info@syntone.ru   +7 (495) 507-8793

Тайна живой планеты

Где это было: Весенний Всесинтоновский Слёт в Хотьково (май 2004 г.)

Посвящается всем хорошим людям. А тебе — в первую очередь.

Ку, родные!

Всем вам известно, что недавно во вселенной Синтон была обнаружена таинственная планета, названная Живой. Многие цивилизации отправили свои экипажи для того, чтобы раскрыть её тайну. Однако немногим известно, что же происходило на этой планете. Поэтому я, пацак Маленький Цык, берусь за нелёгкий труд хоть чуть-чуть описать события, которые случились со мной во время экспедиции на Живую Планету.

(Ещё раз Ку. Это изменение внесено после нескольких дней моей работы над отчётом. Правильнее будет назвать отчёт «Как Маленький Цык летал на Живую Планету, и что там увидел». Такая тематика обусловлена моим любимым эгоцентризмом и прочими чертами характера, из-за которых я рассказываю только о том, что происходило со мной, а не вообще. После этих слов я настоятельно желаю вам приятного прочтения.)

Планирование

Прибытие нашей экспедиции из вселенной Кин-Дза-Дза на планету планировалось совершить постепенно. Сначала высадится грузовой пепелац, который привезёт на Живую Планету (далее ЖП) еду, городище и личные вещи многих плюкан, которые прибудут впоследствии. В состав первой команды вошли достойные пацаки и чатлане Техник, Мика, Яло, Саша, Глен и ваш непокорный слуга Маленький Цык. Наша задача состоит в том, чтобы прибыть на место, установить городище, разведать местность и начать обмен Кц на Гравицаппы с представителями других цивилизаций. Чуть позже по времени, к вечеру, прибудет второй маленький пепелац, который привезёт старейшин нашего Плюка, Мию и Айка. На следующий день планируется прилёт самой Госпожи ПЖ и Дяди Би на личном белом пепелаце. Остальные члены экспедиции доберутся вместе системой всевселенских транспортов, называемых электричками.

День 0. 30 апреля по местному календарю

Как известно, правителем вселенной Синтон, уважаемым Козловым, были установлены жёсткие правила пребывания на ЖП. В частности, нельзя было говорить плохие слова кроме Кю, и пить луц. В пепелаце было очень тесно, и удобно сидеть можно было лишь обнявшись с родными плюканами. Мы развлекались разговорами, смотрели в иллюминаторы. За бронированным стеклом проплывали поражающие своим разнообразием пейзажи. Рядом с нами мчались другие пепелацы, спешившие по своим делам. Вскоре мы приблизились к центру нашей метагалактики, называемому Москвой. Движение по спиральному рукаву, или МКАД, опоясывавшему Москву, оказалось замедленным из-за присутствия многих тысяч пепелацев, скопившихся на звёздных орбитах. Из-за скуки часть экипажа впала в анабиоз. Бодрствовали только капитан Техник и бесстрашный эцилопп Мика, который был штурманом.

Через некоторое время мы выбрались из вселенского вихря и понеслись по звёздному рукаву, в котором находилась наша вожделенная ЖП. Мы вышли к звёздной системе, но не сразу нашли орбиту нужной планеты. Галактическая карта врала, и мы не раз сказали Кю в адрес её составителя. Пришлось остановиться у главной звезды Хоть-Ково и спросить аборигенов. Однако аборигены были темны и не знали путей и местонахождения планеты. Капитан и штурман вышли на связь с Госпожой ПЖ и вскоре получили координаты. Поскакав по орбитам, мы, наконец, нашли нужную и вышли на звёздную траекторию. Здесь нас встретили первые трудности.

Орбита представляла собой просеку в елово-берёзовом лесу, уходящую вдаль на много парсеков. Посередине проходила ЛЭП. По краям скопилось огромное количество космического мусора. Повсюду валялись части пепелацев, а неподалёку в траве утонул проржавевший корпус одного из них. Из-за метеоритного дождя земля была мокрой и грязеобразной. Стало ясно, почему ЖП открыли так поздно. Посовещавшись и сходив на разведку, экипаж решил бесстрашно продолжить путь. Однако пепелац несколько раз застревал, приходилось выталкивать, а грязи впереди только прибавлялось. Капитан сказал: «Никто не говорил, что будет легко!» Мы остановились, и Мика с Сашей отправились в дальнюю разведку, взяв рацию. Остальные бродили вокруг пепелаца и исследовали местность. Несмотря на загрязнение и запустение, даже в этом месте теплилась жизнь — мы встретили неподвижный пепелац, в котором какие-то инопланетяне занимались своими делами. Мимо нас прошло несколько членов других экипажей, направляясь к ЖП. Мы были на верном пути.

Вскоре вернулась разведка. Они принесли трудные вести — впереди орбиту пересекал глубокий овраг, пересечь который пепелацу было не под силу. Мы были так близки к нашей цели, но не могли высадиться на планету прямо в пепелаце. Посовещавшись, группа решила разбить временный лагерь в верхних слоях атмосферы, дождаться остальных членов экипажа и вместе перенести нашу экипировку через атмосферный слой, оставив пепелацы на геостационарной орбите.

Мы развели костёр и разбили временный лагерь, растянув мономолекулярную плёнку около пепелаца. Затем приготовили еду, купленную в водородных недрах Хоть-Ково. Вскоре на орбите появился незнакомый пепелац, разогнался по эклиптике и попытался проскочить атмосферу, но тут же завяз в грязи. Мы помогли ему выбраться. Мимо неспешно проносились представители других цивилизаций, им на ножном приводе грязь была не страшна. Всех мы встречали громким и приветливым Ку!

Когда небо затемнилось, и загорелись первые звёзды, прибыл пепелац — капсула Мии и Айка. Нашей радости не было предела — так, что от эха радостного Ку! проснулись даже слепоглухонемые черверыбы замёрзшей планеты Ых. Своим радужным биополем Мия согрела холодную ночную атмосферу ЖП, всем стало тепло и весело, уверенность в успехе экспедиции разгорелась с новой силой. Ярко пылал костёр, разожжённый из досок, выброшенных на орбиту космическим ветром. Тем временем ещё и ещё прилетали пепелацы. Представители других цивилизаций смотрели на нашу бедную капсулу, и были более осторожны. Если кто-нибудь застревал, то мы всеми усилиями помогали ему выбраться. Капитан и его смелый не по годам сын отправились в разведку на ночную поверхность ЖП и там вступили в контакт с другими экспедициями. Им удалось выменять несколько коробков Кц взамен на гравицаппы. Я так устал, что забрался в термопакет, загерметизировался по самый нос и тут же уснул. Свидетелями дальнейших событий были только остальные плюкане да ночной мрак. Доброй ночи, Ку!

День 1. 1 мая по местному календарю.

Свежее утреннее солнце коснулось лучами атмосферы Живой Планеты. Небо окрасилось в голубой цвет, живые существа затрепыхались в своих гнёздах и вскоре огласили простор полными радости криками. Когда студёный, как вода в весеннем ручейке, воздух полился в мои лёгкие, а лучик солнца, проникший через мономолекулярную плёнку, упал на закрытые веки, мой организм осознал затёкшесть своего положения и проснулся. Вселенская судьба подарила вашему непокорному слуге новый день жизни и я, счастливый, гордо вылез из термопакета прямо в верхние слои атмосферы ЖП. Доброе утро, родные, КУ!

Полный надежд капитан капсулы Айк проснулся раньше всех и, взяв лом и домкрат, отправился вытаскивать свой пепелац. Однако его попытки оказались лишь бесплодным почкованием. Мы сели вокруг разожжённого костра вместе с юнгой Сашей, сыном Техника, и увидели бескрайнее голубое небо. От пылевых облаков не осталось и следа. Яркий солнечный свет поднял и остальных членов команды. Выбрались из-под плёнки Техник и Яло, выковырнулся из гермопакета помятый, но живой Глен. Проснулась Мия, и, выйдя из палатки, огласила космос весёлым утренним Ку. Полные радости, мы поставили на стол самовар, символ гостеприимности Плюка, и громким Ку! зазывали всех проходящих мимо на чай. А представители иных цивилизаций проходили мимо всё чаще и чаще, и многие приветствовали нас на языке своих планет. Проезжали невиданные пепелацы. Вскоре большая группа галактических путешественников подошла к нашему столу и предложила помощь. Все мужчины как один были стройны и сильны, как плюкане, а женщины по красоте не уступали нашим. Лидер их экспедиции привязал канат к носу капсулы, все взялись и потянули. Даже с выключенной гравицаппой капсула вылетела из лужи, как пацак из эциха. Вот что значит сила межгалактической дружбы! Затем все выпили чаю с печатным пряником с Плюка, и иной экипаж спустился на поверхность ЖП.

Пришёл сигнал от Госпожи ПЖ о том, что они отправились в перелёт. Остальные силы плюкан уже давно были в пути и скоро прибудут на станцию в Хоть-Ково. Техник уехал за ними на своём пепелаце. Наша команда начала переброску вещей на поверхность ЖП, заодно подыскивая место для городища. Тут я впервые увидел Живую Планету!

Если спускаться через атмосферу по лесной просеке, то перед огромным оврагом вы увидите небывалое скопление пепелацев. Рядом странные на вид, ярко одетые, миролюбиво настроенные представители других цивилизаций вытаскивают свои вещи. Овраг пугает только видом, любой плюканин, даже будучи тяжело нагруженным, безо всяких усилий поднимется на гравитационное искривление и узрит бесконечную даль лесной просеки, озарённую яркими лучами солнца. Дальнейший путь выводит к огромной поляне в лесу, где там и тут среди деревьев торчат палатки участников экспедиции. На самом открытом месте владыки вселенной Синтон уже соорудили нечто вроде из амфитеатра из огромных берёзовых брёвен. Однако почва настолько насыщена драгоценной влагой, что гулко хлюпает под ногами и некоторые места непригодны для стоянки. Несмотря на это, Мика нашёл обширную поляну среди берёз, пригодную для установки городища. Мы бросили пожитки, оставили юнгу на охрану и отправились назад.

К моей неизмеримой радости, Техник уже привёз в верхние слои атмосферы многих плюкан. Нас радостно встретили Ани, Куля, Ким, Александра, Анрил, Айсан, Ульяна и Alonze Mozley, которого для краткости буду звать Димкой, а также незнакомые мне Алиса и Паша с отдалённых районов Кин-Дза-Дзы. Все громко кричали Ку! и расспрашивали нас о прошедших событиях. Они были в чистых одеждах и не знали наших приключений в грязи на орбите ЖП. Вскоре Техник привёз в пепелаце Таа, Рамиила, Аминтас, Чюлка и Бибурата, моего давнего товарища. В их глазах светилась радость. Все отправились переносить вещи через атмосферу. По пути я помог тащить пару пакетов молодым иногалактянкам. Через прозрачную поверхность пакетов стало ясно, что питаются они тем же, что и мы — то есть огурцами, помидорами и капустой.

Когда все мелкие вещи были переброшены на орбиту, настал черёд многотонной упаковки с городищем.

Техник подогнал пепелац с ней как можно ближе к гравитационному оврагу. Самые сильные плюкане подняли упаковку на многокилометровые опоры и перенесли через овраг, поменялись составом и продолжили путь. Когда всё барахло оказалось на поверхности возле лагеря, я так устал, что даже пропустил момент прилёта Госпожи ПЖ и Дяди Би. На своём белом пепелаце они привезли из центра метагалактики двух незнакомых плюканок, Нимб и Бомж Бруевич, а также остальные вещи. Радость и счастье от появления ПЖ наполнили нас силой, и мы со смехом и весельем установили многокилометровый купол городища на десятки ажурных опор. Наш новый дом гордо возвышался среди берёз и был самым большим среди всех экспедиций. Все с радостью взирали на достижение технических высот Кин-Дза-Дзы.

Кроме того, наш лагерь был оборудован множеством столов и стульев, а также плитой на аргоновой плазме, над которой, на головокружительной высоте, ловкий Рамиил подвесил к берёзе лёгкий и белый купол от звёздного парашюта.

Пришла пора всем экспедициям собраться и представить себя владыкам вселенной Синтон. Мы переоделись в национальные Кин-Дза-Дзайские костюмы, отличающиеся красотой и яркостью. Альфийки вплели в волосы разноцветные пушинки, пацачки и чатланки украсились бахромой и колокольчиками. Мужчины оделись просто, но красиво. Нас можно было увидеть за световой год, а услышать за парсек! Так мы отправились к амфитеатру. Там уже присутствовали десятки инопланетян, и каждую минуту прибывали всё новые и новые. Все они были необычно одеты, красивы лицами и приветливо улыбались, весело разговаривая. Когда мы уселись, в центр вышел один из владык Синтона, и тепло приветствовал всех нас. Затем он объявил, что сам повелитель вселенной Синтон Козлов только что отбыл из галактики Владивосток и может телепортироваться на ЖП с минуты на минуту.

Затем последовали представления экспедиций. Всего было больше двадцати цивилизаций, и я не запомнил всех. Самыми яркими и причудливыми были названия «Зверьё Моё», «Охмурята», «Бардель», «Зелёные Пальцы», «Телеграфные столбы», «Мафия», «Силиконовые», «Тихие Техники», «Дельфины», «Викинги», «Шабаш», «Друиды», «Майские Глюки» и «Хомята», у которых был красивый стяг с изображением буквы «Х», а у капитана их команды — необыкновенно большие щёки, за которыми он что-то прятал. Мы по очереди приветствовали друг друга, а когда всё закончилось, разошлись по лагерям. Надо было ещё очень много сделать по хозяйству.

Хозяйство, кстати, было организовано очень хорошо. Пластиковую кашу, приготовленную из разнообразных продуктов — гречки, риса, с тушёнкой или сгущёнкой, подавали по нескольку раз на дню. Всегда можно было попить чаю или кофе с печеньями. Кроме того, было много и простой воды, которую мы привезли с собой с далёкой планеты. Вода была холодная и приятно щипалась во рту. Она называлась на другом языке — Lipetskaya. Так что в экспедиции кормили в тыщу раз лучше, чем у меня дома на Плюке. Каждую неделю участвовал бы в экспедициях, да вот только планеты открывают нечасто.

Незаметно пролетело дневное время. На вечер намечается культурное театрализованное мероприятие, которое приготовила каждая из экспедиций. Мы маленько отрепетировали, оделись ещё красивей и отправились на поляну. У всех плюкан были разноцветные яркие мигалки, которые раздал Техник. Настроение — самое расколбашенное. Из выступлений других команд я видел мало что из-за того, что стоял последним в ряду и на мне были тёмные очки. Оказалось, что Силиконовые — единый организм, каждый член которого — какой-то орган. Порадовало выступление экипажа «Шабаш», видимо, их цивилизация состоит преимущественно из детей школьного возраста, которые порабощены нечистой, но очень весёлой силой.

Наконец-то пришла наша очередь выступать. Мы вышли в центр, и сотни инопланетных глаз заблестели в темноте. На нас ярко сверкали светодиоды. На нас падал свет прожекторов. Но Театру Абсурда галактики Кин-Дза-Дза не привыкать! Наше выступление было самым ярким, красивым и весёлым! Мы вызвали море оваций и океан аплодисментов!

Когда всё кончилось, счастливая команда вернулась в лагерь. Но в нашем стане костёр угас, а дров не было, поэтому я решил попросить приюта у других экспедиций. В темноте неподалёку ярко горело пламя. Я направился к нему через хлюпающую лесную землю и вскоре оказался в круге света. Трое инопланетян уставились на меня.

— Привет вам, родные. Можно у вашего костра погреться? (как можно жалобнее)

— Конечно можно. Садись.

Любая цивилизация во вселенной Синтон не откажет в помощи умирающему с холодрыги. Я распростёрся над пламенем. Тепло коснулось ладоней рук. Инопланетяне продолжили разговор:

Двое ушли, и у костра осталась инопланетянка с лицом неземной красоты. Она заботливо раздувала пламя туристическим седалищем. Я не знал обычаев ихней планеты, поэтому решил греться и вести себя как можно скромнее, то есть поменьше говорить. Девушка тоже была озабочена обогревом своих ног, так что поняла мое стремление просушить ноги отдельно от носков и ботинок. Вскоре холод покинул тело, пришло блаженное тепло. Из других лагерей доносилась незнакомая музыка, кто-то пел песни, которые я никогда не слышал. Откуда-то раздавались гулкие удары бубна. Когда я совсем согрелся, то поколол им дрова и с благодарностью покинул лагерь. Больше я не приходил к ним, но лицо девушки с неизвестной планеты в отсветах жёлтых языков костра навсегда осталось в моей памяти. Кстати, её зовут Наташа — встретите, передайте привет.

В нашем лагере сидят наши, поют под гитару. Поскольку я согрелся, то решил идти спать. Когда с головой я загерметизировался в термопакет, то понял, что могу пропустить. Целую ночь, когда люди поют под гитару, знакомятся, слушают рассказы о чудесах вселенной, передают друг другу тайны цивилизаций — я могу проспать, прижав ноги к груди. Эти мысли вышвырнули меня из тёплого местечка, выбили из тёмных пологов городища. Вновь погрузившись в ночную тьму, я покинул лагерь и направился к поляне, откуда доносились удары бубна.

На поляне я застал тесный круг существ, собравшихся вокруг большого костра. Внутри круга расхаживал большой человек с бородой, обнажённый по пояс, и что-то рассказывал всем присутствующим. В руках у него был круглый бубен. Около костра сидело ещё несколько полуголых людей с разными бубнами. Над нашими головами простиралось тёмное небо, в котором таяли искры костра. Человек рассказал нам о музыке, которую поёт далёкий и таинственный народ, переживший многочисленные беды и гонения. Эта музыка зарождается в груди, бьётся на дне живота, вырывается изо рта и объединяет сердца и души тех, кто её поёт. Эта музыка проста, и её можно играть, как хочется, и всегда будет красиво. Затем он сказал всем закрыть глаза, замолк и ударил в бубен.

Мы начали петь. Сначала это было нестройное гудение, простирающееся на километры вокруг. Потом оно слилось, и стала появляться первая музыка. Она лилась со всех сторон, билась вместе с сердцем согласно ударам бубна. Я начал подбирать мелодию, и моё сознание растворилось в ночной темноте. Осталась только эта музыка, которую играли десятки людей вокруг. Удары бубна звучали всё чаще, кто-то запел. Я ощущал себя глубокой вибрацией, постоянным гудением и вообще ничем. Время исчезло. Потом кто-то громко крикнул, и песня прекратилась. Мы вернулись в свои головы и открыли глаза. Стояла тишина, а внутри тела всё стало как будто бы целым и очень спокойным.

Затем человек научил нас следующей песне. Это были три простых слова, которые надо было повторять в ритм всё быстрей и быстрей. Вряд ли эти слова что-то значили, но когда мы запели их, то сила и свежесть наполнила нас и потекла по кругу вокруг костра, вокруг деревьев, вокруг людей, бьющих в бубны. Когда мы закончили песню, в груди как будто остался чистый родник, который наполнял тело.

Третья песня была чуть сложнее. Женщины должны были постоянно повторять один и тот же куплет. Мужчины вступят в партию тогда, когда почувствуют, что им хочется петь. Все опять закрыли глаза. Сперва слышался только хор женских голосов, красивый как закатные лучи солнца. Потом первый мужчина крикнул слова песни, затем ещё один голос вступил в ритм. Вскоре мощное течение сильных голосов подхватило песню, и лес наполнился биением ритма. Я почувствовал древнюю, первородную силу, объединившую людей, поющих около яркого костра. В эту музыку каждый был волен вставлять свои слова, как и в жизни.

Это была предпоследняя песня. В заключение мы исполнили простую колыбельную, где каждый пел свою собственную песню, которую сочинял на ходу. Она была тихой и красивой. Все успокоились, но усталости как не бывало. Человека, который бил в бубен у костра, попрощался и ушёл.

После пения я решил побродить по лагерям и посидеть с незнакомыми людьми вокруг костров. Первая компания была молчалива, и я не задержался надолго. Вторая оказалось веселее — наверно оттого, что я радостно и любезно представился от имени всей Плюканской экспедиции. Это оказалась экспедиция «Тихие Техники». У костра сидели и другие гости. С ними был бард, который красиво пел и играл на гитаре. Дрова в костре горели, но не давали тепла, и через некоторое время компания стала расходиться. Я вернулся на поляну, где мы пели удивительные песни, но там стояли всего трое молодых исследователей, и грелись у остатков прогоревшего костра. Когда мы стали рассказывать друг другу анекдоты, то оказалось, что все их уже знают. Я предложил им идти спать и отправился сам. Но сон не шёл, и я почесал ещё к одному костру. Это был лагерь «Бардель», который назывался так потому, что там были барды, и росла ель. В лагере находилась только одна инопланетянка, которая собиралась поесть и отправиться на боковую. Во всём лесу уже затихли голоса, стало тихо и спокойно. Я понял, что теперь реально пора спать. С этой идеей я вернулся в наш лагерь, зарылся в термопакет и дальше, вероятно, спал, поскольку ничего не помню.

День 2. 2 мая по местному календарю.

Поздравляю, родные мои. Вот уже два дня наша экспедиция находится в диких и не обустроенных условиях Живой Планеты. Поздравляю! Жизнь продолжается! С этой мыслью ваш непокорный слуга Маленький Цык продрал глаза и вылез из палатки. Стояла прекрасная погода, и солнце разгоняло остатки утреннего холода с высокого безоблачного неба.

После умывания и небольшого завтрака я прихватил топор и отправился в лес по другую сторону просеки. Не успев отойти от лагеря, я увидел… Я сразу его узнал! Да! В белых одеждах, лёгкой походкой среди горделивых берёз шёл сам повелитель вселенной Синтон! Полным радости голосом я приветствовал его:

-Добрый день, Николай Иванович!

-Привет!

Радостные приветствия послышались и со стороны нашего лагеря. Теперь, когда на ЖП прибыл сам Козлов, я понял, что всё будет хорошо и экспедиция увенчается успехом. С лёгким сердцем я углубился в девственный еловый лес.

Местный лес богат муравейниками и щедр на высохшие ёлки. Муравейники очень крупные, по пояс, а ёлки высокие и лёгкие как пушинки. Среди крон деревьев постоянно поют птицы. Между стволами лесных великанов просторно и свободно, и, когда яркий свет падает через смешение веток, на земле и деревьях образуется удивительно красивый узор из ярких пятен. Под ногами лежит мягкий ковёр из опавшей хвои. Я без труда отыскивал сухие деревья, рубил их и приносил в лагерь. С таким количеством дров я могу быть уверен, что у нас всегда будет яркий и тёплый костёр.

В лагере меня ждали хорошие новости. Во-первых, на второй день приходится много свободного времени для отдыха перед Большой Игрой. Во-вторых, днём владыки Синтона будут давать демо-занятия для всех желающих. И последнее, вечером именно в нашем лагере Козлов будет отвечать на любые вопросы всем желающим.

В связи с последней новостью народ живо двинулся обустраивать лагерь для такого количества гостей. Те, кто не пошли на демо-занятия, пилили и носили дрова, расширяли количество посадочных мест у костра, ставили дополнительные столы для самоваров. Когда образовалась свободная минутка, я тоже сходил на одну из демок, посвящённую уличным знакомствам. Именно тогда я и узрел огромное действо, происходящее на главной поляне — сотни человек совершали нехитрые телодвижения с огромным размахом и диким ритмом минут двадцать. Это был тренинг сексуального творчества, который проводил Незовибатько. Как я потом узнал, у всех участвующих в тренинге остались самые тёплые воспоминания.

После обеда наступил конкурсный этап. Нас распределили «кто к какой экспедиции на конкурсы пойдёт». Члены нашей экспедиции тоже достойно проявили себя в различных испытаниях.

Я походил по вечерним демо-занятиям и рано лёг спать. Завтрашний день обещал быть напряжённым.

День 3. 3 мая по местному календарю.

На Живой Планете настало ещё одно доброе утро. Лагерь стал привычным и знакомым местом, а обстановка экспедиции — как у себя дома. Я с удовольствием проснулся за полчаса до утренней зарядки, которую проводил Козлов. Мы с Гленом принесли воды из источника, заодно омыв лица студёной водой. Затем я направился на поляну.

Николай Иванович организовал необычную зарядку. Одновременно это был и тренинг лидерства, и отработка контроля аудитории, и работа с энергетикой. В центр выходил любой желающий провести пару упражнений, а Козлов учил его, как можно сделать это быстрее, веселее и энергичнее. Желающих было много, и всякий лучше прежнего. Поэтому зарядка прошла очень успешно и всякий, кто участвовал, стал готов к большой игре на все 110%.

После зарядки Мия встретила Николая Ивановича и пригласила в гости на Кин-Дза-Дзайский завтрак. Козлов с охотой согласился и вскоре оказался в нашем лагере, где ему предложили почётное место во главе стола. Он с охотой отвечал на наши вопросы, проявляя при этом безграничную мудрость и глубину ума.

Я берусь воспроизвести по памяти его беседу с Плюканами. Айк поднял интересную тему:

-Николай Иванович, вот мой трёхлетний ребёнок чрезвычайно пристрастился к компьютеру. Он просит включить компьютер, садится и делает что-то своё, а когда надо прекращать, то он не хочет вылезать и плачет до крика. Что мне делать?

Козлов поднял свою чашку с чаем так, чтобы она была видна всем, и сказал:

-Вот я беру чашку и начинаю выливать чай себе на голову. При этом я спрашиваю — ой, почему чай льётся? Кто у тебя в семье главный? Ребёнок или ты? И ребёнок должен об этом знать. Подойди к нему и скажи — здравствуй, вот папа пришёл. И папа будет тебе говорить, что можно, а что нельзя делать. Твой сын месяц или два будет всеми силами сопротивляться, но когда поймёт, кто главный, то станет шёлковый.

-Значит, детей надо строить?

-Детей надо обязательно строить, иначе они вырастут безвольными тряпками. И при этом постоянно напоминать ребёнку, чтоб знал — папа тебя любит. Скажи, кто тебя любит? Правильно, папа. И попробуй от этой любви куда-нибудь деться. При этом в ребёнке нужно воспитать достаточно озорства и здорового хулиганства.

-А какие последствия будут у такой дисциплины?

-Дети будут настоящими бойцами. Сильными, энергичными, пробивными.

На лице Техника расцвела широкая улыбка. Он протянул руку и сказал:

-Николай Иванович, спасибо вам. Я своих детей так и воспитываю, по тем же принципам. Дайте пожму вашу руку! А как быть с другой половиной — вот я вижу, что моя жена делает значительные послабления детям.

-С мамой надо договориться заранее. Пусть она говорит ребёнку, что главный в семье — папа. А папа говорит, что в семье главная, конечно, мама. И к тому же мама самая любимая.

Николай Иванович беседовал и на другие темы, раздавал автографы. Все присутствующие Кин-Дза-Дзайцы притихли в благоговении перед создателем вселенной Синтон. Я встретился глазами с Мией. Они лучились счастьем и гордостью за нашу экспедицию. Именно она открыла портал во вселенную Синтон в галактике Кин-Дза-Дза, и вот теперь, через много лет, мы собрались здесь.

После беседы все экспедиции явились на главную поляну, для того чтобы выслушать новость от владык Синтона. Новость оказалась шокирующей. Живая планета стала нестабильной. По всей поверхности начались землетрясения, открылись вулканы и прочие природные кошмары. Планета гибнет. Но и мы погибнем с ней, так как все навигационные приборы на наших кораблях вышли из строя. Однако планету можно спасти! Для этого надо починить реактор, сперва отыскав информацию о его местонахождении и способах починки.

Все экспедиции займутся сбором информации по отдельности друг от друга. Когда всё нужное будет найдено, то сообща команды бросятся на спасение планеты. И лучше не думать о том, что произойдёт, если…

Итак, в команде поиска семь человек. Есть сильные, есть ловкие, есть умные. Между испытаниями членов команды можно заменять, но только шесть раз. Мы отправляемся на полосу препятствий сразу после того, как её покинет команда Силиконовых. Что внутри, не видно. Ясно только насчёт первого испытания — нам предстоит пробежать с закрытыми глазами по дорожке, ограниченной верёвками. Тот, кто коснётся её, вернётся и попробует снова. Команда Силиконовых с весёлым шумом бегала по дорожкам, пока все оказались на той стороне. Тогда они скрылись из виду, а мы начали разрабатывать план прохождения и усиленно тренироваться. Вскоре от вернувшихся Силиконовых нам стало известно о последующих испытаниях — всё возможно пройти. Последнее — это пройти на двух досках как на лыжах, но многоместных, одновременно всей команде. Я видел, как двигались Силиконовые — они были поистине единым организмом. Двое сидело на плечах у остальных, а первый, могучий дядька, командовал — когда поднимать ноги.

Вот подошёл и наш черёд. В команду вошли ПЖ, Глен, Айсан, Дядя Би, Рамиил, Димка и я. Громадными шагами, чтобы не сбиться, мы по очереди неслись к финишу на голос группы поддержки. Очень быстро все добрались до следующего испытания — надо было распутать верёвку, взявшись за неё руками и не отпуская. Под чётким руководством ПЖ мы мгновенно решили задачу. Следующий этап тоже не занял много времени — надо было дотянуться от столба до столба цепочкой из всех членов группы. Но другое испытание было сложнее. По очереди все перебирались по бревну, над которым раскачивались подвешенные поленья. Заденешь их или коснёшься земли — начинай сначала. Пригнувшись, как кошки, мы ползли по бревну. Не все прошли сразу, но трижды тоже ползти не пришлось. И с этим мы справились быстро. Затем предстояло собрать головоломку-паззл, которая и являлась необходимой частью информации. Тут меня сменила Ульяна, которая гораздо лучше разбиралась в таких вещах. Перед передвижением на лыжах произошло ещё две замены — вместо ПЖ стал юнга Саша, которого сразу посадили на плечи, а вместо Ульяны в команду пришёл дюжий Паша, который нёс Айсан. Так они и двигались — всемером переставляя ноги. Руководил Димка. Они несколько раз сбивались с ритма, но потом шли чётче и чётче и, наконец, достигли финиша — огромной ели, росшей в центре поляны. Все несказанно обрадовались успеху и бросились обниматься. Теперь у нас было много времени на отдых, пока остальные команды не закончат полосу препятствий. И после обеденный перерыв.

Почему-то я устал от шума и гама, который происходил в лагере. Захотелось побыть одному. Я направился в лес и вскоре скрылся в тени листвы. Пришлось зайти довольно далеко, прежде чем стихли голоса и крики. Я уселся на ствол поваленного дерева и глубоко вдохнул мягкий лесной воздух. Солнце клонилось к закату, и его лучи, льющиеся сквозь лесную крышу, приобрели золотистый оттенок. Как мне хотелось такой тишины — наполненной тихим шуршанием ветра, огибающего стволы елей, пения птиц, потрескивания сухих веток. Вот почему эта планета называется живой — потому что жизнь наполнила весь мир вокруг тебя, и повсюду тихое и незаметное, но неостановимое движение. Это дом, где нет ни стен, ни потолка — вместо них деревья и небо. Даже пола нет, ведь земля — это такое же пространство, в котором все живёт и движется. Это дом, где легко и свободно, где ты — это ты и есть, а не актёр, пытающийся удержать рассыпающийся грим. Где впервые встреченный человек — не чужак и незнакомец, а родной тебе и близкий. Это — умиротворение. Всё это — умиротворение. Умиротворение. Найдите в себе это чувство, поднимите его на руки и разогрейте. Оно разольётся по вашим рукам, и станет легко и свободно. Оно наполнит вашу грудь — и вы оторвётесь от земли, и медленно поплывёте вверх, к тёплому голубому небу. Ощутите его, и дайте выйти за пределы — тогда оно польётся вовне и подарит тепло и счастье всему, что вас окружает. Теперь, до и всегда — это есть с вами.

* * *

Наверно, тогда Живая Планета приоткрыла мне часть своей тайны. Из лесу я вернулся немножко, но уже другой. На поляне куча народу чинила реактор, и я был уверен, что у них получится. Просто спокойно уверен. Мимо шла госпожа ПЖ. Она велела ждать рядом, если понадоблюсь. Рядом играли в футбол. Я стал на ворота, час поиграл и уступил место другому. В лагере вершились хозяйственные дела, и время летело незаметно. Вдруг раздались хлопки и в небо взлетели разноцветные искры салюта. Видимо, мы спасли планету. На поляне заиграла громкая музыка, вскоре команды пригласили для объявления результатов. Я остался в лагере следить за костром. Напротив сидела Алиса. Когда раздался громкий крик «Кин-Дза-Дза», я вопросительно поднял на неё глаза. Она ответила:

-Наверно, нам большое место дали. Второе или третье. Но скорее первое. Мы ведь лучше всех подготовились. Я знала с самого начала, что мы победим. Когда мы разрабатывали программу, я очень старалась. А когда я что-то делаю, то всегда достигаю своей цели.

Я в молчании сидел рядом с человеком, который подготовил нам победу. Мы — госпожа ПЖ, Техник и все остальные, кто участвовал в экспедиции, донесли эту победу и поставили на то место, где ей и положено быть. Это было нелегко. Это было неизбежно. Именно поэтому сейчас я чувствовал радостное спокойствие, какое, наверно, бывает у дерева, когда внутри него текут тёплые летние соки. Это было настоящее «всё равно», когда мир снаружи равен миру внутри. Когда не замечаешь, как то, что ты задумал, оказывается, в какой-то момент претворяется в жизнь.

К вечеру организовали дискотеку и несколько психологических занятий в разных лагерях. Незадолго перед этим Мия и Айк покинули ЖП. Все тепло попрощались с ними, так, чтобы радости хватило до следующей встречи. Орбиту капсула покинула нормально и вскоре добралась до Плюка. Мы остались.

Ночные дорожки в лесу выложили горящими ароматическими свечками. Ветер нёс по траве приятный запах. Темнота пестрела яркими огоньками, и было видно, куда идти.

На поляне под громкую музыку и мигающий свет танцевали десятки людей. В белых вспышках взгляд на секунды вырывал из темноты улыбки и блестящие глаза. Тело подхватило ритм и постепенно слилось с ним. Голова перестала думать, веки закрылись, и я исчез в темноте. Я ощущал только движение тела и течение музыки.

Через некоторое время энергия вытекла наружу и растворилась в ночи. Я сел на бревно, музыка больше не завлекала. Чтобы хорошо отдохнуть, надо хорошо устать. Как сейчас. Спокойной ночи, люди, спокойной ночи, Живая Планета, всем спокойной ночи…

День последний

Утро доброе даже тогда, когда раздаётся крик Техника «Подъём за пять минут!» и сонные Плюкане, недовольно ворча, поднимаются из своих термопакетов. Нам надо возвращаться на родину, а перед этим — долгие сборы.

Разбираться — не собираться, и с каждым упакованным рюкзаком результат всё ясней и ясней. Разбором городища руководил Мика. Это было очень похоже на энергичную зарядку Козлова. Мика очень весело и чётко руководил нами, щедро хвалил успехи. Громадное городище было сложено за несколько минут. Затем мы стали перетаскивать вещи к пепелацам. Вокруг сновали и другие участники экспедиций. К полудню управились.

В последний раз я вернулся на нашу поляну. Она опустела, и только солнечный свет лежал на зелёной траве. Между деревьев не было видно ни палаток, ни людей. Только ветер гулял там, где раньше жили мы. Тогда я собрал то тепло, которым обогрел бывшее место жительства, тот уют и радость, которые, как и городище, установил на этой земле. Кое-где в нём запутались травинки, прилипли листки. Остались упавшие солнечный свет и прохладная тень. Пахло весной. Бережно свернул и положил в грудь над сердцем. Теперь наша родная Живая Планета всегда будет у меня в гостях.

Вы спросите, какой же сухой остаток у меня остался, когда я возвращался по лесной просеке к пепелацам? Самый что ни на есть сухой — это коробка печенья, которую я нёс на голове. И кое-что ещё…

В принципе, на этом можно и закончить. Можно и продолжить — например, о том, как мы неслись на пепелаце по звёздным рукавам домой, на Плюк. О чём говорили. А лучше не делать ни того, ни этого. Просто сменим этому повествованию качество — из букв превратим в звуки. А звуки вы услышите от любого участника экспедиции — только спросите его о том, как оно было — там, на Живой Планете. Они обязательно расскажут. Ищите их во вселенной Синтон.

Ку, родные! Ку!

Расскажите друзьям:

Похожие материалы
remove adware from browser