнским поведением управляют врожден­ные пусковые механизмы, которые одновременно ставят его в зави­симость как от гормональных факторов, так и от стимулов, исходящих от детенышей.

Молодые, еще не рожавшие крысы-самки, например, приобщаются к материнскому поведению уже в результате одного того, что долго находятся вместе с выводком малышей. Но это поведение станет вполне эффективным лишь в том случае, если ввести плазму крови от крысы -матери, содержащую необходимые для этого гормоны.

Мы видели, что некоторые действия, тесно связанные с материнст­вом, такие, например, как устройство гнезда, находятся под влиянием предшествующего опыта обращения с материалами, предназначенными для данного вида деятельности (см. гл. 1).

Чем выше мы поднимаемся по эволюционной лестнице, тем значи­тельнее эта роль предшествующего опыта. Молодые обезьяны-самки, содержавшиеся в изоляции в период детства, во взрослом состоянии оказываются неспособными нормально обращаться со своими дете­нышами. По отношению к ним они проявляют явное отсутствие инте­реса, и дело доходит даже до агрессивных действий (рис. 6.7). Однако у большинства из них все, видимо, налаживается с рождением после­дующих детенышей, как будто опыт общения с первенцем позволил формироваться правильному поведению.

У людей же культура окончательно взяла верх над возможным «инстинктом материнства», и теперь можно было бы даже думать, что у людей этот инстинкт больше не существует.

При опросе 54 матерей около половины из них утверждали, что испытывали положительные эмоции во время своего первого контакта с новорожденными, но лишь четверть определяла свои чувства как Любовь; треть матерей утверждала, что не испытывала никаких чувств (Robson, Moss, 1970). Достаточно вспомнить о сотнях тысяч детей во всем мире, оказавшихся жертвами насилия со стороны своих родителей, чтобы убедиться в обоснованности такого утверждения.

254 Глава 6

Привязанность

Мы уже видели, что у некоторых птиц связь с первым одушевленным объектом устанавливается необратимо с момента вылупления из яйца. Даже если этот импринтинг свойствен лишь сравнительно низкоорганизованным формам, потребность контакта, видимо, существует с момента рождения у всех высших животных. Клаус и Кеннел (Kennel, 1976) полагают, что у людей первые часы жизни играют важнейшую роль в создании той связи, которая устанавливается между ребенком и родителями, начиная с движений тела, глаз и особенно с улыбки.

Исследования Харлоу показали, что у обезьян этот контакт должен сопровождаться физической поддержкой (ею может оказать теплая и мягкая ткань-см. документ 6.6). Это минимальное условие, необходимое для того, чтобы детеныш начал исследовать свое физическое и социаль­ное окружение. Без такой поддержки маленькая обезьянка не только будет неспособна к исследованию, но, главное, не сможет устанавливать связи с другими детенышами -ее сверстниками. Кроме того, как уже говорилось, во взрослом состоянии она не будет способна к нормаль­ному половому поведению, а если она самка, то и к адекватной заботе о потомстве. По-видимому, и для людей первые годы жизни имеют решающее значение для того, как будут формироваться сексуальные роли у мальчика или девочки (см. документ 6.7).

Шахтер (Schachter, 1959) показал, что первенцы-объекты большего внимания и заботы со стороны родителей, чем последующие дети, -обладают более развитой потребностью принадлежать к какой-то социальной группе, чем их младшие братья и сестры.

Мотивационная и эмоциональная активация

Эта потребность, особенно сильна у людей, которым нужно вместе пройти через сложное испытание. Что касается чувства любви, то здесь речь идет об особом виде потребности, при котором сексуальная потребность тесно связана с потребностью заботиться о другом, помогать ему чувствовать себя в безопасности. В зависимости от того, какая из этих двух потребностей будет преобладать, любовь может превратиться либо в страсть, либо в нежность. Исследовательское поведение

По-видимому, потребность в исследовании окружающего мира -врожденное свойство, лежащее в основе многих форм поведения. Она особенно необходима животным. Именно эта потребность помогает индивидууму отыскать те участки территории, где он сможет утолить жажду и поесть, где он будет чувствовать себя в безопасности или найдет партнера в брачный период. И это же природное любопытство толкает детеныша на «эксперименты», в конечном счете приучающие избегать опасных ситуаций.

По мере того как мы продвигаемся по эволюционной лестнице, мы замечаем, что развитие исследовательского поведения все больше свя­зано с ранним жизненным опытом индивидуума. Крысы, выросшие в среде, обогащенной стимулами (вспышки света, звуки, лесенки и т. п.), в старшем возрасте проявляют гораздо большую любознательность, чем крысы, выросшие в «обедненной» среде.

Наибольшее значение имеет ранний опыт для приматов. Так, обезья­ны, выросшие в полной изоляции, проявляли панический страх, когда их переселяли на новое место, особенно если они там сталкивались с под­вижными или производящими шум предметами (эксперименты Харлоу). Ничего подобного не наблюдалось у молодых обезьян, выросших при матери.

У человека эта потребность в исследовании очень быстро перерастает в когнитивные потребности в информации и знаниях. При контактах с окружающими людьми и с другими источниками сведений ребенок (а потом и взрослый, в которого превратится этот ребенок) слушает, смотрит, читает, постоянно стараясь что-то понять, а может быть объяснить — сначала на уровне конкретных фактов, а позднее все больше и больше переходя в область абстрактных идей и принципов. Выбор, однако, ограничен его прошлым опытом и социальной ролью, в которой он развивается и от которой зависит область его интересов. Круг вопросов, которые ставит перед собой владелец гаражей, отличается от круга вопросов, занимающих ум ученого — или дровосека. Но у всех у них есть одна общая потребность, такая сила как потребность познать самих себя и доискаться до смысла существования, до определения места, которое они занимают в указанной группе, во всем обществе и, наконец, во Вселенной. Развитие такой потребности тесно связано с развитием чувства Уважения.

256 Глава 6

Самоуважение

Здесь речь идет о сильной потребности занять достойное место среди других людей, которая может быть одной из самых мощных определяющих наши поступки.

Эта потребность может выражаться как в погоне за общественным одобрением или признанием со стороны окружающих в связи с хорошо выполненной работой, так и в желании быть независимым и свободной. Она может лежать в основе стремления к компетентности или к успеху в профессиональной или артистической деятельности, а также в стремлении добиться власти или престижного положения.

Тот факт, что эта потребность может выражаться по-разному, говорит о том, что она тесно связана с событиями, пережитым в молодости. Этот вид потребности зависит от того, как развивалось чувство самостоятельности у ребенка. В зависимости от того как относились родители к проявлению этого чувства — поощряли его хва­лили за него или же, напротив, мешали своей неумелой опекой или бранили, -ребенок превращается либо в человека, достаточно уверен­ного в себе, либо в человека, сильно зависящего от мнения окружающих и неспособного взяться за дело, успех которого не обеспечен.

Это позволяет отчасти понять, почему у женщин так часто возникает конфликт между сильным желанием самоутверждения и боязнью чрез­мерного успеха, которого от них не ждет общество. Этот конфликт, видимо, обусловлен воспитанием, которое обычно получают девушки и которое чаще прививает им склонность к социальному конформизму, чем способствует развитию реального чувства независимости.

Как бы то ни было, путь развития потребности в самоутверждении связан с тем, как будут вырабатываться высшие качества, такие как справедливость, солидарность, мягкость, самоуважение и уважение к ок­ружающим. Эта потребность находит также выход в удовлетворении эстетических запросов — в поисках упорядоченности, красоты, равновесия (см. рис. 6.3).

Самореализация

По мнению Маслоу, врожденное стремление к развитию, присущее каждому человеку, приводит к тому, что он старается применить и реализовать свои унаследованные потенциальные возможности. Речь идет здесь об основополагающей мотивации, которая может проявиться полностью только у тех, кто достиг определенного уровня самоуважения.

Основные идеи Маслоу о самовыражении были представлены в главе 2, особенно в документе 2.13. Поэтому мы не будем здесь на этом останавливаться.

257

Опираясь на эти общие представления о мотивации у людей, можем понять, каким образом различные теории позволяют объяснить различную мотивацию. Например, если теория биологических по­требностей достаточно легко объясняет такие мотивы действий, как стремление избежать боли, то теория………. -оптимальной голод. Особенно когнитивные теории лучше всего способны объяснить мотивы поведения, связанные с такими чувствами, как любознательность -объяснить привязанность, а также с самыми высшими человеческими потребностями.

и как уже говорилось в начале этой главы, нельзя говорить о мотивациях, лежащих в основе поведения, не учитывая, что их окрашивает, наполняет, блокирует, а иногда даже и пробуждает. Одним словом, мотивация неотделима от эмоций.

ЭМОЦИИ

Описывая эмоции, можно расположить их по определенным коорди­натным осям в соответствии с их свойствами. Например, в зависимости от их положительной или отрицательной окраски эмоции можно груп­пировать попарно: любовь и ненависть, симпатия и отвращение, чувство безопасности и страх, подъем и безнадежность и т. д. Первые, как отмечает Хебб (Hebb), желанны для субъекта, он к ним стремится, в то время как вторых он старается избегать. Это подразделение сразу указывает на мотивационную роль, которую играет каждое из наших чувств.

Однако все это только слова, а слова слишком бедны, чтобы выразить то, что реально испытывает субъект. Разве можно утверждать, что человек, говорящий «я люблю яблоки», «я люблю маму», «я люблю этого человека» или «я люблю этот город» выражает одинаковые чувства?

Аспекты эмоций

Одна из первых трудностей при описании эмоций заключается в том, что эмоция проявляется одновременно и во внутренних переживаниях, и в поведении, причем то и другое связано еще с физиологической мотивацией.

Внутренние переживания субъективны, и единственный способ озна­читься с ними – это спросить у субъекта, что он испытывает. Однако, как только что видели, как трудно передать словами то, что действи­тельно чувствуешь.

Наблюдение на первый взгляд могло бы восприниматься как объективный факт. Но и этот показатель не особенно надежен. Когда у человека на глазах слезы, нам бывает трудно понять, если мы не знаем их причину, от радости они, от огорчения или от негодования. Выражение данной эмоции очень часто бывает связано с культурой, к которой принадлежит человек: например, насупленные брови или улыбка не обязательно воспринимаются однозначно на Востоке и на Западе.

258 Глава 6

Что касается физиологической активации, то только благодаря ей и тем резким изменениям, которые она вызывает в нервных процессах и во всем организме, человек способен испытывать эмоцию. Эту активацию можно измерять объективно при помощи полиграфа. Однако наши приборы еще слишком несовершенны, чтобы выявлять значение тонких изменений в различных проявлениях активации, таких, например, как потоотделение или учащенный ритм сердца.

Одни и те же проявления активации часто бывают симптомами совершенно разных чувств. Поэтому они мало пригодны для рас­познавания какой-то одной определенной эмоции. Именно в этом состоит одна из причин, по которым «детектор лжи» может исполь­зоваться лишь с большой осторожностью.

Факторы, определяющие эмоции

Характер эмоции и ее интенсивность определяются расшифровкой сигналов, поступающих из внешней среды, и уровнем активации орга­низма. Расшифровка сигналов зависит от умственного развития человека и от его способности интегрировать различные элементы поступающей информации.

Эмоции и информация

Эмоции тесно связаны с информацией, которую мы получаем из окружающего мира. Обычно эмоция возникает из-за неожиданности события, к которому мы не успели подготовиться — не могли собрать всю информацию, необходимую для адекватной реакции. Пешеход, выскочивший прямо перед нашей машиной, неожиданный резкий звук, непредвиденная встреча с дорогим сердцу человеком… Все это случаи, способные вызвать активацию организма и мобилизовать все способ­ности для быстрого приема дальнейших сигналов, что позволит реаги­ровать наилучшим образом.

Итак, эмоция не возникает, если мы встречаем данную ситуацию с достаточным запасом нужных сведений. Когда повторяется уже знакомый нам резкий звук, когда мы заранее замечаем пешехода или когда встреча с любимым человеком стала обычным делом, организму уже незачем приходить в состояние активации.

Мотивационная и эмоциональная активация 259

Зависимость возникновения или невозникновения эмоции от коли­чества информации, которой располагает субъект, можно было бы выразить следующим образом:

Эмоция => Необходимая информация — Имеющаяся информация.

Эта формула позволяет понять, что отрицательные эмоции возника­ют, когда субъект располагает недостаточным количеством инфор­мации, а положительные — когда информация оказывается в избытке.

Это становится особенно очевидным в случае эмоций, связанных с удовлетворением какой-либо потребности. Если голод толкает чело­века к буфету, где он может найти кусок пирога, который он сам туда положил, то понятно, что от этой «находки», очевидно, не возникает никаких эмоций. Все будет совсем иначе, если вдруг, вопреки ожиданию, окажется, что пирог исчез, или же, напротив, в буфете обнаружится целый пирог, кем-то туда положенный вместо одного кусочка. Точно так же можно объяснить отвращение к какому-то блюду, вкус которого оказался хуже, чем ожидалось.

Такой же процесс можно наблюдать в случае гнева ребенка, кото­рому не дали требуемую конфету. Вероятность такой эмоции тем больше, чем менее убедительным будет объяснение причины, по которой конфета не была дана.

Боязнь крыс у студентов-психологов, которым предстоит впервые столкнуться с этими животными при проведении эксперимента, тоже можно объяснить при помощи этой схемы. Боязнь будет существовать до тех пор, пока число рациональных сигналов (уверенность в от­сутствии опасности, предосторожности лица, ответственного за виварий, и т. д.) не достигнет и не превзойдет количество необходимых сигналов после первых опытов, проведенных самими студентами. Точно так же безобидный уж, переползая через дорогу, у наивного прохожего вы­зывает страх, а у зоолога, изучающего рептилий, он вызовет радость.

Итак, отрицательные эмоции возникают чаще всего из-за неприятной информации и особенно при недостаточной информации; что касается положительных эмоций, то они возникают при получении достаточной информации, особенно тогда, когда она оказалась лучше ожидаемой (см. документ 6.9).

Из-за постоянного несоответствия действительности текущим по­требностям живые существа отдают предпочтение тем ситуациям, в ко­торых, судя по имеющейся информации, удовлетворение потребности наиболее вероятно. Кроме того, необходимо отметить, что положи­тельная эмоция чаще возникает от уверенности в том, что потребность может быть удовлетворена, чем от самого ее удовлетворения. Действи­тельно, стоит только удовлетворить потребность, как эмоция быстро забывается.

Почему же мы, столкнувшись с неожиданностью или с ситуацией, возникшей в результате какой-то потребности, чаще испытываем гнев, чем разочарование, чаще отвращение, чем страх, чаще любовь, чем удовольствие? По-видимому, силы наших эмоций и направленность которую они приобретают, тесно связана с уровнем активации, на котором мы находимся, и с тем, как мы воспринимаем ситуацию в целом.

260 Глава 6

Эмоции и уровень бодрствования

Интенсивность наших эмоций зависит от уровня бодрствования. Действительно, нам гораздо труднее рассердиться, только что проснув­шись, чем в конце напряженного рабочего дня.

Зиллмен и его коллеги (Zillman et al., 1972) тем не менее показали, что если уровень активации слишком высок, то ее остаток переносится на последующую эмоцию, которая в результате усиливается. Например, во время просмотра эротического фильма испытуемые, которые только что выполнили трудную работу, проявили большее сексуальное возбужде­ние, чем те, которые до этого отдыхали или же смотрели фильм не сразу после нагрузки, а по прошествии длительного перерыва (Cantor et al., 1975).

Точно так же было показано, что мужчины проявляли гораздо больший «интерес» к интервьюеру-женщине, особенно если она их расспрашивала в опасном месте, например на очень высоком подвесном мосту, чем тогда, когда это происходило в обычных условиях или же условия оставались опасными, но интервьюером был мужчина (Dutton, Aron, 1974).

Эмоции и восприятие

По мнению Шахтера и Сингера (Schachter, Singer, 1971), характер возникающей эмоции в значительной мере зависит как от физиологи­ческой активации, так и от того, что мы воспринимаем из окружающего мира. Например, люди, активированные в результате инъекции адре­налина, о возбуждающем действии которого они не подозревают, дают различную реакцию в зависимости от того, в какой обстановке они находятся – в веселой или в напряженной. В первом случае они чувству­ют себя раскованными и счастливыми, а во втором их охватывает чувство гнева. По мнению Шахтера, совершенно очевидно, что для возникновения эмоции необходима физиологическая активация, но толь­ко восприятие ситуации определяет направленность эмоции.

Валинс (Valins, 1966), однако, частично оспаривал это утверждение; по его мнению, достаточно верить, что произошла активация, чтобы испытать эмоцию, направление которой будет зависеть от обстановки. Например, испытуемые, которым во время просмотра фотографии обнаженных женщин давали слушать биение сердца, быстрое или мед­ленное, чаще отдавали предпочтение тем фотографиям, которые соот­ветствовали учащенному ритму, если они были убеждены, что это удары их собственного сердца.

Мотивационная и эмоциональная активация 261

Эмоции, эволюция и интеллект

Итак, эмоции имеют важнейшее значение для живых существ, так как является средством мобилизации организма, позволяющим преодолевать двойственные или неожиданные ситуации.

Легко заметить, что чем выше мы поднимаемся по эволюционной лестнице, тем больше стереотипные эмоциональные реакции, свойствен­ные низшим животным, уступают место сложным и разнообразным формам поведения. Так, у приматов, и особенно у людей, эмоциональ­ные проявления приобретают бесчисленное множество оттенков; при этом разнообразие их увеличивается с возрастом и с обогащением жизненного опыта (Hebb, 1974).

Кроме того, эмоциональная реакция зависит от уровня умственного развития. В самом деле, очевидно, что чем выше этот уровень, тем легче индивидуум может понять причину несоответствия между тем, с чем столкнулся, и тем, чего ожидал, и благодаря этому уменьшить свою эмоциональную реакцию. Однако этот контроль, зависящий от умствен­ного развития и позволяющий влиять на проявление собственных эмоций, не всегда бывает постоянным. Лишь немногие способны при любых обстоятельствах сохранять невозмутимое спокойствие. Чаще всего их поведение связано с социальным контекстом, в котором возникает данная ситуация. Человек может вести себя чрезвычайно деликатно в одной обстановке и, напротив, постоянно «срываться» в другой. Ситуация как будто такая же, но восприятие общего контекста делает ее совсем иной. Жена служащего, который вынужден весь день улыбаться, или дети учительницы, всегда сдержанной и спокойной в классе, увы, знают это на собственном опыте.

Стресс

Жизнь состоит из ожидаемых или неожиданных событий. Некоторые из них приятные, другие менее приятные, а иные совсем неприятные. Мы на них реагируем в зависимости от наших потребностей и от знания ситуации. Мы видели, что в тех случаях, когда мы располагаем доста­точной информацией, мы способны реагировать спокойно. Более того, у нас даже могут возникать положительные эмоции, если о данной ситуации мы знаем больше, чем это нам необходимо. Тогда организм не напряжен и готов к новым испытаниям.

Напротив, недостаток нужных сведений заставляет нас волноваться и вызывает активацию организма. И тогда одной из возможных реакций будет отрицательная эмоция.

Но иногда человек должен быть готов к событию слишком неожи­данному и важному для него, о котором он ничего или почти ничего не знает. В этом случае, если ситуация затягивается, реакция организма может усилиться до такой степени, что возникнут серьезные нарушения как в физиологическом, так и в психологическом плане. Тогда обычный набор эмоций уступает место беспокойству или тревоге: человек нахо­дится в стрессовом состоянии (рис. 6.9).

Известно множество ситуаций, порождающих стресс, — от случаев отделения ребенка от матери в первые годы жизни (см. опыты Харлоу на детенышах обезьян) до серьезных заболеваний у людей зрелого воз­раста. В наше время одно из самых травмирующих событий для взрослого — это потеря работы. Было показано, что стрессовое состояние у работника вызывается не столько совершившимся фактом потери места, сколько предшествующим периодом боязни его потерять. И чем противоречивее слухи о возможном закрытии предприятия, тем сильнее стресс. Что касается того, кто ищет работу, так у него к стрессу приводят скорее ожидание ответа и связанная с ним неопределенность, чем отказ в приеме на место.

Эксперименты, проводимые на обезьянах и крысах, дали результаты -подтверждающие подобные выводы (см. документ 6.10). Селье (1974) показал, каким образом стресс связан с постепенным истощением резервов организма, который старается приспособиться к новым условиям. Он назвал этот комплекс реакций общим синдромом адаптации и описал три этапа этого синдрома.

Мотивационная и эмоциональная активация

Первый этап -реакция тревоги. Для него в основном характерны физиологические изменения, подготавливающие организм к встречи с ситуацией и приводящие животное в состояние большей настороженности и беспокойства. Если ситуация затягивается, то создается впечатление, что организм обратился к своему нормальному состоянию, даже если его действия не всегда адекватны. Это фаза сопротивления, во время которой реакции могут внешне оставаться в норме, продолжает расходовать имеющеюся у него резервы.

Эти резервы не безграничны, и если стресс продолжается, то вскоре начинают катастрофически уменьшаться. Это фаза истощения, приводящая иногда к смерти, но чаще всего — к нервным срывам. О целях индивидуума, находящегося в подобном состоянии, мы скажем в главе 12, когда будем рассматривать механизмы адаптации личности.

1Позднее Селье (Sele, 1978) дополнил свою теорию, высказав мысль, что не всякий стресс вреден. Стpecc — неотъемлемая часть жизни, и его нельзя избежать. Важно, но мнению Селье, то, что каждый из нас — с учетом того, что он собой представляет и какие испытания в жизни готов перенести, способен поддерживать оптимальный для себя уро­вень стресса, позволяющий действовать наиболее эффективно. Если некоторые люди с трудом могут преодолевать ситуации, лишающие их обычного спокойствия и выводящие из привычного мирного окружения, то другие ищут действий и большего жизненного простора, где могут полностью реализовать свои возможности, учась преодолевать свя­занные с этим опасности (см. документ 6.11).

Мы только что в общих чертах ознакомились с тем, как наш организм активируется либо восприятиями внешнего мира, либо потреб­ностями, которые он стремится удовлетворить наилучшим образом, используя получаемую информацию.

С первых дней жизни ребенок учится распределять элементы реаль­ного мира по категориям и таким образом создавать себе надежные ориентиры, позволяющие ему направлять свою деятельность.

Все действия, которые он будет совершать, все эксперименты, которые произведет, и все переживания обеспечат ему множество таких ориентиров, помогающих идти все дальше в познании окружающего мира. Это будут вехи в длительном процессе обучения, в котором ребенок будет получать помощь от социальных структур и в то же время «вписываться» в эти структуры. Обработка получаемой информации позволит ребенку приобретать и закреплять в памяти знания и навыки, на их основе будут вырабатываться высшие процессы, такие как мыслительные.

Именно эти процессы окончательно выделяют человека из остального животного мира, наделяя его способностью осознавать свою природу и свое место во Вселенной. Этому вопросу будет посвящена следующая часть книги.

264 Глава 6

Документ 6.1. Терминология, относящаяся к мотивации

Задолго до того, как психологи стали пытаться научно объяснить причины наших действий, в разговорном языке появилось много слов позволяющих описать различные аспекты и нюансы мотивации. Из определений, которые даются в словарях, можно уяснить себе значение различных терминов и, таким образом, использовать их с наибольшей точностью.

Начнем с общих терминов.

Мотивация — это совокупность факторов, определяющих поведение. Это понятие описывает отношение, существующее между действием и причинами, которые его объясняют или оправдывают.

Желание ассоциируется с ощущением потребности; это может быть потребность либо биологического порядка, связанная с жизнедеятель­ностью организма, либо чисто интеллектуального или эстетического порядка.

Мотив — это соображение, по которому субъект должен действовать. Как правило, мотив бывает интеллектуального порядка.

Побуждение является причиной действия или целью, ради которой оно было совершено. Поэтому побуждение можно установить только после того, как действие осуществилось. Некоторые термины имеют более прямое отношение к физиологи­ческим аспектам мотивации.

Потребность предполагает отсутствие или нехватку чего-то нужного для равновесия организма. Хотя чаще всего речь идет о необходимости биологического порядка, этот термин может также означать нужду в чем-то ином.

Влечение (tendance;)-внут­реннее состояние, заставляющее действовать определенным образом.

Под импульсом подразумевается динамическое проявление инстинк­тивных или врожденных стремлений; это то, что при возникновении соответствующей потребности «толкает» индивидуума к действию.

Что же касается привязанности, так она подразумевает существо­вание побудителя. В этом смысле привязанность учитывает силу, кото­рая влечет к кому-то или к чему-то.

Когнитивный аспект мотивации тоже не остается забытым. Терми­ны, которые к нему относятся, акцентируют причинный или разумный аспект некоторых поступков.

Хотение — это осознание стремления к известному объекту. В более узком смысле хотение лежит в основе нормального сексуального по­ведения.

Вдохновение проявляется в порыве, движении к данной цели, которая чаще всего принадлежит высокому уровню.

Склонность включает в себя аффективное изменение. Имеется в виду вкус к предмету или к завершению данного дела.

Намерение заключается просто в предложении своих услуг или в постановке перед собой определенной цели.

Мотивационная и эмоциональная активация 265

Документ 6.2. Гидромеханическая модель мотивации

Для того чтобы объяснить, как проявляются инстинктивные дейст­вия, Лоренц предложил модель, которая показывает, каким образом биологические побуждения могли бы зависеть одновременно от внут­ренних и внешних факторов.

Внутренние факторы должны быть связаны с количеством энергии, имеющейся в нервной системе и используемой для определенных дейст­вий; они соответствуют совершенно определенным моментам годового цикла данного вида1. Что касается внешних факторов, то они представляют собой стимулы, связанные с данной потребностью.

Модель, предложенная Лоренцом (рис. 6.10), включает резервуар (1), в котором накапливается энергия, идущая от нервной системы, и стержень с пробкой (2), который с помощью пружины удерживает закрытым выход из резервуара; к стержню подвешена платформа, на которую можно ставить гири различного веса, соответствующие внешним раздражителям разной силы. Здесь возможны, например, следующие ситуации:

Скопившаяся энергия такова, что она сама по себе может вызвать открытие резервуара и инициировать какое-то поведение (J). Так бывает

Рис. 6.10. Гидромеханическая модель Лоренца, 1-резервуар «энергии», попол­няемый возбуждением нервных механизмов; 2 -внешние раздражители; 3-реали­зация поведения (более или менее интенсивная в зависимости от силы внутренних и внешних факторов); 4 — порог осуществления той или иной реакции.

1 Однако точно не определено, что это за энергия и откуда она берется; вероятно, ее можно связать с более современным понятием активации, вызывае­мой повышением возбудимости нервных механизмов.

Иерархия потребностей

Даже если на первый взгляд эти различные представления о мо­тивации кажутся противоречивыми, то, перечитывая их, можно за­метить, что они скорее дополняют друг друга, чем противопоставляют­ся. Они просто касаются разных уровней и разных видов мотивации.

Выбор когнитивной деятельности может быть адекватно осущест­влен только тогда, когда организм в оптимальной степени активирован и его элементарные потребности удовлетворены. Смертельно голодный человек не старается «чем-то заняться», и еще меньше он стремится заняться такой деятельностью, в которой он смог бы проявить свою компетентность. Он думает только о том, чтобы найти какую-то, не важно какую, пищу, -он ее проглотит невзирая ни на что.

Таким образом, существует иерархия различных потребностей от самых примитивных до самых утонченных. Это уже пытался показать Маслоу (Maslow) в своей иерархической теории потребностей, о которой говорилось в главе 2 (см. документ 2.13).

Напомним, что, согласно этому гуманитарному подходу, любое существо стремится к своему расцвету, действуя в наибольшем со­ответствии со своими возможностями и притязаниями; теория Маслоу

Потребности в привязанностях, любви, в причастности к группе

Потребность в безопасности (физической и психологической)

Физиологические потребности (в пище, питье, кислороде)

Рис. 6.3. Иерархическая пирамида потребностей. Уровень когнитивных и эстети­ческих потребностей был добавлен к оригинальной структуре, представленной Маслоу.

246 Глава 6

обращает особое внимание на то, что высшие потребности не могут проявиться, если более примитивные не были удовлетворены.

Опираясь на классификацию, предлагаемую Маслоу, мы коротко рассмотрим некоторые виды мотивации, занимающие значительное место в жизни человека (рис. 6.3). Они образуют целый спектр -от биологических побуждений, таких как голод, жажда или стремление избежать боли, до мотивов высокого уровня, таких как привязанность к другим людям, потребность в уважении окружающих и в полной самореализации.

Голод

Чувство голода вызывается как внутренними раздражителями (со­кращениями желудка), так и внешними (вид или запах пищи). Процесс еды может быть актом, который повышает у скучающего человека уровень активации; чаще всего, однако, мы едим в определенные часы, согласно жизненным привычкам, сложившимся на основе биологических ритмов.

Если содержание сахара в крови повышено или понижено, сигналы об этом поступают в центр, регулирующий потребление пищи, который находится в латеральной зоне гипоталамуса (Friedman, Stricker, 1976). Этот центр в свою очередь посылает обратные сигналы, вызывающие освобождение печенью глюкозы и возбуждающие чувство голода. Если у крысы этот центр разрушить, она перестанет есть и без искусственного питания погибнет от голода. Если же ее кормить искусственно, она будет сохранять постоянный вес ниже своего нормального веса.

Рецепторы, сигнализирующие о насыщении, находятся в пищевари-

Рис. 6.4. Когда у крысы центр насыще­ния подавлен, она быстро становится тучной; она может достигнуть веса. превышающего ее нормальный вес в 3-5 раз.

247

Мотивационная и эмоциональная активация

тельной системе -во рту, кишечнике и печени, и как только организм получит достаточное количество углеводов и жиров, они сообщают гипоталамусу, что потребление пищи может быть прекращено. Вентро-медиальная область гипоталамуса играет важную роль в контроле чувства сытости. Животное, у которого этот центр разрушен, при наличии пищи будет продолжать есть в избытке, пока не достигнет определенной степени ожирения, которая будет в дальнейшем под­держиваться; у крыс при этом вес тела будет в три раза больше исходного (рис. 6.4).

Одновременное повреждение боковой и вентромедиальной областей гипоталамуса, по-видимому, не влияет ни на потребление пищи, ни на вес животного. Значит, эти две области, по всей вероятности, образуют гипоталамическую систему, поддерживающую вес тела около идеально­го уровня, определяемого генетически.

Жажда

У человека, как и у большинства других живых существ, организм на 80% состоит из воды. Поэтому его водный баланс не может быть нарушен без риска тяжелых последствий для составляющих его клеток. Таким образом, жажда -один из самых важных побудительных моти­вов, который, возникнув, все с большей силой влияет на поведение. Однако потребность утолить жажду проявится на мотивационном и по­веденческом уровне только в том случае, если недостаток воды не сможет быть компенсирован с помощью чисто физиологических ме­ханизмов.

Жажда в кратковременном плане регулируется степенью сухости во рту. Главную роль, однако, играют определенные клетки тела -муса-осморецепторы. Уменьшение количества воды в организме ведет к обезвоживанию этих клеток и их деформации, что в свою очередь стимулирует секрецию особого гормона1 гипофизом. Этот гормон направляется к почкам и усиливает обратное всасывание воды, содер­жащейся в первичной моче, так что эта вода возвращается в кровеносное русло. Все это происходит автоматически, без участия нашего сознания.

Когда достигаемая таким способом экономия воды оказывается недостаточной для поддержания водного баланса, почки выделяют фермент (энзим), действие которого в конечном результате приводит к возбуждению гипоталамуса; тогда возникает чувство жажды, которое заставляет нас искать что-нибудь пригодное для питья.

1Речь идет об антидиуретическом гормоне, называемом также вазопрессином (см. приложение А).

248 Глава 6

Стремление избежать боли

Боль представляет собой ощущение, от которого организм старается избавиться. Желание избежать боли или устранить ее -одна из самых важных мотиваций.

Боль одновременно служит и информационным сигналом, и стиму­лом, вызывающим реакцию организма.

Выполняя функцию сигнала, боль сообщает о повреждении или угрозе повреждения тканей. Таким образом, это сигнал тревоги, спо­собный оттеснять на второй план другие сигналы, поступающие в мозг от различных рецепторов1. Но теперь уже известно, что мозг способен блокировать сигнал, идущий из поврежденной зоны. Это, например, происходит, когда человек всецело сосредоточен на каком-то одном деле (так бывает со спортсменом, который полностью увлечен ходом игры и «не чувствует» получаемых ударов), или при сильном стрессе (на­пример, солдат, идущий в атаку, может сразу не осознать, что одна из его конечностей только что оторвана осколком снаряда). Подобное явление может также наблюдаться у некоторых людей после приема плацебо, во время сеанса акупунктуры или же в состоянии гипноза (см. документ 5.4).

Недавние исследования позволяют предположить, что на болевые сигналы влияют, с одной стороны, такие факторы, как вещество Р, облегчающие их передачу, а с другой -эндорфины, которые могут частично или даже полностью блокировать ее (в зависимости от коли­чества), подавляя освобождение вещества Р (см. приложение А). Меха­низм, регулирующий секрецию этих противоположно действующих веществ, пока остается неизвестным.

Как бы то ни было, но только после того, как боль воспринята на уровне коры головного мозга, для усиления активации вступают в дейст­вие подкорковые структуры. Это в особенности относится к лимбической системе, которая создает мотивационное состояние, приводящее к реакции организма.

Прежде всего нужно отметить, что реакция на боль повляется в процессе эволюции очень поздно -по-видимому, она свойственна в основном млекопитающим.

Интенсивность этой реакции в большой степени зависит от болевых ощущений, пережитых данным индивидуумом в прошлом. Действи­тельно, если воспитывать щенков в «обедненной» среде, т. е. в обстанов­ке с минимумом раздражителей, то можно наблюдать, что в отличие от животных, выросших в нормальной обстановке, эти щенки будут не­способны к обычной реакции на болевой стимул. Например, если такой щенок обожжет себе мордочку о зажженную сигару, он на миг отскочит,

1В возникновении болевых сигналов внутреннего происхождения, вызы­ваемых растяжением или повреждением тканей, важную роль играет простагландин Е, синтез которого может блокироваться аспирином.

249

Мотивационная и эмоциональная активация

но сразу же опять полезет нюхать эту сигару, обжигаясь во второй, третий раз. Сходную реакцию можно наблюдать, если воткнуть ему в кожу острый предмет: щенок отскочит, но не предпримет ничего, чтобы избежать повторного укола, и не сделает никакого усилия, чтобы избавиться от прицепившегося к телу предмета. Для таких животных болевой сигнал не отличается от других стимулов; иначе говоря, у них не выработалась способность к реакции, необходимой для выживания.

Итак, вопреки тому, что предполагалось долгое время, реакция на боль не является врожденнойl. Напротив, она, очевидно, в большой степени зависит от первых навыков, приобретаемых после рождения, которые обеспечивают развитие мотивационных механизмов.

Сексуальность

У низших животных размножение составляет главное дело жиз­ни. Некоторые из них живут только до тех пор, пока не произведут потомства, и умирают, как только эта задача выполнена.

У таких видов продолжение рода жестко регулируется внутренними механизмами — нервными и гормональными. Эти последние, в част­ности, ответственны за эстральный цикл, которым определяется период, когда самка подпускает к себе самца. И эти же механизмы лежат в основе форм поведения, позволяющего самцу эффективно осу­ществлять спаривание: он не нуждается для этого в предшествующем опыте.

У высших млекопитающих, особенно у приматов, напротив, опыт все больше и больше берет верх над генетически детерминированным поведением. Так, например, в экспериментах, проведенных Харлоу (Harlow, 1966), молодые шимпанзе с рождения находились в частичной изоляции, причем были полностью лишены физического контакта с дру­гими детенышами; в результате эти животные, достигнув зрелого

Рис. 6.5. Самец обезьяны (слева), лишенный с са­мого рождения социальных контактов, не спосо­бен адекватно отвечать на поведение рецептивной самки.

1Здесь трудно согласиться с автором. Возможно, что дело не в отсутствии врожденной реакции на боль, а в отсутствии необходимого опыта избавления от неестественных раздражителей.- Прим. ред.

250 Глава 6

возраста, оказывались неспособными к спариванию. А самцы, детство которых протекало в полной изоляции, проявляли даже прямо-таки враждебное отношение к самкам в эструсе (рис. 6.5).

Подобные аномалии могут встречаться и у людей. Достаточно вспомнить описанный в начале книги случай с Виктором. Но из-за легко понятных этических препятствий это никогда не удавалось строго доказать.

Как бы то ни было, развитие навыков сексуального поведения у подростка или у молодого взрослого человека находится в зави­симости от жизненного опыта, а также от воспитания, полученного в рамках данной культуры. Очень важную роль в последующем сексу­альном поведении молодого человека или девушки играют «модели», воспринимаемые в семье. По-видимому, в этом отношении с сексом дело обстоит так же, как и с другими аспектами нашего поведения. Подобно тому как жестокие родители чаще всего в свои детские годы подвергались грубому обращению, так и люди, в большей или меньшей степени заторможенные в сексуальном плане, часто происходят из семей, в которых сексуальные побуждения сильно подавлялись.

Но что больше всего определяет формы проявления секса у людей данной семьи, так это влияние той культуры, к которой она при­надлежит. Существуют запреты, общие для всех культур, например запрет кровосмешения. Что касается других проявлений сексуальности, то каждая культура обладает своим подходом к тому, что позволено, а что нет. Некоторые культуры одобряют практику мастурбации или гомосексуализма, другие запрещают ее. Одни культуры приветствуют начало половой жизни до брака или допускают даже супружескую измену, другие же строго за это наказывают.

Однако в этих культурных «кодексах» неизбежно со временем про­исходят изменения. То, что запрещалось вчера, допускается или даже поощряется сегодня. Таким образом, оценки беспрерывно изменяются, а вместе с ними и поведение (см. документ 3.3).

В западных странах сексуальные отношения продолжают частично мотивироваться необходимостью продолжения рода; однако они все чаще рассматриваются как источник удовольствия и как способ вы­ражения любви и нежности к партнеру.

Многочисленные опросы, проводимые со времен анкет Кинси (Kinsey), показывают, что молодые мужчины достигают оргазма в сред­нем немногим больше трех раз в неделю. У людей 45 лет и старше эта цифра уменьшается до одного раза в неделю. Однако относительно этой группы людей нужно отметить, что сексуальная активность в период зрелости и старости во многом зависит от ее проявления в молодости. Сексуальность, как и другие аспекты нашей активности, может расцве­тать и сохраняться только в том случае, если она была и продолжает быть объектом постоянного интереса.

Женщина и сексуальность. Одно из важных различий между челове­ком и его ближайшими родичами -человекообразными обезьянами -состоит в том, как выражается сексуальность у женского пола. Действи

-Мотивационная и эмоциональная активация 251

тельно, женщина — кажется, единственное существо женского пола, спо­собное испытывать оргазм, который, по мнению некоторых авторов, представляет собой недавнее эволюционное приобретение, тесно связан­ное с развитием сексуальности у человека. Кроме того, только женщина может быть сексуально активной в течение всего года и способна сохранять эту активность после менопаузы1, когда прекращаются вы­бросы гормонов, ответственные за менструальный цикл. Известно так­же, что женщина в отличие от самок других видов, рецептивных (доступных для самцов) только в период овуляции, остается рецептив­ной постоянно и может быть даже более рецептивной в дни непосредст­венно до или после менструаций (Bancroff, 1981). Некоторые исследо­вания показывают, что эта психологическая активация, видимо, под­держивается облегченной в этот период физиологической активацией. Действительно, удалось выяснить, что в это время визуальные или звуковые эротические раздражители быстрее вызывают приток крови к стенкам влагалища (явный признак возбуждения), чем в другие периоды.

Кроме того, многочисленные данные недавно подтвердили существо­вание сходства сексуальной реакции у обоих полов. Это привело ученых к выдвижению новых гипотез, касающихся природы оргазма. В до­полнении 6.5 мы выскажем свою точку зрения по этому вопросу.

Гомосексуальность. Гомосексуальность -еще одна черта, свойствен­ная, как нам кажется, в основном представителям человеческого рода. Действительно, у большинства животных гомосексуального поведения не существует. Когда оно у них встречается, так это всего лишь игры, при которых сексуальное возбуждение полностью отсутствует. Послед­нее может проявляться у самцов обезьян только в условиях неволи.

У людей же подобную практику можно встретить во всех обществах, и ее распространенность остается постоянной независимо от культуры и эпохи (Whitman, 1983). Чаще всего к ней относятся по меньшей мере терпимо. В 40-х годах две трети из 76 обществ, обследованных Фордом и Бичем (Ford, Beach), фактически продемонстрировали терпимость по отношению к гомосексуализму.

Опросы, проведенные Кинси (см. документ 3.3), так же как и более поздние исследования, позволили установить, что 2-4% людей являют­ся чистыми гомосексуалистами, и большинство из них относительно хорошо чувствует себя в обществе. Опросы Белла и Вейнберга (Bell, Weinberg, 1978) показали, что всего лишь 13% мужчин и 5% женщин среди гомосексуалистов чувствуют некоторую вину и смущение из-за своей сексуальной направленности.

Гомосексуальным парам свойственны те же формы полового поведения, что и гетеросексуальным парам. Оно выражается в поцелуях, ласках, буккальногенитальных контактах, взаимной мастурбации и реже

* Можно думать, что и сама менопауза свойственна только женщине: самки других видов остаются плодовитыми до конца жизни.

252 Глава б

(у мужчин) анальным совокуплением. По-видимому, у лесбиянок на­блюдается большее удовлетворение с большим числом оргазмов, чем у женщин с гетеросексуальными отношениями. Это объясняют тем, что женщина лучше знает анатомию своей партнерши, мужчины же в основ­ном проявляют незнание этого предмета.

Большинство гомосексуалистов, будучи молодыми, впервые имели контакт с ровесником, а не с «извращенным» взрослым, как это часто думают. Исследования, однако, показали, что сексуальная направлен­ность определяется еще в детстве и что предрасположенность к гомо­сексуализму, видимо, проявляется задолго до этой первой встречи. Две трети опрошенных лесбиянок1 заявили, что они в детстве чувствовали себя скорее «мальчиком», чем девочкой, отдавая явное предпочтение играм и игрушкам для мальчиков. Точно так же у двух третей мужчин-гомосексуалистов наблюдалась в детстве обратная картина.

Хотя такого рода данные наводят на мысль о возможном влиянии гормонов с самого начала развития организма, до сих пор ни одного биологического факта выявить не удалось. И напротив, очевидно, что события, пережитые в детстве, играют большую роль в той направ-

1И только 20% женщин с гетеросексуальной ориентацией.

Мотивационная и эмоциональная активация 253

денности, которая разовьется у ребенка при наличии определенной предрасположенности. Тесные контакты ребенка с родителями того же пола, а также неловкое чрезмерное покровительство родителя противо­положного пола, общество детей только того же пола или, наоборот, только противоположного пола также могут способствовать развитию гомосексуальных тенденций.

С начала 70-х годов гомосексуальные отношения не преследуются законом, соответствующие склонности не рассматриваются как «бо­лезнь» или «разврат». В наше время гомосексуальность все больше и больше воспринимают, по крайней мере теоретически, как «стиль жизни» хотя и меньшинства, но насчитывающего как-никак более ста миллионов человек.

Материнское поведение

У низших животных материнским поведением управляют врожден­ные пусковые механизмы, которые одновременно ставят его в зави­симость как от гормональных факторов, так и от стимулов, исходящих от детенышей.

Молодые, еще не рожавшие крысы-самки, например, приобщаются к материнскому поведению уже в результате одного того, что долго находятся вместе с выводком малышей. Но это поведение станет вполне эффективным лишь в том случае, если ввести плазму крови от крысы -матери, содержащую необходимые для этого гормоны.

Мы видели, что некоторые действия, тесно связанные с материнст­вом, такие, например, как устройство гнезда, находятся под влиянием предшествующего опыта обращения с материалами, предназначенными для данного вида деятельности (см. гл. 1).

Чем выше мы поднимаемся по эволюционной лестнице, тем значи­тельнее эта роль предшествующего опыта. Молодые обезьяны-самки, содержавшиеся в изоляции в период детства, во взрослом состоянии оказываются неспособными нормально обращаться со своими дете­нышами. По отношению к ним они проявляют явное отсутствие инте­реса, и дело доходит даже до агрессивных действий (рис. 6.7). Однако у большинства из них все, видимо, налаживается с рождением после­дующих детенышей, как будто опыт общения с п