info@syntone.ru   +7 (495) 507-8793

25 золотых правил, которые должна знать каждая женщина 

Автор: Анджелис Б.

ПРЕДИСЛОВИЕ

ЖИВЕТЕ ЛИ ВЫ НАСТОЛЬКО ПОЛНО И ОСМЫСЛЕННО,НАСКОЛЬКО ВАМ ХОЧЕТСЯ?

Нет ли у вас такогочувства, что, сколько бы вы ни приобрели, чего бы ни достигли в своейжизни, вам все равно чего-то не хватает? Не ощущаете ли порой себя сосвоим партнером скорее соседями по комнате, чем любовниками? Некажется ли вам временами, что вы настолько заняты работой,воспитанием детей и стараниями преуспеть, что у вас не остаетсявремени и сил наслаждаться жизнью так, как, по вашему мнению,следовало бы?
В книге «Какизменить свою жизнь» Барбара де Анджелис, доктор философии,автор нескольких бестселлеров и известный специалист в областивзаимоотношений людей, показывает вам, как получить большееудовлетворение от жизни и увидеть в ней подлинный смысл прямо сейчас;не ждать, когда у вас прибавится денег, или когда вы подыщетеподходящего партнера, или добьетесь успеха, а сейчас — в каждыйконкретный момент. Она поделится с вами результатами глубокогосамоанализа и методикой, помогающей создавать больше подлинныхмоментов, связанных с вашим супругом, вашими детьми, вашей работой ивами самими, предложит способ, чтобы жизнь сама по себе очистилась инаполнилась повседневными чудесами. Она откроет:
Как вы, возможно,мешаете собственному счастью и как положить этому конец.
Почему деньги, успех идаже любовь не принесут вам радости, если вы не научитесь переживатьподлинные моменты.
Как можно резкоизменить свою жизнь, всего-навсего став собраннее.
Как независимо от вашейпрофессии отыскать свое истинное предназначение и жить им.
Как использоватьинтимные отношения в качестве трамплина для личностного и духовногороста.
Как пестовать душиваших детей и все же признавать их своими учителями.
Как ощущать духовностькаждый день и черпать силы из колодца от собственной внутреннеймудрости.
БЛАГОДАРНОСТЬ

Эта книга посвящается слюбовью и благодарностью моему любимому мужу Джеффри Реймсу, которыйдарил мне дни и ночи, наполненные подлинными моментами, и помоготкрыть Божественное здесь, на земле, а также моему дорогомучетвероногому другу Бижу, который, воплощение любви и преданности,терпеливо учил меня потихоньку ходить, часто играть и всегда бытьименно здесь, именно сейчас…
ВСТУПЛЕНИЕ

Я написала эту книгупотому, что сама нуждалась в ее уроках и напоминаниях. Я написала еепотому, что моей жизни, как и многим другим жизням, необходимо большеподлинных моментов. Я написала ее потому, что, как автор, знаю, чтосамое могучее средство самопостижения — это погрузиться вмолчание, вслушаться в тишину, описать то, что услышала, зная, чтослова, которые прошли через меня и попали на страницу, в первуюочередь должны научить чему-то меня саму, а потом уже доставитьудовольствие другим, если они того пожелают.
В нашей жизни бываютвремена, когда накопившиеся раздумья перерастают в осмысления, и уменя наступил один из таких периодов. За последние несколько лет я вомногом добилась того успеха, к которому всегда стремилась. Я обрелате взаимоотношения, о которых всегда мечтала. Я сотворила насыщеннуюи удивительную жизнь. И все-таки, спросив себя: «Барбара, тысчастлива?» — я внезапно обнаружила, что не знаю ответа.Если мне звонили друзья, поздравляли с моими профессиональнымидостижениями или с замужеством и говорили: «Ну, теперь тынаверняка по-настоящему счастлива», эти слова потом ещенесколько дней не давали мне покоя. Я понимала, что, раз в моей жизнистолько хорошего, я должна быть счастлива, и все-таки сомневалась вэтом.
Именно тогда я началаосознавать, чего не хватает в моей жизни, — «подлинныхмоментов», моментов, когда не нужно стремиться куда-то илистать кем-то, моментов, когда можно наслаждаться жизнью независимо оттого, где ты есть и кто ты. Я хорошо научилась делать что-то, но неочень хорошо умела быть, в том числе и быть счастливой.
Сознавшись друзьям всвоем тайном недостатке, я поняла, что далеко не одинока в этихощущениях. «Я пишу новую книгу под названием „Подлинныемоменты“», — говорила я им. И все реагировалиодинаково: «О, я ее обязательно прочту!» Постепенно яувидела, что не только я в своей жизни нахожусь на эмоциональном идуховном перепутье, что многие из нас стоят на таких же перепутьях,оглядываясь на прошлую жизнь, спрашивали, в чем ее смысл, правильныйли выбор мы сделали, стараясь найти ответы, которые дадут намуспокоение.
Я уверена, что люди внашей стране сейчас переживают духовный кризис, отчаянно стараясьоткрыть и дать определение новым ценностям, по мере того как в этистрашные, пронизанные насилием времена становится очевидным, чтопрежние ценности так или иначе увели нас от той гармонии иудовлетворения, за которыми и отправлялись сюда наши предки. Стоя напороге двадцать первого столетия, мы все, сообща и поодиночке,стараемся найти больше подлинных моментов.
В этой книге япредлагаю вам задать себе те же самые вопросы, что я задавала себе,стоя на перепутье:
«Счастлив(а) ли я?»
«А чем я на самомделе здесь занимался(ась) до сих пор?»
«Делаю ли ядействительно то, ради чего явился(ась) сюда?»
«Достаточно ли вмоей жизни подлинных моментов?»
Буду с вами откровенна:не всегда легко столкнуться с подобными вопросами. Требуетсямужество, чтобы их задать, и зачастую даже еще большее мужество,чтобы захотеть услышать ответы, возникающие в вашем сердце. Но выбудете вознаграждены за свои старания тем, что подниметесь на новыйуровень любви, успокоения и ежедневно будете совершать для себяоткрытия.
В процессе поискаответов я открыла новые, раскрепощающие истины о себе самой ипроизвела в своей жизни огромные перемены: некоторые из них прошлиспокойно и незаметно, некоторые были довольно драматические. Но самаявеличайшая перемена из всех это то, что теперь у меня много подлинныхмоментов. С каждым днем я все в большей степени обретаю спокойствие,которого искала, и теперь начала понимать и чувствовать, что такоенастоящее счастье.
И вот, хотя этот труд впервую очередь предназначался мне, я с любовью предлагаю его вам.Надеюсь, что, поделившись с вами, моими попутчиками, я сделаю болеенасыщенным ваше путешествие навстречу вашим собственным подлинныммоментам.
Барбара де Анджелис
1 февраля1994 г.
Лос-Анджелес,Калифорния
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ЖАЖДУЩЕЕ СЕРДЦЕ

В ПОИСКАХ ПОДЛИННЫХ МОМЕНТОВ

1. Ваши поиски счастья
Вначале мне хотелосьзакончить среднюю школу и поступить в колледж.
А потом мне хотелосьзакончить школу и начать работать.
А потом мне хотелось вступитьв брак и завести семью.
А потом мне хотелось, чтобымои дети подросли и пошли в школу, чтобы я мог вернуться к работе.
А потом мне хотелось уйти напенсию.
А теперь я вдруг осознал, чтозабыл пожить.
Аноним
Эта книга — оподлинных моментах, которые придают жизни смысл, и о том, какприумножить эти моменты. О том, как получить удовлетворение от жизнисейчас, в данный конкретный момент, а не когда у вас станет большеденег, или когда вы подыщете себе подходящего партнера, илидостигнете идеального веса. О том, как заново открыть подлинныемоменты, связанные с вашим супругом (супругой), вашей работой,карьерой и, самое главное, с вами самими.
Все мои предыдущиекниги — о взаимоотношениях мужчины и женщины. «Какизменить свою жизнь» — о наших взаимоотношениях с самимпроцессом жизни и о душевном покое, которого многие из нас ищут,сознательно или нет.
Взгляните честно насвою собственную жизнь.
На что вы тратите своидни и ночи — на вещи, которые действительно имеют значение изаставляют вас улыбнуться? Или большая часть вашего времени уходит нато, что приносит совсем крохотную толику радости? А когда ваша жизньподойдет к концу, не захотите ли вы задним числом, чтобы ваше времябыло потрачено как-то по-другому? Если бы вам осталось жить всегоодин месяц, что бы вы изменили в своей жизни?
Загляните поглубже всвое сердце. Счастливы ли вы? Или, по вашему мнению, должно произойтинечто такое, после чего вы станете счастливы? Уверены ли вы, что еслиэто нечто случится, то вы после этого будете по-настоящему счастливы?Будет ли этого достаточно?
Пересмотрите своидуховные ценности. Если завтра вы внезапно окажетесь при смерти иоглянетесь на свою жизнь, какие моменты покажутся вам особеннодороги? С чем вам будет тяжелее всего расставаться в этом мире?
Написав эту книгу, япредоставляю вам возможность начать поиски ответов на эти вопросысамим, точно так же, как я сама находила их для себя. Я уверена, чтоэто чрезвычайно важно — задавать себе эти вопросы. Этоподталкивает нас отказаться от механической, бессознательной жизни итребует от нас внимания.
Есть известнаядзен-буддистская притча о том, как ученик подошел к Учителю ипопросил его поделиться в нескольких словах жизненной мудростью.Наставник какое-то время вглядывался во взволнованного ученика, апотом начертал своей кисточкой одно-единственное слово: «Внимание».Ученик в полном смятении взволнованно попросил Учителя растолковатьпоподробнее, что тот имеет в виду, и Учитель еще раз написал:«Внимание». К этому моменту ученик был уже в отчаянии —он никак не мог взять в толк, что учитель пытается ему объяснить. Иснова Учителю пришлось терпеливо выводить: «ВНИМАНИЕ…ВНИМАНИЕ… ВНИМАНИЕ…»
С вниманием относиться к моментам вашей жизни, помере того как они сменяют Друг друга, — вот в чем смыслподлинных моментов, моментов, когда вы полностью присутствуете,чувствуете и живете во всей полноте.
Порой это моментывеличайшего счастья. Порой — моменты глубокой грусти. Новсегда, если вы только обратите внимание на то, где находитесь и чтопроисходит вокруг вас именно сейчас, вы будете переживать моменты,которые имеют значение, а именно это и называется подлиннымимоментами.
* * *
Я считаю вопрос «ЗАЧЕМ МЫЗДЕСЬ?» главным для людей. И считаю, что было бы более логичновместо этого поинтересоваться: «А ЗДЕСЬ ЛИ МЫ?»
Леонард Нимои. Мистер Спокв «Звездном походе»
В полной ли мере вынаходитесь здесь, сейчас, когда читаете эту фразу? Или вы читаете ипри этом думаете о предстоящей работе или о том, как пообедать? Илипри чтении вас не оставляют воспоминания о вчерашней ссоре с любимымчеловеком или не дает покоя мысль о том, позвонит ли тот парень, скоторым вы недавно познакомились, чтобы пригласить куда-нибудь?Большинство из нас не очень-то умеют уделять внимание тойдеятельности, в которую мы вовлечены в данный момент, полностьюпогружаться в ощущения, связанные с этим моментом. Очень трудноуловить подлинные моменты, пребывая в настоящем мало времени, потомучто в этом-то и заключается сила подлинного момента, и наслаждатьсяим вы сможете, если погрузитесь в него на все сто процентов.
Еще другое обозначениедля этого — «осмысление». Осмысление — этоконцепция, которая является составной частью многих восточныхтрадиций, в особенности буддизма. Излагая просто, это означает полнуюотдачу своего внимания тому, что вы делаете, для того чтобы, «вашразум наполнился» переживаемым опытом.
Осмысление помогает вамполностью погрузиться в данный конкретный момент. Переживаемый опытможет быть самым обыденным: вы прогуливаетесь, укладываете ребенкаспать, наедине с другом сердца можно даже въехать в подлинный моментна автомобиле. Когда вы находитесь в состоянии осмысления, выполностью переживаете и то, где вы находитесь, и то, что вы делаете,а не превращаете ваше занятие в преходящее, легко забываемое действиев череде повседневных дел. Далее в этой книге я поделюсь с вамиспособами жить более осмысленно.
Противоположностьосмысленности — бездумность, выполнение действия без мысли ичувства, автоматически и неосознанно. Я уверена, что именнобездумностью вызвано большинство наших страданий и страданий вокругнас, Бездумность — это то, что позволяет вам поддерживатьотношения, которые не подпитывают вас и, возможно, даже вредят вам, ине замечать, насколько бедственно ваше положение.
Бездумность — этото, что позволяет вам не обращать внимания на сигналы, которые подаетвам ваше тело, когда оно страдает от хронического несварения желудкаили изжоги, и запихивать себе в рот обезболивающие средства до техпор, пока в один прекрасный день доктора не поставят вам суровыйдиагноз.
Бездумность — этото, что позволяет вам курить, или пить, или употреблять наркотики ине замечать, несмотря на постоянный кашель, эмоциональнуюнеустойчивость или скачкообразную умственную активность, что вымедленно убиваете себя и доставляете боль любящим вас людям.
Бездумность — этото, что позволяет вам, зная, что в окружающем мире царят жестокость инесправедливость, не высказываться против них и ничего не делатьпротив их распространения. Бездумность — нездоровая ментальнаяпривычка, от которой большинство из нас страдает слишком часто. Когдамы проводим жизнь бездумно, мы теряем все подлинные моменты.Профессор психологии Эллен Лангер утверждает, что люди, которые живути действуют бездумно, рискуют угодить в «ловушку непрожитойжизни». Мы движемся сквозь дни, месяцы, годы, сосредоточенныене на том, где мы находимся в настоящий момент, а на том, куда держимпуть, а потом удивляемся, почему мы никак не прибудем в то место, гденаконец-то испытаем блаженство.
Как мы откладываем счастье на потом
Нет ничего проще, чембыть бездумным в Америке: ведь мечтания о лучшем завтра —американский стиль жизни. Америка всегда была местом, куда людипопадали в погоне за своими мечтами. Сюда эмигрировали мечтатели извсех частей света, и здесь их мечтания, получив соответствующуюподпитку, становились еще грандиознее. Проблема заключается в том,что во второй половине двадцатого столетия мы настолько преуспели вжизни ради завтрашнего дня, что большинство из нас проводит оченьмало времени в дне сегодняшнем. Мы строим планы на будущее, мыволнуемся о нем, и так до тех пор, пока неожиданно наша жизнь неподходит к концу, и только тут мы осознаем: нас настолько занималото, что уже произошло, или то, что должно было в соответствии снашими желаниями произойти, что забыли порадоваться происходящему вкаждый отдельно взятый момент. Мы настолько увлечены подготовкой кзавтрашнему дню, что не имеем времени насладиться днем сегодняшним.Мы готовим себя к карьере, мы готовим себя к очередному сезону, мыготовим себя к уик-энду, мы готовим себя к пенсии — еслисуммировать все это, мы готовим себя к завершению жизни.
Когда мы живем радиуспешного будущего, у нас вырабатывается привычка отсутствовать внастоящем, и вот, когда замечательные события, к которым мы долгоготовились, происходят — отпуск, повышение в должности,вечеринка и так далее, — мы понятия не имеем, как получитьот них удовольствие. Мы торопливо окунаемся в эти долгожданныеощущения, как будто ждем не дождемся, пока они закончатся, относимсяк ним как к очередной задаче, стоящей перед нами, а после удивляемся,почему чувствуем себя обманутыми и неудовлетворенными.
Недавно одна мояхорошая подруга вышла замуж. Она почти целый год строила планыотносительно своего бракосочетания, этой столь сложной и прекраснойцеремонии. Отправляясь в свадебное путешествие, она позвонила мненаутро из аэропорта. Когда я спросила, довольна ли она тем, как всепроизошло, подруга призналась, что чувствует странную опустошенность.«Я едва помню, как прошла свадьба, —прокомментировала она разочарованно. — Все было словно втумане».
Опыт моей подругидалеко не уникален.
Когда мы проводим жизнь, готовясь к будущему,вместо того чтобы радоваться настоящему, мы в конечном счетеоткладываем счастье на потом. Мы утрачиваем способность ценить ипереживать радость, и, когда нам встречаются подлинные моменты, мыпропускаем их.
В Америке мы имеем делос цивилизацией, в которой ценится действие, а не ощущения. Инеудивительно, что у нас не очень-то получается создавать подлинныемоменты и наслаждаться ими. Мы в большей степени озабоченыколичеством, а не качеством, стимуляцией постоянной активности, а несущностью.
Мы часто судим о себе ио других по тому, чего мы достигли, а не по тому, какие мы. Мы —неугомонные деятели, фанатики достижений, «общество,поклоняющееся скоростям», как называет нас Нина Тасси в своейкниге «Болезнь вечного зуда». «Чем больше —тем лучше…», «Все, что тебе по зубам…»,«Два вместо одного…», «Чем больше у васденег…», «Быстрее, чем когда-либо…»,«Новое и улучшенное…» — вот концепции,определяющие американское мышление.
С окончанием Второймировой войны у нас наступила эра оголтелого потребления. Мыстремились заполучить как можно больше разнообразного имущества и какможно скорее. Потребление и целеустремленность поднимали на щит вкачестве ключей от счастья. Мы твердили себе: если у нас естьавтомобиль, дом, цветной телевизор, хорошая работа, значит, мыкое-чего добились. А если у нас более новые модели вышеперечисленныхпредметов, чем у соседа, или мы занимаем более высокий пост —значит, мы преуспеваем. Нашими героями стали те, кто имеет большевсех. Нашим ценностным критерием стали вещи. Нашей целью стало иметьи действовать, а не жить.
Такое «потребительскоесознание» неизбежно превратило нас в больших мастеровоткладывать счастье на потом. Если вы откладываете счастье на потом,значит, вы считаете, что, для того чтобы быть счастливым, нужнособлюдать определенные условия. Вы думаете про себя: «Я станусчастливым, когда…»
Я стану счастливым,когда подыщу себе подходящего партнера.
Я стану счастливым,когда похудею на 5 килограммов.
Я стану счастливым,когда мои дети удачно вступят в брак.
Я стану счастливым,когда заведу собственное дело.
Я стану счастливым,когда заново отделаю свою гостиную.
Я стану счастливым,когда шеф наконец-то даст мне повышение.
Я стану счастливым,когда куплю новую машину. Я стану счастливым, когда… (впишитесами, чего вам не хватает до полного счастья).
Мы свято верим, что,накопив определенный опыт или собственность или достигнувопределенного статуса, мы наконец-то обретем счастье, но никак нераньше. Итак, мы работаем в поте лица или просто убиваем время, и вотнаконец наступает то, что мы считали счастьем. Мы заканчиваем школу,или сбрасываем лишний вес, или открываем собственное дело, илиприобретаем дом. Далее мы ждем, когда нас переполнит радость, но,увы… Мы можем почувствовать удовлетворение, но уж никак несчастье.
И вот тот же самыйпроцесс начинается сызнова. «Да, я говорил, что заживусчастливо, когда стану менеджером компании, но теперь понял: длясчастья мне нужно выбиться в инспекторы». И опять мыоткладываем счастье на потом, до тех пор пока не достигнем следующейцели.
Подобно всем пагубнымпристрастиям, потребность «иметь достаточно» и «делатьдостаточно» удовлетворяется при все более возрастающейдозировке, и вот мы уже просто так не можем «завязать».Со многими из нас именно это и происходит. Мы понакупили себе машин иквартир, мы сделали карьеру и взобрались по лестнице успеха. Мыстарались растить наших детей в роскоши, которую сами в их годыникогда не видели. Мы получили много из того, что хотели, во многомстали тем, кем хотели. Но мало-помалу мы начинаем подозревать —что-то не так. Наши мечты завели нас в духовный и эмоциональныйтупик. Мы подменяли нажитым имуществом и достижениями подлинныемоменты, и поэтому многие из нас, несмотря на все, несчастливы.
Еще больше этот процессусугубляется тем, как стремительно летит время, отпущенное нам нажизнь. С наступлением очередной пятницы мы снова диву даемся, кудаушла целая неделя. А в канун Нового года недоумеваем, куда подевалсягод. В одно прекрасное утро мы просыпаемся и обнаруживаем, что намперевалило за тридцать, за сорок и так далее, и спрашиваем себя, начто потрачено все это время. Мы наблюдаем, как наши дети заканчиваютшколу, заводят собственные семьи, но нас не покидает ощущение, какбудто мы еще вчера укачивали их в колыбельках или учили завязыватьшнурки.
Мы не в силах замедлитьход времени. Мы меняемся, с каждым днем мы стареем и приближаемся ксмерти — этот процесс начинается с самого рождения. Но яуверена, чем более полно и осознанно мы проживем отдельные моменты,тем более полноценно будет потрачено отпущенное нам время.
Самые долгие сорок секунд в моей жизни
Вероятно, в вашей жизнислучались моменты, которые, казалось, длились часами, недели, которыетянулись как месяцы, месяцы, за которые вы словно проживали целуюжизнь. Это практически всегда моменты, когда вы во всей полнотеощущаете то, что происходит с вами, вот вы в родовых схватках даетежизнь своему ребенку, вот вы ждете результатов анализа, чтобы узнать,больны ли вы или кто-то из ваших близких, вот вы обмениваетесьпервыми поцелуями и объятиями со своим новым возлюбленным, вот выпроводите всю ночь напролет, не смыкая глаз, у телефона в надежде,что партнер позвонит вам, чтобы помириться после серьезной размолвки.В такого рода ситуациях время как бы сбавляет темп, и, хотя умом выпонимаете, что тот день, та ночь были не длиннее и не короче любыхдругих, вы при этом готовы поклясться, что все происходило раза в двамедленнее, чем обычно. А все потому, что вы активно присутствуете вкаждом моменте и остро его чувствуете.
Семнадцатого января1994 года в 4.31 утра я вместе с миллионами других жителей ЮжнойКалифорнии пережила одно из сильнейших землетрясений за всю историюАмерики. Никогда не забуду, как мы в панике вцепились в кровать,которая вздрагивала вместе с домом и, грохоча, ездила туда-сюда похолодной темноте. Ощущение было такое, словно наступил конец света, имы уже не сомневались, что погибнем. Слава богу, этого не случилось.Следующие несколько часов мы пролежали на полу, прижавшись друг кдругу, стараясь прийти в себя. И когда заработало радио, просто неповерили своим ушам: во всех репортажах сообщалось, что подземныетолчки продолжались около сорока секунд. «Быть того не может, —говорили мы с мужем друг другу. — Все это длилось неменьше трех минут». Мы думали, что сообщения неточные. Но в нихне было никакой ошибки. В дальнейшем ни один из наших друзей илисоседей, ни один из радио- и телеведущих, с которыми я беседовала, неверил, что землетрясение продолжалось только сорок секунд. Все они,подобно нам, не сомневались, что толчки не прекращались несколькоминут. Конечно же, все мы ошибались. Просто мы пережили самые долгиесорок секунд в нашей жизни.
Несомненно, этоземлетрясение было самым страшным из всего, что я испытала за своюжизнь. И те сорок секунд с полным на то основанием можно отнести кподлинным моментам, правда, из тех, которые мне не хотелось быпереживать слишком часто. Но тем не менее, подобно всем остальнымподлинным моментам, он подарил нам многое — например, укрепилнекоторые семьи, напомнив им, что на самом деле важно в нашей жизни,сблизил людей, подтолкнул многие пары к более тесным отношениям,заставил людей, знакомых и незнакомых, потянуться друг к другу впорыве сострадания и чувства общности. Этот момент был настольконасыщен переживаниями, что отворил наши сердца и пробудил души.Вынужденные сбавить темп жизни, мы стали в полной мере присутствоватьв каждой минуте того дня и последующих дней и в результате смогли вбольшей мере ощутить любовь.
Мои поиски счастья
Сколько себя помню, явсегда была искательницей. Те, кто меня знает, никогда не отозвалисьбы обо мне как о беззаботной, легкомысленной девчонке. Мои родителибыли очень несчастны в браке, и еще ребенком я без конца спрашиваласебя, чем объяснить грусть, которую я видела в глазах матери,смятение, которое я чувствовала в отцовском сердце, и боль, которую яощущала внутри себя. К удивлению моих учителей, в своих первыхстихах, сочиненных в третьем классе, я вопрошала, почему в мире такмного несчастья. А я испытывала жгучую потребность понять смысл жизнии чувствовала себя потерянной, потому что не находила ответов.
С восемнадцати лет, стех пор как я оставила дом, я всерьез принялась за поиски истины. Янашла себе духовного наставника и стала практиковать медитацию, уходяв себя на целые месяцы, чтобы найти путь к душевному покою имудрости, к которым я так стремилась. После того как я долгие годыбыла сосредоточена на своем внутреннем мире, я поняла, что поравернуться в мир окружающий и выяснить, ради чего я в нем пребываю.Именно тогда я вернулась в колледж, чтобы получить диплом, ипринялась изучать то, что волновало меня больше всего, —любовь, человеческие взаимоотношения и процесс жизни.
Я устроила свой первыйсеминар для восемнадцати самых близких друзей в своей жилой комнате.Я вовсе не стремилась к известности, иначе я стала, бы вести теле-или радиопередачу или даже написала бы книгу. Я просто решилаподелиться плодами своего познания с людьми, которых любила. И потомуя удивилась, когда на следующий семинар пришли тридцать пять человек,а на третий — еще больше. Вскоре стало ясно, что передо мнойуже лежит путь, которым я должна идти. Я так и поступила Япочувствовала себя счастливой, оттого что чудесным образом наделенаспособностью находить общий язык с людьми и напоминать им, а заодно исамой себе о том, насколько важна любовь.
И с тех пор, как ярешила стать учителем, я старалась по мере возможностей положительновлиять на людей. У меня не было моментальных успехов, но я на это ине рассчитывала. Мне ничто не давалось в жизни легко. Я всегодобивалась упорным трудом, и моя карьера в этом смысле — неисключение.
Оглядываясь назад, яприхожу к выводу, что есть к две причины, по которым мне приходилосьвкладывать столько усилий во все свои начинания. Первая — вмолодости я имела гораздо меньше, чем большинство моих друзей. В моемкругу общения у меня был самый маленький дом, вся моя одеждапокупалась в магазинах уцененных товаров, со срезанными ярлыками. Яникогда не нуждалась в самом необходимом, но о многих вещах мнеоставалось только мечтать. Итак, если я что-то получала, то толькопотому, что я трудилась ради этого. Вторая причина, по которой ярешила много трудиться, — это то, что я чувствовала себясовсем непривлекательной. Представьте себе тощую, очень серьезнуюдевочку с косичками, желтоватой кожей, в уродливых пластмассовыхочках, и вы получите полную картину. Я поняла, что вряд ли прельщукого-нибудь своей внешностью, и потому, в качестве альтернативы,решила стать умной. Даже годы спустя, когда я сделала себе контактныелинзы, научилась укладывать волосы и знала, что кое-кто из ребятнаходит меня привлекательной, мне нелегко было убедить себя, что свнешностью у меня все в порядке.
В результате, когдаскладывалась моя карьера, я, работая без устали, была слишком занята,чтобы отдавать себе отчет в том, что многого добилась. Потом,несколько лет назад, я пережила эпизод, после которого весь ход моейжизни стал меняться. Это случилось, когда меня везли на студию дляработы над теле-шоу. Со мной ехала одна моя подруга, которая жила водном из городских предместий. Когда мы притормозили у телестудии иона заметила фанов, ожидающих меня в надежде получить автограф, лицоее расплылось в широкой улыбке. «А ведь твои мечты и вправдусбылись, Барбара, — произнесла она с любовью ивосхищением. — Ты, должно быть, очень счастлива».
И вот после этих слов уменя словно пелена спала с глаз. В этот момент я поняла, чтодействительно осуществила почти все свои заветные мечты: я жида вдоме, какого не было ни у кого из моих друзей детства, я могла купитьсебе все, что мне было когда-то недоступно, я могла отправить маму влюбое путешествие из тех, что мы не могли себе позволить в то время,когда она заботилась обо мне, я, наконец, обрела мужчину, которыйлюбил меня так, как мне всегда хотелось (даже когда видел меня вочках и с «конским хвостом»!). И вот сейчас я еду на своесобственное теле-шоу. Но стоило мне заглянуть поглубже в свое сердце,и я поняла страшную правду — я не счастлива. Я удовлетворена…я довольна собой… но я не счастлива.
Весь остаток того дня иеще долгое время после эта мысль целиком поглощала меня. «Кактакое могло случиться? — недоумевала я. — Я такглубоко верила в работу, которой посвятила себя, я знала — то,что я делаю, меняет жизнь людей. Я гордилась тем, что мне удаласьпрофессиональная карьера. У меня прекрасные отношения с любимымчеловеком. Я здорова. Но почему это не делает меня счастливой? Почемуэтого недостаточно? Что я упустила?»
Постепенно, по меретого как проходили дни, недели, я стала докапываться до правды. Я небыла счастлива, потому что в моей жизни не хватало подлинныхмоментов, тех моментов, когда я не стараюсь чего-либо достичь,моментов, в которые я не стремлюсь к какой-либо цели, моментов, когдая просто нахожусь там, где я есть. Я научилась действовать, но мне неочень-то удавалось просто быть. В течение долгих лет я верила, чтостану счастливой, когда добьюсь того, чего хочу. А теперь, когда уменя было то, чего, как я считала, мне очень хотелось, я знала, что,даже если получу того же самого еще больше, это не сделает менясчастливой. Если я не насытилась сейчас, я никогда не смогунасытиться.
Я не хотела, чтобы этотопыт самоанализа забылся, поэтому сочинила надпись и поместила ее надзеркалом, чтобы читать ее каждое утро. Надпись эта гласила:
«Когда я пойму, что у меня всегодостаточно, что я тогда буду делать?»
Задайте себе такиеочень непростые вопросы. Если вы не чувствуете, что сейчас у васвсего достаточно, то когда же наступит такой момент? Сколько денег,сколько успеха потребуется, чтобы вы почувствовали, что все, вамхватит? И что вы будете делать потом? Чем будет заполнена ваша жизнь?Некоторые люди рассказывали мне, что достаточно просто задаться этимвопросом, чтобы начать процесс самопознания, который длится неделями.
Разница между счастьем и удовлетворенностью
Теперь, поскольку я длясебя уже ответила на эти вопросы, я знаю, что могла бы написать еще сдюжину удачных книг, появиться в сотнях телешоу, или, будь у менядети, полностью посвятить себя материнским за о там, вырастить из нихдостойных людей, или, занимайся я бизнесом, скупить все компании,которые мне приглянулись, но ничто из вышеперечисленного не сделалобы меня счастливой. Да, это принесло бы мне удовлетворение, но несделало бы счастливой.
В чем разница междусчастьем и удовлетворенностью? Удовлетворенность — это видумственного насыщения. Им знаменуется завершение какого-либоначинания, которое вы затеяли, поставив перед собой определеннуюцель: проект, сделка, принятие пищи. Например, я чувствуюудовлетворение, дописав очередную главу своей книги. Я чувствуюудовлетворение, когда произнесенную мною речь хорошо приняли. Ячувствую удовлетворение, наведя порядок в своем шкафу. Потому чтонекая задача выполнена.
Счастье — этокатегория скорее эмоционального содержания. Я чувствую себясчастливой, когда мне нравится то, что написала в этой главе. Ячувствую себя счастливой, когда отдаюсь во власть чувств и проникаю всердце того, кто пришел ко мне поделиться своими соображениями поповоду моей речи. Я чувствую себя счастливой, когда разглядываюнаряды в своем гардеробе и вспоминаю, как прекрасно провела тевечера, когда облачалась в них.
Я помню тот день, когдамоя третья книга оказалась первым номером в списке бестселлеров,опубликованном в «Нью-Йорк тайме». Мой литагент позвонилмне рано утром, чтобы сообщить эту новость, и, конечно же, я былавзволнованна. Я работала над этой книгой как проклятая и теперь,когда книга получила такое признание, чувствовала глубокуюудовлетворенность. Позднее, уже под вечер, вернулся с работы Джеффри,и мы легли в постель. Он обнимал меня, гладил по волосам и все времяговорил, как гордится мной, потому что я так много вложила в этукнигу и так энергично способствовала ее распространению, потому что ятакая умная. Мои глаза наполнились слезами от его любви. Именно вэтот момент, а не за несколько часов до этого я была счастлива. Этотмомент любви и был подлинным моментом.
Мы в своей жизнивыполняем задачи, получая от этого удовлетворение. Но, как бы многомы ни делали, какое бы удовлетворение ни испытывали при этом, чтобыбыть по-настоящему счастливыми, необходимо научиться создаватьподлинные моменты.
Счастье может прийти только в том случае, если ввашей жизни достаточно подлинных моментов.
Как раз в то время,когда со мной происходили все эти перемены, я выехала за город, чтобывыступить с лекцией. Я поделилась собственными открытиями, еще такимисырыми, неоформленными, со своей аудиторией, так как я давно ужеуяснила, что гораздо легче выразить себя, когда ты совершеннооткровенна. После лекции одна женщина подошла ко мне и крепко обняла.«За что?» — поинтересовалась я. «Огромное вамспасибо, — ответила она. — Сегодня выосвободили меня от чувства вины, которое терзало мое сердце не одинмесяц».
Далее она рассказала,что ей тридцать девять лет, что она замужем и у нее трое детей. Они смужем вели вполне комфортную жизнь, и, хотя до богатства им былодалеко, она чувствовала себя очень благополучным человеком. «Нопосле того, как мне исполнилось тридцать девять, со мной что-тослучилось, — объяснила она. — Однажды утром япроснулась и поняла, что я вовсе не счастлива. Меня охватило такоесмятение! Ведь я люблю своего мужа и люблю детей, и, казалось бы, уменя есть все, чего я хотела. Я всегда верила, что этого достаточно,чтобы сделать меня счастливой. И тут мне пришло в голову: а вдруг моеощущение пустоты и тревоги означает, что я совсем не так люблю, каксебя в этом убеждала? Я даже боялась заговорить об этом с мужем, и онтоже весь извелся, потому что чувствовал — что-то не так. Ипока я не послушала вашу сегодняшнюю лекцию, я не знала, что со мной.Но теперь знаю».
Подобно мне, подобномногим из нас, моя новая подруга построила для себя хорошую,полнокровную жизнь, но она была слишком занята для того, чтобыостановиться и ощутить маленькие моменты счастья, окружавшего ее. Оназабыла, как контактировать с собственным мужем. Она забыла, как можновыкраивать время, чтобы наслаждаться всеми посылаемыми ей дарами. Онаощущала пустоту, потому что не прониклась той любовью и смыслом,которые уже были в ее жизни. Ее сердцу требовалось больше подлинныхмоментов.
Вот что я открыла относительно счастья:
Счастье — не приобретение.
Счастье — это умение.
Мы не испытываемсчастья от того, что мы приобретаем. Мы испытываем счастье от того,как мы живем в каждый конкретный момент.
Это искусство,способность, которую мы должны в себе развить, подобно тому как мыучимся быть хорошим партнером или путем тренировок становимсяпервоклассным атлетом. Обзаведясь мольбертом, кистью и красками, яеще не становлюсь художником. Я стану им, когда научусь рисовать.Приобретая теннисную ракетку и мяч, я еще не становлюсь теннисисткой.Я стану ею, когда овладею премудростями игры. Получая определенныеощущения, я еще не становлюсь счастливой — я стану таковой,если узнаю, как прожить эти моменты до конца осознанно и какосмысленно оставаться в каждом из этих моментов.
Таким образом, счастьевозможно и достижимо только в настоящем времени, конкретном моменте,и оно ощущается от момента к моменту. Оно приходит к нам не тогда,когда мы гоняемся за ним, потому что во время такой погони мынаходимся где-то еще где-то в другом времени. Оно, скорее, приходит,когда мы в полной мере осознаем, где находимся, и в полной мереотдаемся тому, что делаем. В английском языке слово «счастье»происходит от старого английского слова «случай, судьба»(благосклонная или злая), которая постигает человека, —другими словами, то, что происходит к кем-либо. Следовательно,«счастье», если анализировать это слово буквально,означает переживать свое бытие со всем, что в нем происходит. И когдамы говорим. «Я хочу быть счастливым», мы, как правило,устремлены своими мыслями в будущее. А счастье, по определению, можнонайти только в настоящем.
Тхич Нхат Ханх, хорошоизвестный вьетнамский проповедник дзен-буддизма, написалпросветительскую книгу под названием «Каждый шаг — смиром». В ней говорится:
«Жизнь можно отыскатьтолько в настоящем моменте. Прошлое миновало, будущее еще ненаступило, и, если мы не вернемся к себе в настоящем моменте, мы несможем соприкоснуться с жизнью».
Если вы не можете бытьсчастливы сейчас, с тем, что у вас есть, и будучи тем, кто вы есть,вы не станете счастливы, получив то, чего, как вы считаете, вамнедостает. Если вы не знаете как получить полное удовольствие отпятисот долларов, вы не сможете насладиться и пятью тысячами илипятьюстами тысячами. Если вы не способны до конца насладитьсяпрогулкой по улице с другом, то и поездка на Гавайи или в Париж тожене принесет вам радости. Я не говорю, что с увеличением достатка илипоявлением новых развлечений ваша жизнь не станет легче, —конечно же, станет. Но это не сделает вас счастливыми, ничто неспособно сделать вас счастливым, только вы сами, научившись жить так,чтобы у вас было больше подлинных моментов.
Представьте, что выхотите стать солистом-скрипачом. Вам дают для упражнений старую,отвратительно сделанную скрипку. Конечно же, вы мечтаете о скрипкеСтрадивари — лучшем в мире инструменте, но у вас его нет. И вотвы упражняетесь с утра до вечера, вы вкладываете всю душу в то, чтобынаучиться как следует играть на этой убогой скрипчонке. Потом, в одинпрекрасный день, появляется меценат и протягивает вам скрипкуСтрадивари, о которой вы так долго мечтали. Вы берете ее дрожащимируками, начинаете играть и превосходно исполняете какое-либопроизведение. Но причина вашей великолепной игры не в том, что выиспользуете инструмент стоимостью в двести пятьдесят тысяч долларов.Вы играете так хорошо, потому что постигли искусство скрипача.
Если прежде бы вы ненаучились как следует играть на той старой, потертой скрипке, вас неспас бы и инструмент Страдивари.
Если вы не развиваете в себе способностьрадоваться тому, что у вас есть, вы не станете счастливее, когдаполучите еще больше.
«Пусть ребенок укажет правильный путь…»
Пока вам не показалось,что все это звучит слишком загадочно и абстрактно и не поддаетсяусвоению, уже не говоря о том, чтобы применить все это на практике, яхочу напомнить вам, что и вы когда-то знали толк в счастье: а именнокогда вы были совсем маленькими. Дети — мастера создаватьподлинные моменты. Они еще не научились откладывать радость на потоми потому предаются ей настолько, насколько это возможно. В этом изаключается волшебное очарование любого ребенка. Они в полной мереприсутствуют, в полной мере живут в каждый момент. Их дни и ночинаполнены постоянным смехом и ликованием. И это не только потому, чтоим не нужно работать и оплачивать счета, не потому, что на них нележит никакой ответственности, — у них, возможно, другиеприоритеты, и зачастую они выкладываются в играх не меньше, чем мы вработе. Их удовлетворение приходит из способности открывать для себяи делать предметом наслаждения то изначальное чудо, которое заключенов каждом вкусовом ощущении, в каждом цветке, в каждом облаке, вкаждом опыте.
В вашей жизни поройвстречаются люди, которых вы никогда не забудете, даже еслистолкнулись с ними один-единственный раз. Несколько лет назад мы сдрузьями отправились в Диснейленд. День уже близился к концу, и мысобрались на Главной улице, чтобы полюбоваться ежедневным парадом.Когда мы ждали появления сказочных персонажей: людей и зверей, язаметила женщину, подталкивавшую инвалидное кресло с маленькойдевочкой к самой кромке тротуара — так, чтобы та лучше виделапредставление. Девочка лет семи-восьми была парализована от шеи досамого низа, ее кресло напоминало мобильный госпиталь с системамижизнеобеспечения разного рода.
И вот начался парад наГлавной улице. Микки и Минни Маус, Белоснежка и семь гномов и прочиеколоритные диснеевские персонажи, приплясывая, шествовали по улицепод духовой оркестр. А за ними следом коронный номер программы —огромный серый слон. Но я лишь мельком взглянула на парад, потому чтоне могла оторвать глаз от девочки. Огромные глаза, рот, открытый ввосторженном изумлении, радостная, лучистая улыбка, какой мне никогдаеще не доводилось видеть. Разыгрывавшееся перед ней действозаворожило ее.
У меня на глазанавернулись слезы, когда я смотрела на этого необычного ребенка. Яплакала не от жалости к ее увечью, а от грусти, обращенной на самусебя. Стоя на этой сказочной улице, я поняла, что не умеланаслаждаться волшебством, таящимся в жизни, так, как наслаждалась уменя на глазах эта девочка. Я была не способна прийти от этого парадав такой же восторг, как она. Я могла ходить, бегать и делатьмножество вещей, недоступных ей. Но она обладала кое-чем гораздоболее ценным — даром радости.
Я никогда не забуду этумаленькую девочку или то, чему она меня научила, потому что этопереживание стало для меня Подлинным Моментом. Я была связанадуховными узами с человеком, с которым никогда даже не разговаривала,и это наполнило данный момент смыслом.
Как замечательно сказалБарри Нейл Кауфман, соучредитель Института многовариантныхисследований: «Мы не родились несчастными. Мы научились имибыть». Это означает, что внутри нас еще сохранился талант житьв каждом конкретном моменте, и это означает, что мы можем отброситьпривычную нам бездумность и начать осмысленно дорожить всемипереживаниями бытия. Я уверена, дети посланы нам для того, чтобыстать нашими учителями. Когда дети у нас на глазах так полно ощущаюти переживают что-либо, мы должны помнить, что они для нашей же пользыдемонстрируют мощную технику духовной жизни. Мы должны почитать их,потому что они так прелестно напоминают нам, каким путем следуетидти, чтобы вновь обрести свои собственные радости и найти своисобственные подлинные моменты. «Лишь уподобившись маленькимдетям, вы сможете попасть в Царство Небесное».
Как я перестала «взбираться на озеро»
Для меня оказалосьнепростым делом ввести подлинные моменты в свою жизнь. Мои старыешаблоны поведения мешали мне и временами мешают до сих пор. Нескольколет назад, примерно в то время, когда я впервые стала задумываться отом, как трудно пережить подлинные моменты, мы с моим мужем Джеффриотправились в Нью-Йорк — сделать кое-какие дела и заоднопоразвлечься. Мы приехали туда в пятницу утром, и, едва поселившись вотеле, я принялась обзванивать рестораны, заказывая столики науик-энд, и выуживать из газет информацию по поводу разныхувеселительных мероприятий. Я чувствовала: Джеффри моя деятельностьнесколько раздражает, но объясняла это тем, что он утомился в дороге.Мы вышли прогуляться, а потом вернулись в номер, чтобы приготовитьсяк обеду. Когда я достала список намеченных нами мероприятий и сталавместе с ним просматривать пункт за пунктом, Джеффри, к моемуудивлению, держался отчужденно, не проявляя никакого интереса.
— Что-то нетак, милый? — спросила я.
— Тырасстраиваешь меня, вот и все.
— Но чем?Что я такого сделала? — стала оправдываться я.
— Не знаю…Ты просто помешалась на своих списках и планах. Неужели нельзя просторасслабиться и не стараться все контролировать?
На это слово«контролировать» я отреагировала как бык на краснуютряпку:
— Ничего яне стараюсь контролировать. Я просто хочу, чтобы мы отдохнули какследует.
— Знаешь,Барбара, не прикладывая таких стараний, ты, возможно, отдохнешьгораздо лучше.
И вдруг я расплакалась,этот плач шел откуда-то из глубины моего существа. А ведь он прав. Яиз кожи вон лезла, чтобы отдых удался, чтобы он был счастлив. Я всюжизнь пыталась контролировать события, происходящие вокруг меня,добивалась чего-то и искренне верила: чем больше усилий я приложу,тем счастливей буду потом. И вот теперь я столкнулась лицом к лицу справдой: оказывается, именно мои отчаянные попытки мешали мнеиспытать радости, к которым я так настойчиво стремилась. Аразревелась я, потому что в этот момент поняла: я не знаю, какостановиться в своих попытках.
Джеффри подошел ко мне,обнял, и я, глотая слезы, прошептала:
— Я боюсь,что если брошу все на самотек, то упущу многое.
Я никогда не забуду,что он мне ответил:
— Если ты неперестанешь стараться, то упустишь все.
Сила истины,высказанной Джеффри, глубоко проникла в мое сердце. В те минуты,когда он, прижимая меня к себе, осушал мои слезы поцелуями, я поняла,что теперь мне придется заново учиться жить. До сих пор япользовалась энергией только одной разновидности, что давало мнеудовлетворение. Это была энергия действия: пробивайся, борись,созидай. Этот вид энергии вовсе не плох, он был необходим мне, чтобыдостичь того, что есть. Но теперь мне требовалась совершенно другаяэнергия, способная поднять меня на следующий уровеньудовлетворенности, — энергия бытия, которой я не очень-тоумела пользоваться, да и знала о ней совсем немного.
В ту ночь, проведеннуюв Нью-Йорке, мой мудрый и чуткий муж понял — те самые средства,пользуясь которыми я поднялась так высоко, теперь мешают мне, и чемнастойчивее мои попытки добиться счастья, тем несчастнее будустановиться я и, соответственно, он!!!
Вот рассказ, который янаписала той ночью под впечатлением урока, полученного от Джеффри.
Женщина, которая пыталась «взобраться наозеро»
Жила когда-то женщина,которая всю жизнь карабкалась на высоченную гору. Она началавосхождение еще ребенком и уже не помнила, занималась ли чем в жизниеще. Год за годом она взбиралась по кручам и постепенно сталаискусным скалолазом. Мускулы ног и спины укрепились настолько, чточерез некоторое время лезть вверх для нее уже было так 34 жеестественно, как дышать. Шло время. Она поднималась все выше и выше,уже не прикладывая даже усилий: все движения ее тело совершалоавтоматически.
И вот однажды женщинадостигла горной вершины… Она так ликовала по поводу своегодостижения, что ей не терпелось продолжить путешествие и покоритьследующую вершину. Оглядев горизонт, она увидела прекрасное синееозеро, простирающееся во все стороны так далеко, насколько она моглаокинуть взглядом. Но, занимаясь всю жизнь скалолазанием, женщина жилатолько в горах, она никогда еще не видела озер, даже не знала, чтоэто такое, увидев перед собой бесконечную водную гладь, она решила,что это какая-то необычная разновидность горы. А поскольку, чтобыпродолжить путь, ей необходимо было пересечь странное синееобразование, у нее просто не оставалось выбора.

Итак, горная женщинаподошла к воде и стала «взбираться на озеро», совершая теже самые движения, как при скалолазании. Вначале она никак непонимала, почему не продвигается вперед, а только изматывает себя.Она собрала воедино всю силу, что таилась в ее мощном теле, и стала«карабкаться» с удвоенной энергией, поочередно выставляявперед то одну, то другую ногу, а руками пытаясь ухватиться за«голубой камень», но лишь попусту тратила силы. Она сноваи снова падала и не продвигалась ни на йоту.
Как раз в тот момент,когда женщина уже была близка к отчаянию, она заметила человека,который плыл по поверхности голубого озера, плавно проходя сквозьводу за счет легчайших движений рук и ног.
— Чем это тызанимаешься, мой друг? — крикнул он ей.
— Будто самне видишь, — ответила женщина смущенно. —Взбираюсь на озеро.
— Эх,дорогая моя, да разве ты не знаешь, что на озеро нельзявскарабкаться? Его можно только переплыть.
— Но я такойотличный скалолаз! — упорствовала горная женщина. —Я всю жизнь училась взбираться на горы. Мне любая вершина нипочем,любой горный хребет. Наверняка я найду способ взобраться и на озеро.
— Несомневаюсь, что ты отличный скалолаз, — учтиво согласилсяпловец. — Но здесь, в воде, твое искусство тебе непоможет. Для того чтобы подняться на горную вершину, требуется одинвид мудрости. Для этого тебе нужно научиться быть сильнее горы. Атеперь, чтобы перебраться через озеро, тебе нужна другая мудрость: тыдолжна, покориться водной мощи, позволить воде быть сильнее тебя. Ненужно прикладывать столько усилий. В сущности, чем меньше ты будешьнапрягаться, тем лучше это получится!
И вот мужчина из озерастал учить Женщину гор плавать. Вначале она лишь беспомощноплескалась и барахталась в воде, потому что привыкла прикладыватьсилу для карабканья вверх. Но учитель ей попался терпеливый, имало-помалу она научилась держаться на поверхности воды, позволяяветру и волнам тихонько нести себя вперед, а вскоре ей и вообще почтиничего не пришлось делать самой.
Вот так женщина горпостигла, что отдаться во власть стихии — не менее мощноесредство, чем упорно продвигаться вперед.
Когда мы учимсяиспытывать больше подлинных моментов, от нас требуется совершеннодругое искусство, нежели при составлении и выборе целей. Взбиратьсяна озеро — бесплодное занятие. В остальных главах книги япредложу вам способы, как создавать больше подлинных моментов во всепериоды вашей жизни.
Что такое подлинные моменты?
Что такое подлинныймомент? Как его распознать? У всех подлинных моментов есть по крайнеймере три свойства, которые необходимо знать.
Осознанность
Подлинные моментывозникают, только когда вы полностью отдаете себе отчет в том, где вынаходитесь, что вы делаете и что чувствуете при этом. Вы проявляетевнимательность и поэтому видите то, чего в противном случае незаметили бы. Вы осознаете только то, что переживаете в настоящиймомент.
Только когда ваше сознание полностью направленона тот момент, в котором вы пребываете, вы можете получить тот дар,урок или удовольствие, которые предлагает вам этот момент.
Контакт
Подлинные моменты могутвозникнуть только тогда, когда вы устанавливаете эмоциональныйконтакт с кем-то или чем-то. Это может быть контакт между вами и тем,кого вы любите, или между вами и каким-то незнакомцем, или между вамии деревом, о которое вы опираетесь, или между вами и богом. Все этомоменты, когда мы проникаем сквозь преграды, обычно разъединяющиенас, и в процессе такого контакта происходит нечто вроде волшебства.
Как правило, мы называем ощущения, связанные сразмыванием преград, ЛЮБОВЬЮ. Вы и какой-то другой объект перетекаетедруг в друга.
Отдать себя во власть
Вы создаете условия дляподлинных моментов, когда полностью отдаетесь во власть того, что выпереживаете, и не стараетесь контролировать события. Вы на стопроцентов вовлечены в то, что вы делаете: прогуливаетесь ли вы,занимаетесь ли любовью, выпекаете хлеб или наблюдаете за играми вашихдетей. Вы встречаете момент с распростертыми объятиями, вместо тогочтобы ему противиться.
Невозможно испытать подлинный момент, если выпытаетесь контролировать ситуацию или эмоции или противиться им.
Итак, если бы я могласоставить для вас формулу получения подлинного момента, она звучалабы примерно так:
Осознавайте в полноймере то, что вы чувствуете или переживаете в этот момент…
Когда вы осознали его,преодолейте иллюзию разъединенности и установите контакт с человеком,вещью или чувством, с которым вы имеете дело…
Затем отдайте себяполностью этому контакту…
Ну вот, теперь у васдолжен наступить подлинный момент.
Подлинные моменты можнонайти в повседневных занятиях…
Мой брат прекраснокатается на виндсерфинге, и он испытывает немало подлинных моментов,стоя на доске, несущейся по волнам. Все его внимание сосредоточено натом, что он делает. Он чувствует полное единство с парусом в егоруках, стекловолокном у него под ногами, океаном, что плещется вокругнего. Он полностью отдается каждому дуновению ветра, каждой толикеморской воды, брызнувшей ему в лицо. Он чувствует себя по-настоящемуживым, по-настоящему удовлетворенным… Он сливается со стихией.
Моя мама испытываетмного подлинных моментов у себя в саду. Она полностьюсосредоточивается на каждом новом цветке, который высаживает, накаждом клочке земли, который она пропалывает, на каждом засохшемлистике, который она обрывает. Она устанавливает контакт скрошечными, насыщенными зеленью живыми организмами — ведь отнее зависит, получат ли они подпитку, зацветут ли они. Она отдаетсяприкосновениям к земле, проходящей между ее пальцами, воздуху,напоенному мускусным запахом сырого чернозема, сладостному,волнующему ощущению того, что мать-Земля продолжает свою жизнь черезнее.
Я испытываю немалоподлинных моментов, когда гуляю со своим лучшим другом собакой Вижу.Следуя за его маленьким пушистым тельцем, я ясно осознаю каждуютрещину в тротуаре, каждый кустик с собственными своеобразнымиочертаниями, каждое дерево, под которое нам предстоит нанести визит.Я связана с расслабленной трусцой Бижу, и, по мере того как яподстраиваюсь под его ритм, его нужды становятся моими собственными.Я полностью отдаюсь этой прогулке, зная, что мне больше некуда идти,нечего делать, потому что наступил подлинный момент, Бижу помогаетмне вспомнить, что в жизни, возможно, нет ничего важнее, чем понюхатькаждый необыкновенный цветок, который попадается нам на пути, инасладиться прогулкой.
Недавно я получила попочте поздравительную открытку и хочу ознакомить вас с еесодержанием:
«Вчерашнее —история.
Завтрашнее — тайна.
Сегодняшнее — дар,
другим словом, подарок…».1
2. Духовный кризис в Америке
Должно же быть в жизни что-тоболее важное, нежели стремление иметь все.
Морис Сендак
Как мы утрачиваем своюспособность чувствовать подлинные моменты? Каков источник тогобеспокойства, какое мы порой ощущаем в потаенных уголках своегосердца? Почему нам зачастую так трудно найти удовлетворение, котороемы ищем? Чтобы найти ответы на эти вопросы, чтобы правильным образомначать наше путешествие к тому, что простирается впереди, нам следуетвначале оглянуться в прошлое.
Итак, представьте накакой-то момент, что вы — путешественник во времени,отправившийся в путь из Америки восемнадцатого столетия. Выпрограммируете свою машину времени, смотрите на часы и обнаруживаете,что чудесным образом приземлились в самом конце двадцатого столетия.
И вот вас, выходящегоиз машины времени, приветствует Америка — такая, какой онастала в середине девяностых. Первое, что бросается вам в глаза, —это огромный технический прогресс. Автомобили, самолеты, телевидение,факсы, посудомоечные машины, компьютеры — все это кажется вамсказкой. «Насколько легче живется здесь по сравнению с темвременем, откуда я прибыл!» — восхищаетесь вы.
Но постепенно,вглядываясь в своих потомков из двадцатого столетия, вы начинаетеподмечать много такого, что приводит вас в смущение. Прежде всего,окружающие вовсе не выглядят такими же счастливыми или дружелюбными,какими были люди там, в вашем времени. Они, не здороваясь, торопливопроходят мимо друг друга с такими озабоченными лицами, словно где-тослучился пожар. «Эй, что у вас за беда?» —спрашиваете вы у прохожего. Но он лишь раздраженно мотает головой иотворачивается, предоставляя вам самому гадать, почему люди настольковзвинчены и разобщены.
Вскоре вы замечаете,что на улицах и в парках полным-полно каких-то беженцев: голодных,пришибленных взрослых и даже детей, которым, похоже, негдепереночевать. Вначале вы полагаете, что это пленные, уроженцыкакой-то далекой, враждебной нам страны, с которой мы недавно веливойну. Но потом слышите, что они разговаривают по-английски. «Откудавзялось так много бездомных американцев? Почему они вынуждены жить наулицах? — недоумеваете вы, не в силах в это поверить. —И почему никому нет до них дела?»
Но по-настоящему выбьете тревогу, когда принимаетесь читать газеты и журналы, а такжесмотреть в волшебный ящик, что зовется телевизором. Вот что выузнаете:
«Поопубликованным сегодня новейшим статистическим данным, в прошлом годуотмечено 2,7 миллиона случаев жестокого обращения с детьми илипреступного безразличия к ним».
«Последниеисследования показали, что 43 процента населения — алкоголикиили люди, выросшие в семье алкоголиков или состоящие в браке салкоголиком».
«По даннымполиции, в Америке каждые шесть минут женщины подвергаются насилию.Из каждых четырех женщин три в течение жизни станут жертвамипреступления с элементами насилия».
«Большинствоубийств совершается людьми, состоящими со своими жертвами в близкихотношениях или являющимися их родственниками, а вовсе непосторонними».
«Новейшиеисследования показывают, что из каждых двух браков один обязательнозаканчивается разводом, а супружеская неверность, в особенности состороны женщины, становится все более частым явлением».
«Правительствосообщает, что мы проигрываем войну с преступностью, и прогнозирует,что в будущем нам потребуются сотни новых тюрем, чтобы вместитьвозросшее количество правонарушителей».
«Еще однастрельба из машин зарегистрирована сегодня в маленьком, тихом городкеМидуэсте. Три человека погибли, четверо получили ранения. По словамочевидцев, преступники даже не были знакомы со своими жертвами.Единственным мотивом было настроение стрелявших: им хотелось задатькому-нибудь перцу».
Вы с ужасом смотритевсе новые и новые репортажи. Ничем не мотивированное насилие…Родители, избивающие своих собственных детей, измывающиеся над ними…Миллионы Мужчин и женщин, губящие свою жизнь наркотиками и алкоголем…Разрушенные семьи… Люди, живущие на улицах… И страх,страх повсюду… «Что случилось с Америкой? —вопрошаете вы недоуменно. — Каким образом она превратиласьв общество, запрограммированное на саморазрушение? Что сталось снашими надеждами на лучшее будущее, с мечтами о том, что наша нациястанет жить в мире и процветании?»
И вот вы сновабросаетесь к своей машине времени и берете курс на то столетие,откуда недавно прибыли, моля, чтобы было еще не поздно вернутьсяобратно, и оплакивая своих прапраправнуков, которые однажды появятсяна свет, чтобы оказаться в этой цивилизации потерянных душ.
Стоя на пороге двадцатьпервого столетия, наша нация демонстрирует все симптомы глубочайшегоэмоционального и духовного кризиса. Что сталось с Америкой? Мы —общество, до опасной степени утратившее равновесие.
Мы имеем большийматериальный комфорт, чем все предшествующие цивилизации, и при этом,совершенно очевидно, гораздо более несчастны на личностном уровне.Разгул преступности, насилие, разводы, пагубные пристрастия — аэто лишь несколько проблем — все это наблюдается сегодня у насв гораздо большем масштабе, чем когда-либо в прошлом, и с каждым днемположение все усугубляется.
Наши возможноститехнологического освоения окружающего мира возрастают такими темпами,что просто дух захватывает, при этом мы, похоже, утрачиваемспособность наслаждаться жизнью в этом мире. Положение вещей, котороепри нашем воспитании не так давно считалось само собой разумеющимся,для многих стало теперь далекой вожделенной мечтой или согревающимсердце воспоминанием: брачный союз на всю жизнь, безопасное жилище,которое мы с гордостью называли «дом», уверенность в том,что наши дети будут жить лучше нас, и, возможно, самое главное —уйма свободного времени на прогулки, на то, чтобы спокойно отдохнуть,наслаждаясь плодами своего труда, наконец, просто на ничегонеделание.
В результате людибросаются в отчаянные, порой даже опасные и очень часто безуспешныепоиски смысла. Мы, люди средних лет, расстаемся с иллюзиями, насразочаровывает окружающий мир, быстро меняющийся в худшую сторону,уже не дающий того ощущения безопасности, к которому мы привыкли вюные годы.
Мы уже не являемсяобществом, которое с каждым днем становится все более счастливым ипроцветающим, а ведь это и составляло суть американской мечты.
Более того, у нас землягорит под ногами. Землетрясения, ураганы, пожары и наводнения,морозные зимы, тянущиеся целую вечность, нескончаемые проливныедожди… Сам организм нации подвержен какому-то недугу. Конечно,ученые найдут логическое обоснование всем этим аномалиям. Но если выприслушаетесь, то уловите тот крик о помощи, с которым обращается кнам мать-Земля.
Некоторые из вас знаютвсе это. Подобно нашему приятелю, путешествующему во времени, вызнакомы со статистикой, публикуемой в газетах, вы смотрите телевизор,вам самим или близким вам людям уже омрачили жизнь насилие, иличья-то грубость, или пагубное пристрастие, или развод, илибезработица. Вы знаете, что наш мир уже не так безопасен и не таит всебе столько надежд, как раньше. И, подобно мне, подобно всем нам, выповорачиваетесь к своим страхам и печалям спиной и наращиваетенепроницаемую защитную оболочку, которая позволяет вам идти по жизни,не поддаваясь отчаянию. Именно эта непроницаемость, глухота мешаетнам переживать подлинные моменты, которые сейчас необходимы нам, какникогда.
Я уверена, что нашеэмоциональное и духовное выживание зависит от того, сможем ли мы НЕстать глухими, сможем ли мы НЕ отворачиваться. Конечно, я до сих поррассматривала только одну сторону медали.
В нашей нации естьмного хорошего: мощные голоса тех, кому не все равно, разнообразныесилы, способные переменить нашу жизнь. Но пока их недостаточно. Нашастрана попала в беду. Мы как народ попали в беду. На карту поставленонаше счастье, счастье наших детей и детей наших детей. Мы не можем,действуя поодиночке, излечить все недуги, поразившие наше общество,но мы можем внести элемент доброты, заботы, осознанности в то, чтопроисходит внутри нас и вокруг нас. И это что-нибудь, но начнетменять.
Потребность в подлинныхмоментах в нашей жизни сейчас велика, как никогда, —моментах сострадания к ближнему, моментах контакта с теми, кого мылюбим и кто нуждается в любви, моментов сосредоточения и врачеваниясамих себя. Создавать подлинные моменты сейчас труднее, чемкогда-либо.
Почему после такогомногообещающего для нации рывка настали столь унылые времена? Толькодокопавшись до исторических корней духовного кризиса в нашей стране,мы поймем и природу духовного кризиса в нас самих.
От растерянных пионеров к янки-первопроходцам
Америка — нация,насквозь пропитанная духом пионерства. Многие из наших предковоставляли родные края, они прибывали в эту страну из всех уголковземного шара, преодолевая тысячи миль, часто наперекор страшнымэмоциональным, финансовым и физическим лишениям. Афроамериканцы,которые, в отличие от самых ранних поселенцев, прибыли сюда не пособственной воле, а были доставлены к нашим берегам в цепях,вынуждены были стать пионерами иного сорта. Они прошли тернистый путьот невольничьих оков к свободе, они покидали плантации ипередвигались из штата в штат, чтобы обрести человеческое достоинствои равноправие, отнятое у них их угнетателями. Даже коренное населениемигрировало по равнинам в поисках благоприятной погоды и удачнойохоты. Наша история — это история переселенцев, постоянномечтающих о том, что скрыто за следующим холмом, всегда стремящихсявперед, туда, где больше земли, большие воды, где больше изобилия исвободы.
Примерно к началу этогостолетия мы осознали, что подошли к самым границам. Дальше идти былонекуда. Не осталось места для закладки новых городов, не осталосьместа для дальнейшего расселения. Мы ощутили себя растеряннымипионерами, которым нечего больше осваивать. Но остановиться мы немогли, потому что к этому времени мы уже превратились вянки-первопроходцев. Страсть к первопроходчеству стала семейнойболезнью, мы унаследовали ее от своих дедушек и прадедушек, некогдадобравшихся до этой обетованной земли. Теперь эта страсть у нас вкрови. Мы просто помешаны на том, чтобы получить как можно больше.
И вот объектом нашегоненасытного голода стали не земли, а вещи, и началось повальноеувлечение новыми технологиями и потребительством. Мы заставлялимашины работать все быстрее и эффективнее. Мы делали вещи все болеекрупные и качественные. Мы установили новые правила,регламентирующие, как нам жить, что покупать и что носить, что сейчасв моде, и, быстро устав от всего этого, мы восстали против традиций,которые сами же сравнительно недавно ввели, и поменяли правила нановые. Наши постоянно меняющиеся вкусы — вот что подпитывалоамериканскую экономику. Даже если наш старый автомобиль великолепноездит, нам все равно подавай новую модель. Даже если наша стараяобувь еще крепка, мы стремимся купить новую, на более высокихкаблуках или с носами другой формы. Даже если наш прежний телевизорхорошо показывает, нам нужен новый, с более совершенным дистанционнымуправлением и новыми прибамбасами. Все старое мы отметаем, ко всемуновому тут же готовы воспылать любовью.
Стремление ксовершенству присуще человеческой натуре. И нет ничего необычного втом, что люди изыскивают способы улучшить свою жизнь, —все цивилизации в человеческой истории занимались тем же самым.Необычно то, с каким всевозрастающим рвением мы в Америке стремимся кновизне и прогрессу. В американской современной цивилизации за годпроисходит столько сдвигов, сколько в европейской или азиатской —за десятилетия. И как только другие культуры узнают, что вСоединенных Штатах появилось что-то «горяченькое», оничасто отбрасывают вековые традиции и принимают наши последние причудыс распростертыми объятиями.
Таким образом, Америкас ее культом всего нового коренным образом изменила лицо планеты.Синие джинсы, футболки, теннисные туфли, гамбургеры — все этостало статьями нашего культурного экспорта. Вы никогда не услышите,как американские подростки распевают итальянские или немецкиешлягеры. Вы никогда не увидите, как миллионы американцев рвутсяпосмотреть последний французский супербоевик. Вам не удастсяпосмотреть передачи бразильского телевидения с английскимисубтитрами. Но явления противоположного свойства имеют место каждыйдень, на всех континентах.
Во время последнейпоездки на Бали мы с мужем наблюдали за кремацией — ритуалом,священным и торжественным для балийцев. И вот, когда несколькобалийских мужчин, лет примерно тридцати, подняли носилки, на которыхпокоилось тело усопшего, мы, к удивлению своему, обнаружили, чтополовина из них одета в спортивные майки с названиями и символамиамериканских рок-групп. Непостижимым образом рок-группам, таким, как«Перл джем» и «Аэросмит», удалось просочитьсядаже на церемонию погребения балийского фермера, возделывавшего рис.
Годы потворства своим слабостям
В шестидесятые годывиновники демографического взрыва взяли короткую передышку, восставпротив тогдашнего материалистического статус-кво, и попыталисьруководствоваться в жизни философией «сделал дело, гуляйсмело». Но как только мы обнаружили, как это приятно —делать деньги и тратить их, ребята охотно облачились в свои костюмы,прихватили сзади резинкой свои длинные волосы, а девушки побрили ногии снова стали носить лифчики. И вот, сменив наши старенькие«Фольксвагены» на новые сверкающие «Хонды» и«Тойоты», мы последовали примеру наших восторженныхродителей и с наслаждением влились в основное русло американскойжизни.
Зародившийся в концешестидесятых, не стихающий в семидесятые и восьмидесятые, наш бумоголтелого потребительства достиг своего пика. «Вы можете иметьвсе это» — таков был наш девиз, и мы в него верили. Мывсегда были обществом, влюбленным в свободу, именно свобода изавлекла сюда многих из нас. Потом политических и религиозных свободоказалось недостаточно. Мы захотели свободы финансовой, сексуальной иэмоциональной.
Мы хотели стольковещей, столько удовольствий и такого самовыражения, насколько этобыло возможно. Как потребители, мы не могли удовлетворить свой голод:нам было недостаточно товаров, инвестиций, долгов. К счастью для нас,техника тоже быстро развивалась, возникали совершенно новые отраслииндустрии, производящие компьютеры и факсы, сотовые телефоны ипроигрыватели компакт-дисков. Как мы собирались платить за всю этуновую всячину? Как? Да мы просто набили бумажники кредитнымикарточками и перезаложили наши дома. Правительство напечатало большеденег, и мы продолжали их тратить.
В нашей личной жизнипионерский менталитет находил свое выражение в страсти к сметениюстарых ограничений и стремлении испытать больше индивидуальнойсвободы, чем когда-либо прежде. «Будь самим собой» и«занимайся своим делом» — вот какими девизами мыруководствовались. Романы на одну ночь и групповой секс родилисьтогда, когда мы отвернулись от старых традиций с таким жевоодушевлением, с каким некогда оставили родину предков и отправилисьв Америку.
Некоторые обозревателиименуют этот период нашей недавней истории «годами потаканиясобственным слабостям». Нам хотелось иметь больше, делатьбольше, быть большим, чем мы есть. Тогда родилось словечко«самосовершенствование» и сопутствующие ему индустрии,помогающие нам стать лучшими. Теперь мы могли вступить воздоровительные клубы, чтобы довести до совершенства свое тело,участвовать в семинарах и слушать магнитофонные записи, с тем чтобыпонять себя и сделать свое поведение более мотивированным, читатькниги, чтобы убедиться, что мы все делаем правильно. Наши самыепопулярные бестселлеры учили нас, как лучше заниматься сексом, какстать более хорошими родителями, более хорошими теннисистами, болеехорошими менеджерами, как стать лучшими буквально во всем.
Чем больше мы делали,тем яснее понимали, на то, чтобы усовершенствовать себя, требуетсяуйма времени. И вот мы купили органайзеры, стали учиться, какправильно распределять время и составлять для себя подробнейшийграфик деятельности. Даже нашим детям, посещающим гимнастическиезалы, хоккейные площадки и компьютерные клубы, понадобились детскиеежедневники, чтобы вести учет своему времени.
Возможно, нас слишкомзанимали новые игрушки и новые задачи, чтобы мы заметили появлениепризнаков того, что «бензин вот-вот закончится». Вначалеони были едва различимые: мы вдруг сообразили, что уже много недельчлены семьи не собирались вместе за обеденным столом, посмотрев накалендарь, обнаружили, что у нас не осталось ни одного свободного дняили уик-энда, когда мы могли бы — боже правый! —просто ничего не делать. А стопки кредитных карточек все множились,но… мы так веселились, что сбавить темп было простоневозможно.
Теперь, кажется,большинству из нас уже не до веселья. Почему? Мы на многое закрывалиглаза, а теперь вынуждены, платить за свою беспечность. Любыевечеринки рано или поздно подходят к концу, и наша — отнюдь неисключение. Показуха и жадность семидесятых и восьмидесятых прошли, ивот теперь мы подводим итоги, ведем учет социальным, духовным иэмоциональным потерям, Кризис, перед лицом которого оказались сейчасСоединенные Штаты, отражает определенные политические,технологические, экономические и социальные катаклизмы, которыепостигли нас практически одновременно и в совокупности нанеслинемалый ущерб психике американцев.
Конец американской мечты
В экономической сференовая реальность окончательно утвердилась в конце восьмидесятых. Мывсласть посорили деньгами, и в конце концов настало время платить посчетам. Не обязательно быть финансовым экспертом, чтобы понять, чтопроизошло. И не важно, каким словом мы это назовем — «спад»,«депрессия», «национальный долг». Главное,что мы очертя голову неслись к экономическому кризису, которыйзатронул всех нас.
Частично этот обвалвыразился в безработице, явлении далеко не новом в двадцатомстолетии. Но на сей раз нас напугало то, кто именно лишился работы.Люди, которые никогда не ожидали, что останутся не у дел:администраторы верхнего эшелона, профессионалы, менеджеры. Журнал«Тайм» сообщает, что начиная с 1991 года пятьдесят пятьпроцентов американцев или сами остались без работы, или кто-то из ихдрузей стал безработным. Мужчины и женщины под пятьдесят, обивающиепороги различных учреждений в поисках работы, — сейчас нередкость.
Одно дело временноперебиваться без работы, когда тебе двадцать лет и ты не чувствуешьни перед кем обязательств. Совсем-другое дело, когда у тебя дома троедетишек и еще есть закладная, уйма других долгов, а место, на которомты проработал лет десять-пятнадцать, вдруг упразднили. Большинстволюдей вступало в свои зрелые годы, ставя перед собой цель добитьсяфинансовой независимости и надеясь, что, уйдя на пенсию, они смогутпожинать плоды своих трудов. А теперь они озабочены лишь тем, как быподольше продержаться на работе.
Для многих пожилыхамериканцев мечта об обеспеченной старости, некогда столь блестящая,заметно поблекла, поскольку процентные ставки упали до минимума ивклады, которые, по их мнению, должны были кормить их до конца жизни,с каждым днем обесцениваются. Миллионы людей, достигшихшестидесятилетиего возраста, с таким старанием обеспечивавших свои«золотые годы», вкалывавших по десять часов в день, чтобыпотом наслаждаться сытой жизнью, вынуждены теперь откладывать свойвыход на пенсию на неопределенное время, чтобы просто выжить.
Другие живут впостоянном страхе, что не смогут оплатить медицинские счета илиокажутся перед лицом суровой реальности, когда давняя мечта опутешествии так и останется несбыточной, или их тяготит мысль, чтоони не смогут завещать никаких средств детям, потому что придетсяистратить сбережения на то, чтобы выжить самим.
На наше молодоепоколение, поколение двадцатилетних, рушащаяся экономика оказывает неменее ужасное воздействие. Раньше молодые люди поступали в колледж впервую очередь потому, что знали: получив образование, они смогутнайти намного лучшую работу. Теперь предел их мечтаний —устроиться хоть кем-то. У нас возникла новая субпопуляция посыльных,официантов, водителей такси с дипломами бакалавров и магистров.Реальные надежды, которые поколение молодых лелеяло в семидесятых,когда выпускников колледжей наперебой зазывали крупные корпорации, вдевяностых сменились мрачным пессимизмом относительно будущего.Нынешние молодые, в отличие от предшествующих поколений, уже неверят, что будут жить благополучнее своих родителей. Наоборот, ихсердца гложет чувство неопределенности.
И вот застрельщикидеторождаемости, теперь уже обзаведшиеся детьми, приходят кобескураживающим выводам. Оказывается, их сыновья и дочери, когдавырастут, не будут иметь больше, чем мы. Дай бог, чтобы имели столькоже. Мы видим, как наши дети бьются за рабочие места, мы пускаем их ксебе жить, чтобы они смогли сэкономить хоть сколько-то денег, и намбольно представить их будущее, особенно когда мы вспоминаем себя в ихвозрасте — тогда мы верили, что сможем заполучить все.
Мы внушаем себе, чтоположение вещей не настолько уж хуже прежнего, что времена приходят иуходят. Но потом мы выходим из офиса и видим на улице бездомныхмужчин, женщин и детей — голодных, затравленных, съежившихся отхолода, служащих нам живым напоминанием того, что мы живем вуникальное время. Да, среди тех, кто ночует на улице или в старомавтомобиле, есть и алкоголики, и отбывшие наказание преступники. Носреди них есть также и матери-одиночки, безработные авиамеханики,дети, отцы которых, проработав на одном месте пятнадцать лет, былиуволены и не имеют никаких сбережений. По лицам этих людей видно,какую богатую жатву собрал экономический кризис. Дело не только вутраченной работе, крыше над головой, возможностях дело в утратеамериканской мечты.
Синдром семейного бешенства
Даже для тех, кто имеетработу и способен оплачивать счета, жизнь уже не та, какой она быладля наших родителей и какой мы ее всегда считали. Большинству семей,чтобы прожить, уже требуются два кормильца, а это означает, чтобольше женщин, чем когда-либо прежде, работают с полной или частичнойзанятостью.
Проводить время сдетьми или с мужем, проявлять заботу о доме, иметь хобби, занятьсячем-то для души или даже обычной стиркой — все это теперь сталодалеко не простым делом, потому мы тратим слишком много сил навыживание. Этот водоворот маниакальной активности затягивает и нашихдетей, которые, чувствуя, что, кто делает больше, тот и получаетбольше, расписывают свое время на недели вперед.
Психолог Джон Роузмондокрестил это синдромом семейного бешенства. Мама, папа и дети носятсякак угорелые с одной деловой встречи на другую, из школы на работу,лишь изредка останавливаясь, чтобы перекусить, и почти всегдапорознь. Дом, прежде служивший относительно спокойной гаванью вбурном житейском море, теперь стал для многих из нас чем-то вродеремонтно-заправочного пункта, где можно помыться, переодеться иперекусить перед очередным этапом гонки за новыми достижениями.
Стоит ли удивляться,что мы утратили способность переживать подлинные моменты, если мыработаем как проклятые, чтобы сохранить то, что мы имеем. Мы боимсяостановиться, чтобы не потерять что-нибудь…
Технологический удар по психике
Если американская мечтапоблекла из-за экономических невзгод, то американская психика вравной степени пострадала от технологического взрыва.Парадоксальность ситуации заключается в том, что те отраслипромышленности, которые дают нам столько комфорта и развлечений инастолько облегчают нам жизнь, в значительной степени повинны в тойпсихической неустойчивости, которая стала частью американскоготипажа. С этой точки зрения телекоммуникационные спутники сталиоружием куда более разрушительным, чем любые боеголовки или ракеты,наводящие на нас столько страху.
Современные технологииувели нас из индустриального века в век информационный. С тех пор какмы привыкли к новому стилю жизни, определяемому высокимитехнологиями, мы редко задумываемся о том влиянии, которое они на насоказывают. Недавно я слышала, как один социолог поделился по радиолюбопытнейшим фактом. С появлением спутников, телевидения икомпьютеров мы с вами получаем за один день больше информации, чемнаши предки, отделенные от нас несколькими поколениями, за тысячудней!! Это означает, что наши мозги должны перерабатывать за двадцатьчетыре часа такой объем информации, какой некогда перерабатывалипримерно за три года.
Пятьдесят лет назад, вовремя Второй мировой войны, наши родители, дедушки и бабушки получалиинформацию из газет, радио и выпусков кинохроники. Большинствоновостей поступало без изображения, без звука и часто с опозданием нанесколько дней. Смерть и разрушения, сопутствующие всем войнам,частично утрачивали свой ужасающий реализм, поскольку о них узнавалипостфактум. Но сегодня все обстоит по-другому. Мы не только читаем овойне, смерти или стихийном бедствии — мы наблюдаем за ним так,словно находимся в гуще событий, За последние несколько лет я, словнозритель в первом ряду, следила за развитием кризиса в Персидскомзаливе, войной в Боснии, ураганами во Флориде, наводнениями вМидуэсте, землетрясениями в Калифорнии и в Мексике, за перестрелкамив Соединенных Штатах между представителями власти и разнымипреступными элементами.
Несколько месяцев назадя за один-единственный день увидела пожар, разбушевавшийся вЛос-Анджелесе, крушение самолета в Гонконге, бомбардировку вПалестине и детей, умирающих от голода в Сомали. Переключая кнопки напульте дистанционного управления, я стала очевидцем такого количестватрагедий, которого никогда не пережила бы в своей личной жизни.Столько страдания человеку многовато даже на всю жизнь, не говоря ужеоб одном дне. Что сталось бы с нашими предками, имей они возможностьвидеть по телевидению, как сбрасывают первую атомную бомбу наХиросиму, или казни во время Французской революции, илираспространение бубонной чумы в четырнадцатом столетии, или распятиеХриста?
Можем мы хотя быпомыслить о том, как бы это повлияло на них и что было бы с намисейчас?
«Расплавление» мозгов в современнойАмерике
Даже одно из этихужасных событий может вызвать у его свидетеля сильнейшееэмоциональное потрясение. Так что говорить о нас, находящихся подинформационным обстрелом изо дня в день? Уверена, что наша психикаиспытывает постоянные перегрузки. Человеческая психика способнавыдерживать стрессы лишь до определенного уровня, после чего онавыходит из строя, подобно тому как начинает плавиться, а то ивозгорается электропроводка от чрезмерного напряжения в сети.
Представьте себекомпанию людей, надежно запертых в комнате. На стенах — десяткимощных динамиков, изрыгающих тысячи децибел музыки. Мерцают экранымногочисленных телевизоров, настроенных на разные каналы. Очень скороу большинства этих людей резко изменится настроение, они будут совсемпо-другому себя вести.
Став подавленными,переутомленными, встревоженными, они начнут проявлять признакивраждебности и агрессивности. И в конце концов эти люди скатятся кнасилию. Такие замечательные, казалось бы, ребята примутся орать другна друга, и даже самые утонченные из них окажутся втянутыми в драку.
Почему так произошло?Люди стали жертвами избыточной стимуляции. Научные исследованиявоздействия избыточной стимуляции на животных и людей показывают,что, когда мы в течение короткого времени подвергаемся слишкоминтенсивному умственному, эмоциональному или сенсорному воздействию,наш уровень беспокойства резко возрастает. Это беспокойство должнонайти какой-то выход, и подопытные особи часто находят его впроявлении враждебности и насилия. Наш мозг словно сигнализирует:«ОСТАНОВИТЕСЬ! Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ. МЕНЯ СЕЙЧАС ПРОСТО РАЗНЕСЕТ НАЧАСТИ!!!»
Нечто подобное в слабыхформах все мы пережили. У вас в один и тот же момент зазвонилтелефон, засвистел чайник, а тут и ребенок задал вам какой-то вопрос.Вам хочется закричать. Ваш мозг «зашкаливает», вы стонетеили бросаете бранное слово — свидетельство того, что в вашеммозгу произошло «короткое замыкание».
Мы, в Америке, страдаемот «расплавления»-мозгов и «коротких замыканий»в эмоциях. В наши границы вторглись спутниковое телевидение, факсы,сотовые телефоны, и становится все меньше мест, где можно От нихукрыться. Мы больше не можем, спрятавшись в собственном маленькоммирке, игнорировать то, что происходит в других частях страны илиземного шара. В том новом конгломерате, в котором мы живем, наспостоянно и безжалостно избыточно стимулируют, тем самым приговариваяк жизни в состоянии постоянного легкого, но вполне ощутимогобеспокойства.
Беспокойство —это не просто состояние психики, оно проявляется и в сильномнарушении функционирования всего организма. Наше тело тоже реагирует,когда мы переживаем страх или нервозность: подскакивает кровяноедавление, учащается пульс, учащается дыхание. Тело как будтоготовится к атаке. Пусть не все мы становимся способны на насилие ипроявляем признаки явной враждебности. Но одно из вредных воздействийпостоянной стимуляции — это то, что мы пристрастились к этомучувству взвинченности и нуждаемся в нем все больше, чтобы ощущатьсебя живыми.
Посмотрите на общуютенденцию, выявившуюся в популярных телевизионных шоу за последниенесколько лет: «Телефон спасения 911», «Чрезвычайнаяситуация», «Полицейские» — нам недостаточнопрограмм, которые мы называем «документальными». Дляпривыкших к непреходящему чувству тревоги людей недостаточнонаблюдать трагедии, происходящие во всем мире, по Си-эн-эн двадцатьчетыре часа в сутки. Мы хотим видеть как можно больше автокатастроф,больных в критическом состоянии, героев-спасателей и лихо закрученныхсцен арестов. Нам необходима постоянная подкачка адреналина.
Еще один излюбленныйжанр — это, конечно же, ток-шоу, в которых мы каждый деньнаблюдаем, как американцы выплескивают враждебность и злость на своюдражайшую половину, изменившую им, родителей, которые нещадно ихколотили, или соседей, чья собака регулярно гадит у них на лужайке.Мы видим, как бритоголовые или афроамериканские сепаратисты нещадноосыпают друг друга расистскими оскорблениями, слышим, как супружескиепары предают огласке самые интимные и постыдные подробности своейнесчастливой сексуальной жизни. Десять лет назад в эфир выходиловсего два-три подобных шоу за день, теперь их — десятки.Создается впечатление, что мы в большей степени интересуемся чужойжизнью, чем стараемся полно и насыщенно прожить свою собственную.
Вчера утром я включилателевизор и несколько минут смотрела популярное ток-шоу. Супругисидели в студии и орали друг на друга. Я едва могла разобрать, о чемони говорят, ведь они кричали одновременно, тогда как ведущийпрограммы молча стоял возле них, делая вид, что утратил контроль надситуацией, но я-то знаю: втайне он чувствовал удовлетворение, потомучто его рейтинг за счет этих двух маньяков, мужа и жены, повысится.
Я говорю так,основываясь на собственном опыте.

Я сочувствую тяжелойработе ведущих и продюсеров подобных программ, потому что в своевремя я сама вела ток-шоу для одной из ведущих телевизионных сетей.День за днем я билась над тем, чтобы произвести на свет хорошуюпередачу, которая просветила бы зрителя относительно человеческихвзаимоотношений. Но всегда натыкалась на один и тот же аргумент —«хорошая передача не принесет массового зрителя».Поэтому, чтобы конкурировать с другими популярными телепрограммами,мне приходилось выискивать монахинь-трансвеститок, папаш в женскомбелье и женщин, которые встречались только с артистами мужскогостриптиза.
Новейшая дань нашейжажде сенсации — «ТВ-суд», целый канал, отведенныйпод прямые репортажи судебных процессов, гражданских и уголовных.Миллионы американцев каждый день настраивают телевизор, чтобынаблюдать, как ответчики обливаются потом под огнем обвинителей, ижертвы, глотая слезы, дают показания о том страшном, что им пришлосьпережить. Нам нравится гадать: виновен — невиновен, и мывозбужденно ожидаем нового поворота в этих судебных делах, словнотолпа современных линчевателей, предвкушающих, как лошадь рванетиз-под бедняги осужденного.
Как Америка стала бесчувственной
Что техническийпрогресс сотворил с нашими ценностями, с нашей душой?
Продемонстрировав нам такое количествочеловеческих драм, техника сделала нас бесчувственными к собственнойболи и к боли окружающих.
Вице-президент Ал Гор всвоей книге «Земля в состоянии равновесия» пишет: «Точнотак же, как в разваливающейся семье члены ее, спасаясь от боли,анестезируют свои эмоции, у нашей пришедшей в упадок цивилизациивыработалось привыкание, не дающее нам чувствовать болезненноеотчуждение от мира». Другими словами, мы стали бесчувственными.Нам недостаточно нормальных, повседневных эмоций, чтобы ощущать себяживыми и полными страстей.
И таким образом, мыстали нацией, подглядывающей в замочную скважину. Мы заводимся отстраданий и скандалов. Созерцание физического и эмоциональногонасилия нас бодрит, мы развлекаемся, видя незнакомых людей всостоянии психического стресса. Мы можем сколько угодноморализировать о семейных ценностях, но суть все равно в том, что вАмерике конца двадцатого века мы испытываем болезненное пристрастие кшоку.
Ни в чем это непроявляется столь очевидно, как в общенациональном помешательстве насексе. Секс стал главным объектом нашего внимания: он на обложкежурнала, он в сюжете телепередачи, он в книге «Обо всем».Журналист Нил Габлер уверен, что все большая сексуальнаяоткровенность, наблюдаемая в нашей культуре, от радио до телевидения,отражает «наше отчаяние вследствие утраты подлинного».«Мы чувствуем ненормальный дефицит всего настоящего в политике,искусстве, религии, спорте, даже в человеческих взаимоотношениях, —пишет он. — Мы больше ни во что не верим. Нам, постоянносталкивающимся с подделками, хочется чего-нибудь настоящего. Ипоскольку половой акт лишен искусственных напластований, онпредставляет собой нечто основополагающее. Если говоритьметафорически, предельно понятный язык секса… действительнопрокладывает путь… к чему-то изначальному, примитивному инастоящему».
Что потеряла Америка
Я уверена, что мы какнация на самом деле вовсе не стали бесчувственными. Я думаю, что мыпребываем в состоянии психологического шока, демонстрируя всесимптомы посттравматических расстройств, вызванных стрессом. Мы водно и то же время понесли слишком много тяжелых потерь и простоошеломлены ими.
Мы утратили веру в американскую мечту
Мы не можем уповать навещи, на которые так привыкли уповать.
Мы не можем бытьуверены, что, работая не покладая рук на протяжении всей жизни,добьемся для себя определенных финансовых гарантий. У нас нетуверенности, что, если мы хорошо справляемся с делом, нас не уволятиз-за экономического спада. Мы не уверены, что, получив образование,найдем хоть какую-нибудь работу. Мы не уверены, что, играя поправилам, будем за это вознаграждены. У нас отняли чувство правовойзащищенности, а ведь на этом и зиждется американская мечта.
Мы потеряли веру в лучшее будущее
Впервые за столетиябольшинство из нас не ощущает, что грядущее будет лучше прошлого. Мыне верим, что нашим детям станет легче жить, чем нам. Мы не верим,что социальные условия в нашей стране улучшатся, а не ухудшатся. Дажесамые ярые идеалисты среди нас питают больше опасений и меньшенадежд, чем когда-либо.
Мы утратили чувство безопасности
Даже в маленькихгородках в Америке мы больше не чувствуем себя в безопасности, когдаидем пешком ночью, потому что боимся стать очередной жертвойпреступности. Мы не чувствуем себя в безопасности, когда ведемавтомобиль, боимся, что нас кто-нибудь протаранит. Мы не чувствуемсебя в безопасности, занимаясь сексом с одним партнером, потому чтобоимся схватить вирус СПИДа.
Мы с тяжелым сердцемотправляем детей в школу, так как боимся стрельбы из машин или актовнасилия. Нам не по себе, когда мы оставляем их на чье-то попечение: авдруг они станут объектом домогательств? Мы боимся отпустить ихездить на велосипеде в гости к другу: а вдруг их кто-нибудь похитит?Мы не чувствуем себя в безопасности даже в собственном доме.
Мы лишились наших убежищ
Когда мы утрачиваемчувство безопасности, мы также теряем и наши традиционные убежища, вкоторых можно было бы укрыться от повседневных стрессов ибеспокойства. Вечерняя прогулка, поездка на автомобиле, секс —когда-то они помогали нам снять напряжение и хотя бы на час, на двасосредоточиться на прелестях жизни. Теперь даже эти занятия могуттаить в себе опасность, и мы хорошенько подумаем, прежде чемпредаться им Мы чувствуем себя в ловушке, мы чувствуем себя узникамив собственных домах.
Мы утратили неприкосновенность психики
Прежних границ,отгораживающих нашу жизнь от остального мира, уже не существует.Спутниковая технология лишила нас возможности обособить себя оттрагедий и потрясений на планете, укрыться от них в своем мире. Оченьтрудно «отключиться» от того, что происходит вокруг нас,даже если бы мы захотели. И фраза «До меня не доберетесь»исчезла из нашего лексикона, так как сотовые телефоны и факсы даливозможность найти любого из нас, где бы он ни находился.
Мы утратили буфер, отделявший нас от «врага»
С тех пор как былаоснована наша страна, американцы всегда знали, кто их враг. Тобританцы, то японцы, то немцы, то русские — и все они былиочень удаленные от нас народы. С окончанием «холодной войны»,крахом коммунизма и распространением ядерного разоружения у нас неосталось далеких врагов. Внезапно угроза нашему дому, нашейсобственности и нашей семье стала исходить изнутри, а не снаружи.Человек с ружьем, целящийся в нас, теперь находится не где-то вдругом регионе мира, а здесь же, за углом. Враг уже рядом — этоодин из нас…
* * *
Каждое из этихобстоятельств само по себе уже означает тяжелую потерю. Соединившисьже вместе, они становятся разрушительными в психологическом плане. И,подобно всем потерям, эти тоже вызывают у нас эмоциональный всплеск —чувство бессильной ярости.
Мы злимся, потому чтомы гиперстимулированны.
Мы злимся, потому чтовсегда считали, что все должно меняться к лучшему, а не к худшему.
Мы злимся, потому чтомы работали не покладая рук, чтобы все было как следует, а теперь,похоже, кто-то поменял правила игры, не поставив нас в известность.
И мы чувствуем, чтобессильны защитить себя и тех, кого любим, от разных напастей.
Во времена кризисавсегда в первую очередь не выдерживают самые слабые звеньяобщественного здания. В таком случае эпидемия насилия, охватившаянашу нацию, возможно, выражает то самое бессилие людей, которые незахотели первыми стать жертвой. Возможно, бессмысленность актовнасилия беспристрастно отражает суммарную ярость тех, кто совершаетэти преступления. Все мы — жертвы своего времени, но некоторыеиз нас, те, кто стартовал в заведомо проигрышной ситуации,разлагаются быстрее остальных.
* * *
Кто убил детство? Да все мы,вместе.
Джерри Адлер, журнал«Ньюсуик»
Если уж мы, взрослые, втакой степени переживаем тревогу и отчаяние в эти тяжелые времена, топомоги, господи, нашим детям, которые, как напечатано на обложкепоследнего «Ньюсуик», «зараженные страхом, быстрорастут». Когда я училась в начальной школе, то больше всегобеспокоилась из-за того, возьмут ли меня на уроке физкультуры вволейбольную команду или пригласят ли на празднование дня рожденияЭмили Бел. Теперь дети волнуются, не убьют ли их. Шестилетниеребятишки видят, как их ровесники гибнут в перестрелках изавтомобилей. Учащиеся средних школ и старшеклассники проходят черезметаллоискатели, чтобы удостовериться, что никто из них не прихватилс собой оружия. Детство уже не то, что прежде, оно потеряло своюневинность и в этом смысле уже перестало быть детством.
И не думайте, что вашидети или внуки не понимают, что происходит. Понимают. Они дажеспособны гораздо откровеннее поделиться своими впечатлениями отпроисходящего, чем мы, взрослые. Недавний опрос, проведенныйПринстонским университетом среди 758 подростков возрастом от десятидо семнадцати, из различных социальных слоев, показал:
56 % боятся, чтокто-нибудь из их семьи подвергнется насилию.
53 % боятся, чтокто-то из взрослых в их семье потеряет работу.
61 % беспокоятся,что они не смогут найти хорошую работу.
Только одна третьсказали, что они добьются большего финансового преуспевания, чем ихродители.
47 % боятся, чтособственное жилье будет им не по карману.
49 % беспокоятся,что у них будет недостаточно денег.
Только 31 % вгородах и 47 % в сельских районах чувствуют себя в безопасностипо ночам.
Один из шести видел илизнал человека, которого потом застрелили.
Чувство безопасности идоверие всегда были отличительными признаками детства. Они ограждаютдетей от суровой реальности, возникающей вместе со взрослой жизнью,так что дети могли расти и учиться, ни о чем не беспокоясь. Когданаши сыновья и дочери просыпаются в мире, в котором ни на что нельзяположиться, и засыпают в мире, который их страшит, то стоит лиудивляться, что каждый седьмой из них уже помышлял о самоубийстве?«Все в большей степени им приходится самим заботиться о себе вмире враждебных чужаков, опасных сексуальных соблазнов и неведомыхэкономических процессов, которые приводят в замешательство дажевзрослых», — объясняет журналист Джерри Адлер. У техиз нас, кто постарше, по крайней мере, было время приобрестинекоторые полезные навыки, помогающие нам справляться с этой боязнью.Но что нашим детям делать со своими тревогами?
И опять же мывозвращаемся к прогрессу технологии как к одному из виновниковэмоционального кризиса, — с которым столкнулись наши дети.Когда росло большинство из нас, читающих эти строки, у жизни тожебыли свои неприятные стороны, с которыми мы не соприкасались до техпор, пока не взрослели достаточно, чтобы справиться с ними. Но принеконтролируемом и зачастую бесцензурном потоке информации,низвергающемся на головы теперешнего молодого поколения, особенночерез телевидение и видеофильмы, они узнают слишком многое слишкомбыстро.
К тому времени, когдасреднестатистический ребенок заканчивает начальную школу, он ужевидел по телевидению 8000 убийств и 10 000 актов насилия. Онзнает о сексе все — в том числе и то, что тот бывает и сосмертельным исходом. Он в курсе того, что многие дети его возрастаподверглись физическим истязаниям или сексуальным домогательствам ичто другие дети живут на улицах, потому что их родители не могутнайти работу.
В прошлом году подругарассказала мне такую историю. Однажды вечером они с мужем занималисьлюбовью, а на следующее утро ее пятилетняя дочь спросила ее зазавтраком.
— Мамочка,вчера вечером я слышала, как вы с папой шумели в спальне, —начала она уверенно. — Чем вы там занимались?
Моя подруга, ее мать,поразмышляв несколько секунд, ответила:
— Понимаешь,дорогая, когда ты ешь что-то вкусное или когда тебе хорошо, ты ведьпроизносишь что-то вроде «ум-м-м-м…»? Так вот, намс папой было хорошо, вот мы и урчали от удовольствия.
Видя, что дочь вполнеудовлетворена ее разъяснением, моя подруга облегченно вздохнула. Ноне долго она радовалась. В этот же день ее дочурка, вернувшись изшколы, тут же бросилась в кухню.
— Мама, тыменя обманула! — укоряюще сказала она. — Выурчали не от удовольствия, как я. У вас был оргазм!
Моя подруга простолишилась дара речи. Было ясно: ее дочь сходила в школу, расспросиласвоих пятилетних подружек и докопалась до истины. Когда ее матьподелилась этим случаем со мной, мы обе посетовали, потому что сами,когда росли, узнали про оргазм, когда нам было почетырнадцать-пятнадцать.
Я часто наблюдала, какродители малышей делятся друг с другом подобными историями, и в ответвсегда раздается: «Ну до чего смышленые!» или «Господи,ну и дети пошли!» Но в глубине их смешков мне слышится паника.«Как нам уберечь своих детей от всяких напастей? —украдкой вопрошают взрослые. Когда они успели потерять невинность?»
А ответ таков: «Выне в состоянии их ни от чего уберечь» — вот почему всемы, есть ли у нас дети или нет, так боимся за грядущее поколение.Количество беременностей среди подростков, уровень употребления иминаркотиков и алкоголя, рост молодежной преступности — все этипоказатели в Америке выше, чем во всем остальном мире. По сути Дела,большинство немотивированных актов насилия, из-за которых мы ощущаемсебя узниками в своих собственных домах, совершается детьми,дорвавшимися до огнестрельного оружия. Подобно своим родителям, нашидети чувствуют бессилие и ярость, и многие из них не умеют подавлятьэти чувства так, как умеем мы. Один из постулатов метафизики гласит:«Мы то, чем мы себя ощущаем». Если наши детивоспитываются на сценах насилия, то неудивительно, что они ведут себяагрессивно. И мы должны понимать, что учиняемое ими насилие, ихнепочтительность, слегка замутненный взгляд их невинных глаз —все это крики о помощи. Они затерялись в дебрях нашего времени, итеперь нам предстоит помочь им, как и самим себе, найти выход.
* * *
Мы все должны идти возделыватьсад.
Вольтер
Наша любимая родинаАмерика переживает кризис. Мы больше не можем игнорировать ее крики опомощи. Вместе с тем мы не можем повернуть время вспять и свести нанет тот вред, который ей уже причинили. Точно так же мы не можем, даи не должны отбросить технологию и материализм, которые привели настуда, где мы сейчас находимся. Ну и каков же в таком случае будетответ? Как нам залечить свои психические раны и раны наших детей? Гдетеперь наш сад и как сделать, чтобы он снова зацвел?
Мы должны заново открыть те подлинные моментылюбви и контакта, которые придадут смысл нашему существованию, как быни был безумен окружающий мир.
Мы должны вернуться ксостраданию, заботе и благодарности, которые всегда составляли ядроамериканских ценностей, и таким образом возродить дух нашей страны.
Мы снова должны достичьв нашей жизни состояния равновесия.
Каким бы сомнительнымни выглядело наше настоящее, я глубоко верю в наше будущее. Потомучто вокруг появились вполне различимые признаки того, что в Америкеуже идет процесс исцеления, — это относится и к тому, вчем мы видим ценности, и к тому, что мы считаем успехом.
Восточная философияучит нас, что во Вселенной ничто не может отклониться слишком далеков одну сторону без того, чтобы не устремиться затем обратно кдостижению равновесия. Мы, американцы, чувствуем, насколько мыпотеряли баланс, и теперь начинаем переходить от потворства самимсебе к самооткрытию. Мы снова обращаемся к церкви и различного родарелигиям. Если раньше мы измеряли успех в таких категориях, каксоциальный статус, благосостояние, то теперь начинаем задумываться,насколько мы счастливы и в какой степени достигли душевногоспокойствия.
Уже не веря в постулат«чем больше, тем лучше», мы вернулись к основополагающейфилософии. Наметившиеся у нас социальные тенденции отражают этисдвиги: от неудобных туфель на шпильках и непрактичных мини-юбок мыперешли к рабочим ботинкам и мешковатым платьям, мы сменили нашипретенциозные иномарки на четырехколесные малолитражки и фургоны, мыотказались от разных деликатесов, предпочтя им картофельное пюре скуском мяса.
Мы, с нашим новымпристрастием ко всему, что напоминает нам о временах менее развитыхтехнологий, делаем поворот от сложного к простому: к одежде в стилевестерн, серо-землистым тонам, в одежде, а последний крик моды —ювелирные украшения коренного американского населения. Ковбойскиефильмы и телеспектакли у нас в такой чести, словно мы пытаемсяперевести стрелки часов назад и докопаться до своих пионерских корнейи ценностей, которые мы растеряли в пути.
Так же мывосстанавливаем и наши гнезда, надеясь таким образом вернуть хотя бычасть той неприкосновенности, которую технология отняла у нас. Мыбольше времени проводим дома не только потому, что не чувствуем себябезопасно на улице, но и потому, что нам хочется побыть одним.Стремление к неприкосновенной духовной собственности укрепляется: мыпытаемся выкроить время на то, чтобы выяснить, кто мы такие и чего мына самом деле хотим.
Вступая в двадцатьпервое столетие, мы, американцы, начинаем претерпевать глубокуюдуховную и эмоциональную трансформацию. И эта трансформация призванаспасти нас.
Есть замечательныйафоризм, который принадлежит китайскому генералу, жившему столетияназад:
«Чтобы весь мир привести в порядок, нужносначала свой народ изменить. Чтобы народ изменился, в родном городенужно порядок навести. Чтоб в родном городе пошло все на лад, нужновначале семейные поправить дела. С себя самого начинать…»
Сейчас, как никогдапрежде, нам нужны подлинные моменты, которые помогут воспрянуть нашимизмученным душам и снова привнесут смысл в нашу жизнь. Поскольку нашинадежды тают под гнетом экономической реальности и внешняя сторонанашей жизни все туже стягивается узами времени, мы должны обратитьсяк своей внутренней жизни, в которой нет ограничений. Там мы откроемдля себя подлинную свободу: научимся находить удовлетворение не заследующим холмом, не когда мы выполним очередную задачу, а прямоздесь, прямо сейчас.
И таким образом, шаг зашагом, Америка возвратится домой…
3. Прячась от подлинных моментов
Три мучительные и страшныенедели он провел в поисках мудрости, карабкаясь на высоченнуюкаменную гору. На вершине он обнаружил мудрого старого гуру и спросил«Мудрый человек, как мне сделать свою жизнь счастливее?»
Мудрец ответил: «Дляначала в следующий раз, когда захочешь прийти сюда, обогни подножиегоры и сядь вон там на фуникулер».
Гари Эпл
В наших непрестанныхпоисках счастья многие из нас совершают путешествие гораздо болеесложное, чем следовало бы: мы ищем удовлетворения не там, где надо,мы избегаем тех самых интимных переживаний, которые утолят нашу жаждуцели и смысла, мы взбираемся на гору самым длинным путем.
Эта глава раскроет вамглаза на то, как вы умеете избегать подлинных моментов, и поможетприкинуть, сколько времени вы на это тратите впустую. Я верю: если вычитаете эти слова с открытым сердцем, вы поймете, что стояли у себясамого на пути, мешали самому себе испытывать душевное спокойствие иудовлетворение, которое вы заслужили. И это первый шаг к тому, чтобыоткрыть подлинные моменты, которые уже ожидают вас.
* * *
Для начала задайте себеследующие вопросы и тщательно обдумайте ответы:
Что делает менясчастливым?
Как часто я испытываюмоменты подлинного счастья?
Когда я счастлив, как яузнаю об этом?
Не удивляйтесь, еслиответить окажется не так просто, как вы ожидали.
Зачастую мы не распознаем подлинных моментовсчастья в нашей жизни, потому что мы ожидали чего-то другого —чего-то большего, более яркого и драматического.
Представления многих изнас о том, как должно выглядеть счастье, какие оно должно приноситьощущения, уходят корнями в философию «чем больше, тем лучше»— философию, на которой мы воспитывались. И вот у насвыработалось совершенно нереалистичное ожидание счастья — мымысленно видим сияющий мир, в котором золотыми заглавными букваминачертано: «СЧАСТЬЕ!!!», этакий пирог в небе, медныйобруч, горшок с золотом на конце радуги.
И вот мы пассивно ждемсчастья, словно его ниспошлют нам в определенный час. Вы только чтородили первого ребенка и вот лежите, обессиленная после тяжкоготруда, и думаете: «Теперь все позади, и я должна чувствоватьсебя счастливой». Вы наконец получаете желанное повышение послужбе и, когда едете домой, чтобы обрадовать жену, думаете:«Теперь-то я могу не переживать по поводу работы и бытьпо-настоящему счастливым». Вы въезжаете в новый дом, о котороммечтали всю свою жизнь, и, бродя по комнатам, думаете: «Наконец-то!У меня теперь собственное жилье! Сегодня вечером я засну счастливым».
А что, если нет? Что,если вам хорошо с маленькой буквы «х», но вы вовсе несчастливы с большой буквы «С»? «Что-то со мной нетак, — думаете вы с подозрением. — Я долженчувствовать, что я СЧАСТЛИВ, а я просто счастлив». А можетбыть, вы просто чувствуете усталость или чувствуете себя нормально. Аможет быть, вы вообще мало что чувствуете.
Как видите, именно такмы попадаемся на удочку, веря, что если не чувствуем счастья сейчас,то оно обязательно поджидает нас за ближайшим углом или на следующейгорной вершине. Мы знаем, что в один прекрасный день наступит важныймомент. В этот день вы проснетесь и скажете: «Подождите минуту…у меня такое чувство, что что-то стало по-другому. Неужели? Неужелиэто то самое? О господи, я думаю, что это оно… У меняполучилось! Наконец-то я счастлив!»
Ожидая, когда в тебя проникнет радость
Я провела большую частьвзрослой жизни выкладываясь до последнего, стараясь быть счастливой,и в результате потерпела жестокую неудачу. Я никак не могла понять,что я делаю не так и почему все то, чего я достигла, все то, что яиспытала, не наполнило мою душу. Однажды, года четыре назад, япережила нечто, давшее частичный ответ на мой вопрос. Мы с мужемприехали в небольшой приморский городок, чтобы провести тамдолгожданный отпуск. Мы страшно устали, потому что целый год работалиот зари до зари, почти не имея свободного времени, и я буквальносчитала дни перед поездкой.
Первые два дняпролетели очень быстро. На третий день, после обеда, я отправиласьпрогуляться тихой дорогой, подступающей к океану. Теплый воздух былнапоен сладостью, деревья были густо усеяны птицами, которые своимисеренадами аккомпанировали закату солнца. И вот во время прогулки японяла, что с самого начала отпуска у меня появилось какое-тостранное чувство.
«Что угнетаетменя? — недоумевала я. — Здесь все идеально. Яплаваю, нежусь на солнце, занимаюсь любовью, делаю то, что мненравится больше всего на свете. Я должна быть абсолютно счастлива».
А потом меня осенило. Яожидала, когда стану счастливой, как будто счастье — это некоесостояние, которое вот-вот снизойдет на меня. Подобно ребенку,закрывшему глаза и с нетерпением ожидающему какого-то сюрприза, япроводила день за днем, предвкушая, как счастье свалится мне наголову, громогласно заявив о себе. Каждое утро я просыпалась ипроверяла… Ну как, я уже счастлива? И сердце сжималось вответ: «Нет… Пока еще нет… проверь еще раз,позднее». И днем я время от времени останавливалась, словностараясь поймать себя саму врасплох, и думала: «Ну а теперькак? Теперь я счастлива?» — и конечно же, ответом всегдабыло «НЕТ».
И пока я стояла на тойживописной дороге, мне на память пришла одна фраза. «Ожидать,пока радость проникнет в тебя». Я поняла, что это как раз променя. Я ждала, пока радость вытеснит мою неудовлетворенность, ждала,пока радость заявит о себе. Все равно что я желала бы — пустьбог спустится на землю и провозгласит: «Барбара де Анджелис,прими мои поздравления!! Теперь ты вполне официально счастлива! Такнаслаждайся же своим счастьем, пока оно есть».
У меня сложилосьпонятие о счастье как о чем-то не поддающемся моему контролю, чем-тотаком, что может со мной случиться, а может и не случиться. Когда япоеду в отпуск, я буду счастлива. Когда я расслаблюсь, я будусчастлива. Когда у меня появится отличный загар, я буду счастлива.Конечно, это означало, что, если поездка не состоится или на неделюзарядят дожди, я не буду счастлива, потому что поставленные мнойусловия счастья не сложились.
И вот я стояла одна влетний вечер, ожидая, пока счастье возникнет в моей жизни. И вкакой-то момент поняла, что если буду и дальше жить по-прежнему, томне придется ждать вечно.
Я ждала, что счастье придет извне, вместо тогочтобы творить его, извлекать его изнутри себя на свет божий.
В начале книги я ужесказала, что счастье — это искусство, а не приобретение. Этовыбор, который вы делаете каждый момент относительно того, как вамвоспринимать этот момент, а не состояние, которого вы когда-нибудьдостигнете. Ожидая, пока Радость с большой буквы «Р»войдет в меня, я прозевала множество вполне доступных подлинных исчастливых моментов.
Вот один из нашихосновных способов спрятаться от подлинных моментов — мы живемтак, что они скрыты от нас.
Правда о счастье
Я уверена, чтобольшинство людей объединяет полное непонимание сущности счастья: онисчитают, что это устойчивое состояние, вроде того, что наступаетпосле достижения сорокалетия, или после помолвки, или после излеченияот алкоголизма. Мне сорок, я помолвлен, я не алкоголик — ясчастлив. Но правда, как я поняла в тот день во время прогулки поострову, совсем в другом.
Счастье — это не состояние, это чередаподлинных моментов.
Эти моменты не самивозникают в нашей жизни. Нам необходимо создавать возможность для ихвозникновения. Нам нужно перестать прятаться от ощущений, способныхпринести нам изнутри ту самую радость, которой мы так жаждем.
Если счастье — нестатическое состояние, это означает, что мы не можем быть всегдасчастливы. Для нас, воспитанных в годы, когда царило настроение «мыможем заполучить все», это очень обескураживающее известие. Явидела, как вместе со мной мои современники боролись с реальностью,воспринимая моменты боли, смятения, любые неприятные моменты какгрязь, в которую мы наступили и которую нужно поскорее с себя смыть.Мы стремимся избегать всего, что приносит неприятные ощущения, а еслиэто не получается, то стараемся поскорее проскочить через этотнежелательный эпизод и вернуться к «норме».
Однажды кто-то изиностранцев сказал: «Беда американцев в том, что они снарастающей эйфорией ждут от жизни все больше», и я не могу несогласиться с этим. Мы настолько влюблены в совершенство, что частопасуем перед дуализмом состояний: есть хорошее, а есть и плохое, естьуспех — и есть регресс, бывает радость — и бывает горе.
Возможно, меня сбольшим основанием можно было винить в однобоком подходе к жизни, чембольшинство людей. Еще каких-то шесть лет назад я ошибочновоспринимала боль или грусть как свое духовное поражение. Я верила,что, если я живу по-настоящему хорошо, я всегда должна бытьсчастлива, а раз я несчастлива, значит, я что-то делаю не так. Этавера заставляла меня жить в постоянном отрицании. Например, ячувствовала, что должна быть всегда счастлива в личныхвзаимоотношениях, избегала смотреть в лицо проблемам, противоречиям идаже боялась сознаться самой себе, что я несчастлива. И я пропустиламножество подлинных моментов, так как, несмотря на их впечатляющуюмощь и значимость, это были не особенно счастливые моменты, и поэтомуя бежала от них.
Если мы хотим обрестимир и жить по-настоящему, то нужно смотреть в лицо правде; боль,грусть, неприятные ощущения — это неотъемлемые элементы жизни,и они неизбежно возникают время от времени. Мы не можем всегда бытьсчастливы. Карл Юнг сказал об этом так:
«Ночей — столько же,сколько дней, и в течение года ночное время по длительности равнодневному. Даже счастливая жизнь не обходится без темныхмоментов, и слово „счастье“ утратит свой смысл, если небудет оттеняться печалью».
Представьте, что вашребенок заболел и вы до поздней ночи просидели у его кроватки, глядяего по волосам, убаюкивая, если он испуганно заплачет, и ожидая, покау него спадет жар. Во время этого бессонного дежурства ребенок —единственное, что важно для вас в этом мире, и кажется, что ничегодругого просто не существует. Вы любите его до боли, и узы,связывающие вас, кажутся священными. Счастливы ли вы? Конечно, нет,но вы переживаете нечто глубоко вас затрагивающее, нечто значимое, ивы правы: это один из ваших подлинных моментов.
Когда время нашего пребывания на земле будетподходить к концу, то, какой бы полной жизнью мы ни жили, мы несможем сказать: «Я всегда был счастлив». В лучшем случаемы скажем: «Вся моя жизнь состояла из подлинных моментов, имногие из них были счастливыми».
Таким образом, тольконаучившись переживать подлинные моменты, один за другим, мы узнаем,что такое счастливые моменты.
Признаки того, что в вашей жизни не хватаетподлинных моментов
Большинство моихзнакомых страдает дефицитом подлинных моментов. В своей жизни они непереживают достаточного количества подлинных моментов, а когда нам ихне хватает, мы лишаемся также и душевного покоя, удовлетворенности,радости. Когда собакам не хватает каких-то веществ в организме, онипринимаются жевать землю во дворе, чтобы пополнить свой запасминералов. Стоит вам не поесть вовремя, и вашему телу не хватаетэнергии — тогда вы мечтаете о плитке шоколада или каких-нибудьеще сладостях, чтобы пополнить запасы сахара в крови. А при слишкоммалом количестве подлинных моментов у нас развиваются нездоровыежелания, вырабатывается ненормальное поведение — мы пытаемся заполнить духовную и эмоциональную пустоту какими-то обходными путями.
Вот некоторые симптомы,по которым можно судить, что в вашей жизни не хватает подлинныхмоментов.
Вам необходимо постоянно что-то делать
Когда вы не переживаетедостаточного количества подлинных моментов, вас гложет непроходящеечувство беспокойства и неудовлетворенности. Облегчение настает толькотогда, когда вы чем-то заняты, потому что в этом случае высосредоточиваетесь на внешней задаче, а не на том, что творится у васвнутри. Так, вы можете стать работоманом и отдавать по двенадцать иличетырнадцать часов в день своей карьере, никогда не расслабляясьнастолько, чтобы выкинуть из головы работу. «Хотел взятьотпуск, — рассуждаете вы, — но этот проекттребует больше времени, чем я думал». И так будет всегда,потому что вы сами избрали этот путь. Если вы женщина, вы станетеспасительницей или профессиональным жертвователем, отдавая все своевремя, чтобы помочь друзьям, семье, местным благотворительныморганизациям и вообще всем, кто в вас нуждается. «Сама непойму, почему я так занята!» — удивляетесь вы. Ответ жеочень прост: вы никому и ничему не можете сказать «нет».
Если в вас живетпотребность постоянно быть занятым, вы всегда найдете кому помочь,всегда подвернется новый проект, и, несмотря на все ваши громкиезаявления, что вы бы так хотели побольше наслаждаться жизнью, вы несможете выкроить на это времени. Проблема в том, что ваша кипучаядеятельность вызывает одобрение и похвалы, особенно если выдобиваетесь многого для себя или многое даете другим, и это укрепляетвашу склонность к сверхзадачам.
Люди, которые делаютслишком много, начинают сильно нервничать, когда им некуда приложитьсвой труд. Им становится не по себе в образовавшемся вакууме, онистремятся заполнить его как можно скорее. Они из тех, кто по два разана дню пылесосят свою квартиру или составляют список домашних дел. Имне по душе неорганизованные, спокойные отпуска. Им непременно нужнообойти все музеи, осмотреть каждую достопримечательность или прочестьпять книг. Если вы попадаете в эту категорию, то уверена, что,находясь дома, вы все время держите включенным телевизор или радио,чтобы чем-то заполнить тишину.
Делая слишком много, вынеизбежно попадаете в порочный круг. Вот как это происходит.
Вам не хватаетподлинных моментов, и вы чувствуете пустоту. Вы вынуждены заполнятьэту пустоту, постоянно что-то делая. Когда вы постоянно что-тоделаете, у вас не остается свободного времени, чтобы просто быть.Поскольку у вас нет свободного времени, вы не переживаете подлинныхмоментов и вынуждены заполнять свою пустоту действием.
Этот цикл повторяетсяснова и снова.
Есть только один способразорвать этот порочный круг прекратить постоянно действовать и датьсебе возможность ощутить волшебство подлинных моментов. Ночью, когдазаснут дети, выключите телевизор, посидите тихонько с любимымчеловеком, прочувствуйте момент единения. Вместо того чтобырасписывать по секундам субботнее утро, отведите минут двадцать напрогулку по парку и попробуйте испытать подлинные моменты, общаясь сприродой. В следующий раз, когда будете собирать друзей, непланируйте делать с ними что-то конкретное, а потратьте время простона то, чтобы побыть в присутствии друг друга и наслаждатьсяподлинными моментами, возникающими в результате общения.
Оставьте в своей жизниместо для подлинных моментов, отведите себе время, когда вы простоничего не делаете.
У Вас пагубное пристрастие
Все болезненныепристрастия схожи — они делают вас невосприимчивыми к тому, чтопроисходит в данный момент. Взамен они дают сильные ощущения, которыелибо поглощают все ваше внимание, либо искажают действительность. Вамможет показаться, что вы переживаете подлинный момент, но на самомделе это не так, потому что ваши пристрастия, такие, как алкоголь илинаркотики, нейтрализуют ваши подлинные эмоции и, соответственно,затрудняют ваш контакт с окружающими.
Люди, истосковавшиеся по подлинным моментам частоприбегают к допингу, чтобы испытать временный прилив радости.
Но поскольку ощущениесчастья, которое нам дает допинг, вызвано неким веществом илизанятием определенного рода, оно преходяще, и вы уже не можетечувствовать себя хорошо без этого допинга. Таким образом, выпопадаетесь на крючок: вам хочется еще и еще.
В американском обществеотношение к тем, кто имеет пагубные пристрастия, настолько терпимое,что люди даже не осознают, что перед ними человек с развитойзависимостью. Я не говорю про сильные наркотики вроде героина икокаина — относительно их уже сделаны оценки. Я говорю пропристрастия, которые считаются вполне приемлемыми: алкоголь,сигареты, легкие наркотики типа марихуаны, транквилизаторы,’анаболики, азартные игры, порнография — вещи очень коварные иопасные, потому что мы вовсе не считаем их вредными. Пристрастие кним мы называем привычкой.
В Америке поистинедвойные стандарты относительно привычек: одни из них мы называемнездоровыми пристрастиями, другие — не относим к этому разряду.Строгий папаша обзывает шестнадцатилетнего сына «наркотой»,размахивая стаканом с вечерней дозой мартини. Конгрессмен, пыхтясвоей сороковой за день сигаретой, взывает к совести наркодельцов,губящих наше молодое поколение. Мать, накричав на дочь за то, что танаелась галлюциногенных грибов на рок-концерте, возвращается к себе вкомнату, чтобы принять на ночь транквилизатор.
Пышно расцветшийалкоголизм или сидение у телевизора по десять часов в день,регулярное употребление наркотических веществ или нездоровыеувлечения — все это лишает вас возможности полноценночувствовать. Во что бы то ни стало положите этому конец ипостарайтесь жить по-настоящему.
Вы циничны, полны пессимизма и сарказма
Я испытываю величайшеесострадание к циникам, потому что знаю: под панцирем сарказма инадменности у них скрывается тоска по подлинным моментам в жизни.
Если в нашей жизни нет подлинных моментов, намстановится все труднее разглядеть цель и смысл нашего существования.
Жизнь, лишеннаясмысла, — это лишь серия случайных эпизодов, через которыемы проходим изо дня в день. Когда не видишь никакой цели, никакогосмысла в том, что делаешь, очень просто стать циником и наплевать навсе.
Цинизм —прикрытие для боли, выражение бессильной ярости из-за того, что миртаков, каков он есть. Циники — это зачастую отчаявшиесячеловеколюбие, которые разочаровались в людях и в самой жизни.Вспомните какого-нибудь вашего знакомого, у которого ко всемунегативный, пессимистический подход. Загляните ему в глаза — ивы увидите израненную душу.
Если вы потеряли веру вваше предназначение, в то, чем вы занимаетесь, значит, в вашейповседневности недостаточно подлинных моментов, так как они сами посебе привносят смысл в вашу жизнь и делают ее стоящей.
Вы живете жизнью других
Бабушка сидит в своейквартире совсем одна, смотрит целый день напролет мыльные оперы иток-шоу. Время от времени она поглядывает на телефон: интересно,позвонит ли сегодня внучка? По сути дела, она живет ради этих звонкови редких визитов внучки. Она вспоминает тот благословенный случай,когда внучка приехала к ней на три дня, и улыбается. Потом смотрит начасы — ну вот, часа через четыре внучка уже вернется с работы.«Пожалуй, позвоню ей вечером сама, — решаетстарушка, — а то на этой неделе тоска смертная».
Если в последние годывашей величайшей радостью были успехи детей, или внуков, или вашегосупруга, значит, в вашей жизни недостаточно подлинных моментов. Выживете жизнью других. Речь идет не о той радости и гордости, которыевы испытываете за любимых людей. Речь идет о том, что помещаетедругих людей в центр своей жизни и собственной жизни, как таковой, увас нет.
Я видела, как материведут так себя со своими детьми — ликуют по поводу успеховребенка, оплакивают его неудачи и настолько растворяются в своемпотомстве, что чувствуют свою состоятельность только за счет сыновейи дочерей. Я встречала дедушек и бабушек, которые делают то же самоес внуками — превращают их в единственный объект любви, авозможность увидеть или поговорить с ними считают единственной цельюв жизни. Я встречала жен, которые в отношениях со своими мужьямисовершенно обезличиваются, они видят собственную ценность только вдостижениях своих супругов и в их социальном статусе.
Когда мы теряем смыслжизни, то часто, в качестве компенсации, прилепляемся к чьей-то цели.Но никогда не поздно вновь отыскать собственную цель. Вдействительности осознание своей собственной цели позволит вампрожить дольше.
Не важно, сколько вам лет и каковыобстоятельства. Вы это вы и поэтому можете предложить себе нечтосвое. Ваша жизнь имеет смысл только тогда, когда в ней есть место длявас самих.
Если, читая это, вычувствуете, что я права, то, возможно, настало время забрать обратнособственную жизнь, освободить тех, кого вы любите, от сознания того,что вы живете их жизнью, и заново открыть свое предназначение,увеличив число подлинных моментов. У вас есть свой особый дар,который вы можете реализовать, помогая в доме престарелых, или вгоспитале, или став заботливым дедушкой (бабушкой) детям, оставшимсячастично или совсем без семьи, или участвуя в работе местныхблаготворительных организаций. И у вас многое изменится.
Вы — резонер
По определению,резонерство означает быть в стороне и, не участвуя в событиях, невступая ни в какие взаимоотношения, критиковать то, что происходит.Вы видите, как кто-то ошибается в чем-то, и думаете. «Ну что зарастяпа!» Вы приходите в бешенство, когда плететесь в хвосте укакого-нибудь старичка, который ведет Машину со скоростью пятнадцатьмиль в час, и думаете. «Да как ему вообще выдали водительскиеправа?»
Нельзя быть резонером ипри этом переживать подлинные моменты.

Чтобы испытатьподлинный момент, вам необходимо полностью погрузиться в ситуацию,чтобы прочувствовать ее изнутри. Вы должны войти в контакт счеловеком, который рядом с вами, или в контакт с окружающей средой.Когда вы резонерствуете, вы отгораживаетесь от человека или отситуации и, таким образом, делаете невозможным, ощущение подлинногомомента.
Когда вы освобождаетесь от роли судьи и создаетемомент контакта с другим человеком, вы делаете первый шаг кподлинному состраданию.
Вот две истории о том,как я научилась не прятаться от подлинных моментов и как мнепреподали нагляднейшие уроки сострадания.
Как я, стоя на перекрестке, училась состраданию
В прошлом году я решилакупить новый автомобиль и однажды после обеда выкроила время на то,чтобы отправиться к местному продавцу машин. Когда я прибыла настоянку, продавец, лет пятидесяти пяти, согласился, чтобы я совершилапробную поездку на приглянувшейся мне машине. Прошло минут пять, онвсе еще искал ключи, и меня это начало слегка раздражать. Дальше —хуже. Он никак не мог вспомнить код противоугонной системы, и емупришлось вернуться в офис, чтобы заглянуть в документацию. Теперьменя буквально распирало от возмущения, столько времени уходитвпустую. Наконец мы сели в машину и двинулись со стоянки. Но, неотъехав и двух миль от автосалона, машина заглохла посреди улицы.
— Чтослучилось? — спросила я. — Поломка?
— Да нет, —ответил смущенный продавец. — Наверное, просто непрогрелась как следует.
Тут я заметила, что унас бензин на нуле.
— Сэр, —произнесла я ледяным тоном, — у машины пустой бензобак.
— О…Вы правы. Наверное, механик забыл залить горючее.
Меня охватилобешенство. Я уже опаздывала на деловую встречу, а мы застряли наоживленном перекрестке, создав на дороге пробку.
Продавец отправился вближайший магазин звонить помощнику, чтобы тот забрал нас отсюда, а яосталась стоять на углу улицы. Я была вне себя от злости, меняохватило отчаяние оттого, что связалась с таким идиотом.
— Болван, —бормотала я вполголоса. — Теперь я проторчу здесь полдня,потому что у него, видите ли, не хватило ума проверить бензобак. Нучто за безмозглое создание!
Минут десять спустясмущенный продавец вышел на улицу, и мы стали ждать вместе. ВЛос-Анджелесе в тот день стояла страшная жара. Его лицо сталосвекольно-красного цвета, рубашка пропиталась потом, и я ужезабеспокоилась, не случится ли с ним удар. Пожалев его, я решилазавязать разговор.
— Простите,если вела себя грубо, — начала я. — Просто яочень спешу по одному делу и совсем выбилась из графика.
— Да чтовы, — ответил он негромко, — это я во всемвиноват. День был ужасный. Разные личные проблемы одолели, вот головаи не работает.
В этот момент я поняла,что у меня есть два пути. Можно и дальше осуждать его за любуюоплошность, и это будет невыносимо для нас обоих. А можно отнестись кнему сердечно, войти в контакт — так я и поступила.
— Мне оченьжаль, что у вас проблемы, — сказала я. Я сама становлюсьочень рассеянной, когда случаются крупные неприятности.
Ему только того и надобыло.
— Все дело вмоей маме, — выпалил он. — Перед вашим приходомпозвонили из больницы, ей обследовали брюшную полость и обнаружилирак. Метастазы уже распространились по всему телу. После работы мнепридется сообщить ей дурную весть, не знаю, как я с этим справлюсь.
У меня слезынавернулись на глаза, я прониклась печалью этого человека.Неудивительно, что ему сейчас не до продажи автомобиля. Сразу жепустой бензобак, мое опоздание на встречу и все прочее показалосьсущими пустяками. Решив разделить подлинный момент с этим продавцом,я поняла его поведение, пережила его печаль и получила хорошеенапоминание о том, что, перефразируя афоризм коренных американцев,прежде чем судить человека, пройди милю в его мокасинах.
Как я увидела призрак моего дедушки
Как ни странно, второйурок сострадания тоже был связан с автомобилем. Несколько месяцевназад я ехала на важную встречу и вдруг оказалась позади драндулета,который тащился со скоростью миль двадцать в час по полосе дляскорости сорок миль в час. Обогнать его не было никакой возможности,и мне пришлось квартал за кварталом плестись у него в хвосте. Ясигналила в надежде, что водитель той машины меня поймет, но все былобез толку. С каждой минутой я нервничала все больше.
Наконец мне удалосьмельком взглянуть на водителя, и я обнаружила, что это пожилойчеловек, на вид лет восьмидесяти. «Ну конечно, как же я сразуне догадалась, — мрачно подумала я. — Какой-тостарикан, у которого давно пора отобрать права». Я ужесобиралась снова посигналить этому канительщику, как вдруг неожиданнов голове у меня промелькнуло воспоминание о собственном дедушке —он умер, когда мне было девятнадцать. Я так любила дедушку и оченьпереживала, когда он ушел от нас. Я вспомнила, какой слабенький онбыл в последние годы жизни, как его плохо слушалось собственное тело— он страдал от рака предстательной железы, — как онморщился от боли. Вспомнила, как было тяжело для него, всю жизньбескорыстно отдававшего себя другим, зависеть теперь от друзей, семьии просто людей со стороны, которые за ним ухаживали.
От нахлынувшихвоспоминаний на глаза навернулись слезы, а сердце переполнилосьсостраданием Я поняла, что на месте этого старенького водителя мог бысидеть мой или чей-нибудь еще дедушка. Он ехал медленно не для того,чтобы досадить мне. В эти преклонные годы он катил на машине,наслаждаясь еще одним днем своей жизни.
Я смотрела, как машинаосторожно движется впереди меня, и мысленно извинялась передводителем. «Прости, что я так разозлилась на тебя, дорогой мойстаричок, — говорила я про себя. — Как я рада,что ты дожил до этого дня. Я знаю, что самому вести машину —это, может быть, одна из последних свобод, что у тебя остались.Прости меня, что я была так нетерпелива, прости, что понукала тебя.Знаю, ты едешь так быстро, как только можешь…»
Я чуть отпустила педальакселератора и позволила себе войти в тот же медленный ритм, вкотором двигался водитель впереди меня, проникаясь уважением к егоразмеренности, настраивая себя на веселый лад. В конце концов онвключил фару, повернул, и перед тем, как он исчез за углом, явскинула руку и помахала ему. «Прощай, дедуля, —прошептала я. — Спасибо, что напомнил о себе… Мнетебя так не хватает».
* * *
Оба этих события —это драгоценные подлинные моменты. Оба они возникли неожиданно,незапланированно и только потому, что я захотела остановиться иобратить внимание на то, что в действительности происходит. Я моглабы спрятаться от этих моментов, критикуя вовлеченных в события людейили ругая обстоятельства. Но вместо этого я поддалась велению сердцаи не стала судить, а прочувствовала момент. И вот в результате ядважды была щедро вознаграждена и получила необходимые уроки.
Научившись не прятаться от подлинных моментов, выобнаружите, что они постоянно возникают вокруг вас и предлагают себя,когда вы меньше всего этого ожидаете.
Как и почему мы избегаем подлинных моментов
Первый шаг в умноженииподлинных моментов вашей жизни — это осознание того, как ипочему вы их избегаете.
Мы избегаем подлинных моментов, потому чтослишком заняты или рассеянны, чтобы обращать на них внимание.
Большинство из насчасто заняты одновременно двумя-тремя делами. Вы разговариваете потелефону с другом, просматриваете счета, смотрите телевизор — ивсе в одно и то же время. Можете ли вы при этом переживать значимыймомент подлинного контакта со своим другом? Не можете. Значит, этогоне происходит.
Понаблюдайте за собойостаток сегодняшнего дня — или завтрашнего. Отметьте, как частовы сосредоточиваетесь на нескольких делах сразу без того, чтобыполностью наслаждаться одним или переживать другое. Возможно, выедете на работу, при этом слушаете радио и обдумываете какой-товажный проект. На самом деле нельзя сказать, что вы по-настоящемуведете машину, слушаете или думаете. Вы не совершаете ни одногодействия во всей полноте. Вы упускаете возможность поездить намашине, послушать музыку или глубоко задуматься над проектом И выопределенно упускаете подлинные моменты.
* * *
Возвращаясь домой изофиса, я еду по длинной, широкой дороге, которая начинается навершине холма и выходит на прибрежное шоссе, тянущееся вдоль океана.У подножия этого холма расположен светофор, известный тем, что онредко переключается: если вам повезет, то, съезжая с холма, выпроскочите на зеленый свет, если нет — простоите у светофораминут шесть-семь.
Однажды, вскоре послетого, как я решила написать эту книгу, я ехала вниз по холму, надеясьпроскочить на зеленый, но, как раз в тот момент, когда машина, едущаявпереди меня, миновала перекресток, зажегся красный. И вот я сидела вмашине, думая, как мне ненавистно торчать здесь, и смотрела насветофор, словно поторапливая его. Каждую минуту я беспокойнопоглядывала на часы, чтобы узнать, сколько времени прошло, и думала отом, что мне еще предстоит сделать в этот день.
Внезапно меня поразиланелепость ситуации. Вот я сижу здесь, глядя на прекрасный песчаныйпляж, и внизу плещется океан. Солнце ликует на безоблачном ясномнебе, на воде дрожат солнечные блики. По всему миру миллионы людейкаждый год отправляются в путешествие, чтобы оказаться в этом месте иполюбоваться на эти красоты, которые я даже не замечала порассеянности и еще потому, что вечно, куда-то спешила!!!
Тогда я поняла, чтоименно так и провела большую часть жизни: столько всего делая, яничему не уделяла всецелого внимания. Светофор продемонстрировал, какмало впечатлений — будь то вынужденное ожидание зеленого света,или разговор, или музыка — выпало на мою долю. Неудивительно,что я решила написать книгу под названием «Подлинные моменты».Мне и самой не помешало бы ее прочитать!!
Прежде я всегда считалаостановку на том перекрестке мелкой неприятностью. Теперь же ярешила, что сам бог притормозил мою машину, когда я мчалась какугорелая, притормозил, чтобы напомнить мне, на что нужно обратитьвнимание:
«Остановись…вдохни свежий воздух… посмотри на океан… кажется, чтовсе это будет длиться вечно, правда? Разве не прекрасна планета, накоторой ты живешь? Как тебе повезло: ты можешь каждый день ездитьвдоль этого прекрасного пляжа! Какая удача, что ты живешь!!! Тебе ужелучше?.. Ну, вот и хорошо… Сейчас я переключу светофор…Доброго тебе утра!!»
В тот день наперекрестке я сделала настоящее открытие, и к тому моменту, когданаконец на светофоре зажегся другой свет, я и сама стала другой.Обратив внимание на тот факт, что раньше я ни на что не обращалавнимания, я пережила подлинный момент, который изменил мою жизнь.Теперь каждый раз, когда я попадаю на красный свет у подножия холма,я улыбаюсь и говорю: «Спасибо тебе… Я как раз хотелаостановиться и насладиться видом».
* * *
Иногда мы избегаемподлинных моментов, потому что боимся их. Мы не обращаем на нихвнимания, в глубине души опасаясь, что, обратив внимание, мы откроемкакую-то неприятную истину о себе или о своей жизни. И это опасениене напрасно.
Подлинные моменты могут быть очень острыми. Когдавы перестанете делать чрезмерно много и уделите время подлинныммоментам, обратив на них внимание, вы, несомненно, окажетесь лицом клицу с эмоциями, открытиями или реалиями, которых прежде неосознавали.
Много лет назад янаходилась в очень сложных, не приносящих удовлетворения отношениях содним человеком. Я очень любила его, но мы не подходили друг другу, ия старалась не замечать этого обстоятельства, потому что не хотела,чтобы наши отношения прекратились. И вот я старалась заполнить своюжизнь всевозможной деятельностью, проектами и работала буквальноднями и ночами, по выходным и даже по праздникам. Работа приносиламне огромное удовлетворение, и я подсознательно старалась не обращатьвнимания на наши отношения.
Пришло время отпуска, ипо какой-то необъяснимой причине я решила не брать с собой работу. Мысняли комнатку на крошечном островке в забытом богом месте и впервыес тех пор, как повстречались, оказались предоставлены сами себе, безотвлекающих факторов, без всякого рода дел, которые нужно обсуждать.Я помню, как садилась в самолет с какой-то тяжестью в груди, сама непонимая, почему мне так тревожно. Но вскоре я все поняла.
На второй день нашегопутешествия я провела все послеобеденное время в одиночестве напустынном пляже. Это было время подлинных моментов, когда я уже немогла спрятаться от правды, подсказанной мне сердцем: мне необходиморазорвать эти отношения. До сих пор я успешно уклонялась от лобовогостолкновения с правдой, потому что боялась причинить ему боль,боялась той драмы, которая разыграется и в моей жизни. Но там, наострове, у меня не было ни способа, ни уголка, чтобы укрыться отсвоих чувств.
Потребовалось нескольконедель на то, чтобы наораться мужества и сказать человеку, которого ялюбила, что я оставляю его, но в конце концов я это сделала. Я частопытаюсь представить, что стало бы с нами, если бы я не нашла временипережить в одиночестве несколько подлинных моментов, если бы я непреодолела страх и не посмотрела правде в лицо. Как долго мы бы ещепрожили вместе, не получая того, чего хотели, в чем нуждались? Сейчасу нас обоих счастливые браки, мы оба нашли то, чего желали.
Иногда требуетсянастоящее мужество, чтобы пережить подлинный момент, чтобы принятьто, что он раскрывает вам. Но в качестве альтернативы вы будете вечноуклоняться, отрицать и потратите всю свою жизнь на бегство от себясамого…
Чуть позже в этой книгея поделюсь с вами способами создания подлинных моментов, но сейчас мыпросто попытаемся поставить эксперимент: в один из ближайших дней,делая что-то, отдайте этому занятию все свое внимание, ни на что неотвлекаясь. Например, вы едете на машине, внимательно разглядываявсе, что творится вокруг вас, или готовите обед, целикомсосредоточившись на том, что вы делаете пищу для людей, которыхлюбите.
Я недавно опробовалаэтот способ, сидя в самолете. Я решила по-настоящему ощутить этотполет: действительно пробыть четыре часа в воздухе, не читать книгу,не смотреть фильм, а находиться в металлической трубке, стремительномчащейся на высоте тридцать пять тысяч футов. Именно так я ипоступила. Я сидела у иллюминатора и четыре часа подряд смотрела, какподо мной проплывает земля. Я наблюдала, как притоки сливаются вбольшие реки, как равнины переходят в горы, а те снова спускаются кравнинам. Я видела поселки, маленькие и большие города — и всеони выглядели такими симпатичными с высоты. К моменту посадки меняохватила такая любовь к своей стране, какую я еще никогда неиспытывала, и я вышла из самолета исполненная душевного спокойствия.
Мы избегаем подлинных моментов, воздвигаяпреграды между собой и другими людьми.
Многие из подлинныхмоментов, которые мне наиболее были приятны, возникали, когда ячувствовала единение с кем-то: моим мужем, моей собакой Бижу, близкойподругой и зачастую людьми, которых я встретила первый раз в жизни.Что создает подлинный момент для двоих людей? Интимность.
Интимность возникает, когда границы между вами икем-то еще исчезают и ваши сердца соприкасаются.
Если у вас проблемы синтимностью — у многих стоит такая проблема, — то выне горите желанием создать подлинные моменты в общении с окружающимивас людьми. Вы боитесь утратить безопасность, потому что в подлинныемоменты защитная оболочка, которой вы обычно отгораживаетесь от всех,становится проницаемой. Вскрываются ваши самые сокровенные чувства, ивы начинаете ощущать свою уязвимость, незащищенность. А если впрошлом вы уже подпустили кого-то очень близко к себе и это причиниловам боль, то теперь вам непросто снова довериться кому-то, неиспытывая при этом сильного страха.
Один из самыхраспространенных способов спрятаться от подлинных моментов —это поддаться страху и избегать или сопротивляться интимности вотношениях. Поступая так, вы становитесь мастером по части возведенияэмоциональных барьеров, психологических баррикад вокруг своегосердца. Стены предохраняют от боли, но они и затрудняют доступ к вамподлинных моментов: поскольку любовь других людей не может достигнутьвас и ваша любовь не имеет выхода, вы не способны чувствоватьинтимность в отношениях. Границы, призванные защищать вас,превращаются в эмоциональную тюрьму, которая изолирует вас отмоментов единения, так необходимых для счастья.
Магические контакты и благословенные встречи
Если вы хотитепереживать больше подлинных моментов интимной близости в своей жизни,не нужно ждать, пока вы вступите с кем-то в сексуальные отношения илив брак или просто подружитесь… В конце концов, мы делим этотмир еще с пятью миллиардами людей. К несчастью, у нас так многоправил относительно того, с кем нам общаться, какая связь подобающая,а какая нет и в каком объеме нам требуется общение, что мы упускаемуйму возможностей для того, что я называю магическими контактами иблагословенными встречами.
В нашем обществе мыименуем незнакомых людей незнакомцами и сторонимся их. Налетев накого-то в лифте, вы немедленно извиняетесь, как будто совершиличто-то недопустимое. Когда вы замечаете, как кто-то задержал на васвзгляд в ресторане, то тут же начинаете беспокоиться: не «пополз»ли у вас чулок или нет ли пятна на одежде, то ли созерцающий васчеловек решил вас «подцепить», то ли перед вами опасныйманьяк-потрошитель, наметивший себе очередную жертву. И очень редкокто подумает: «Вот еще одно человеческое существо смотрит наменя, чтобы вступить в контакт».
Согласно нашей «книгетабу», есть определенные приемлемые темы, которых позволительнокасаться с незнакомцем: погода, спорт, развлечения, слухи. Вы можетевсегда посетовать на что-то, поскольку если вы оба одновременноосуждаете что-то, то начинаете больше доверять друг другу. И до техпор, пока обе стороны не выходят за рамки, вы Чувствуете себякомфортно. Но ни один из подобных разговоров не поможет вам пережитьвместе подлинный момент.
Если вам захотелосьразделить с кем-то подлинный момент, вы можете с помощью незнакомцауяснить о себе нечто, чего никогда не услышите от близких вам людей.
Незнакомый человек может стать чистейшим зеркаломистины, отражающим именно то, что вам нужно разглядеть, доставляякосмические послания, которые вам необходимо услышать.
Анонимность создаетощущение безопасности, которое позволяет нам, когда мы имеем дело снезнакомым человеком, пройти сквозь напластования своего «я»и стереотипов и открыться для давно созревших истин. У меня быломножество захватывающих моментов подлинности с незнакомыми людьми: вочереди, в магазине и особенно в самолетах, поскольку я многопутешествую. Позвольте мне поделиться с вами одним из таких моментов…
Как я в небесах повстречалась со своим зеркалом
Я была очень уставшей,когда в Сан-Франциско садилась на самолет, улетавший домой вЛос-Анджелес. Последние два дня я читала лекции, выступала нателевидении и выложилась на полную катушку. Теперь мне не терпелосьсесть в самолет, чтобы уйти в себя и всю дорогу спать. Но не тут-тобыло: добравшись до своего места, я увидела в соседнем кресле девочкулет девяти. «О нет… только не это… —едва не простонала я, — только не ребенок. У меня на неепросто не осталось сил. Хорошо бы выяснилось, что она ошибласьместом». Но мне не повезло. Она сидела на своем месте, так жекак и я.
Усевшись, я приняласьразрабатывать стратегию, как мне уклониться от разговора с ней.«Пожалуй, я просто закрою глаза, тогда она и пикнуть непосмеет, подумала я. — Или попрошу стюардессу подыскатьмне другое место». Едва мы покатили по взлетной полосе, я ужепо минутам начала отсчитывать время до конца полета.
И тут внезапно до менядошло, насколько неосознанно я действую. «Обрати внимание…»— напомнил мне мой внутренний голос. На протяжении своей жизния вновь и вновь училась тому, что во Вселенной ничто не происходитслучайно, — я оказалась рядом с этой девочкой по какой-тоособой причине. И если я отреагировала так резко отрицательно наэтот случай, значит, в нем заложено мощное поучительное начало.
И вот я представилась.Девочка, похоже, только того и ждала. Увидев мой неподдельныйинтерес, Бетани, так звали ее, излила передо мной душу, всю безостатка. Вначале она объяснила, что очень волнуется, потому что этоее первый полет, и что она летит к отцу в Лос-Анджелес. Ее родителинедавно развелись, и папа уехал с ее братом и сестрой. Бетани тожепредоставили право выбора. Она могла уехать с другими детьми, нодевочка предпочла остаться с матерью.
— Наверно,трудно было решать, — предположила я, ведь ты знала, чторасстаешься с ними.
— Да,трудно, но я чувствовала, что нужна маме. — объяснилаБетани с величайшей серьезностью. — Ей сейчас оченьтяжело.
Дальше она рассказала,что ее мать рано вышла замуж и родила детей, а теперь почувствовала,что попала в западню и связана по рукам и ногам.
— У неемного приятелей, она постоянно с кем-то встречается, —доверительно сообщила Бетани, — а мне это не нравится, и ячувствую себя одиноко.
Уверена, что ты оченьскучаешь без папы сказала я.
Глаза Бетанинаполнились слезами.
— Да, яскучаю по ним всем. Папа звонит мне каждый день узнать, все ли у меняв порядке.
— И что тыему говоришь?
— Говорю,что у меня все отлично, хотя иногда это не так.
У меня защемило сердце,когда я увидела боль и смятение в ясных глазах Бетани: слишком многоболи для девятилетнего ребенка, который нуждается в заботе. Она быламудра не по годам… ей пришлось такой стать. Перед глазами уменя предстала картина во всей ее полноте — мама загуляла, папазатевает процесс о лишении ее материнских, прав, как несостоявшейсяматери. Но любящая, полная сострадания Бетани не хочет бросать маму.И она отказывается от новой, спокойной жизни, от отцовской заботы, оттого, чтобы расти вместе с братом и сестрой, — все радитого, чтобы мама знала, что кто-то по-прежнему любит ее. И вот вечерза вечером она проводит одна или со своей няней, ожидая, пока мамавозвратится с очередного свидания, и справляется с одиночеством,убеждая себя, что поступила правильно.
Так мы и проговорили сБетани. Я рассказала ей о том, как развелись мои родители — мнетогда исполнилось одиннадцать, — о том, как я разрываласьмежду ними, не зная, на чью сторону встать, как чувствовала себяущербной, потому что у меня не было нормальной семьи, такой, как увсех моих друзей, о том, как я плакала перед сном. «И я тоже!»— вставила она. Я объяснила ей то, что с годами поняла прородителей и вообще про всех людей — что внутри они остаютсямаленькими детьми, такими, как она сейчас. Я попыталасьпроанализировать вместе с ней, почему ее мама так себя ведет, дала ейпонять, что Бетани может видеть то, чего не видит ее мать. Япредложила Бетани рассказать отцу, как она несчастна, и небеспокоиться, что у того возникнет чувство вины, — емунеобходимо это знать. Я напомнила ей, что, в конце концов, ей нужно впервую очередь позаботиться о самой себе, даже если для этого нужноуехать. А потом я рассказала, как много работала над тем, чтобыполюбить себя, чтобы понять, что развод родителей не имеет ко мненикакого отношения, и чтобы получить много хорошего от жизни.
— Посмотри,что я сделала, когда выросла, — гордо сказала я, показываяей несколько своих книг, которые я захватила с собой в «дипломате».
— Так этовы? — спросила она с широко раскрытыми глазами.
— Да, этоправда я. Меня даже по телевизору показывали.
Бетани едва невыпрыгнула из кресла.
— Подождитеминутку… подождите! — воскликнула она. —Я ВИДЕЛА ВАС!!! В КАКОМ-ТО ТОК-ШОУ!!! ТО ЛИ «ОПРА», ТО ЛИ«ДЖЕРАЛЬДО», ПРАВИЛЬНО?
— Правильно.
— О господи,о господи, я так волнуюсь!!! — Бетани заерзала в кресле.
— А знаешь,для чего я тебе все это рассказываю? Для того, чтобы ты всегдапомнила: не важно, откуда ты начала путь, важно, куда тынаправляешься. Ты очень необычный человек — умный и одаренный.Ты сможешь стать тем, кем захочешь. Если я смогла, значит, и тысможешь.
Наш полет уже подходилк концу. Мы с Бетани обменялись телефонами, я пообещала ей прислатьнесколько книг для ее матери и отца — это стало для нееособенным сюрпризом. Теперь она успокоилась и сидела прижавшись лицомк иллюминатору, завороженная открывающимися внизу видами.
Внезапно меня осенило.И как же я сразу не догадалась? Да ведь Бетани — это я сама. Яцелый час провела в самолете, разговаривая с самой собой вдевятилетием возрасте, рассказывая то, что я сама так хотелауслышать, когда мне было больно, раскрывая девочке глаза на то, кемей суждено стать однажды, делясь истинами, на открытие которых у меняушло тридцать лет. Бог усадил меня рядом с маленькой Барбарой, укоторой другие жизненные обстоятельства и другое имя, но такая жеистерзанная душа, усадил для того, чтобы я смогла залечить своисобственные застарелые раны.
Всматриваясь в Бетани,как в зеркало, я увидела, что действительно взяла верх над своимпрошлым, что я способна проявить к нему еще большуюснисходительность, чем прежде, и что одна из моих целей —поделиться уроками, извлеченными из этого путешествия, с большими ималенькими Барбарами, и Бетани, и Бобами, живущими во всем мире. Япокачала головой, восхищаясь совершенством этого момента. Здесь, внебесах, Бетани стала моим учителем, точно так же, как я — ееучителем. Она донесла до меня то, что было нужно мне, а я донеслачто-то свое до Бетани. Мы стали духовными сестрами.
И тут Бетаниповернулась ко мне, и я увидела, что в глазах у нее стоят слезы.
— Что стобой? — спросила я.
— Ничего,просто это самый счастливый день в моей жизни.
— Почему?Потому что ты летишь на самолете, а через несколько минут увидишьпапу?
Бетани заглянула прямоко мне в душу и ответила с лучезарной улыбкой:
— Нет,потому что я повстречалась с вами.
Никакие почести,никакие награды, никакая овация со вставанием с мест, устроенная мне,не значили для меня столько, сколько слова Бетани, произнесенные втот день. Она просто лишила меня дара речи (непростая задача!). Мыпосле поддерживали с ней контакт, и последнее, что я узнала, —она по-прежнему живет со своей мамой, но отец переехал, чтобы быть кней поближе.
Я никогда не забудуБетани. Она подарила мне один из самых глубоких и целительныхмоментов подлинности в моей жизни. Вскоре после нашей встречи я, каки обещала, послала ей плюшевого медвежонка — друга, с которымможно поделиться своими чувствами и секретами.
Узнав, что она назваламедвежонка Барбара, я заплакала…
* * *
Только представьте, какое выиспытаете счастье, если сначала потеряете все, что у вас сейчас есть,а потом вернете обратно…
Аноним
Надеюсь, что, читаяэто, вы переживаете подлинный момент…
Надеюсь, что я помогаювам обратить внимание на силы и чувства, скрытые внутри вас, откоторых вы до сих пор прятались…
Надеюсь, что япробиваюсь сквозь напластования беспамятства, которыми вы обрасталина протяжении многих лет, и вы уже начинаете припоминать, зачем выздесь на самом деле…
Я говорю вам все это,потому что не хочу, чтобы вы и дальше тратили время попусту. Вы,возможно, не осознаете, что разбрасываетесь своим временем. У вас,возможно, такое чувство, что вы втискиваете в одни сутки столькотруда и ответственности, сколько с лихвой хватило бы на сорок часов.Время, о котором я говорю, то есть растраченное впустую, —это то время, которое вы не проживаете в каждый конкретный момент ипотому не способны его оценить, время, которое вы теряете, потому чтопроводите его неосмысленно, не пользуясь возможностью любить,поучиться у кого-то, словно у вас в запасе целая вечность.
Несколько месяцев назадмне позвонила подруга и, плача, сообщила, что ей только что поставилидиагноз: рак. Мы проговорили еще какое-то время, но, даже когда яповесила трубку, у меня это известие никак не выходило из головы. Втот вечер, лежа с мужем в постели, я рассказала ему печальную новостьи поделилась своими чувствами, возникшими от мыслей о подруге, моейровеснице, которая лежит сейчас в темной спальне совсем одна, несчитая ее кошек. Я знала, что на ее месте сейчас мучилась бывопросом, сколько мне осталось жить и как распорядиться этим временемв том случае, если рак не вылечат.
— Что бы яизменила в своей жизни, если бы узнала, что умираю? —вслух размышляла я рядом со своим мужем.
— Наверное,это зависело бы от того, сколько лет жизни пообещали тебе врачи, —сказал Джеффри.
— Я знаютолько одно: я не потратила бы и одного дня впустую без того, чтобыполностью прочувствовать и до конца насладиться каждым моментомжизни.
Внезапно меня обожглаодна истина. Ведь я тоже умру, как и моя подруга, возможно, несегодня и не завтра, но лет через тридцать-сорок-пятьдесят, то естьне столь уж отдаленном будущем.
Почему мне обязательнонужно осознать, что я потеряю все это, чтобы по-настоящему этимнаслаждаться?
Почему только страхпотери подстегивает многих из нас?
Почему мы ждем, показаболеем, чтобы оценить чудо своего организма?
Почему мы понимаем,насколько нуждаемся в своем партнере, только когда он выйдет задверь?
Почему мы откладываемна потом жизнь, которая нам по душе, как будто у нас в запасе всевселенское время?
Время нашего пребыванияздесь, на земле, очень коротко. Если нам повезет, оно составитприблизительно восемьдесят лет. Другими словами, 29 200 дней намдано на то, чтобы распробовать жизнь и все, что она предлагает.Сколькие из нас в последнюю минуту смогут сказать: «Меняустраивает то, кем я был, и то, что я сделал. Я насладился всемимоментами, которые подарил, мне господь»?
Зачастую только насмертном одре человек способен достаточно четко понять и напомнитьнам, сколь драгоценен этот дар — каждый день нашей жизни.Покойный Майкл Ландон, актер и режиссер, поделился этим знанием винтервью несколько лет назад, незадолго до своей кончины:
«Покапродолжается жизнь, неплохо бы помнить о грядущей смерти, но при этомне знать, когда она придет. Это помогает нам оставаться начеку. Этонапоминает нам, что нужно жить, пока есть такая возможность. Кто-тодолжен объяснить нам, что мы смертны. Тогда мы будем жить на пределевозможностей в каждую минуту каждого дня. Живите! И если собралисьчто-то сделать, делайте это сейчас. Мы и так столько много отложилина завтра…»
Нужно перестатьразбрасываться временем, прячась от моментов подлинности, и,напротив, отыскивать их не в будущем году, не когда вы дочитаете этукнигу, а СЕЙЧАС. И это очень просто. Потому что:
Подлинные моменты всегда достижимы.
Нам не нужно далекоходить, чтобы их обнаружить.
…Они совсемрядом, как человек в соседнем кресле самолета, или официантка,которая приносит вам кофе каждое утро перед работой, или как друг,который переживает тяжелое время и тянется к вам.
…Они возникаютвсегда и везде, надо только обратить внимание на то, что происходитвокруг вас.
…Они — этоблагословенные встречи и волшебные узы, которые ждут случая, когда выдадите им шанс.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ПОДЛИННЫЕ МОМЕНТЫ И НАША ЖИЗНЬ

4. Дать себе новое рождение
Где я? Кто я?
Как я оказался здесь?
Что это за штука, котораязовется миром?
Как я пришел в этот мир?Почему со мной никто не посоветовался?
А коль уже мне приходитсяпринимать участие в этом, То где режиссер?
Хочу на него взглянуть.
Сёрен Кьеркегор
В процессе жизнинастает время, когда мы понимаем, что каким-то образом заблудились впути. Мы утратили ощущение цели и направления. Мы утратилиспособность свободно радоваться и веселиться. Мы проживаем день заднем со смутной тревогой, с тайным подозрением: что-то идет не так.Но как бы рьяно ни искали мы источник своего беспокойства, мы ничегоне можем обнаружить. Мы гоняемся за неуловимым призраком.
Мы стараемся делать ещебольше, мы отправляемся в другие края, изменяем свое тело, покупаемчто-то особенное, снова в кого-то влюбляемся, и, возможно, накакое-то время нам становится легче. Но потом теньнеудовлетворенности еще гуще, чем прежде, снова ложится на нас, и мызадаемся вопросом: неужели с нами действительно что-то не так,неужели это так серьезно? Возможно, это тот самый кризис среднеговозраста, о котором мы слышали. Возможно, мы просто недостаточноблагодарны за то, что имеем, и нам вообще никогда не угодишь.Возможно, мы просто не созданы для того, чтобы быть счастливыми.
Чего мы ищем? Мыстараемся отыскать потерявшиеся кусочки самих себя — без нихнелегко иметь в жизни подлинные моменты.
Что случилось с этимикусочками?
Некоторые из нихзабрали наши родители или опекуны, пытаясь сделать из нас тех, кем,по их мнению, мы должны были стать.
Некоторые, мы отдалидругим, чтобы нас приняли или полюбили.
Некоторые из них мыспрятали, боясь, как бы другие не узнали то, что мы знаем о себе.
А о некоторых мы простозабыли, потому что изо всех сил старались быть кем угодно, только несамими собой.
Без этих кусочков мыникогда не ощутим той целостности, к которой стремимся, испокойствия, которого так жаждем. Нам станет трудно переживатьподлинные моменты, в которых мы нуждаемся. Как нам возвратитьутраченные кусочки? Как нам вернуться к состоянию целостности? Дляэтого нужно вылезти из тесного, хотя и привычного чрева прежних нас истать той личностью, какой мы хотим быть. Мы должны предпринятьпутешествие из старой жизни жертвований и самоограничений в новуюжизнь ясности и свободы. Мы сами должны дать себе второе рождение.
* * *
Настало время, когда рискостаться замурованным в бутоне страшит больше, чем риск превратитьсяв цветок.
Анаис Нин
То, что мы в Америкеназываем кризисом среднего возраста, на самом деле является духовнымкризисом. Если, достигнув того периода жизни, когда нам полагаетсячувствовать удовлетворение, — будь то тридцать лет, сорокили больше, — мы не обретем цели, смысла и подлинныхмоментов, мы останемся такими же неудовлетворенными. Однажды мыпросыпаемся, смотрим на себя со стороны и не нравимся себе.
Весь тяжелый труд, всенаши усилия не принесли нам счастья и духовного спокойствия, накоторые мы рассчитывали. Наши ценности и приоритеты завели нас впустоту. «Как, и это все?» — спрашиваем мы себя.Это состояние ошибочно истолковывают как страх перед смертью, или кактоску по молодым годам, или скуку, вызванную однообразием ипредсказуемостью. Но это ни то, ни другое, ни третье. Это состояниедушевной паники.
Что психологически помогает нам, человеческимсуществам, выжить на этой земле, со всей ее болью, драмами,опасностями? Понимание цели и смысла жизни.
Цель означает, чтосуществует причина, по которой вы находитесь здесь, что вы должнысделать то, что вы делаете, что само ваше существование важно.
Смысл означает, что вашжизненный опыт приносит вам удовлетворение и радость, что ваша цельстоит того, чтобы ради нее жить.
Когда вы теряетепонимание цели и смысла, вы теряете то, что подпитывает ваш дух, илишаете его возможности ощутимо присутствовать в вашей жизни. Выотсоединяетесь от внутреннего источника спокойствия и вынужденытщетно искать чего-то, способного заполнить вакуум. Вы живы, но вы неживете в полной мере. Вы теряете в жизни подлинные моменты.
Возможно, как раз этовы сейчас испытываете. Возможно, вы запутались в жизни или вовзаимоотношениях, которые не дают вам того, чего вы от них ждали.Может быть, вы работали долгие годы, чтобы достичь чего-то, а теперь,когда оказались в желаемой точке, вы совсем не уверены, что хотелипопасть именно сюда. Может быть, вы думаете, что в вашей жизни вседолжно быть отлично, потому что у вас есть то, чего вы всегда хотели,но вы не чувствуете, что у вас все отлично. Может быть, вы уже иногдачувствуете какую-то неприкаянность и до сих пор не знаете, что этотакое. Или, быть может, вы молоды, но уже подозреваете, что если выне остановитесь и не обратите на это внимание сейчас, то повторитепуть ваших родителей.
Для того чтобы самомусебе дать рождение, нужно спросить себя:
Кто я такой? Такой ли я, каким хотел стать? Начто я трачу свою жизнь? Счастлив ли я? Что приносит мне радость? Чтомешает мне чувствовать себя свободным?

Эти вопросы стимулируютновое ваше рождение, и они приведут вас к новому, свободномусуществованию. Для того чтобы задать себе эти вопросы, потребуетсябольшое эмоциональное мужество. Ответить на них — это значитувидеть те стороны себя самого, которые вы прежде игнорировали,взглянуть в лицо жизненной правде, которую вы избегали, мечтам,которые вы скрывали. Рождение никогда не протекает легко. Но наградойза это станет жизнь, прежде вам неведомая.
Итак, если вы, подобномне, находитесь в процессе нового рождения, знайте, что этовеличественный и священный момент вашей жизни. Сила преображенияовладела вами. Подобно сильному попутному ветру, она подтолкнет вас внужном направлении. Отдайтесь во власть этих потоков, и если васнемного испугает скорость, с которой вы движетесь, то ни в коемслучае не пытайтесь повернуть назад и пойти другим путем. Идти можнотолько вперед. Как сказал поэт Роберт Фрост:
«Лучший путь всегда сквозной».
Где вы сбились с пути
Когда мы впервые началиабстрагироваться от нас самих, подлинных? Когда мы в первый разпоступились частицей себя? Это началось с момента нашего рождения. Ссамого раннего детства мы накапливаем чужие ценности и убеждения иделаем их своими собственными. Это началось с наших родителей. Черезслова и действия они демонстрировали свои ценности и традиции ипередавали их вам. Вы учились, как выражать или скрывать своичувства, как дарить нежность, как реализовывать свои верования, какотмечать праздники и торжества, как готовить, как накрывать стол, какпроводить отпуск, — этот список можно продолжать добесконечности. Строго говоря, вы не учились — вы смотрели,слушали и усваивали.
Большинство из нассознательно не стараются думать, вести себя, любить, ходить,разговаривать или есть как наши родители. Это получается само собой,иногда это настолько неуловимо, что мы даже не замечаем сходства,пока кто-то другой не укажет нам на него. «Да брось ты… —недоверчиво отбрыкиваемся мы. — Я совсем другой, не то чтоони». Может быть, это так, а может быть, и нет. Насколько мысходны — вот в чем вопрос.
Как мы забываем наши мечты
Есть другой путьпотерять самого себя — наследовать надежды своих родителей илиболее широкой социальной группы, их мечты и ожидания, почти или дажесовсем не оставляя простора для своих собственных. Вы становитесьврачом, потому что ваш отец был врач и с вашего раннего детстваподразумевалось, что ваша профессия будет именно эта. Вы по-прежнемуживете в своем родном городке и принадлежите к той же конфессии, чтои ваши родители, только потому, что ни один из членов вашей семьи небыл вероотступником. Вы поступили в колледж, потом вступили в женскийклуб, точь-в-точь как ваша мама, и занимались добровольнойблаготворительностью по тем же самым причинам, потому что такпоступали все девушки в вашем учебном заведении. Вы вступили в брак вдвадцать три года и сразу завели детей, потому что все ваши старшиебратья и сестры рано обзаводились семьями.
Иногда эта протореннаядорога вполне соответствовала вашим собственным чаяниям. Но гораздочаще она уводила вас от собственных перспектив, от возможностипопробовать что-то свое, уводила от вас самих. Через годы, а то ичерез десятилетия вы просыпаетесь и оказываетесь перед фактом: быделали то, что другие считали правильным, то, что они хотели от вас,а не то, что вы сами хотели делать.
Возможно, вы сталиврачом, как хотели ваши родители, но сами вы всегда мечтали статьархитектором и теперь, в сорок восемь лет, чувствуете себяопустошенным и глубоко несчастным. Возможно, вы втайне лелеяли мысльо том, чтобы покинуть свой родной город и переехать в другую частьстраны, а теперь, годы спустя, вы обросли семьей и у вас нет никакойнадежды сняться с места.
Может быть, вы вообщене хотели поступать в колледж, а хотели изучать медитацию и йогу итеперь обнаружили, что живете точь-в-точь как ваша мать, вышли замужза мужчину того же типа, что и ваш отец, ходите на те же вечеринки,похоронив в себе свое духовное «я». Может быть, выподыскали себе мужа и тут же завели детей, потому что так принято, ивот теперь вам только тридцать, а вы чувствуете, что муж вамсовершенно чужой человек, дети стали обузой, и вы мечтаете убежатьото всего этого.
До тех пор, пока вы не пересмотрели свою системувзглядов и не отбросили те элементы, которые вы сами не выбрали,будучи взрослыми, вы никогда до конца не повзрослеете.
Когда мы перенимаемчужие ценности, это влияет на наши взаимоотношения с людьми, на нашуличностную философию, на нашу трудовую этику, на то, как мывоспитываем своих детей и как относимся к самим себе. Неудивительно,что многие из нас чувствуют что-то не то в своей жизни: наше истинное«я» скрыто под многочисленными напластованиями увещеванийдругих людей — многочисленных «тебе следует», «тыдолжен», «ты просто обязан».
Цена, которую мы платим за то, чтобысоответствовать
Если проанализироватьразвитие культурного самосознания в Соединенных Штатах, то покажетсянеудивительным, что многие из нас трудились в поте лица, чтобы«соответствовать». Это составная часть американскогомышления — быть политически и социально корректными, знать, чтодолжно быть внутри, а что — снаружи, что приемлемо, а на чтоналожено табу. Мы воспитаны в этой стране так, чтобыприспосабливаться, а не разбираться в том, какие мы. И тот из нас,кто выбивается из ранжира и перестает соответствовать общепринятымстандартам, обречен на страдания, на то, чтобы стать неудачником.
Когда мне былодвенадцать лет, я не была блондинкой с короткой стрижкой, какдевушки, пользовавшиеся тогда популярностью. Я не носила то, чтополагалось носить, потому что просто не могла себе этого позволить. Увсех известных мне детей были родители, только мои развелись. У менябыли самые уродливые на свете белые очки. Я, как говорится, «несоответствовала».
Раз в месяц послеуроков я ходила на занятия по танцам, устраиваемые при содействииместного клуба. Там, в большой бильярдной, инструкторы показывали намфигуры фокстрота или ча-ча-ча, а потом строили всех мальчиков вшеренгу по одну сторону комнаты, а девочек — по другую.Полагалось, чтобы каждый мальчик подошел к девочке и пригласил ее натанец.
Каждый месяцповторялась одна и та же история: я видела, как по очереди разбираливсех девочек, и я оставалась одна. А потом толстенный мальчик поимени Мартин, с лицом, усеянным веснушками, и вечно потными руками,брел ко мне по пустынному залу и под смешки собравшихся предлагалпотанцевать с ним. Начинала звучать музыка, Мартин брал мою вялуюруку — и я ругала себя за то, что я так не похожа на других,никому не нужна, и мучилась вопросом, пойму ли я когда-нибудь, чтонужно делать, чтобы «соответствовать».
Вскоре я это выяснила.В старших классах я стала одной из самых популярных девушек. Ячувствовала, что меня наконец приняли. Но, как и все, кто отчаяннодобивался признания, я смертельно боялась утратить свой статус ипоэтому совершала ошибки в плане общения. Я водила дружбу только спопулярными молодыми людьми независимо от того, какие они, насколькоинтересно мне с ними было, и игнорировала людей, с которыми мнедействительно хотелось познакомиться поближе: художников, музыкантовили спокойных непритязательных юношей и девушек недюжинного ума.Стыдно сказать, я перешла в стан людей такого сорта, каких саманенавидела, будучи социальным изгоем. Я не хотела дружить с теми, ктобыл «не на уровне».
Оглядываясь на школьныегоды, я очень сожалею о своем поведении. Я столько всего упустила,потому что боялась остаться за бортом. Я так жаждала войти вопределенный круг, добиться признания, что потеряла саму себя радитого, чтобы назвать друзьями нескольких людей. Конечно, они не зналименя настоящую. Они знали только ту часть меня, которую, как ядумала, они одобрят; все остальное я тщательно скрывала.
Когда мы закончилишколу, все недоумевали, почему я выбрала колледж в Мидуэсте, в товремя как прочие ребята из нашей компании поступили в —старейшие университеты Новой Англии на Восточном побережье. Я и самане знала точно, почему решила от правиться в Висконсин, так далеко отвсего знакомого мне, не знала до тех пор, пока не добралась туда. Таммне стало ясно, чего я искала: СВОБОДЫ! Внезапно я освободилась отвсего и от всех, чьего одобрения искала. Первый раз в жизни я сталаоткрывать для себя настоящую Барбару, и так началась первая стадиямоего перерождения. Теперь я знаю, что никогда не нашла бы саму себя,если бы осталась в Филадельфии. Мое желание «войти вопределенный круг», уходящее своими корнями к тойнепривлекательной девочке на танцевальной площадке, где я испыталастолько страданий, преобладало бы над желанием быть самой собой.
Так вот, Мартин! Где быты ни был, прости, что не замечала, что тебе так же стыдно, и что тычувствуешь себя таким же отверженным, как и я, и что мы с тобойродственные души. Надеюсь, что ты, как и я, наконец обрел собственноедостоинство и что твоя партнерша по танцам — кто бы она ни была— всегда с гордостью взирает на тебя, танцуя в твоих объятиях.
* * *
Требуется много мужества, чтобыотбросить хорошо знакомое и кажущееся безопасным и ухватиться зановое, неизвестное. Но в том, что утратило смысл, нет настоящейбезопасности, В приключениях, в волнениях больше безопасности, потомучто жизнь — в движении, а сила — в переменах.
Алан Коэн
Каждый раз, отступаясьот своей мечты, верований, желаний или привычек — либо из-затого, что их не одобрят другие, либо из-за того, что вы «невпишетесь», либо потому, что от вас ожидают совсем не этого,либо просто так, либо из-за того, что о вас подумают соседи,родители, родственники, — вы отбрасываете частицу самогосебя. Чем больше вы отбрасываете, тем меньше от вас остается. Внекоторых случаях вы можете настолько похоронить себя под грудамичужих ценностей, что, попытавшись отыскать себя, обнаружите, что тамвас просто нет. А если вы не знаете, кто вы такой, вы не сможетепережить подлинные и значимые моменты ни в одиночку, ни с кем-либовместе.
Когда вы жертвуете своими мечтами и своимиценностями ради чужих мечтаний и ценностей, вы теряете свою силу. Чембольше вы будете жертвовать своей сущностью, тем слабее себя будетечувствовать.
Как вам снова собратьсяс силами? Обретите заново собственные истины, собственные ценности,собственный голос и живите день за днем.
Когда ребенокпоявляется на свет, он оставляет материнское чрево и его отрезают отпуповины, связывающей его плотью и кровью с его первым домом. Этотисход необходим младенцу, чтобы выжить. Он не может дальше расти,пока заперт в стенах чрева, и та, кто питает младенца, вскорепревратится в его губительницу, если не освободится от бремени.
Таким образом, зановородиться означает отбросить те части себя самого, которые больше неподпитывают вас, отсечь от себя те верования, ценности иобязательства, которые вы переняли, но которые изначально не быливашими. Это значит распрощаться с тем человеком, которого другиехотели сделать из вас, и слепить себя заново таким, каким вы хотитебыть.
* * *
В конечном счете по-настоящемусвященна только ваша целостность.
Эмерсон
Первый шаг на путиобратно к самому себе — это цельность.
Жить цельно означаетбыть именно тем, кем на самом деле являетесь. Ваши верования, вашиценности, ваши пристрастия — все ваши внутренние реалии должныотражаться во внешней стороне вашей жизни. Чем в большем соответствиис настоящим собой вы будете жить, тем больше мира вы привнесете всвою жизнь.
Жить цельно означает:
Не довольствоваться всвоих взаимоотношениях с окружающими меньшим, чем, по вашему мнению,вы заслуживаете.
Не скрывать, чего выхотите от других.
Говорить свою правду,даже если это может создать конфликт или напряженность.
Приводить своеповедение в гармонию с вашими личными ценностями.
Делать выбор,основываясь на том, во что вы верите, а не на том, во что верятдругие.
Жизнь без целостноститребует огромных затрат энергии. Она изнуряет интеллектуально иэмоционально, потому что ваше поведение при такой жизни несоответствует вашей сути.
Представьте, что вы нареке и стоите ногами в двух разных лодках. Одна лодка символизируетваши ценности, другая — ваше поведение. Вот вы поплыли по реке.Но когда одна нога оказывается впереди другой, вам уже трудно устоятьв двух лодках. Чем дальше они расходятся, тем труднее для вассохранять равновесие, и в конце концов в какой-то момент лодкинастолько удаляются друг от друга, что вы падаете в воду.
Чем больше вашеповедение расходится с вашими ценностями, тем труднее вам изо дня вдень заниматься своим делом и быть счастливым, тем большеебеспокойство вы испытываете. Вам приходится садиться на шпагат, чтобыпсихологически и духовно оставаться на плаву. В определенный моментваш организм просто надорвется. Это может принять форму психическогостресса, депрессии или эмоционального срыва.
Тест на целостность
Вот простейший способузнать, где у вас расхождение с вашими ценностями. Начнитепрактиковать его сразу, как только отложите эту книгу.
Проверяйте себя каждыйчас: сделали или сказали ли вы за последние шестьдесят минут нечтопротиворечащее вам самим.
Прокрутите в головеминувший час, словно кинопленку, и, как только что-либо вызовет у васнеприятное ощущение, остановите фильм и возьмите этот эпизод назаметку. Вы сделали вид, что колкость мужа вас ничуть не задела? Вымолча слушали, как ваш друг возводил напраслину на человека, вамнебезразличного, и не вступились за него? Вы съели что-то вредное, отчего зареклись?
Вы поразитесь тому,сколько раз на дню вы предаете самого себя, улыбаясь, когда обижены,сдерживая любовный порыв, соглашаясь сделать то, что вам глубокопретит, или показывая себя с той стороны, которая устраивает вашегособеседника, а не с той, которая действительно вас характеризует.
Допустим, вы опробовалиэтот тест на целостность и обнаружили, что в среднем в пяти случаяхза час вы не являетесь стопроцентно самим собой. Теперь умножьтеколичество часов, которые вы бодрствуете (ну, скажем, шестнадцать),на пять, и у вас получится восемьдесят. Теперь возьмите этивосемьдесят поступков или контактов, которые не согласуются с вамисамими, и умножьте их на 365 — получится 29 200. Этоозначает, что 29 200 раз за год вы предаете свои ценности иубеждения, вы делаете или говорите нечто такое, что в глубине душисчитаете неправильным. И каждый раз, когда это случается, выприводите свою психическую и эмоциональную систему в состояниестресса.
Ну а теперьпредположим, что вам сорок пять лет. Первые восемь лет не в счет,потому что большинство детей очень непосредственны до тех пор, покаони не «взрослеют» и не начинают корректировать себя,чтобы угодить другим. Отнимаем 8 от 45, остается 37, потом умножаем37 лет на 29 200 случаев. Получаем 108 400!!! 108 400раз за свою жизнь вы были не таким, какой вы есть.
Никто в нашей жизни не предает нас так, как мыпредаем себя сами.
И неудивительно, чтоближе к тридцати мы уже становимся не в ладах с самими собой, а втридцать-сорок зачастую находимся в глубоком эмоциональном кризисе. Аподлинные моменты? Как мы можем ощущать их, если мы, ощущающие, дажесебя не ощущаем в полной мере? Если вы с сегодняшнего дня начнетекаждый час устраивать тест на цельность, то вскоре заметите, чтостали вести себя гораздо адекватнее во всех областях вашей жизни. Выбудете подлавливать себя на измене своим ценностям, и у вас будетсвобода выбора — вы сможете стать самим собой. Всего через однунеделю регулярного тестирования на цельность вы обретете спокойствиеи силу, которых давно уже не испытывали.
У вас появитсяготовность открывать подлинные моменты, которые всегда были рядом иждали случая доставить вам радость.
* * *
Важно быть в состоянии каждыймомент пожертвовать тем, чем мы являемся, ради того, чем мы можемстать.
Шарль Дюбуа
Как раз в то время,когда я начала работать над «Подлинными моментами», ясовершила поездку в Нью-Йорк. Однажды, в послеполуденное время,такси, в котором я расположилась на заднем сиденье, попало в пробку.Мы с водителем разговорились, и, когда он узнал, что я занимаюсьлитературным трудом и пишу книгу о том, как придать смысл своейжизни, он сразу загорелся. «Да ведь это прямо для меня!»— воскликнул он. А потом поведал мне свою историю.
Рецепт таксиста, как найти свое счастье
Знаете, я ведь невсегда водил такси, — объяснил он. — В своевремя я занимался бизнесом. Тогда я тоже много разъезжал и большуючасть недели проводил вне дома. По нескольку дней не видел жену идетишек. Я делал хорошие деньги и крутился как белка в колесе,старался не отставать от других ребят из этой компании. Думаю, мнеэто удавалось. Мой отец был водопроводчиком, он приехал из Польши,когда ему было шестнадцать, перед самой войной. Английский он так ине выучил как следует, зато руки у него были золотые. Я знал, что онхотел для меня лучшей жизни, и потому мне нравилось разъезжать намашине в хорошем костюме, подписывать сделки.
Ну а однажды, летдесять назад, моего младшего сынишку сбила машина, когда он переходилчерез улицу. Теперь-то он в порядке, но тогда все было скверно. Аглавное, жена не могла меня сразу разыскать. Я был в дороге междудвумя городами и позвонил только на следующий день после несчастья.Когда я наконец связался с ней, она уже билась в истерике. Говорила,что наш сын может не выжить, и упрекала, почему я не с ней, говорила,что она больше не может так жить.
И вот я примчался домойиз Огайо за восемь часов — рекордное время.
Когда я вошел вбольничную палату и увидел моего малыша, забинтованного с ног доголовы, у меня чуть сердце не разорвалось. Жена моя выглядела ужасно,младшая дочь все время плакала, и в этот момент я понял: что-то у насне так. Меня вечно нет дома. Ведь этим все сказано, правда? Да, у насбыло много хороших вещей, мой отец, конечно, мной гордился, но ведьмы не жили вместе. Господи, а что, если бы мой сын умер до моегоприезда? Ведь так могло случиться. И вот именно тогда, не сходя сместа, я решил: верну свою жизнь, чего бы это ни стоило.
Тогда я завязал сбизнесом и купил такси. Вот уж действительно пошел в гору! И знаете,последние десять лет — лучшие в моей жизни. Я вижу, какподрастают мои дети, все трое многого добились. С женой у нас снованаладилась семейная жизнь. Теперь она — мой лучший друг, адесять лет назад — кладу голову на отсечение — я бы такне сказал. Мы скопили достаточно, чтобы купить маленький коттедж наберегу озера в северной части штата. Не бог весть что, но каждуюпятницу мы приезжаем туда и проводим уик-энд. И вот что я вам скажу:когда я сижу на крыльце и любуюсь деревьями и водной гладью —это просто невероятное чувство, понимаете меня?
Да, я понимала. Толькочто я повстречалась с человеком по-настоящему счастливым. Он потерялсебя, как многие из нас, а потом заново родился и отыскал обратныйпуть.
Я сказала ему, чтоистория эта произвела на меня такое впечатление, что я хочу включитьее в мою книгу, и он пришел в восторг.
— Моя женапросто не поверит! — рассмеялся он.
— Скажите, —спросила я, — а если бы вы решили дать совет на основаниитого, что вы сами узнали про счастье, что бы вы порекомендовали?
Он помолчал некотороевремя, а потом ответил: Чтобы быть счастливым, нужно уметь сказать«нет».
Сила «нет»
Уверена, бог неслучайно распорядился так, чтобы я повстречала на своем пути этоготаксиста. Я должна была научиться могуществу «нет». Доэтого моим жизненным кредо был афоризм: «Чтобы добиться успеха,ты должен говорить „да“».
Я говорила «да»всем подвернувшимся мне предложениям, любой возможности выступить слекцией, отвечала «да» на любую просьбу провести семинар,который поможет людям, говорила «да» каждый раз, когдамои друзья нуждались в совете — в любое время дня и ночи. Мойтелефон звонил не умолкая, в моем графике не оставалось ни одногосвободного окошка, и, когда водитель рассказывал про свой коттедж,мне захотелось бросить все к черту и самой купить такси!!! Он в своейжизни поставил подлинные моменты на первое место, вновь обратившись ксвоим собственным ценностям и сказав «нет» ценностям,которые перестали служить его нуждам.
Если мы хотим открыть себя заново и житьнастоящей жизнью, нам нужно найти в себе мужество, чтобы сказать«НЕТ» тем вещам, которые уже больше не служат нам.
Могу сказать пособственному опыту, что говорить это гораздо легче, чем сделать.Сказать «нет» означает оборвать узы, долгое времясвязывающие вас с человеком, местом, с вещами и идеями. Возможно, вампридется принимать непопулярные решения. Возможно, вам придетсяотказаться от прежних ценностей и личностных черт, прежде чем выразовьете в себе новые. Возможно, когда вы уже явно не тот, чтопрежде, но еще не знаете, кем станете, вам придется какое-то времяпобыть в эмоциональном чистилище.
Но внутри каждого «нет»скрыто «да». Говоря «нет» поступку, которыйбольше не кажется вам правильным, вы говорите «да»упрочению своей целостности. Когда вы говорите «нет»дружбе с людьми, которые не поддерживают вашего роста или новогонаправления, вы говорите «да» новым друзьям, которыескоро появятся в вашей жизни. Когда вы отказываетесь продавать своипринципы и идеалы ради того, чтобы продвинуться в бизнесе, выподнимаетесь на новый уровень самоуважения. Когда вы говорите «нет»человеку, который обращается с вами не так, как вы заслуживаете, выговорите «да» любви и заботе о себе.
Оглядываясь на своюжизнь, я вижу, что все мои мощные эмоциональные и духовныепревращения начались со слова «нет».
Мое первое большое «нет»
Я узнала силу,заключенную в слове «нет», еще в колледже. Это было в1969 году. В нашем учебном заведении существовали строгие правилаотносительно одежды: никаких брюк у девочек, никаких синих джинсов умальчиков. Все считали, что это глупость. Зимой температураопускалась до десяти градусов мороза, и девочки брели по двухфутовомуснежному покрову в чулках и коротких юбочках. А мальчикам разрешалиносить черные джинсы, зеленые джинсы, но только не синие. Боже упасивас подумать, что в нашей школе собрались одни простофили. Каксекретарь студенческого совета, я в течение нескольких месяцевпыталась поговорить с директором и изменить правила относительноодежды, но он упорно стоял на своем. И вот я решила организоватьакцию протеста!
Сейчас уже не помню,почему я именно с этого решила начать свое сопротивление. Возможно,потому, что в то время был разгар вьетнамской войны и я былабессильна помешать призыву в армию моих друзей. Возможно, потому, чтоя знала, что через несколько месяцев закончу колледж, и меня неособенно волновало, что люди обо мне подумают. Или я просто усталапостоянно говорить «да» всем и вся и из кожи лезть вон,чтобы всем нравиться.
Я неделями тайноразрабатывала нашу тактику. В заранее назначенную пятницу мы должныбыли все разом появиться в брюках и джинсах. Я рассудила, что еслимного ребят это сделает, то всех они исключить не смогут. Вот побеспроволочному телеграфу передали команду, и наступила долгожданнаяпятница. Мне не терпелось прийти в школу и посмотреть, какой шок мытам вызовем. Представьте, как я сникла, обнаружив, что в последнююминуту большинство учащихся струсили и оделись во все«уставное». Лишь у сотни из нас хватило смелости,нарушить правило.
Минут через пятнадцатьпосле первого звонка директор собрал экстренное собрание. Вся школа,1800 человек, собралась в актовом зале.
— Видимо,некоторые из вас не уяснили, что такое правила, — начал онсвоим занудным голосом. — До меня дошли сведения, чтокучка радикально настроенных студентов пыталась устроить этим утром,акцию протеста против нашей школьной формы. Конечно, мы не потерпимтакого посягательства на наши устои. Мы просим вышеназванных учащихсясходить домой и вернуться в школу в подобающем виде. А остальныеначнут занятия, как всегда. Если кто-то располагает информацией озачинщиках этого заговора, просьба обратиться ко мне или кзаместителю директора.
Сейчас при воспоминанииоб этом меня разбирает смех из-за нелепости ситуации: директор идетна крайние меры, чтобы обуздать нас перед тем, как мы выйдем из стенколледжа, а учащиеся слишком запуганы, чтобы бросить ему вызов, и те,кто обещал нам поддержку, бросили нас. Но в то время мне было не досмеха. Я злилась на тех, кто, обладая властью, не уважал моихценностей, и злилась на друзей, у которых не хватило мужестваподдержать меня.
Никого из нас неисключили за эту демонстрацию.
Но я все-такипоплатилась за то, что организовала ее. На выпускной церемонии,несколько месяцев спустя, я не получила ни одной награды и премии,которые мне обещали учителя. Все это вручили другой девочке, котораяникогда не оспаривала школьные правила и не участвовала ни в какихакциях протеста. Помню, как я сидела на сцене в головном уборе сквадратным верхом и мантии вместе с тремя другими членамистуденческого совета, а собравшиеся перешептывались всякий раз, когдавместо моего имени называли имя той девочки. Представляю, какродители приводили этот случай в назидание своим детям: «Вотвидишь, что бывает, когда идешь против заведенных правил?»
Не могу сказать, что яне испытала обиды и разочарования, когда не получила почестей, радикоторых так упорно работала. Но приобрела я тогда нечто гораздо болееважное. Я обрела свой голос и частицу себя, которая годами былапохоронена под моими потугами добиться признания. Высказав вслух то,что я считала правильным, я сделала первый важный шаг в сторонусамовозрождения.
В конечном счете «нет»одержало верх. Год спустя, после того как я закончила колледж,требования к одежде все-таки изменились, и теперь ученики моглиносить на занятиях то, что им заблагорассудится. Но на этом историяне кончается. Четыре года назад, через двадцать один год после моеговыпуска, я получила из школы письмо, сообщавшее, что меня хотятзачислить в Пантеон славы вместе с другими знаменитыми выпускниками,такими, как великий бейсболист Регги Джексон, поскольку, я цитирую,«вы стали человеком, которым мы гордимся».
Я позвонила маме, и мыдесять минут просмеялись по телефону! Я не поехала на церемонию, нестала получать награду в присутствии нынешнего студенческого совета,но, поверьте, когда до этого дойдет дело, я обязательно выскажу то,что не могла высказать двадцать пять лет назад в той же самойаудитории: образование полезней для нас, когда учит формировать себякак индивидуум, а не когда пытается подогнать нас под чужиепредставления о том, кто мы и какими должны стать.
* * *
На пути к целостностипереоткрытие наших собственных ценностей и отстаивание их — этоодин из главных способов жить настоящей жизнью и иметь в ней большеподлинных моментов.
Прокладывая путь к целостности
Отказываться от себятого, каким вы были прежде, всегда следует с любовью. Как бы то нибыло, процессу рождения дает начало совершенный за девять месяцев доэтого акт любви. Так и ваш путь к целостности должен начаться не сперечеркивания вашего прошлого, а с утверждения вашего будущего. Вам,скорее, нужно разобраться не в том, что хорошо и что плохо в вашейжизни, а в том, что помогает вам и что тянет вас назад. То, что выизбрали новую дорогу, еще не означает, что старая дорога плоха. То,что вы пошли другим путем, еще не означает, что прежний путь былневерным. То, что вы приобрели новые ценности, еще не означает, чтопрежние ценности оказались гнилыми. Мы должны научиться говорить«нет» без того, чтобы объявлять все, от чегоотказываемся, неправильным, и не нужно судить себя за то, что мы неотказались от этого раньше.
Отказаться, не выносяосуждения, особенно трудно, когда для роста вам приходится говорить«нет» людям или делам, которые вы так любите. Иногдалюбовь настолько сильна, что вы начинаете бояться, что не сможетеотказаться от прошлого до тех пор, пока ее чувствуете, и выстараетесь убить любовь, чтобы обрести мужество и порвать с прошлым.Я вижу, как многие люди проделывают это в своих взаимоотношениях: онизнают, что пора идти дальше, но это бывает очень больно до тех пор,пока они все еще испытывают столько чувств. И вот они внушают себененависть к партнеру или, если речь идет о работе, отвращение ксвоему делу, тем самым облегчая себе расставание, чтобы не испытыватьболь от потери. Но в конечном счете они воруют у самих себя любовь,которую лелеяли так долго.
Нет ничего плохого втом, что вы подготавливаете себя к переменам в жизни. Просто всемусвое время.
Прощание в эфире
Одним из поступков,которые дались мне особенно трудно, был отказ от работы на радио вкачестве ведущей ток-шоу. В течение двух лет у меня была ежедневнаяпередача на радио в Лос-Анджелесе. Каждый день я старалась помочьтем, кто звонил мне в эфир, чтобы я помогла разобраться в ихпроблемах, и программа пользовалась огромным успехом. У менясложились особые отношения с моими слушателями: у меня возникалапотребность вступиться за них, когда их обижали, я подбадривала их,когда они выходили на новые рубежи, я плакала вместе с ними, если уних происходила какая-то трагедия. Они стали моей семьей, мы как быпороднились.

Однажды ночью мнеприснилось, что радиоканал изменил график вещания и уволил всехведущих ток-шоу. Во сне я рассказала мужу о случившемся и добавила.«Это просто замечательно, теперь мне не придется самой уходитьс работы, и мой уход никого не рассердит». Следующим утром,проснувшись, я вспомнила сон и тут же поняла, что мне пора уходить изэтого шоу.
Сон открыл мне, что нарадио меня удерживает страх разочаровать своих слушателей и еще тообстоятельство, что я очень люблю свое занятие и не могу представить,что откажусь от чего-то, доставшегося мне с таким трудом. Мне было быгораздо легче уйти, если бы я ненавидела свою работу. Но я знала,что, хотя, продолжая выходить в эфир, я буду приносить пользу другимлюдям, мне самой это не пойдет на пользу. Мне требовалось свободноевремя, чтобы больше писать, больше путешествовать, снова и сновабросать самой себе вызов, а характер работы был таков, что я не могласебе всего этого позволить.
Прощаясь во время моейпоследней передачи, я плакала, и мои слушатели плакали вместе сомной. Я получила тысячи писем, в которых меня умоляли вернуться.Некоторые люди даже пикетировали студию, требуя, чтобы меня вернуливо что бы то ни стало. В мой офис несколько раз звонили разгневанныелюди и осуждали за то, что я изменила своим преданным поклонникам. Янаблюдала за всем этим, в глубине души зная, что сделала правильныйвыбор, так как, хотя всем остальным казалось, что я просто созданадля такой работы, теперь это уже было не так.
Не в первый и не впоследний раз в моей жизни я пошла дальше, послушавшись своеговнутреннего голоса, и рассердила людей, которые хотели, чтобы яоставалась на месте, — не потому, что так лучше для меня,а потому, что так лучше для них самих. И я уже свыклась с родовымимуками, которые сопутствуют каждому новому моему рождению, к тому,что приходится рвать с мясом, к тому, что есть силы, которые тянутменя назад, к искушению поддаться голосам, восклицающим: «Мыразлюбим тебя, если ты уйдешь!» Тем не менее каждый раз, когдая следую велению своего сердца, я выхожу из очередной метаморфозыболее целостной и более свободной, чем я когда-либо могла себепредставить. И именно эти самовозрождения дали мне пережить самыедрагоценные подлинные моменты.
* * *
Только тогда вы живете достойно,когда жизнь ваша полна рискованных начинаний. Главная черта такойжизни — бесстрашие. Вы не боитесь того, что подумают другиелюди… Вы не подлаживаете свою поступь и взгляды под цели иустремления соседей. Вы вынашиваете свои собственные мысли, читаетесвои собственные книги, лелеете свои собственные надежды, живетесобственным сознанием. Пусть все стадо пощипывает травку где емуугодно или в панике разбегается куда ему угодно, но тот, чья жизньполна рискованных начинаний, не боится остаться в одиночестве.
Раймонд Б. Фосдик
Надеюсь, что попрочтении этой главы в вас зародится беспокойство, которое побудитпересмотреть свою жизнь и выяснить, где именно вы не в ляду ссобственным пониманием ценностей, внести в повседневность изменения ипойти на риск, которого вы всегда избегали, начать поиски утерянныхкусочков самих себя, начать снова мечтать и стремиться к подлинным,настоящим моментам.
Знайте, все это в вашейволе. Вы можете перекроить вашу жизнь заново. И не нужно ничегодожидаться. Вы можете начать сейчас, как только отложите эту книгу.
Возможно, вам станетлегче, если я поясню, что перекроить свою жизнь не обязательноозначает уволиться с работы, или развестись, или все распродать ипереселиться в сельскую местность. Это означает, что вы будетезаниматься тем же самым по-другому. Это может означать, что выстанете добираться до работы другой дорогой или что вы станетекормить семью когда захотите, а не в половине шестого, потому что такбыло заведено у вашей мамы. Уже сегодня или, возможно, завтра выполучите десятки новых возможностей: вернуть голос какой-то забытойчасти себя или открыть ту часть себя, которую прежде никто не видел,надевать на себя, делать, говорить все то, что, казалось бы, совсемвам не присуще.
Кто вы?
Вот некоторые вопросы,которые не мешало бы задать себе в начале нового рождения. Онизадуманы скорее как ключи, открывающие двери тайников, а не какпростые вопросы, на которые можно однозначно ответить. Поразмыслитетщательно над каждым из них. Поместите их глубоко в себя, как высажаете в землю семена. А потом проявите терпение. Не подгоняйтесозревание ответов.
Эти вопросы подходятдля обсуждения с людьми, которых вы любите. Или для того, чтобы ихзаписать. По мере того как вы меняетесь и открываете подлинного себя,ответы тоже будут меняться. Знайте: с того момента, как вы задалисебе эти вопросы, ваше путешествие обратно к самому себе и кподлинным моментам началось.
Кто я?
1. В какой средежизни мое поведение и взгляды, которые я перенял от членов семьи,мешают проявляться моему собственному «я»? (Общение сокружающими, выражение любви или возмущения, отношение к здоровью,профессиональная этика, политические и духовные воззрения и т. д.)
2. Как в моейсемье судят о людях, отличных от нас? Как я отношусь к людям, которыене похожи на меня? Уютно ли мне с ними?
3. Какие мечтанияи убеждения я принес в жертву, принизил или отбросил ради того, чтобыоправдать ожидания других людей?
4. Какие гранисвоей натуры в прошлом и сейчас я прячу от других из страха, что меняне одобрят? Какие грани я скрываю даже от себя самого?
5. Какие действия,сейчас и в прошлом, направленные на то, чтобы «соответствовать»,ведут к потере моих ценностей или коррекции собственного «я»?
6. Какие поступкив прошлом я совершил, поскольку считал их необходимыми, даже если мнене хотелось так поступать?
7. Что, по моемумнению, мне следует изменить в своей жизни, даже если я не совсемхочу это делать?
8. Придерживаюсьли я каких-либо привычек и традиций, которые скорее являютсяотражением чужих ценностей, нежели моих собственных?
9. Каковы моиценности и убеждения? Если бы я руководствовался ими на стопроцентов, что бы получилось? И как бы на это отреагировали близкиемне люди?
10. Живу ли я там,где хочу, и так, как хочу, или в том месте и так, как хочет кто-тодругой? Что мне нужно изменить, чтобы мой уклад жизни соответствовалмоим желаниям?
11. Что я долженпредпринять, чтобы извлечь похороненные части меня самого и вернутьих к жизни?
12. От чего мненужно избавиться, чтобы окончательно повзрослеть?
13. Счастлив ли я?
14. Что мне нужносделать в своей жизни, чтобы быть счастливым?
Вы — не типаж.Никогда не было и никогда не будет человека такого, как вы. Понятие«заурядность» не имеет к вам никакого отношения. Если вычувствуете себя заурядным, то только потому, что предпочли скрыть отостального мира свои экстраординарные возможности. Не исключено, чтовы даже забыли об их существовании, потому что прошло так многовремени с тех пор, как вы ими последний раз пользовались.
Но прислушайтесь…Они взывают к вам… голоса, звучащие изнутри… онитребуют, чтобы на них обратили внимание, они хотят вновь слитьсявместе. «Высвободи нас, — шепчут они, — имы покажем тебе обратную дорогу к целостности».
Вы услышали этотпризыв, вы почувствовали момент, значит, вы поняли, что настало времядля вашего самовозрождения. Теперь дело за вами.
Очистите себя от всего, что вам больше не нужно.Освободите пространство для своей возрождающейся души. А дальше всеполучится само собой, вам остается только наслаждаться. Помните, выуже знаете, как это происходит, — так же, как и в тот раз,когда вы сюда пришли…
5. Подлинные моменты и работа
Ваша работа заключается втом, чтобы, выяснив, в чем ваша работа, отдаться ей всем сердцем.
Будда
Подлинные моментынаступают не только по уик-эндам. Их не приберегают для особогослучая, как любимую вещь, которую вы надеваете только в субботувечером или по праздникам. Их не нужно приурочивать к прогулкам попляжу, поездкам на велосипеде рано утром или нежным объятиям с вашимвозлюбленным Их необходимо вплести во всю ткань вашей жизни. В томчисле и в вашу работу.
Не важно, кто вы —коммивояжер или домохозяйка, растящая детей, — по меньшеймере половину своей сознательной жизни вы посвящаете работе. Длямногих работа — это то, чем приходится заниматься длительноевремя, дабы потом стать счастливым. Этим и объясняется, почему,возвращаясь с работы на исходе дня или закончив свои домашние дела,мы выглядим так, словно нас переехал грузовик. Это изнурительно —делать что-то не приносящее удовольствия, особенно когда вы знаете,что на следующий день вам придется заниматься тем же самым.
Наш дух подпитываетсярадостью, любовью и весельем…
Работа, лишенная подлинных моментов, иссушаетвашу душу и не утоляет ее голод.
Вы знаете, что вашадуша жаждет чего-то, когда вы в конце дня сидите перед телевизором ито и дело переключаете каналы, или когда вы открываете холодильник итупо рассматриваете содержимое на полках, или когда вы после работыотправляетесь в ближайший бар, чтобы выпить и расслабиться. То, чтовы ищете, нельзя найти ни на телевизионном канале, ни в консервнойбанке, ни на дне пивной кружки. Ваша душа жаждет убедиться, чтодрагоценные часы минувшего дня потрачены вами не напрасно, что ониучтены, что они имеют свою цель и смысл.
Это очень сложно —вернуться домой и разделить любовь со своей женой, когда не утоленваш духовный голод. Это очень сложно — страстно обнять своегомужа, когда не утолен ваш духовный голод. Это очень сложно —крепко спать и видеть мирные сны, когда не утолен ваш духовный голод.
В течение дня вы незабываете подкармливать свое тело. Но точно так же вы не должнызабывать подпитывать свой дух.
Найти свое подлинное призвание
Иногда нам кажетсятрудным пережить в течение дня подлинные моменты, наполненные смысломи связанные с нашей профессией. «Я — кассир всупермаркете, — думаете вы про себя. — Какимобразом моя работа может подпитывать мой дух?» Ответ таков:если вы просто выполняете свои обязанности, вы не испытаете подлинныхмоментов, а если будете заниматься своей Работой, их у вас будетдостаточно.
Все мы здесь, в этом мире, должны выполнятьРаботу, и ваша Работа не имеет никакого отношения к профессиональнымобязанностям.
Ваша профессия —это то, чем вы занимаетесь, чтобы выжить физически, чтобы обеспечитьхлебом насущным себя и свою семью. Это занятие, которое вы выбираете,мастерство, которое вы в себе развиваете.
Профессия — этоозначает быть маляром, слесарем-водопроводчиком, компьютернымпрограммистом, археологом.
Ваша Работа — этото, что вы делаете, чтобы выжить эмоционально и поддержать свой дух.Это уроки, для усвоения которых вы здесь, мудрость, для обретениякоторой вы здесь. Это карта, на которой помечены ваши земныеначинания.
Работа — это вашепредназначение.
Это означает научитьсяотноситься к другим с состраданием, любить себя даже с присущими вамнедостатками, научиться прощать, научиться быть мужественным,научиться доверять, научиться любить.
* * *
Не нужно ждать, пока вы станетестарше, мудрее и приобретете достаточную зрелость для того, чтобыгосподь поручил вам какое-то замечательное дело.
Марселла Даниелс
Есть другое слово дляРаботы — «призвание». Большинство людей относятслово «призвание» к профессии или к карьере, которую ониизбрали. Но слово «призвание» ведет свое происхождение отлатинского «vocatio», которое означает «позвать,призвать». Призвание буквально означает, что вас призвали.
Каждый из нас обладаетсвоим призванием — чем-то уникальным, что он привнесет в мир,чем-то ценным, чем он поделится с людьми, которых он любит, скоторыми живет. Ваше призвание — это ваше Дело, порученное вамбогом, дело с большой буквы. Какие же дела вверяет господь нам,людям?
Быть добрыми друг кдругу.
Заботиться о Земле.
Как можно полнеерадоваться чудесному божьему мирозданию.
Учиться, пока мы здесь,быть настоящими людьми.
Любить и принимать себяи других так же, как любит нас бог.
Помнить, кто мы такиена самом деле.
Нет необходимостиготовить себя к этим делам, не нужно даже приобретать навыки. Тотфакт, что вы здесь, что вы физически существуете, со всейочевидностью означает, что у вас есть занятие! Ну а научитьсявыполнять свою Работу хорошо — это придет по ходу дела.
Когда вы не знаетесвоей Цели или своего подлинного Предназначения, повседневная работаможет набить вам оскомину, и вы решите, что выбрали не ту стезю, таккак надеялись, что работа наполнит вашу душу, а этого не произошло.Работа есть работа. Конечно, некоторые специальности подходят вамбольше других — вы вольны подыскать ту, которая вам больше понраву. Но то, что вы считаете свою профессию занятием обыкновенным,скучным или непрестижным, еще не значит, что вы не можете выполнятьРаботу, ради которой вы здесь находитесь. Не обязательно бытьминистром, преподавателем или писателем, чтобы жить с конкретнойцелью.
Помните моегоприятеля-таксиста? Его занятие — вождение такси, его Работа,его призвание делиться любовью со своей семьей и со всеми теми, с кемон общается, и помнить, что по-настоящему важно в этой жизни. Вовремя нашей встречи я разглядела, что он преуспел и в том и в другом.Он сделал свою настоящую работу в то время, когда выполнял своипрофессиональные обязанности, раскрывшись передо мной, и это придалоего занятию смысл.
Когда вы знаете, в чемзаключается ваша настоящая Работа, вы можете выполнять ее в любоевремя: когда строите дом или продаете обувь, когда готовите обед длясемьи или помогаете своему ребенку делать уроки. Вы можете делать этогде угодно: в магазине, по телефону, на улице… даже в такси.
* * *
Станет ли человек считаться спотерями, вознамерившись стать не чем-то, а кем-то?
Коко Шанель
У каждого в этом миреесть Призвание, не только у учителей и проповедников, Я не могу вамсказать, в чем состоит ваше Призвание или подлинная Работа. Это вамсамим предстоит открыть. По сути дела, это первый этап вашей Работы —выяснить вашу Цель, ваше Призвание, ваш Дар. Но я дам вам однузацепку: приглядитесь, что в вас уникально, какие черты илиспособности выделяют вас среди остальных людей, и вы найдете своеПредназначение.
Возможно, вашауникальность — в способности хорошо выражать себя через слова,или успокаивать других, или смешить людей, или разбираться в сложныхситуациях и упрощать их. Возможно, вы одарены редким голосом, илисильными руками, или чувством прекрасного, или у вас талант видеть влюдях все лучшее. А если вы никак не разберетесь, в чем ваш дар,спросите у людей, которые вас хорошо знают.
Иногда окружающиепрежде нас самих видят нашу одаренность и Предназначение.
Что еще может помочьнайти свое призвание?
Приглядитесь, что вам нравится делать.Приглядитесь, что доставляет вам радость. Приглядитесь, что приноситвам спокойствие. В этом и заключается ваше призвание, оно ждет, когдавы ухватитесь за него обеими руками.
В нашей Вселенной ничтоне было создано бесцельно. Крыло орла имеет такую форму, чтобы он моглетать. Роза окрашена в такой цвет, чтобы привлекать пчел. Нашемуорганизму необходимо отдыхать несколько часов в день, и этосогласуется с тем, что Земля на то же самое время одной сторонойотворачивается от Солнца, источника света и тепла. А когда мывосстановили силы, Земля снова поворачивается к Солнцу. Каждая детальнашего физического существования — от движения небесных тел докровообращения — отражает в себе Высший Порядок Мироздания.
Вы — частьМироздания. Вы — составной элемент Высшего Порядка. Существуетнекая причина тому, что вы именно такой, какой вы есть. Все в васпредназначено какой-то цели. Цель заложена и во всем, что васокружает. Вы наделены своим особенным, уникальным даром,способностями для того, чтобы выполнять свою особую, неповторимуюРаботу. Вы попали в этот мир не случайно.
Все, чем вы обладаете, в точности соответствуетвашему Предназначению здесь. Ваши крылья имеют правильную форму.
* * *
Почему многие из наспренебрегают своим Предназначением, отказываются отдаться своемуподлинному Призванию? Потому что мы ошибочно считаем, что должнызарабатывать деньги, что на это стоит тратить время и энергию. Мыдумаем: если нам платят, то это космическое знамение, означающее, чтомы занимаемся стоящим делом.
Полученные за труд деньги не являютсядоказательством, что вы живете с Целью и делаете свою настоящуюРаботу. Доказательством этому служат радость и удовлетворение.
Один мой друг работаетменеджером в крупной компании. Его работа в основном состоит избумаготворчества, деловых встреч и снова бумаготворчества. Однако емудоставляет удовлетворение то, что он всегда называл своим«внеслужебным интересом», — работа с детьми изнеимущих семей. Вот уже десять лет, как он добровольно стал старшимбратом для многих ребят из трущоб, которых он обучает баскетболу поуик-эндам, и раз в год помогает со сбором средств на то, чтобы этидети могли неделю провести в летнем лагере.
Недавно мыразговаривали по телефону, и он сказал мне, что подумывает, не уйтили с работы.
— У менятакое чувство, что все, чем я занимаюсь в компании, бесполезно и яничего не даю обществу, — посетовал он. —Возможно, я вернусь в школу и стану воспитателем или учителем. Суть втом, что мне тридцать семь лет и работа не приносит мне счастья.
— Но ведь тыуже и воспитатель, и учитель, и баскетбольный тренер, —напомнила я ему. — Просто тебе за это не платят. А если быплатили, для тебя это была бы большая разница?
Мой друг остолбенел.Ему никогда не приходило в голову, что он по-настоящему живет своейЦелью, потому что он не получал за это денежного вознаграждения. Ондумал о своей деятельности в компании как о настоящей работе, а освоей Работе с детьми — Как о хобби. Но все было как разнаоборот. Работа с детьми стала его настоящей профессией, аежедневный труд, при помощи которого он зарабатывал себе на жизнь,превратился в хобби.
— То есть тыхочешь сказать, что все, что я делаю, — замечательно, —уточнил он. — Просто мне нужно по-новому посмотреть на этивещи.
— Вотименно, — подтвердила я. Если тебе это поможет, то можешьсчитать, что работа в компании позволяет тебе оплачивать счета, и врезультате ты можешь свободно отдаваться своему призванию бытьангелом-хранителем для этих ребят.
Подобно моему другу, выможете заниматься делом, которое почти или совсем не имеет отношенияк вашей подлинной Работе, это дело толь ко дает вам материальнуюнезависимость. Допустим, вы секретарь-референт, но ваша настоящаяРабота — руководить церковным хором Вы — бухгалтер, новаша настоящая Работа — растить детей. Вы торгуетенедвижимостью, но ваша подлинная Работа — пробуждать все лучшеев ваших друзьях.
Пусть люди знают, в чемзаключается ваша настоящая Работа. Когда вы знакомитесь и васспрашивают. «Чем вы занимаетесь?» — скажите правду:«Я работаю над тем, чтобы быть в ладах с самим собой и другимилюдьми, а на жизнь зарабатываю стрижкой волос» или: «Моянастоящая Работа — быть матерью и женой, а чтобы обеспечитьсебя материально, я занимаюсь адвокатурой по инвестиционным делам».
Подлинные моменты возникают, когда вы делаетеРаботу, ради котором пришли в этот мир.
Если на первой стадиивашей Работы вы выясняете, в чем эта Работа заключается, то на второйстадии вы учитесь, как выполнять свою настоящую Работу каждый день.Чем больше возможностей вы создаете для движения к вашей Цели, делаясвою ежедневную работу, тем больше подлинных моментов вы испытаете.Допустим, вы учитель, и вот в какой-то момент вы протягиваете рукуребенку, страдающему из-за чего-то своего, и даете ему знать, чтопонимаете его, что он вам небезразличен. И этот день внезапнонаполняется для вас смыслом не потому, что вы пришли на работу, апотому, что на работе вы следовали своему Призванию. Или, может быть,вы работаете на большой фабрике, и вот однажды вы отрываетесь от делана десять минут и убеждаете работодателя взять на работу своегодруга, который должен кормить всю семью. В этот вечер вывозвращаетесь домой с улыбкой на лице: во время исполнения своихслужебных обязанностей вы нашли возможность сделать свою Работу. Вычувствуете удовлетворение.
Если, зарабатывая нажизнь, вы общаетесь с людьми, то всегда сможете создать за деньодин-два подлинных момента. Подлинный момент может возникнуть всякийраз, когда вы откажетесь от рутинного, формального способа общения иоткроете людям свое сердце.
Каждый раз, когда вы делитесь с кем-то любовью,вы выполняете свое Предназначение.
Вот что поможет вампережить больше подлинных моментов во время обычного рабочего дня.Составьте список своих поступков, моделей поведения и реакций,которые вы можете привнести в свою деятельность на работе или дома икоторые помогут вам выполнить свое Предназначение. Это станет для васпамяткой, и, когда у вас возник нет потребность ощутить подлинныймомент, вы можете достать перечень, выбрать один из его пунктов ипочувствовать свое Предназначение.
Предлагаю вам носить ссобой один экземпляр этого списка, а другой прилепить над своимписьменным столом или на холодильнике, чтобы читать его почаще. Вотнесколько пунктов из моего списка. Возможно, некоторые из них помогутсоставить вам собственный.
Разделите с кем-нибудьмомент любви.
Цените прекрасное втом, что окружает вас.
Найдите возможностьдать почувствовать кому-то его значимость.
Поиграйте с собакой.
Проведите несколькоминут в саду, наблюдая за ростом цветов.
Покачайтесь в гамаке,наслаждаясь свежестью ветра.
Остановитесь ивспомните, почему вы занимаетесь тем, чем сейчас занимаетесь.
Когда ваша деятельность приносит вам вред
Не то важно, что выделаете на работе, а то, как вы это делаете. Если вы вкладываете вэто душу, если вы делаете это с удовлетворением, тогда вы нашлихороший способ зарабатывать деньги. Ваша профессиональнаядеятельность не обязательно должна отражать вашу подлинную Работу илиПризвание. Но она и не должна быть деятельностью, идущей вразрез свашей Работой.
Если вы занимаетесь тем, ради чего нужнопоступаться своими ценностями, прятать свое подлинное «я»или принимать участие в действиях, разрушающих вашу целостность,значит, ваше занятие — это омут, в котором ваш дух умирает навосемь часов в день.
Вы не можетеизолировать друг от друга разные стороны своей жизни. Вы не можетезаниматься работой, отравляющей ваше существование, ивоспрепятствовать ее воздействию на ваши взаимоотношения с другимилюдьми, ваше здоровье, ваше душевное состояние. Если ваша работауводит вас слишком далеко от вашего Предназначения, то в конце днявам будет трудно снова попасть в колею, и через несколько летнеадекватной жизни у вас, возможно, вообще пропадет чувствоПредназначения.

Я пишу об этом и думаюо довольно известной женщине, которая, как я знаю, работает вЛос-Анджелесе в индустрии развлечений. Ее работа блестящая,престижная, и она зарабатывает кучу денег. Но вот незадача: шеф ни вочто ее ни ставит. Он грубый, придирчивый, инфантильным и ни с кем несчитается. Каждый раз, будь то по телефону или во время совместноголенча, наш разговор с подругой вращается вокруг двух тем: как онаненавидит свою работу и в каком она отчаянии из-за того, что не можетвстретить хорошего парня и выйти замуж.
Из года в год явыслушивала ее жалобы по поводу этих двух сторон ее жизни. И вотнаконец на прошлой неделе у меня лопнуло терпение.
— А тыникогда не задумывалась, что не можешь найти хорошего парня именнопотому, что цепляешься за работу, где тебя оскорбляют? —спросила я ее.
— Мненеприятно это слышать, ну да ладно, выкладывай все, —сказала она, поморщившись.
— Ну таквот: хоть ты и думаешь, что работа есть работа, но то, что ты делаешьиз года в год по восемь часов в день, влияет на твою самооценку и натвои надежды относительно остальной жизни. Я не представляю, как тыможешь завязать с кем-то настоящие любовные отношения, пока на работеу тебя такая нездоровая атмосфера.
— Но этотакая хорошая работа, — робко возразила она.
— Сколько бытебе ни платили, — напомнила я ей, — ни однаработа не может быть хорошей, если она не приносит тебе пользу.
Если работа не приноситвам пользу, подыщите себе другую. Потному что в конечном счете цени,которую вы заплатите за то, что остались в ущемленном положении,когда страдает и ваша целостность, окажется гораздо выше, чем потериот того, что вы временно останетесь не у дел.
* * *
Я думаю, что большинство из насразрывается на части. Внутри нас враждуют по меньшей мере двачеловека. Один хочет отойти от дел и выращивать пресловутые помидоры,другой рвется на пьедестал, требует обожания, готов расти ираздуваться до тех пор, пока не лопнет.
Бетти Мидлер
Когда вы смешиваетепонятия «профессия» и «Предназначение» иотноситесь к профессиональным обязанностям слишком серьезно, то у васвозникает большая путаница. Вы слишком выкладываетесь на работе, ивам трудно сказать «нет» чему-либо. И когда вы начинаетеверить, что ваше занятие важнее, чем чье-либо, что вы незаменимы ичто мир не выживет без ваших титанических усилии, значит, насталовремя отойти от дел и заняться выращиванием помидоров или, по крайнеймере, взять продолжительный отпуск, чтобы снова настроиться на тодело, ради которого вы на самом деле здесь находитесь.
Если вы относитесь ксвоей профессии слишком серьезно, значит, вы либо не знаете, чтопомимо вашей профессии у вас есть Предназначение, либо вы на времяпозабыли, каково оно. Вы не получите удовольствия от своейпрофессиональной деятельности, если будете ошибочно принимать ее засвою Работу, потому что в таком случае вы будете считать каждуюмелочь, случившуюся за день, большим событием. Я не говорю, что выдолжны халатно относиться к своим профессиональным обязанностям и невыкладываться на сто процентов. Вовсе нет. Просто нельзя растворятьсяв том, чем вы занимаетесь.
Если в этом месяце выпродали двадцать пять домов, или заключили три большие сделки, илинашли партнера для контракта, или без особого труда справились сдетьми и домашней работой, это не означает, что внутри вы стали лучшеи большего заслуживаете, чем были бы, если ничего не продали,упустили контракт и ваши дети совсем бы отбились от рук. Зная это,вы, возможно, будете немного больше прощать самому себе и тем, кто свами работает, когда все идет не так гладко, как хочется.
Как я сбилась с пути по дороге домой
Все, что я сейчасговорю, я поняла на основе собственного болезненного опыта. В течениедолгих лет, будучи духовным и эмоциональным наставником, я ошибочнопринимала мою работу за Предназначение, что доставляло мне множествобеспокойства и неприятностей, которых можно было бы избежать. Теперь,беспристрастно оценивая себя, я понимаю, что легко могла статьжертвой подобного заблуждения. Некоторым из нас достаются занятия,которые подозрительно похожи на призвание. Медики, учителя,проповедники, политики, гуру, поэты, психоаналитики у всех у нихвозникает искушение причислить себя к тем счастливчикам, у которыхработа совпадает с Призванием. И никаких там уик-эндов со служениемПредназначению — это не для нас. Мы осуществляем своеПредназначение через профессию. Какое счастье, что нас избрали длястоль важной миссии! Что бы весь остальной мир без нас делал?!!
С тех пор как язанялась просветительской деятельностью, я искренне, от души верила,что моя работа и Предназначение — помочь в эмоциональном планекак можно большему числу людей раскрыться и испытать в жизни большелюбви. Я видела вокруг себя бесчисленные страдания и хотелаиспользовать свои способности, свой дар, чтобы смягчить больстраданий, чтобы что-то изменить в этом мире.
Я не понимала, что,уверовав в свое Предназначение помогать людям и имея работу, накоторой я именно этим и занималась, я обрекала себя на боль идушевные муки. Например, что, если я не смогу кому-то помочь?Означает ли это, что я ошиблась относительно своего Призвания? А что,если кто-то отвергнет мою помощь? Означает ли это, что мои старанияпропали впустую? Что, если я за всю жизнь так и не окажу помощьдостаточному числу людей (что бы я ни подразумевала под словом«достаточный»)? Не означает ли это, что мне не удалосьвыполнить свое Предназначение? Не подведу ли я тем самым бога?
И вот я стала истовымпроповедником любви. Я не просто хотела, чтобы люди росли, ятребовала этого, и, если они противились, я в душе испытывалаотчаяние. Да как же они не разглядят того дара, что я им предлагаю?Да как это можно — пренебречь шансом на свободу? И если ячувствовала, что люди, которых я учу, растут слишком медленно илинедостаточно быстро преодолевают свое внутреннее сопротивление, ястановилась нетерпеливой. Ну, что они там застряли? Неужели они непонимают, что судьбы мира зависят от того, когда на них снизойдетпросветление? Почему они не поспевают за мной?
Конечно, я редкоделилась с кем-либо своими чувствами, но знаю, что люди о нихдогадывались. Через некоторое время один человек признался мне, чтовсе, как бы упорно они ни работали над собой, боятся мне не угодить.Я была потрясена, услышав это. И как им только такое пришло в голову?Я любила каждого, я радовалась, видя, как они растут. С чего онивзяли, что я их сужу? Моя слепота и непонимание моих учениковобъяснилась тем, что я считала своим Предназначением спасение мира, икаждый признак того, что мне это не удается, я воспринимала не толькокак личную неудачу, а как разочарование космического масштаба.
Само собой, когда речьидет о спасении мира, нельзя терять ни минуты, вот я и превратилась вработомана. Как можно брать длинные отпуска, когда страдают люди? Какможно отменить семинар, если это означает еще два развода, две семьи,распавшиеся из-за того, что я не оказалась на месте и не спасла их? Вконце концов, ради этого я и явилась сюда, чтобы помочь, а не чтобысидеть сложа руки, любуясь собой, в то время как мучатся другие люди.И вот я работала, и работала, и работала, и, получая взамен одобрениеи большую благодарность, принимала это как знак того, что нужнопродолжать свой труд.
Вначале я настолькопрониклась своей миссией, что даже не получала удовольствия отработы. Слишком уж напряженно я трудилась. Это должно было стать дляменя тревожным симптомом, но я тогда еще слишком мало знала, чтобыправильно его истолковать. «Я несчастлива потому, —заключила я, — что еще не помогла достаточному количествулюдей».
Оглядываясь назад, японимаю: у вас вполне были основания сказать, что я веду себя какизбалованный гуру. Меня стал раздражать мой ассистент, если онзабывал вовремя положить мел на кафедру. У меня вызывал недовольствосотрудник, не поместивший вовремя рекламу. Я досадовала, когдачеловек, которому я помогала, не воспользовался моим советом. Теперь,вспоминая этот период, я стыдливо поеживаюсь, хотя и понимаю мотивысвоего малопривлекательного поведения: я недоумевала, почему, в товремя как я выполняю важнейшую задачу по спасению мира, другие людине относятся к этому достаточно серьезно.
К счастью, за те семьлет, что прошли с начала моей карьеры, я заметно смягчилась,научилась делиться своими знаниями, оставаясь при этом деликатной илюбящей, и относиться к ученикам с позиции сострадания. Но внутрименя по-прежнему царил хаос, и, как я уже писала в первой главе этойкниги, несмотря на удачи, несмотря на успех, сопутствующий мне вовсем, я по-прежнему не была счастливой. Вот тогда я и поняла, чтонастало время снова стать ученицей и найти себе несколько учителей,которые, как я надеялась, помогут мне понять, отчего, живя своимПредназначением, я не получаю полного удовлетворения.
Вверх по стене
Я никак не ожидала, чтопрозрею, повиснув на канате на пятидесятифутовой стене, но тем неменее так оно и случилось. Вот моя история.
Мой муж Джеффри —хиропрактик. Несколько лет тому назад он заговорил о довольноизвестном хиропрактике и психоаналитике, с которым незадолго до этогопознакомился. Его зовут доктор Гай Рикман, он разъезжает по всемумиру и учит, как найти свое Предназначение и как жить этимПредназначением. «Надо бы тебе встретиться с этим человеком, —все время внушал мне Джеффри, — и я очень хочу, чтобы тыпрошла у него курс обучения на канатах».
Курс на канатах —это серия головокружительных трюков: например, вы стоите на верхушкетелеграфного столба, а потом спрыгиваете вниз, или ходите по канатуна высоте пятьдесят футов над землей, или взбираетесь по гладкойстенке с крохотными трещинами, за которые можно зацепиться рукой илиногой. При этом для страховки используется такое же снаряжение, как уальпинистов. Цель занятий на канатах — не добиться каких-тофизических достижений, а поставить себя перед психологическими идуховными барьерами, которые есть в нас, и совершить прорыв, взяв этибарьеры.
В жизни у меня всегдабыло предостаточно эмоциональной храбрости, но не физической. И я неиспытывала особенного восторга при мысли, что мне придется спрыгнутьс телеграфного столба, доверившись людям, которые, стоя на земле,должны вовремя подтянуть мою веревку. Но поскольку меня охватилстрах, я поняла, что должна это сделать. Помимо всего прочего, мнеочень хотелось совершить несколько новых прорывов.
* * *
В тот день, когда мыпод руководством Гая начали занятия на канатах, на горном платоКолорадо шел снег. Когда я надела специальный шлем и специальныйжилет скалолаза со множеством крючков и пропущенных через нихверевок, я уже была до смерти напугана Я не рассчитывала добратьсядаже до середины телеграфного столба, уже не говоря о том, чтобы снего спрыгнуть. И вот через несколько часов я испытывала неописуемуюгордость, спрыгнув со столба и пройдя несколько шагов, взявшись заруки с Джеффри, по тонкой проволоке, натянутой высоко над землей. Втечение дня я справлялась со всеми упражнениями и не сомневалась, чтотеперь у меня все получится, до тех пор пока мы не подошли к стене.
Представьте себе стену,возвышающуюся над землей на пятьдесят футов, совершенно гладкую, еслине считать десяток-другой крошечных цементных выступов, хаотичноразбросанных по ее поверхности. Три человека связываются вместешестью футами веревки. Суть в том, что они должны вместе забраться настену. Понятное дело: либо залезут все трое, либо ни один из них,потому что они в одной связке. Я помню, как стояла на ледяной стуже внаглухо застегнутой штормовке и смотрела, как первая команда,напрягая все силы, карабкается на стену и наконец добирается доплатформы на ее вершине. Со стороны это выглядело тяжело, тяжелеевсего, что мы уже выполнили в тот день. Гай связал вместе меня и двухмоих партнеров — я оказалась посередине, — ивосхождение началось. Я подняла вверх ногу и едва сумела дотянутьсядо первого крошечного выступа. Напрягая все силы, я ухватилась завторой выступ, тоже почти недосягаемый, и подтянула все тело вверх. Яуже задыхалась: мы находились на высоте десять тысяч футов надуровнем моря, и воздух был ледяной и разреженный. Краем глаза язаметила, что оба моих товарища уже забрались намного выше меня —так высоко, как только могли, будучи скрепленными со мной. Следующиепятнадцать минут я работала из последних сил, как никогда в жизни,чтобы преодолеть еще пятнадцать футов.
Но теперь я уже влиплапо-настоящему. Меня била непреодолимая дрожь. Ноги сводило судорогой.Руки так замерзли, что я их уже не чувствовала. А мне еще предстоялоподняться на тридцать пять футов, и мои товарищи терпеливо ждали,пока я их нагоню. Я в отчаянии оглядывалась по сторонам, стараясьотыскать выступы, но все они, казалось, были слишком далеко. Ясобралась с силами и потянулась к одному из них, но тут соскользнулас выступов, на которых стояла, и повисла в воздухе на страховочныхверевках, натянутых теми, кто находился на земле.
Вся группа то и делодавала мне советы, подбадривала, а теперь они стали делать это ещеактивнее.
— Давай,Барбара, — кричали они снизу. — У тебя всеполучится! Не останавливайся! Ты только пройди еще один выступ!
Чем больше они меняподбадривали, тем хуже мне становилось. Я предприняла еще несколькотитанических усилий, чтобы подтянуться вверх по гладкой стенке, икаждый раз, когда я срывалась, люди внизу ахали.
Я заплакала.
— Я большене могу, — простонала я. — У меня сил неосталось. Простите, я знаю, что подвела своих партнеров.
Но это, казалось, лишьеще больше распаляло моих товарищей, которые все активнее меняподбадривали, а я плакала от этого еще сильнее горючими злымислезами. Неужели они не видят, что я выложилась до конца? Неужели онине понимают, что я просто не могу этого сделать?
А потом до меня донессяголос Джеффри.
— Я знаю, утебя получится, милая! — кричал он. — Несдавайся! Не поддавайся страху! Просто поднатужься, и найди в себесилы, и постарайся подняться еще чуть выше.
— Не могу, —произнесла я сдавленным голосом. — Я хочу спуститься.
— Нет, тыможешь! — настаивал он, и все внизу поддержали его. —Ты можешь сделать это!
Я истерически зарыдала,потому что знала, что Джеффри не прав. Тут я поняла, возможно первыйраз в жизни, что, как бы ни старалась, как бы ни понукала себя, какбы сильно ни хотела этого, я не могу двигаться дальше. Не получится.Я вообще не могла пошевелить ни одним мускулом. Меня полностьюпарализовало. Охваченная отчаянием, я еще сильнее вцепилась в стену.Я подвела своих партнеров, помешала им достичь своей цели. Я подвелаДжеффри. И в первую очередь я подвела саму себя.
Как я перестала понукать людей и полюбила их
Казалось, я провиселацелую вечность на этой голой скале. Легкие обжигала боль, телоокоченело, сердце буквально разрывалось на части. Наконец я услышалаголос Гая:
— Похоже,она уже на пределе. Пусть спускается.
Я едва помню, какотлепилась от стены, как меня спустили на землю в моем снаряжении.Почувствовав под ногами твердую землю, я рухнула в снег, заплакала, итут Джеффри прикоснулся ко мне, а потом заключил в объятия.
— Я здесь,милая, — прошептал он. — Я тебя не оставлю.
— Прости.Прости. Я просто не могла. Пожалуйста, прости меня, — все,что я могла выговорить сквозь слезы, повторяя это снова и снова.
— Тс-с-с… —успокаивал он меня. — Ты все отлично делала. Я так тобойгоржусь за то, что ты хотя бы попыталась. Я вижу, как ты старалась,дорогая. Так что тебе не за что просить прощения.
— Я чувствуюсебя ужасно, — говорила я, всхлипывая. — Я нехотела тебя разочаровывать. Я так хотела, чтобы ты мной гордился. Ноя просто не могла этого сделать. Просто не могла карабкаться выше. Япросто не могла поспевать за остальными.
Джеффри посмотрел наменя с нежностью и сочувствием и произнес мягко:
— Барбара,вот так же чувствуют себя те, кто окружает тебя в жизни.
И когда я услышала этислова, у меня словно пелена спала, с глаз. В этот момент я постиглаправду о самой себе как об учителе и как о человеке, поняла, что янеправильно истолковывала свое Предназначение. Джеффри был прав. Также себя чувствовали люди из моего окружения: получалось, что, как быбыстро они ни шли, я двигалась еще быстрее, сколько бы усилий они ниприкладывали, я требовала от них еще большего, они как бы все времязадерживали меня, не могли за мной поспеть.
В тот день у стеныприсутствовали сердца и души всех моих учеников, возлюбленных,друзей, которые так много раз, на все лады, кричали мне, как я своейкоманде: «Я не могу идти дальше! Я не могу двигаться быстрее!»И голоса, тех снизу, кто подстегивал меня, пусть даже с самымилучшими намерениями, но не обращая внимания на мои муки, наглядноизображали мой собственный голос, которым я увещевала, подстегивала,умоляла людей, которым я помогала, идти дальше. И вот, лежа вхолодной куче тряпья на земле, я усвоила истину:
…все, с кем яобщалась в этой жизни, росли так быстро, как только могли, и им нужнобыло от меня то же самое, что и мне сегодня требовалось от моейкоманды и от Джеффри, — не суждений, не разочарования, алюбви.
…мне нужно,чтобы Джеффри меня любил, даже несмотря на то, что я не смоглазабраться на вершину стены.
…мне нужнознать: чего бы я ни достигла, этого достаточно.
…мне нужнознать, что успешным мое восхождение станет не оттого, что я достигланамеченного места; восхождение само по себе — это уже успех.
В тот день, карабкаясьна стену, я поняла о себе как об учителе больше, чем за все годы,когда я проводила семинары. Я уяснила, что учитель относится спочтением к стене и к процессу, через который проходит каждый,взбирающийся по ней. Учитель знает, когда сказать «остановись»и «спускайся вниз». Учитель знает, что в конечном счетенет таких понятий, как «вверх — вниз», «высоко— низко», «лучшие — хуже», —есть просто Стена, и есть то, чему восхождение тебя научит.
Я навсегда сохранилаблагодарность к Гаю Рикману за то, что он подготовил такой мощныйскачок в моем духовном росте, и Джеффри за то, что он с такоймудростью, с такой любовью сказал мне правду в тот момент, когда янаконец созрела, чтобы ее выслушать.
Спасение мира как хобби
После того как Янаткнулась на свою собственную стену непонимания, во мне произошлиглубокие изменения. После того случая в Колорадо я учила с позицийбезусловной любви и сострадания, позиций, прежде для менянедосягаемых. Я была счастливее, чем когда-либо в своей жизни. Нознала, что мое новое рождение еще не закончено. Я по-прежнему ощущаланепреодолимую потребность работать по семь дней в неделю вжесточайшем графике, потому что все еще чувствовала себяответственной за «спасение мира».
А потом я взялась заэту книгу. Выбирая тему, я знала, что работа над этой книгой заставитменя взглянуть на себя саму так, как это может сделать только автор.Для меня работа над книгой — нечто вроде двенадцатимесячногосеминара. Каждый день, каждую ночь, каждый момент пробужденияпроходит в раздумьях, в обсуждении данной темы, в изложении своихмыслей на бумаге, в данном случае мыслей о подлинных моментах ипоисках смысла.
Итак, каждый день,когда я писала это для вас, я перечитывала страницы и думала о себе.Счастлива ли я? Не пряталась ли я от подлинных моментов? Что есть моеПредназначение?
Медленно, но верно ястала прозревать. До тех пор пока я, такая страстная натура, верила,что мое Предназначение или даже моя работа — это выполнять своюмиссию по спасению мира, я в своей жизни не могла расслабиться илисосредоточиться на своем собственном счастье. Как бы там ни было, яотносилась к каждой работе, которую делала, очень серьезно. Но теперья увидела, что моя работа и мое Предназначение — совершенноразные вещи:
Мое профессиональноезанятие — учитель, просветитель.
А мое Предназначение,моя настоящая Работа — учиться радоваться своему земномусуществованию, в полной мере любить себя и других и быть счастливой.
А что касается спасениямира, то, по словам одной моей подруги, этим нужно заниматься «какхобби». Моя первейшая обязанность — спасти себя саму ипережить как можно больше подлинных моментов.
И это пониманиепринесло мне свободу. Я могу заниматься своим профессиональным делом— обучением только на занятиях, а не 24 часа в сутки. Востальное время акты самопожертвования, моменты раздумий о судьбахпланеты должны замениться на моменты любви и радости. Не следуетпостоянно взваливать на себя тяжкую ношу космических обязательств. Янаконец разрешила себе быть счастливой без оглядки.
* * *
Я сознаю, чтобольшинство людей не живет на таких же эмоциональных скоростях, какя. Я также уверена: в том, что моей жизни присущ такой драматическийнакал, заложен какой-то смысл. А значит, имеет и смысл поделиться свами своей историей. Преподаватели, чтобы донести до слушателей смыслсвоей теории, часто пользуются метафорами, и сама моя жизнь во многомскроена как метафора, помогающая мне направлять других в ихпутешествии к любви и целостности.
Возможно, вы в своейжизни не несете такую же духовную ответственность, как я, но выведете свое собственное сражение за счастье, такое же значительное, вкотором сталкиваются обязательства перед руководством, семьей иликем-то еще, важным для вас, и ваша потребность в собственном времени,радости, душевном спокойствии. И хотя вы, возможно, никогда незастревали на пятидесятифутовой стене в горах, не имея сил поднятьсявыше и боясь слезать вниз, я знаю, вы наталкивались на своисобственные стены страха и разочарования. Возможно, вы и сейчасстоите перед одной из них.
Пусть эти историиутешат вас в ваших поисках смысла. Пусть они напомнят вам, что вы неодиноки. Пусть они придадут вам мужества, с тем чтобы вы по-иномувзглянули на свое дело, нашли свою настоящую Работу и наполнили и тои другое подлинными моментами. Возможно, вы поймете, что хотитепродать свое дело и переехать в сельский район, или перейти на работув компанию, где царит более здоровая обстановка, или снова пойтиучиться и стать ветеринаром. Или, может быть, как в случае со мной,вам, чтобы стать счастливее, нужно скорее внести поправки в своимысли, а не в то, чем вы занимаетесь.
* * *
В конечном счете вашаРабота сводится к тому, чтобы создавать подлинные моменты, выполняякаждый день простые вещи:
Приветствовать солнце. Дышать полной грудью.Любоваться собственным телом. Заставить кого-то улыбнуться. Почесатьбрюхо своей собаке. Разглядеть душу в чьих-то глазах. Оценивать подостоинству ежедневные чудеса. Поблагодарить землю за пищу, которуюома вам дала. Помахать рукой птичке. Сказать кому-то, что вы еголюбите. Сказать «спокойной ночи» богу…
6. Подлинные моменты в трудные времена
Когда наши устои начинаютрасшатываться, мы обращаемся к господу только для того, чтобыубедиться, что это он, господь, пошатнул их…
Аноним
В вашей жизни наступаютмоменты, которые так сладостны, и жизнь на земле кажется даром божьими великой привилегией. Когда вы впервые видите своего толькородившегося ребенка, когда вы рано поутру лежите в объятиях любимогочеловека, прислушиваясь к стуку дождя по оконному стеклу, в день,когда вы замечаете признаки грядущей весны, и сам воздух полонрадостных предчувствий, и все кажется возможным, и случаются в вашейжизни времена, когда все преисполнено смысла, когда все идет, как вызадумали, когда очень легко поверить в бога и в Высший Разум —ведь иначе кому под силу создать мир, настолько изобилующий чудесами?
Потом для вас наступаюттяжелые времена, времена, когда вы теряете то, ради чего так упорноработали, или теряете любимого человека, времена, когда ваша вера вдобродетель испытывается на прочность, времена, когда вам нужнотолько одно — чтобы прошла боль. Все теряет смысл, все теряетсвою ценность, и вам становится очень трудно во что-либо верить.
Если ваш возрастпозволяет вам это читать, значит, в вашей жизни уже бывали трудныевремена Возможно, вы именно сейчас переживаете один из такихпериодов. Одно не подлежит сомнению: до тех пор пока мы живы, мыпопадаем в полосы кризисов и невзгод, и выходим из них и наши радостиидут рука об руку с нашими печалями.
Жизнь на нашей Землеподвержена переменам. По сути дела, вы живете, потому чтобеспрестанно изменяетесь, и эти изменения всегда включают в себясмерть и возрождение. В каждый момент, в том числе и сейчас,определенные клетки отмирают и возрождаются в каждом органе, в каждоммускуле вашего тела. Когда ваш организм перестает видоизменяться ивоспроизводить себя, он прекращает свое существование, и этосостояние называется смертью.
Подобный цикл —разрушение и последующее воссоздание — присутствует во всейнашей материальной Вселенной. С апельсиновых деревьев должен опастьцвет, прежде чем вырастет плод. Семя должно умереть, прежде чемпоявятся всходы, и точно так же пшеничное зерно умирает, когда изнего делают хлеб. Как точно подметил покойный Джозеф Кэмпбелл,«нельзя сделать омлета, не разбив яиц».
То, что было прежде, должно видоизмениться, чтобывозродить себя, и в этом процессе старые формы должны быть отброшены.
Очень простофилософствовать и даже воспринимать перемены, когда речь идет офруктах и пшенице, но гораздо труднее это сделать, если предметомразговора становится ваша собственная жизнь. Мы, человеческиесущества, ценим все хорошо знакомое. Мы цепляемся за рутину, заежедневные ритуалы, за наше насиженное кресло, за нашу автомобильнуюстоянку, за нашу половину кровати, стараясь дать себе некотороечувство уверенности, чувство контроля над тем, что мы в глубине душиосознаем как непредсказуемую вселенную. И поэтому мы боимся перемен,перемены лишают нас чувства безопасности, к которому мы привыкли, иввергают нас в эмоциональное состояние свободного падения.
И вот перед намидилемма: ведь перемены обязательно наступят — это такая женепреложная вещь, как вращение Земли. И эти перемены грозят нампотерями: мы теряем свою молодость, волосы, стройную фигуру, мытеряем работу, мечты или энергию, требующуюся на их осуществление.Будут потери, когда наши дети вырастут, и мы лишимся их чистой,бескорыстной любви, когда мы отдалимся от тех, с кем некогда были такблизки, когда смерть унесет наших бабушек и дедушек, а потом иродителей, и мы вдруг станем самыми старшими в семье. Будут потери,когда покинут этот мир наши друзья или возлюбленные, и мы останемся вужасающем одиночестве. Будут потери, когда мы состаримся и из полногожизни, сочного ядра общества превратимся в размякшие, вялые ошметки.Потери неизбежно будут, когда мы покинем наше бренное тело иотправимся обратно, в царство духа.
Жизнь — это сериятягостных расставаний, которые никогда не даются легко. Но, с другойстороны, расставание — это и встреча, и, освобождаясь отстарого, вы распахиваете объятия для нового.
Путь от вас того, прежнего, к вам, каким вытеперь становитесь, — вот где на самом деле происходиттанец жизни.
Таким образом, трудныевремена — это, как правило, те времена, когда происходят самыекрупные изменения. Это; может быть, не самые радостные времена, и ужсовершенно точно это не самые спокойные времена, но именно они таят всебе возможности для великого прозрения. И именно в них зарождаютсяподлинные моменты.
* * *
Трудные времена делаютподлинные моменты более доступными для вас, потому что открываютдвери в ваш внутренний мир — двери, обычно запертые. Когда выпереживаете кризис или травму, боль так сильна, что обычные фильтры,приглушающие ваши эмоции, не срабатывают. Невозможно отвлечься оттого, что происходит внутри вас. Вы вынуждены пережить все это. И чтобы ни происходило с вами в это время, вы не сомневаетесь, чтопереживаете подлинный момент.
Оглянитесь назад намучительные периоды вашей жизни. Возможно, это было, когда выразводились, или когда болели, или когда кто-то из ваших домашнихпопал в беду. Если вы такой же, как большинство людей, вы сможете,вспомнив этот трудный период жизни, сказать: «Какую бы боль мнени причинили эти развод, болезнь, трагедия, несчастный случай, этовремя было одним из лучших в моей жизни». С высоты своегонынешнего положения вы ясно видите дар, таящийся внутри проблемы.Значит, вы уяснили то, что следовало уяснить.
Кризис заставляет васобратить внимание на свою жизнь, на ваши взаимоотношения с людьми, навас самого. Он, подобно мощному прожектору, вонзив во что-то свойлуч, высвечивает предмет во всех подробностях, и, кроме него, вы уженичего не видите. И вот в эти периоды мощного самоотражения исамооткрывания и возникают подлинные моменты.
* * *
Каждый кризис дает нам шанс навозрождение.
Нена О’Нейл
В недрах тьмы каждыйдень зарождается рассвет. Из горнила невзгод вы выходите, прибавивмудрости и силы. В этом заключается сила трудностей, они заставляютвас изыскивать резервы мужества, оптимизма и любви, резервы, которымивы владели неосознанно.
Боль помогает вам до конца раскрыться, выявитьспрятанные в вас сокровища — духовные ценности, о существованиикоторых вы и не подозревали.
Дан Миллмэн, написавшийнесколько замечательных книг о тех, кого он называет «мирнымратником», прекрасно сказал о трудностях: «Трагедии —это трамплин для Духа». Когда нам некуда больше обратиться, мыобращаемся внутрь себя и находим новые источники успокоения иясности. Может быть, мы в любом случае рано или поздно обнаружили быэти внутренние богатства? Может быть. Но наша боль и отчаяниеускорили процесс. Я часто разговаривала с друзьями, прошедшими черезтяжелые времена, и все они, как оказалось, испытывали нечто схожее:наряду с тем, что они ненавидели ту ужасную ситуацию, в которойоказались, они одновременно почувствовали в себе новые силы и дажедушевное спокойствие:
Мы взращиваем в себе мужество не тогда, когда изодня в день счастливы. Мы взращиваем его, когда выживаем в трудныевремена и бросаем вызов невзгодам.
Боль подпитываетмужество. Мэри Тайлер Мур, которая за свою жизнь столкнулась сомногими личностными и физическими проблемами и преодолела их, сказалаочень просто: «Невозможно стать храбрым, если с вами происходяттолько прекрасные события».
Даю ли я интервьюрепортеру или выступаю перед большой аудиторией, мне часто задаютодин вопрос; «Что в молодом возрасте сыграло наибольшую роль ввашем познании жизни?» Я всегда отвечаю: «СТРАДАНИЯ!»И это правда. Если я стараюсь отыскать в своей прошлой жизни самыепоучительные времена, это всегда оказываются и самые трудные времена.Пережив их, я обрела уверенность, которой у меня никогда не было бы,живи я абсолютно счастливо.
Это не просто —принять трудные времена как дар, а не как несправедливое наказание. Всамый разгар трагедии, момента, когда у вас разбивается сердце,кажется, что сам господь обрек вас на несчастье. «Мне плевать,что с космической точки мне преподали урок, — надрываетсядуша внутри вас, — я хочу одного — чтобы эта больунялась!» Думаю, что как человек вы просто не можете несторониться несчастий. Но никогда не судите себя за то, как выпереносите страдания, нет никакого правильного или неправильногоспособа переживать трудности. То, что вы не любите трудные времена,не значит, что у вас меньше веры или вы в меньшей степени испыталипросветление. Это означает, что вы еще не раскрыли до конца свой дар…Чудо заключается в том, что, каким бы ни было ваше отношение кневзгодам, независимо от того, по своей воле или не по своей вы черезних проходите, вы все равно через них пройдете и на другой стороневас ожидает новая сила и новая мудрость.
Каждый раз, когда уменя наступают трудные времена, я вспоминаю то, чему учил меня мойпервый гуру на курсе медитации двадцать пять лет назад:
«Ветер обрушивает свои мощные порывы намолодые нежные деревца не для того, чтобы сломать их, а для того,чтобы научить их корни твердо держаться в земле».

Вся моя жизнь —сплошные штормы. Случались времена, когда я проклинала ветер за теразрушения, что он мне причинил. Но теперь я выросла в высокое,крепкое дерево с мощными корнями. И я благословляю мучительныемоменты своей жизни, и я благодарна ветру. Его непреодолимая силавыковала из меня ту женщину, коей я теперь являюсь.
Как научиться танцевать со своей болью
Однажды я услышалатакое высказывание: «Нельзя остановить бег волн, но можнонаучиться серфингу». Серфинг означает — скользить поволнам, двигаться в ту сторону, в которую течение увлекает вас И японяла, что лучший способ превозмочь боль и кризис — это сголовой погрузиться в них, а не шарахаться в сторону.
В трудные времена мы можем создавать подлинныемоменты, поддаваясь боли, а не сопротивляясь ей.
Я называю это «учитьсятанцевать со своей болью». Нужно уловить ритм перемен иподстроиться под него. Научиться танцевать со своей болью означает неизбегать чувства дискомфорта или страха, а, наоборот, сознательно егоэксплуатировать. Это означает говорить именно о тех вещах, которые выпредпочли бы забыть. Это означает дать себе время и простор на то,чтобы окунуться в грусть или скорбь.
Лет девять назад, передсамым Рождеством, человек, которого я любила и с которым жила в товремя, бросил меня. Он даже ничего толком не объяснил, просто собралвещи и ушел. Я и прежде подозревала, что он мне изменял, —позднее я выяснила, что это действительно было так, — но,когда это случилось, я знала только одно: он ушел, я осталась одна, исердце мое было разбито.
Несколько дней ястаралась преодолеть переполнявшие меня боль и страх. Я велабесконечные разговоры по телефону со всеми, кто соглашался менявыслушать, я писала ему одно письмо за другим и тут же их рвала, яперечитывала все поздравительные открытки, что он мне присылал,стараясь разгадать по ним, почему он меня бросил. Каждую ночь я,плача, заставляла себя уснуть, молясь о том, чтобы на следующий деньчто-то изменилось к лучшему, и каждое утро, просыпаясь, я сразувспоминала о случившемся, и меня снова охватывала боль.
Не знаю, почему ярешила уехать и провести Рождество в одиночестве. Я вдруг поняла, чтомне нужно куда-то скрыться от моих друзей, телевидения и всего, чтоотвлекало меня от моей боли. Несколько дней я выбирала подходящее дляуединения место. Потом я услышала про небольшую хижину, стоящую нахолмах в Камбрии, небольшом городке на полпути между Лос-Анджелесом иСан-Франциско. Владелец домика сказал мне, что место прекрасное, ноочень дикое, что гам нет ни центрального отопления, ни электричестватолько стены: да оконные стекла, глядящие на рощу. «Самоеподходящее место для уединения», — согласился он. Амне как раз этого и надо было. Я хотела побыть наедине со своейболью.
Я уложила вещи в машинуи поехала вдоль побережья. Следующие четыре дня я не разговаривала нис единой живой душой. Я писала для своего журнала, я медитировала,днем я гуляла по лесу и по пляжу, вечером я сидела при свете свечи вполной тишине. Я перестала сопротивляться тому, что со мнойпроисходит, и вместо этого полностью отдалась боли и своей потере.
И туг случиласьпоразительная вещь — меня начало наполнять глубокое, блаженноечувство умиротворенности. Я прочувствовала свое духовное начало иснова ощутила свою неразрывную связь с Целым. Я чувствовала себязащищенной, утешенной, как будто кто-то ухаживал за мной в это времятяжких испытаний. И когда мое видение прояснилось, мне открыласьистина о моих взаимоотношениях с тем человеком, истина, от которой япрежде отворачивалась, и я наконец дала волю своим чувствам. И вотострая боль ушла, теперь она превратилась в тупую, ноющую — такбывает, когда ваша рана уже пошла на поправку.
Много лет минуло послетого Рождества, проведенного в хижине, но я до сих пор считаю течетыре дня, в которые научилась танцу с собственной болью, одним изсамых значимых и драгоценных подлинных моментов в своей жизни.Отдавшись во власть критического состояния, войдя в него, вместо тогочтобы бежать от него, я заново родилась, поднявшись на новый уровеньясности и спокойствия. Я прошла через беспросветную ночь своей души иснова выскочила на свет.
Джозеф Кэмпбелл пишет:
«Беспросветная ночь в душенаступает перед самым откровением. Когда все потеряно, когда кажется,что все погружено во мрак, приходит новая жизнь и все, чтонеобходимо».
Отыскать любовь во мраке
Времена кризисовсплачивают людей. Они пробуждают все самое лучшее, что заложено вприроде человека. Они дают проявиться нашему состраданию, нашейщедрости, нашей доброте. Они помогают нам переступить через наширазличия и радоваться нашей общности. Мы видим, как это происходиткаждый раз во время наводнения, или землетрясения, или урагана. Силылюбви всегда соединяются, чтобы провести нас сквозь черные дни.
Трудные времена всегда дают нам возможностьпочувствовать в своей жизни больше любви.
Найти любовь в темнотепросто. Пребывая в отчаянии, протяните руки к другим, и они, в своюочередь, потянутся к вам. Скажите: «Мне нужна помощь», ичудесным образом помощь придет. У вас в жизни гораздо большересурсов, чем вы можете себе представить: друзья, знакомые, люди,которые вас любят. «А я и не знал, что стольким людям есть доменя дело» — думаете вы, когда получаете открытки, когдавам звонят и предлагают помощь. Иногда лишь после трагедии иликакой-то потери мы узнаем, насколько нас любят. Одна из причин, покоторой трудные времена могут быть богаты подлинными моментами,присутствие в них любви.
* * *
В прошлом году один мойдруг умер от вируса СПИДа. Его звали Джон Гульд, ему тогда было всеготридцать девять лет. Джон был мягким, добрым человеком, в самомподлинном смысле этого слова, он посвятил жизнь службе и открытиюсамого себя. Когда его семья и его товарищ попросили меня произнестипрощальную речь, я сочла это за честь, хотя немного нервничала, незная, что из этого получится. Мне хотелось воздать должное прекраснымдуховным качествам Джона, но я знала, что на этой церемонии прощаниястрасти будут накалены до предела. Там будут разведенные родителиДжона, многие из его прошлых возлюбленных и — вообще довольноразношерстная публика. Я знала также, что у сестры Джона недавнотрагически погибла маленькая дочка и что за последние несколько летсемья хлебнула столько горя, сколько иным хватило бы на целую жизнь.
Прощание проходило вдоме матери Джона. Его партнер украсил весь дом огромными желтымиподсолнухами — любимыми цветами Джона. Повсюду висели картиныпокойного. Мы, человек сто, собрались в гостиной, и, когда в глубинепомещения заиграла любимая музыка Джона, я начала церемонию такимисловами:
«Согласно многимтрадиционным верованиям, во время кончины душа покойного получаетвозможность оценить свою жизнь, свой выбор, и те, кто любил его,собравшись вместе, помогают душе увидеть его ценность, возрадоваться,после чего она, окруженная любовью, отправится к Свету и к томупрекрасному, что там ее ждет».
Внезапно япочувствовала, как в комнате наступило всеобщее облегчение, как будтомы все разом поняли, что пришли сюда, чтобы почтить память Джона, ане оплакивать его. Смерть человека вызывает у тех, кто любил его,ощущение беспомощности, растерянность: что теперь делать с чувствами,которые были предназначены тому человеку? Но в тот памятный вечер,когда мы сидели в тесном кругу, каждый из нас чувствовал своюзначимость даже в скорби, по тому что мы знали, что можем что-тосделать — мы можем любить.
Именно это мы и делали.Мы провели несколько часов любя Джона, делясь друг с другом самымисокровенными переживаниями, рассказывая забавны истории, вспоминаясказочную еду, которую он го вил для своих клиентов и друзей, ипризнавая то, как он затронул наши жизни. Мы смеялись, плакали, мымолились за то, чтобы его душа странствовала в мире и спокойствии. Акогда все закончилось, каждый из нас зажег плавающую свечу и поместилее в бассейн так каждый от себя попрощался с ним.
В тот вечер, уезжаядомой, я благодарила Джона за бесценный дар, который он преподнесмне, дав возможность организовать его номинальный вечер. Суд ба мнеснова напомнила о целительной силе любви.
Когда мы привносим в темноту достаточно любви,она озаряет светом наши сердца и унимает нашу боль.
Когда мы привносимдостаточно любви в трудные времена, она вознаграждает нас подлиннымимоментами.
* * *
Случаются такиевремена, когда всего на какой-то момент мы раскрываем наши сердца иделимся тем лучшим, что в нас есть. Мы вспоминаем, что такое любить.Сразу после сильного землетрясения в январе 1994 года я стояла,дрожащая, на улице возле моего дома в Лос-Анджелесе. Соседи, одетые вхалаты, успокаивали друг друга, делились едой и батарейками —это напомнило мне Вудсток, один из музыкальных фестивалей, на которыхя присутствовала в конце шестидесятых. В течение нескольких дней мы,жители Лос-Анджелеса, принадлежавшие к различным расам, говорившие наразных диалектах, были одной семьей. Мы могли ощущать любовь. А потомнапряжение кризиса спало. И любовь тоже ушла, Почему обязательнонужно случиться трагедии или наступить трудным временам, чтобывернуть нас к любви? Почему нам нужны настойчивые призывы природы,чтобы понять, что мы любим наших супругов, наших детей, наших друзей?Почему мы забываем любить и вспоминаем об этом, когда становитсяпоздно? Сколько боли и разрушений должно выпасть на нашу долю, чтобымы помнили?
В «Курсе чудес»есть прекрасное изречение: «Испытания — это не что иное,как уроки, которые вы не усвоили и которые вам задают снова».
Я часто думала о том,что у нас было бы меньше плохих времен, если бы в хорошие времена мыне забывали щедрее делиться любовью и отыскивать больше подлинныхмоментов.
Возможно, кризисзаставляет нас вернуться на круги своя, когда нас снесло в сторону отподлинных ценностей, заставляет увидеть жизнь в истинном свете, когдамы забываем, что по-настоящему важно…
Возможно, таким образомВселенная мобилизует наше внимание и переориентирует нас на любовь…
Возможно, трудныевремена таят в себе скрытый дар для нас.
* * *
Я желаю, чтобы у вас было больше счастливых днейи меньше печалей. Но когда трудные времена все-так и наступают,отдайтесь в их власть и пройдите через них с любовью.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПОДЛИННЫЕ МОМЕНТЫ И ВЗАИМООТНОШЕНИЯ

7. Подлинные моменты и любовь
Есть только одна дорога нанебеса. На Земле мы называем ее любовью.
Карен Голдман
Из всех чудес, что нампредлагает жизнь на Земле, величайшее — это Любовь. Любовьнаполняет жизнь смыслом. Она совершает волшебство и чудеса. Онаприносит свет туда, где царит мрак, несет надежду туда, где царитотчаяние. Она — наш великий учитель и дар, постоянно посылаемыйнам.
Любовь — этовеличайшая сила, как никакая другая. Она незрима, ее нельзя измерить,и при этом она настолько могущественна, что может изменить все в одномгновение и дать вам больше радости, чем любые материальные ценности.Когда любовь становится вашей, никто не может отнять ее у вас. Тольковы сами можете отказаться от нее, если пожелаете.
Любовь — этомагия Вселенной. Она создает все из ничего. Только что ее здесь небыло — и ПАФ! — она появляется во всей своей красе,и вы восхищенно приветствуете ее приход. И сколько прекрасного творитона буквально из воздуха: улыбки, смех, мурашки по коже, горячиеприливы, нежные слова, глупые имена, счастливые слезы и прежде всегожизнь. Любовь породила вас. Без нее вас вообще бы здесь не было.
Величайший дар любви — это ее способностьосвящать все, к чему она прикасается.
Любовь освящает жизнь.Везде, где есть любовь, вы улавливаете проблеск святости. Вывозвышаетесь над своим человеческим началом и видите мир божественнымзрением. Ваш ребенок, ваш возлюбленный, ваша кошка или собака, вашсад или что-то еще, любимое вами, предстает восхитительным,драгоценным, необыкновенно красивым и каким-то непостижимым образомсовершенным, несмотря на все свои несовершенства. Любовь такжеосвящает время, место, имущество, придавая им особый статус: день,когда вы познакомились со своим мужем; годовщина вашей свадьбы; тасамая скамеечка в парке, на которой вы разговаривали; кресло-качалка,в которой вы нянчили своего ребенка; старый шерстяной платок, которыйвам связала бабушка; первая фраза, произнесенная вашей дочерью: «Ялюблю тебя, мама» — все это становится священнымиреликвиями, увековечивающими любовь в вашей жизни.
Но я уверена, любовьпрежде всего предоставляет вам возможность для полного духовногопробуждения, потому что, когда мы любим, обычные границы, отделяющиенас от всего остального, исчезают; вы освобождаетесь от иллюзииразграниченности, определяющей все человеческое существование, и выпереживаете Единение. И вот внезапно вы перестаете себя чувствоватьодинокой во Вселенной. Между вашим существом и тем, кого вы любите,образуется поток флюидов. Ваша сущность переливается в него, а егосущность — в вас. Ваши души сливаются в танце.
Возможно, у васслучались такие моменты, но вы тогда не совсем понимали, почему онитак задели вас за живое…
Вы с мужем стоите укроватки вашего новорожденного младенца и смотрите, как он спит. Егокрохотное тельце вздымается и опускается в такт ровному дыханию, выповорачиваетесь к мужу, и ваши взгляды встречаются. И внезапно выощущаете силу любви, которая передается ему от вас, потом вашейдочери и снова возвращается к вам, и, окунаясь в это энергетическоеполе, вы осознаете вечные узы, соединяющие вас. Ничего другого простоне существует. Вы целиком отдаетесь этому чувству.
* * *
Поздно вечером высидите на заднем крыльце, слушая стрекот сверчков, и глядите назвезды. Ваш верный пес, ваш лучший друг последние десять лет,расхаживает возле и тычется носом вам под мышку. И, прижимая к себеего теплое тело, вы внезапно ощущаете прилив любви к нему за тубезоговорочную преданность, которую он вам всегда проявлял. Онподнимает свою голову и долго смотрит на вас, как будто говорит: «Ия чувствую то же самое». Ночь погружает вас обоих в покойвечности, и вам кажется, что в мире нет никого, кроме вас двоих. Этотмомент принадлежит вам.
Вот она — силалюбви. С ней вы проделываете путь от разобщенности к Единству. Онапроникает сквозь обычные границы, внутри которых вы живете, границы,за счет которых вы ощущаете себя самим собой, отличным от всех,обособленным. Обычно вы знаете, что ваш муж или жена, собака, другили небо — это не вы. И вот в те самые подлинные моменты любвиваше «я» превращается в «мы», нечто,безусловно, более полное, чем вы один.
Таким образом, любовьсоздает неограниченные, беспредельные, не знающие преград ощущения.Она позволяет вам выйти за пределы себя самого.
Всякая любовь — это нетелесный опыт.
Возможно, вы не считалисебя духовно богатым человеком, но любая настоящая любовь духовна,поскольку ваш дух соприкасается с духом кого-то или чего-то другого.Любовь становится для вас дверцей, ведущей к божественному.
Любовь — основнойспособ создавать подлинные моменты, потому что она вынуждает васосмысливать. Любовь постоянно ввергает вас в настоящее. Онасосредоточивает все ваше внимание на том, что вы переживаете, онатребует того, чтобы вы отдались в ее власть. Чем лучше вы научитесьлюбить, тем больше подлинных моментов сможете создать.
* * *
Любые глубокие любовныеотношения — это начало, путь, на котором вас ждет множествоиспытаний.
Барри и Джойс Виссел
Интимные отношения —это освященная возможность для вас использовать любовь как путь кличностным и духовным трансформациям. Она заставляет вас открытьсятам, где вы были закрыты, чувствовать там, где вы были бесчувственны,выразить то, о чем вы молчали, потянуться навстречу там, где бы выотпрянули назад. Несложно вообразить себя любящим и просветленнымчеловеком, когда вы один, но, когда вы вступаете во взаимоотношения,вы сталкиваетесь со всеми эмоциональными ограничителями, которые вамприсущи.
Взаимоотношения —это постоянно действующий учебный полигон. Они заставляют васвзглянуть на себя в зеркало, они выявляют те ваши стороны, которые неохвачены любовью. Они показывают вам ваши темные стороны. Онистучатся в ваше сердце, требуя, чтобы вы открыли те его уголки, чтопрежде наглухо запирали. А потом каждый день и каждую ночь они даютвам возможность любить, вытягивать себя за рамки привычного душевногосостояния и делать это все лучше и лучше.
Использование взаимоотношений как путь кизменению
Я выбрала дорогу любвиеще в очень юном возрасте, потому что знала, что она приведет меня кподлинным, наполненным смыслом моментам, которые я искала. Это быловолнующее, таинственное, часто мучительное, но всегда освобождающеепутешествие. Долгое время любовь мне не очень-то давалась. Я делаламного ошибок, причиняла боль себе и другим. Но мало-помалу янаучилась использовать любовь и взаимоотношения как священный путь,ведущий к познанию и изменению. И наконец мне посчастливилось найтичеловека, который захотел пойти со мной той же дорогой и разделить сомной весь риск этого путешествия.
Все великие творениярождаются в воображении. Прежде чем художник берется за кисть, у негов голове возникает образ картины. Прежде чем архитектор проектируетздание, он представляет себе, как оно будет выглядеть. Прежде чеммузыкант сочиняет мелодию, он слышит эту мелодию у себя в голове.Воображение дает живительные соки для рождения всего, что возникает влюбви.
Если вы не представляете заранее, куда должныпривести вас ваши отношения, то они ни к чему вас не приведут.
Состоять вовзаимоотношениях без согласия обеих сторон относительно конечной целиэтих взаимоотношений — это все равно что пуститься в дальнийпуть без карты: вы будете без конца блуждать и не получите никакогоудовольствия от этого похода. Чтобы использовать свои взаимоотношениякак путь, вы и ваш партнер должны вместе увидеть цель вашегосовместного существования, а потом честно взяться за воплощение этоговидения.
Предвидение помогаетнам пройти через трудные времена. Оно дает нам сознание того, куда мыидем, подталкивает вперед, даже когда мы сбились с пути или упалидухом. Видение своей будущей желанной карьеры помогает вам учиться,писать курсовые работы, усердно трудиться в колледже. Видениеноворожденного, лежащего у вас на руках, продает будущей материмужество, необходимое, чтобы вытерпеть муки родовых схваток.Представление о ваших взаимоотношениях как пути к трансформации даетвам и вашему партнеру силы, терпение и упорство в совместномпутешествии по Дороге Любви.
Вот несколько истин,определяющих то, какими нам с мужем видятся наши взаимоотношения:
1. Жизнь свела насвместе для того, чтобы мы помогали друг другу расти, чтобы мы сталидруг другу наставниками.
2. Нашивзаимоотношения — драгоценный дар, и они проведут нас черезвсе, что нам необходимо познать, чтобы стать более сознательными,более любящими человеческими существами.
3. Трудности,испытания, которые нас поджидают, обозначат наиболее важные для насуроки.
Поскольку мы твердорешили принять такое целенаправленное видение нашей любви, мывоспринимаем все трения и проблемы, с которыми сталкиваемся, всакральном контексте. Когда мы спорим, злимся друг на друга, когдаприходим в отчаяние и готовы отвернуться друг от друга, наше видениемерцает, как маяк в тумане, напоминая, что у всех каждодневныхтрудностей, с которыми мы имеем дело, есть некое высшеепредназначение. Мы помним, что решили отправиться в путь вместе поопределенной причине, и, помня это, можем скорее унять свой гнев,подняться над обидой, простить и отыскать те вечные узы любви,которые всегда подспудно присутствуют.
Это так просто —забыть подлинное предназначение ваших отношений, когда вы занятыработой, детьми, когда над вами довлеют семейные обязанности. И когдавы забываете про ваше предназначение как супружеской четы, высбиваетесь с пути. Отношения, которые сбились с пути, теряютдинамику, перестают развиваться, потому что не знают, в какую сторонуим двигаться.
Если вы со своимпартнером сбились с пути, поищите вместе подлинные моменты. В них вынайдете путь обратно, к истоку вашей любви.
Как подпитывать дух ваших отношений
Вам необходимы,подлинные моменты интимности, единения, чтобы подпитывать дух вашейлюбви, с тем чтобы она продолжала расти. Эти моменты напоминают вам ивашему партнеру о вашей вневременной связи, о том предназначении,ради которого вы обрели друг друга, и, таким образом, дают вамобновленное видение и мужество для того, чтобы пройти через всетрудности, сопутствующие вашей любви.
Подлинные моменты — живительная кровьблизких отношений.
Без подлинных моментовдух ваших отношений умрет. Вы, возможно, предпочтете не обращатьвнимания на незавершенность отношений и оставаться вместе, но такиеотношения будут подобны пустой скорлупе, некоторому удобству, которымвы пользуетесь, чтобы не остаться в одиночестве.
Переживать подлинныемоменты интимности не означает просто быть с кем-то. Ваше пребываниевместе превращается в подлинный момент из-за того, что происходит свами в это время. Вы можете быть физически вместе, а эмоционально —в миллионах миль друг от друга, потому что вы не присутствуете вконкретном моменте. И можете создать подлинный момент по телефону,будучи на расстоянии 1000 миль, просто потому, что вы позволяете уйтивсем преградам и приоткрываете самые потаенные уголки своего сердца.
Большинство отношений,которые я наблюдаю вокруг себя, страдают из-за нехватки подлинныхмоментов. Не то чтобы двое не любили друг друга — они любят. Ноони не ощущают любовь так глубоко, как могли бы, потому что не даютлюбви шанса выйти на поверхность и быть пережитой без отвлекающихфакторов. Они не испытывают вместе достаточного количества подлинныхмоментов.
* * *
Чуть ранее в этом годумы с мужем провели час с удивительной женщиной по имени Робин,рисовавшей наши свадебные приглашения. Джеффри первый уехал из еемастерской к себе в офис, а я осталась, чтобы обсудить кое-какиедетали.
Это простозамечательно, — заметила Робин. — Из васполучится прекрасная пара. Вы выглядите как лучшие друзья, для меняэто просто загляденье — смотреть, какое у вас во всем согласие.
Спасибо, —ответила я. — Поверьте, нам пришлось немало потрудиться,чтобы так отладить наши отношения.
А хотите, я вам скажуодну грустную вещь? Я за неделю вижу по двадцать пар, которыеприходят сюда разукрасить приглашения, и хорошо, если за неделюповстречаются хотя бы двое, которые выглядят счастливо и относятсядруг к другу с любовью. И я поражаюсь, зачем они вообще женятся?
Рассуждения Робин меняне удивили. Я знаю по семинарам, которые провожу уже много лет, чтоее наблюдения — грустная, но правда. Большинство людей смотрятна любовные отношения как на собственность: у меня есть машина, уменя есть работа, у меня есть Друг или подруга. Отношения становятсяобъектом приобретательства, а когда их получают, то на Них не тратятособенно много времени или энергии.
Супружество — это не то, что вы получаете.Это то, что вы делаете.
Супружество — этоне обручальное кольцо, не лист бумаги, удостоверяющий, что вы —муж и жена, не серебряная свадьба после двадцати пяти лет совместнойжизни. Супружество — это поведение, то, как вы изо дня в деньлюбите и уважаете своего партнера. Вы вступаете в брак не потому, чтожители данного графства или ваша семья считала, что вам следует этосделать. Подлинное бракосочетание происходит у вас в сердце, а не вбанкетном зале, не в церкви, не в синагоге. Это выбор, который выделаете не в день брачной церемонии, а который вы совершаетепостоянно, и этот ваш выбор отражается в том, как вы обращаетесь сосвоим мужем или женой.
Ваше супружествообновляется и освящается каждый раз, когда вы делите друг с другомподлинные моменты.
* * *
В каждый момент вашей жизнипредоставляется возможность выбирать, любовь или страх, топтать землюили парить в небесах. Страх поведет вас по узенькой колее, обещаяпривести туда, куда вы хотите. Любовь говорит: «Раскинь руки илети со мной».
Эммануил, в пересказе ПэтаРодегаста
Мы избегаем подлинныхмоментов во взаимоотношениях, потому что, если мы не привыкли к ним,они могут напугать своим накалом.
Приходилось ли вамкогда-нибудь засидеться поздно вечером с любимым человеком, поверяяему свои МЫСЛИ, надежды, сокровенные чувства? Вначале вы просторазговариваете, но в какой-то момент, когда открыто достаточнодверец, когда установлен достаточно тесный контакт, возникает нечтобольшее, чем просто вы, два индивидуума. Это «нечто»осязаемо. Вы оба можете его почувствовать. Это — пространство,которое вы занимаете вместе, священное пространство, котороевозникает, когда высказано и признано достаточно истин. Внезапно вычувствуете связь, сильную, как никогда Вы переживаете подлинныймомент.
Вдруг вы понимаете, чтоне контролируете себя. Преграды тают, ваша обычная защитная оболочкарастворяется, так что вам становится не по себе от собственнойуязвимости. Вас видят без маски, ваши самые сокровенные переживаниястановятся известны кому-то другому. Произошло вторжение в святаясвятых — в ваше личностное пространство.
Когда вы позволяетесвоей душе соприкоснуться с чьей-то еще душой, как ни иронично, этона самом деле и есть любовь. И если вы не очень умеете доверяться идавать волю своим чувствам, вы упустите этот момент и откажетесь отлюбви из страха потерять себя в ней. Вам очень захочется убежать отсвоего партнера, может быть, далее от самих взаимоотношений. Или,возможно, вы будете просто избегать интимности в отношениях,прекрасно понимая, что без нее не будет и этих пугающих моментовуязвимости.
От чего вы бежите? Отсвоей оголенности. Чего вы боитесь? Потерять свои очертания, свое«я», боитесь, что вас поглотит сила, более мощная, чемвы. Это ведь своего рода смерть — смерть вашей обособленности,смерть ваших иллюзий относительно собственной персоны.
Мы изо всех силстараемся избегать правды в исследованиях своих теневых сторон,поэтому многие из нас проводят жизнь, играя в прятки с самими собой.Если руководствоваться этим, вы будете бояться правды, глубокой любвии подлинных моментов, в которые необходимо отдать себя во властьчего-то. И найдете способ убежать от них.
Кларисса Пинкола Эстес,автор «Женщины, бегущей с волками», утверждает: «Страх— довольно жалкое оправдание для того, чтобы не выполнятьработу. Мы все боимся. Это не ново. Пока вы живы, вы испытываетестрах… Любить — это значит остаться, когда каждая вашаклеточка подсказывает вам — беги!»
Любовь может показатьсяэмоциональным риском, но на самом деле никакой это не риск.
Вы никогда не потеряете, любя. Вы всегдапотеряете, сдерживая свою любовь.
…Настоящий рискзаключается в том, чтобы год за годом жить с человеком так, что вы незнаете по-настоящему его души, а он — вашей.
…Настоящий рискзаключается в браке, основанном на меркантильных интересах, и вуклонении от той разновидности человеческих уз, которые по-настоящемуважны.
…Настоящий рисккроется во взаимоотношениях без подлинных моментов.
Вновь обрести способность чувствовать
Для появленияинтимности во взаимоотношениях с любимым человеком вам необходимополностью открыться в некий момент, присутствуя в нем не толькофизически, но и эмоционально. Нельзя притворяться, будто слушаете,думая в этот момент о чем-то другом; нельзя читать газету, когда онапытается достучаться до вас; нельзя заниматься сексом, оставаясьбесчувственным, — вы должны в полной мере находитьсявместе с ним или вместе с ней. В конце концов, если вы неприсутствуете в этом моменте, то кто же тогда будет здесь, чтобылюбить, вступать в контакт, в интимные отношения?
Эмоциональноприсутствовать в данном моменте означает знать, как в полной мереиспытывать чувства.
Способность испытыватьлюбовь основана на способности чувствовать… Вы не сможетепознать любовь, или счастье, или удовлетворение, если вы забыли, какчувствовать. У многих из нас способность чувствовать отняли вдетстве. Теперь, когда мы выросли, отсутствие чувств стало застарелойпривычкой, мы регулярно подавляем, подправляем и отрицаем нашиэмоции. Когда нам навязывают контакт, мы отделываемся фразами типа«Не сейчас», «Я не хочу об этом говорить»,«Все в порядке», «Чем ты вечно недоволен?».Мы потребляем алкоголь, принимаем наркотики, едим всякую дрянь,работаем без остановки, слишком много смотрим телевизор, стараясьвсем этим заглушить свои чувства. Таким образом, мы годами носим всвоем сердце застывшие чувства, а потом, когда приходит времявступить в контакт, в интимную связь, мы не знаем, как это сделать,даже если хотим.
Вновь обрести способность чувствовать — этопервый шаг к тому, чтобы испытать настоя тую близость с вашимпартнером и создать подлинные моменты в ваших взаимоотношениях.
Чтобы это сделать, вамнеобходимо растопить лед вокруг вашего сердца. Выплачьте все теслезы, которые вы никогда не проливали; изгоните застарелый гнев извашего тела; обретите свой собственный голос и позвольте емувысказать все, что так долго замалчивалось. Чем больше вы будетеработать над исцелением своих эмоциональных ран, тем легче вам будетполюбить.
Я всю жизньразрабатывала надежную и эффективную методику слома эмоциональныхбарьеров. Сначала это было нужно мне, чтобы вылечить саму себя, апотом — чтобы поделиться этими приемами с моими учениками.Сегодня многие психоаналитики и психотерапевты предлагают свои методыэмоционального исцеления. Используйте нас. Мы здесь для того, чтобыпомочь вам найти дорогу к самим себе.
* * *

Мы учимся говорить —говоря, получать знания — получая их, бегать — бегая,работать — работая; и таким же образом мы учимся любить…любя. Тот, кто думает, что можно научиться каким-либо другимспособом, обманывает себя.
Святой Франциск де Саль
С чего начать, желаясоздать больше подлинных моментов в любви? Просто начните. Не нужнооткладывать до следующего отпуска, или субботнего вечера, или до техпор, пока вы дочитаете эту главу. Сейчас — самое время. Неждите подходящего момента, не откладывайте до тех пор, пока вынаучитесь этому. Подходящий момент никогда не наступит, пока вы 192не возьметесь за дело, и вы никогда не научитесь, пока не начнете.
Умение любить —это искусство, такое же, как играть на музыкальном инструменте,обращаться с компьютером, готовить, — чем больше вы этимзанимаетесь, тем лучше у вас получается. Создание подлинных моментовблизости требует практики. Вы можете прослушать все записанные мноюкассеты, посетить все семинары на тему взаимоотношений и все-таки ненаучиться любить. Чтобы научиться любить, нужно любить.
Много лет назад, еще дотого, как я стала преподавать, я вышла замуж за известного мага. Онмастерски выполнял иллюзионистские трюки на сцене, с потрясающейловкостью манипулировал монетами и картами. Когда его спрашивали, какему удается работать с такой кажущейся легкостью, он объяснял, чтопрактиковался долгие годы, и приводил свое любимое высказывание:
«Трудности должнывойти в привычку: привычка легка, а что легко, то прекрасно».
Прошло более пятнадцатилет с тех пор, как я услышала эту фразу, и сейчас, когда я пишу этукнигу, она не выходит у меня из головы. Это трудно — любитьпо-настоящему, но чем больше мы работаем над этим, тем больше любовьвходит в привычку. Вам уже не нужно напоминать себе: «Скажипартнеру, как ты его ценишь», вы делаете это непроизвольно; егоне нужно просить, чтобы он поверял вам свои чувства, он Делает этосам. Внезапно, в какой-то день, для вас станет более естественнымлюбить, отдавать, открываться, чем, наоборот, не любить и сдерживатьсебя. И чем больше вы будете отдавать, тем легче вам станет любить, ипотом любовь уже не потребует от вас никаких усилий. В конечном счетето, что стало для вас простым, начинает углубляться, и вы со своимвозлюбленным или возлюбленной сходите с дороги и позволяете любвипросто перетекать от одного к другому. Ваша любовь стала прекрасной.
* * *
В первой части этойкниги я сказала, что счастье — это выбор. Любовь — тоже.
Любовь выбор, который вы делаете в какие-томоменты.
Вы делаете выбор:любить, выражать свою любовь, делиться ею, показывать ее. Вы неждете, пока вас охватит всепоглощающее чувство любви, котороеподтолкнет вас к действию. Вы не ждете случая, чтобы сказать «ялюблю тебя», до тех пор, пока слова сами не сорвутся с вашихуст. Вы не ждете случая обнять жену до тех пор, пока перестанетефизически себя контролировать. Вы совершаете эти поступки потому, чтопомните: вы любите этого человека, и потому, что вы знаете, что,выбирая любовь, вы не только осчастливите своего партнера, но и самисосредоточитесь на любви, которая живет в вас и приносит вам радость.
Создание подлинных моментов в вашихвзаимоотношениях
Подлинные моменты неугонятся за вами во время лихорадочной гонки по жизни. Вы впустите ихв свои взаимоотношения, отведя для их возникновения специальное времяи пространство.
Поставьте будильник надесять минут раньше, чтобы вы могли понежиться в постели.
Устройте пикник впарке.
Погуляйте молча,взявшись за руки.
Поезжайте на автомобилекуда глаза глядят.
Посидите на диване присвечах.
Поделитесь своимисамыми потаенными страхами и дикими фантазиями.
Выключите телевизор,начните разговор и посмотрите, что из этого выйдет.
Многие пары изолируютсебя от подлинных моментов близости тем, что вокруг них всегда естькакие-то другие люди: их дети, родственники, друзья. Они редкоостаются наедине. Они используют детей как предлог, чтобы избегатьдруг друга. А когда они едут в отпуск, то с ними обязательно ещеодна-две пары. Знакомо ли вам все это? Надеюсь, что нет, потому чтоэто опасный образ жизни. При такой жизни однажды вы проснетесь,посмотрите на соседа по кровати и увидите перед собой лицонезнакомца.
Вам необходимопроявлять долю эгоизма, чтобы переживать вместе подлинные моменты.Найдите время, чего бы это ни стоило. Не бойтесь обделить вниманиемваших детей или друзей. Они почувствуют вашу обновленную любовь ипорадуются ей.
Величайший дар, который вы и ваш муж или вашажена можете преподнести своим детям, — это пример близостии здоровых, полных любви взаимоотношений.
Каждая супружеская парадолжна идти своей собственной дорогой, к своим собственным подлинныммоментам. Но вот некоторые соображения, которые помогут вам, если выне совсем уверены, с чего начать.
Как подпитать сердце своего партнера, «формула3×3»
Большинство людей, какя вижу, обделены любовью. Их сердца жаждут любви, но получают еенедостаточно. Спросите себя прямо сейчас.
«Получаю ли ядостаточно любви от своего партнера?»
«Получает липартнер достаточно любви от меня?»
Я вывела «формулублизости», которая поможет вам подпитывать сердце своегопартнера.
Нам нужно приниматьпищу три раза в день, еще мы и перекусываем в промежутках. Нашисердца точно так же, как и тела, нужно подпитывать.
Подпитывать сердцесвоего партнера означает три раза в день давать ему или ей «любовныеподкормки». Это означает, что вы должны ежедневно три раза поменьшей мере в течение трех минут наглядно проявлять свою любовь кпартнеру. Я называю это «формулой 3×3» по три минутыблизости три раза в день, чтобы подпитывать сердце вашего партнера.Это могут быть три минуты утром, проведенные вместе, прежде чем вывстанете из постели, три минуты по телефону в середине дня и триминуты после того, как ушли спать ваши дети.
Но «любовныхподкормок» недостаточно, вашему партнеру также необходимынебольшие «любовные лакомства». «Любовныелакомства» — это поцелуй в шею, комплимент, записка,оставленная для него, «спасибо». Это означает позвонитьпо телефону, чтобы сказать «я люблю тебя». «Любовныелакомства» могут занимать всего несколько секунд, но онисоздают мимолетную близость и подлинные мини-моменты.
Что выбрать своемупартнеру в качестве «любовных подкормок» и «любовныхлакомств»? Точно так же, как в обычном питании у нас естьосновные виды продуктов, я предлагаю три основные разновидностиэмоциональной пищи: внимание, физическая близость, признаниедостоинств. Вы уделяете внимание, демонстрируете физическую близостьи выражаете признание достоинств. Когда вы в течение трех минут даетепартнеру эти три ингредиента, вы подпитываете его или ее сердце.
Внимание. Оказатьвнимание означает присутствовать полностью, на все сто процентов вкаком-то моменте с человеком, которого вы любите. Вы не делаетеничего другого, только лишь всецело присутствуете рядом. Когда выотдаете партнеру все свое внимание, пусть на несколько моментов, унего появляется возможность по-настоящему вас ощутить и принять вашулюбовь. Загляните в его глаза, спросите себя, что он хочет. Вы ужезнаете ответ. Помните — подлинные моменты возникают, когда мыотдаем им все свое внимание.
Физическая близость.Проявлять физическую близость — это касаться, обнимать,прижиматься друг к другу. Это проявление чувств — не совсемсекс. Скорее это Любовь. Физическая близость умиротворяет и врачуетнаше тело и душу. Она, как выяснилось, даже укрепляет нашу иммуннуюсистему. Она поможет связать вас с вашим партнером эмоционально,вначале соединив вас в физическом плане.
Признание достоинств.Выражать свое признание означает на словах демонстрировать своюлюбовь, рассказывая вашему партнеру, что вам нравится в нем, за чтовы ему благодарны, какими его поступками вы гордитесь. Большинство изнас не получают достаточного признания, и мы истосковались поблагодарности. Заметьте, я не сказала, что нужно выражать своепризнание поступками, например, постелив постель для жены или вымывмашину мужу. Эта часть формулы состоит из слов. Нужно сказать«Спасибо, что был так терпелив со мной утром, когда я была не вдухе», или «Тебя так ценят на работе я тобой горжусь!»,или «Мне очень нравится, что помогла сыну по-настоящемупрочувствовать его успехи в учебе, ты действительно, прекраснаямать».
Три раза в день, неменьше трех минут, используйте «формулу 3×3», чтобыподпитывать сердце вашего партнера. Вы добьетесь поразительныхрезультатов. Вы увидите, как ваша половина расцветет прямо на глазах.Вы сильнее ощутите любовь. И у вас будет больше подлинных моментов.
Не забывайте о«любовных лакомствах». С тех пор как я вывела эту цельнуютеорию, мы с Джеффри старательно ей следуем и несколько раз в деньподходим друг к другу с улыбкой и провозглашаем: «Любовныйленч!» Значит, настала минута для быстрого объятия и поцелуя.Когда кто-то из друзей, супружеских пар, видит, как мы это делаем, имы объясняем, как это действует, жена неизменно поворачивается к мужуи говорит: «Слушай, я тоже хочу любовных лакомств!»
Назначение этой«формулы близости» — приучить вас к подлинныммоментам любви и контакта с вашим партнером. Может быть, кому-то мояидея покажется заумной, но она способна коренным образом изменитьвзаимоотношения.
Выражение любви
Здесь приводитсянесколько упорядоченных способов выражения своей любви, которые яназываю выражением любви и которые могут создавать на какое-то времяблизость и подлинные моменты. Вы используете эти способы, когданаходитесь наедине с партнером и у вас есть свободное время. Хорошобы при этом сидеть друг напротив друга или рядышком и держаться заруки. Пользуясь способами выражения любви, вы с партнером поочередноберете инициативу в свои руки, каждый из вас говорит какую-тоключевую фразу и дополняет ее конкретным содержанием. Чемсвоеобразней вы в своем высказывании, тем сильнее ощущения от этихупражнений. Когда вы закончили со своей фразой, партнер долженотреагировать, поблагодарив вас, а потом наступает его очередь.
Вот несколько примероввыражения любви. Возможно, ваш диалог будет длительнее, чем в этихпримерах. Вы можете провести за каким-то упражнением столько времени,сколько хотите. Я предлагаю установить минимум — десять минут,а вообще, чем дольше, тем лучше.
Выражение восхищения
«Мне в тебе нравится то, что ты…»
«Мне в тебенравится, как ты всегда внимателен ко мне, когда я прихожу с работы,ты окружаешь меня заботой и даешь расслабиться. Спасибо тебе».
«Мне нравитсятвое потрясающее чувство юмора — ты всегда рассмешишь меня,когда я серьезничаю, а мне этого и нужно! Спасибо тебе».
«Мне в тебенравится упорство, с которым ты работаешь над нашимивзаимоотношениями, то, как ты тянешься ко мне, когда я пытаюсь в себезамкнуться. Ты никогда не отступаешься от меня, и поэтому мне легчераскрыться. Спасибо тебе».
«Я люблю тебя, потому что…»
«Я люблю тебя,потому что ты всегда прислушиваешься к моим чувствам, даже когда язнаю, что это тебя тяготит, ты даешь мне почувствовать, что мои словаважны. Спасибо тебе».
«Я люблю тебя,потому что, когда я вижу тебя играющей с детьми, мне кажется, что втебе, просыпается маленькая девочка — самая сладкая, самаялюбимая девочка в мире».
Выражение благодарности
«Я благодарна тебе за…»
«Я благодарнатебе за то, что ты принял мою дочь как свою собственную, когда мырешили пожениться, и стал ей таким отцом, какого у нее никогда небыло. Спасибо тебе».
«Я благодарентебе за то, что ты не поставила крест на наших отношениях, когда ятак боялся на что-то решиться, и помогла мне заново научиться веритьв любовь. Ты спасла мою жизнь. Спасибо тебе».
«Я благодарнатебе за терпение, проявленное тобой, когда я изливала гнев на своегобывшего мужа, за то, что ты любил меня даже тогда, когда и тебедоставалось под горячую руку. Спасибо тебе».
Выражение прощения
«Прости…»
«Прости, что доменя иногда так трудно дозвониться, что я уезжаю так далеко от тебя.Я не хотел обрекать твою любовь ко мне на такие испытания. Я толькотеперь это понял. Пожалуйста, прости меня».
«Прости, что напрошлой неделе я раскритиковала твой план ремонта и заставила тебяпочувствовать, что ты все делаешь не так. Прости, что я поступила такбездумно и не поняла, что ты стараешься ради нас. Пожалуйста, простименя».
«Прости, что я невсегда даю тебе понять, как ты мне нужна, и так много работаю, что тычувствуешь себя заброшенной. Прости, что я не говорю тебе каждыйдень, что ты — самое важное в моей жизни. Пожалуйста, простименя».
* * *
Я видела, как подобныеспособы выражения любви совершают чудеса в тысячах взаимоотношений,включая и мои собственные. Они срабатывают, потому что растворяютдвери в ваше сердце и позволяют любви, ожидающей там, излиться наружуи в то же самое время приглашают влиться в него любви вашегопартнера. Надеюсь, что они приведут вас к множеству подлинных идрагоценных моментов, пережитых вместе.
Решиться любить сейчас
К несчастью, этосвойственно человеческой натуре: что имеем — не храним, потеряв— плачем о том, что уже никогда не будет нашим, и браним себяза потраченное даром время.
Если в вашей жизни есть кто-то, любите егосейчас.
Не откладывайте даже наодин день. Решитесь и любите сейчас. Вы вовсе не располагаетенеограниченным временем, как пытаетесь себя убедить. Господь лишьодолжил вам любимого человека и может взять обратно его в любоймомент. Я говорю это не для того, чтобы вас напугать. Поверьте, мнетоже не по душе такой порядок вещей. Но так уж все устроено, и вотпочему так важно пользоваться каждым днем, отпущенным вам на любовь.
Хочу поделиться с вамидвумя историями. На первый взгляд обе они — о смерти, но ихистинная подоплека — любовь.
В память о Бобби
Лет восемь назад япроводила в Лос-Анджелесе один из своих ежемесячных семинаров на тему«Работай над любовью». Один из участников семинара былпреуспевающий мужчина лет пятидесяти. Он сколотил за свою жизньсолидное состояние, работая по восемнадцать часов в сутки. Однако всеэто время он уделял недостаточно внимания своей жене и троимсыновьям, и вот теперь, после двадцати пяти лет супружеской жизни,она попросила развода. Этот человек был совершенно раздавлен —он всегда считал себя хорошим мужем и отцом и никак не мог понять,что сделал не так. Даже психоаналитик, пославший его на мои курсы, несмог с ним разобраться.
За два дня занятий этотчеловек сделал то, чего еще не делал никогда в жизни, —заглянул внутрь себя. Там, глубоко в сердце, он отыскал чувства, осуществовании которых прежде не подозревал: любовь к жене и сыновьям,которую он никогда не выражал; злость на отца, который сызмальстваориентировал его на успех; невероятную горечь из-за того, что открылвсе это, когда уже поздно что-то поправить во взаимоотношениях. Впервый раз за свою взрослую жизнь он расплакался. В субботний вечерон поведал мне, что хотя и потерпел неудачу в браке, но решилустановить новые, пронизанные заботой отношения со своими сыновьями.«Мне не терпится сказать им, как я их люблю», —торжествующе заявил он, и все мы обрадовались такому огромномусдвигу.
На следующее утро, едваначались занятия, одна из моих сотрудниц заглянула в класснуюкомнату. «Там, в коридоре, стоит женщина и ее двое сыновей, —прошептала она. — Они ищут отца, который здесь занимается.Кажется, их брат погиб сегодня в автокатастрофе, его сбили где-то вЕвропе, когда он ехал на велосипеде».
У меня перехватилодыхание. Я тут же поняла, кого они ищут. Мы проводили его изаудитории и с тяжелым сердцем слышали его рыдания и мучительныестоны, после того как жена рассказала ему трагическую новость.Внезапно открылась дверь, он подошел к кафедре и попросил разрешениянапоследок обратиться к аудитории.
Пока я жива, я незабуду этот момент. Он стоял перед нами, слезы текли по его лицу. «Яхочу сказать две вещи, — начал он. — Первое —я благодарен господу за этот уик-энд, потому что научился чувствам иесли бы я не прошел через этот семинар, то не смог бы заплакать дажепо сыну. Я остался бы таким же бесчувственным, каким был всю своюжизнь.
И второе — вы всезнаете, что я беспокоился о будущем, что мне хотелось сказать моиммальчикам, как сильно я их люблю, как я горжусь ими. Но теперь я уженикогда не смогу сказать об этом Бобби, потому что его больше нет. Япотерял свой шанс. И если я могу дать вам что-то, пусть это будетсовет. Не дожидайтесь, как я, пока станет слишком поздно. Если ввашей жизни есть люди, которых вы любите, скажите им об этом,покажите свою любовь, сделайте это сегодня. Потому что вы не знаете,будут ли они среди нас завтра».
И мы, все, кто был ваудитории, заплакали вместе с нашим другом. Истина, высказанная им,проникла в наши сердца. Наши мысли обратились на собственных мужей, ижен, и братьев, и отцов, и детей, которых мы воспринимали какдолжное, уверенные, что они обязательно будут живы к тому моменту,когда мы придем сказать им, как сильно их любим.
И когда этот человекповернулся, чтобы уйти, я пообещала ему, что смерть Бобби будет ненапрасна: я до конца дней при каждой возможности буду делиться этойисторией с другими, сделав ее напоминанием для своих слушателей отом, что нужно любить сейчас. В память о Бобби…
В память об Эллен
Эллен Барон была женоймоего раввина и моей подругой. Она умерла, три года назад, последолгой, мучительной борьбы с раком. Эллен была моего возраста Вмомент смерти ей было сорок, а ее сыну Джонатану — пять.
Когда я в первый разувиделась с Эллен, трудно было поверить, что у нее рак, настолько онабыла красива физически. Она излучала вокруг себя сияние, которое былоневозможно не уловить. Она вся дышала любовью и жизнью, и мы несомневались — если кто-то и способен превозмочь болезнь, такэто Эллен.
Сильный дух Эллен, еемужество действительно одолели болезнь, ставшую для нее средствомвознестись на еще более высокий уровень осознанности и претерпетьгромаднейшие личностные преобразования. Но тело Эллен не смоглопобороть физический натиск болезни, и после нескольких летмучительного лечения она знала, что настало время уйти, и скончалась.
Никакая смерть нерадует, но болезнь и смерть Эллен казались особенно непостижимыми.Она с Дэвидом, ее мужем, были редкостной, поистине влюбленной парой,и тысячи людей были тронуты тем, как она из года в год поддерживаетДэвида в работе раввина, а также ее добротой и мягкостью нрава. Еесмерть потрясла тех, кто ее любил.
На похоронах Элленяблоку негде было упасть.
Один за другиммногочисленные друзья Эллен, ее врачи, ее сын делились своими самымидорогими воспоминаниями, своей болью, чувством потери и в первуюочередь своей любовью со всеми нами и с душой Эллен, которая, как мычувствовали, парила где-то совсем рядом. В течение нескольких часовмы, смеясь и плача, чествовали женщину по имени Эллен Барон,осознавая ее уход в мир иной.
Я помню, что в какой-томомент, оглядев часовню, увидела, как все, даже совершеннопосторонние люди, взялись за руки. Любовь, царившая в атмосфере,захлестнула всех. Внезапно меня обдало волной неописуемой грусти.«Почему мы ждем, пока любимый человек у мрет, чтобы чествоватьего? — спросила я себя. — Почему мы не делимсяс такой же страстью всеми этими историями, воспоминаниями и чувствамитогда, когда человек жив?»
Эллен должна была быстоять возле нас, среди корзин с цветами, когда мы отдавали должноетой великолепной жене, матери и женщине, какой она была. Ее всегдаочень любили, но я не могла отделаться от мысли, что, только умерев,она по-настоящему оказалась в центре внимания.
Знают ли люди,окружающие вас в жизни, как сильно вы их любите и как сильно вы в нихнуждаетесь? Не откладывайте их чествование до того момента, пока онипокинут эту землю. Не приберегайте слова любви для похорон. Неоткладывайте любовь к ним на потом. Любите сейчас.
Устройте «вечерлюбви» для человека, которого вы любите. Пригласите друзейэтого человека, его семью, соседей, и пусть каждый из них, поочереди, поделится своим восхищением и благодарностью.
Нам нужно увековечивать жизнь, а не смерть исоздавать подлинные моменты сегодня, а не завтра.
* * *
Лишь человеческие существаустановили различие между человеческим и духовным. Эти понятиянеразделимы. Они переплетены между собой. Если вы не откроете сердцечеловеческим существам, вы обнаружите, что вам трудно открыть сердцебогу. Если вы не любите человеческие существа, включая себя самого,вы обнаружите, что вам трудно любить господа. Ваш духовный путь беретначало в вашей человечности, в простом каждодневном желании бытьчестным, добрым, любящим — настолько, насколько вы можете.
Рон Схоластико
В конечном счете любовь— это духовная практика. Когда вы любите человека, илиживотное, или дерево, вы любите частицу господа. Каждый подлинныймомент в любви дает вам возможность придать священному некую форму итаким образом участвовать в создании еще одного крошечного элементаНебесного на земле.
Оглянитесь вокруг — вы увидите, ктонуждается в вашей любви. Предложите им эту любовь. В этот момент выстанете для них благостным даром. И господь улыбнется.
8. Женщины и подлинные моменты
О Великая Мать, матерь нас всех,древнейшая из древних, приди ко мне по лабиринту времени, помоги мневспомнить мудрость моих предков, вечную животворную силу женщины.
Халли Иглегард Аустен
Я пишу эту главу какженщина вам, другим женщинам, для того, чтобы мы отыскивали подлинныемоменты, нужные нам для поддержания себя. Я пишу это также и длямужчин, которые любят женщин и стремятся нас понять.
Видите ли, женщиныносят знание о подлинных моментах в самой глубине своего естества.Подлинные моменты для нас — естественная среда обитания. Мычувствуем себя с ними как дома, будто птица, которая уловилавоздушный поток и дает увлечь себя ветру. Для полета требуетсяотдаться во власть стихии, и вот почему женщинам так хорошо удаетсяпарить в долинах и каньонах их внутреннего мира — мы умеемотдаваться. Наши тела созданы для этого. Мы отдаемся, когдазанимаемся любовью и получаем взамен нашего возлюбленного. Мы каждыймесяц отдаемся во власть лунных циклов, освобождаясь от ненужной намкрови. Мы отдаемся во время деторождения, позволяя сыну или дочерипоявиться на этот свет. А когда мы даем себе волю, мы легко отдаемсяво власть подлинных моментов.
Женщины — алхимики. Мы переплавляемобыкновенное в чудесное.
Мы можем превратитьпрогулку по улице в необыкновенное приключение. Мы можем, поселившисьв пустой комнате, принести туда несколько растений, повеситьзанавески и сделать из нее место, которое воспринимается как дом. Мызнаем, как обратить спокойный разговор с любимым человеком ввозможность для подлинного контакта. Мы можем выбрать цветы,упаковать подарки, превратить объятие в священнодействие, момент,пронизанный чувством. Вот в чем наше могущество, вот что пугает в насбольшинство мужчин — мы во всей видим волшебство и любовь.
От начала времен и донаших дней женщинам более доступны подлинные моменты, чем мужчинам,хотя бы из-за того, как распределены наши роли в этом мире. Обществоне выпускало нас на улицу, и мы обратились внутрь себя. Мы сиделидома с детьми. Нам выпадало больше тишины, больше одиночества, большемоментов контакта. Мы пекли хлеб и работали в саду, мы читали, мывязали, мы молились.
За минувшее столетие мыобрели право жить на равных с мужчинами, но в процессе этого утратилисвой духовный стержень. Мы переняли у мужчин болезни, вызванныестрессом, физические и эмоциональные перегрузки, нам, так же как имужчинам, не хватает душевного спокойствия. Наша свобода губит нас.Мы теряем наши подлинные моменты. И мы отчаянно нуждаемся в том,чтобы вернуть их.
* * *
Женщины в этом мире —кормилицы, те, кто отдает, мы генетически и психологическизапрограммированы на то, чтобы заботиться о ком-то. Мы можем уловитьпотребности другого человека прежде, чем он сам. Мы знаем, когдазаплачет наш ребенок. Мы знаем, когда необходимо выплакаться нашемумужу. Если кто-то чихает, мы предлагаем платок. Если кто-то злится,мы адресуем ему свою улыбку. Мы готовы сделать что угодно, лишь бывсе были счастливы. Мы ублажаем. Нам нравится любить.
Проблема в том, что,ставя на первое место задачу ублажать других, мы часто делаем это засвой счет. Занимаясь самопожертвованием, мы отнимаем у себя время ивозможности переживать подлинные моменты, которых мы ищем и которымидолжны наслаждаться. Мы изолируем себя от сердцевины собственногоестества.
Знаете самое худшееругательство, какое только можно придумать для женщины? ЭГОИСТКА…Большинство из нас предпочтет, чтобы нас обозвали как угодно, нотолько не этим словом. Назовите меня неумехой, трусихой, сексуальноозабоченной, но только не называйте эгоисткой. Эгоизм означает, что яне забочусь о вас. Эгоизм означает, что я — бессердечна. Эгоизмозначает, что я не женщина.
Нас с раннего детстваучат, что быть любящей — это значит принимать в расчет чувствакаждого. Никакой отец не скажет своей дочери, как он говорит своемусыну: «Пойди и поставь их там всех на уши, дорогой. Пустьзнают, кто ты». Вместо этого нам внушают, что нужно быть совсеми любезными, делиться, понимать, извиняться, не помнить зла, —это хорошее поведение. Мужчинам не мешало бы больше в этомпрактиковаться. Но мы, женщины, наоборот, слишком в этом усердствуем.Мы отдаем, когда нужно настойчиво брать. Мы прощаем, когда следуетпредъявить ультиматум. Мы извиняемся, когда нужно потребоватьизвинения.
Женщинам нужны подлинные моменты одиночества исамоанализа, чтобы выверить, какую часть себя нужно отдавать другим.
Для женщины найти времядля подлинных моментов — вопрос психологического и духовноговыживания. Если мы этого не сделаем, нас проглотит со всеми потрохамилюбой, кто в нас нуждается. Нам необходимо выкроить день, час илихотя бы пять минут, когда мы отдаем себя только самим себе, и никомубольше. Нам необходимо регулярно пополнять запасы щедрости в своейдуше так, чтобы мы могли отдавать без внутреннего протеста и несгорая эмоционально. Нам необходима тишина. Нам необходим простор.Нам необходимо бывает прислушаться к призывам собственного сердца, иничьим больше.
Но давайте посмотримправде в глаза: нам не слишком-то удается быть эгоистичными. Намстановится неловко, когда мы делаем что-то для себя. Это вызывает унас чувство вины. Нам кажется, что мы бросили в тяжелом положениимужа, детей, собаку, подругу. У нас возникает потребность извиняться,когда мы заботимся о себе: хотим ли мы провести день в одиночестве,или запереть дверь и почитать пару часов, или сходить на занятия,предоставив семье довольствоваться пищей, оставленной в холодильнике.«Знаешь, я сейчас уйду часа на четыре, а когда вернусь, будуиграть с тобой весь вечер, хорошо?», «Дорогой, я знаю,что, уходя к подруге, сваливаю на тебя массу дел, но я тебе всеподробно расскажу». Разного рода взятки, униженное поведение —мы готовы на все, только не злитесь, что мы вас оставляем.
Мужчины же запростомогут быть эгоистичными, и я говорю об этом с восхищением, по крайнеймере в данном контексте. Если они после обеда хотят, не обращаявнимания на семью, почитать газету, они так и поступают. Они неизвиняются, они не бросают на вас взглядов украдкой, стараясь понять,устраивает ли вас такое решение. Они просто забывают о вас и всехостальных. Так почему же нам, женщинам, приходится оправдываться,когда мы восстанавливаем себя? Почему мы должны, уединившись дляподлинных моментов, по возвращении отдавать себя вдвойне?

Чтобы возникли подлинные моменты и вы сноваобрели твердость духа, вам нужно перестать беспокоиться о том, чтоподумают другие люди.
Если вы до сих порследовали чьим-то указаниям и жили бескорыстно, некоторым из вашихблизких, тем, которые зависели от вас — это касаетсяэмоциональной подпитки, моральной поддержки, ухода за автомобилем,регулярного питания, стирки, советов и всего прочего, чем вызанимались, — возможно, не слишком понравится, что выстали выкраивать время и для себя. Они могут открыто выразить своенеудовольствие, а могут молча хмуриться. Не обращайте на нихвнимания. Они привыкнут к тому, что у вас появилось личное время,даже одобрят это, когда увидят огонек, вспыхнувший в ваших глазах, ипочувствуют необычное спокойствие в вашем сердце.
Еще не начав писать этукнигу, я поняла, что у меня самой недостаточно подлинных моментов. Занесколько месяцев я круто изменила свою жизнь. Я перестала вестимногие регулярные семинары, на которые люди так надеялись. Яперестала ходить на общественные мероприятия, которые меня неинтересовали. А теперь, в разгаре писательского процесса, Я даже неберу телефонной трубки — мой секретарь уведомляет всех, что яуединилась до тех нор, пока не будет готова книга. Наверняка эторасстраивает некоторых моих друзей и знакомых. Им просто не верится,что я не с ними, когда они этого хотят, — так было всю моюжизнь. Конечно, никто не пришел и не сказал: «Да как ты смеешьтратить время на себя, эгоистка», но мне кажется, что кое-ктоименно так и думает.
Ну и как я себячувствую? Просто великолепно. Я снова вернулась в состояниеравновесия. Отдавая все больше и больше, я отчаянно нуждалась в том,чтобы пополнить свой собственный внутренний живительный источник.
* * *
Так вот, значит, что случается сженщиной? Она постоянно хочет выплеснуть себя наружу. Все ееинстинкты как женщины, вечной кормилицы детей, мужа, общества,требуют., чтобы она отдавала. Ее время, ее энергия, ее созидательныйпотенциал — все это при малейшей возможности выкачивается допоследней капли.
Энн Морроу Линдберг
Мужчины — этовещи в себе. Они знают, где проходят их границы, где заканчиваютсяони сами и начинается остальной мир. Но границы, отделяющие женщинуот окружающего мира, не сплошные, и они проницаемы. Наши размытыеконтуры очерчены пунктиром, и в местах разрывов наш дух вытекаетнаружу. Мы в процессе постоянного взаимодействия, с тем, чтонаходится вовне.
Женщины — детиЛуны. Наши организмы претерпевают изменения в соответствии с луннымициклами: Луна воздействует на нас, как на океан, вызывая в нашихдушах и телах невидимые приливы, которые чувствуем только мы сами.Таким образом, наше тело никогда полностью нам не принадлежит. Вкаждом месяце оно принадлежит Луне. Когда я беременна, онопринадлежит ребенку: три четверти года внутри меня в самом буквальномсмысле живет кто-то другой. Но и когда я родила, на этом дело незаканчивается, моя грудь принадлежит моему сыну или дочери: у меняпоявляется молоко, чтобы накормить их.
В половыхвзаимоотношениях мы тоже проницаемы: мы так устроены, что длясексуального слияния я должна открыться и принять своеговозлюбленного. Он входит в меня и частью себя прикасается к тому,потаенному, месту, к которому даже я сама не могу прикоснуться. То,что раньше было частью меня, теперь заключает в себе другогочеловека.
Но не только наши теламогут отдавать и принимать в себя с такой естественностью, то жесамое происходит и с нашей психикой. Когда мы идем по улице, илизаходим в комнату, или разговариваем по телефону, мы испытываемчувства, которые не являются нашими собственными: нам передаетсячужой гнев, обида, тоска, о которых мы и знать-то не хотим. Где-тозаплакал ребенок — и какая-то часть вас физически устремляетсяк нему, чтобы взять его на руки. За тысячи миль от вас сложиласькризисная ситуация, случилась трагедия — и вот у вас уже весьдень насмарку, потому что какая-то часть вас уже там, она утешает,оказывает помощь. Это решения, которые мы принимаем непроизвольно.Это инстинкты, которые заложены в самом женском существе. Неведомыесилы увлекают нас, и мы реагируем не раздумывая.
Именно проницаемаяприрода придает женщинам такую поразительную гибкость, способностьтак быстро залечить раны после поражения, собраться с духом и начатьвсе сызнова. Но мы живем в постоянной опасности стать слишкомвосприимчивыми, слишком реагирующими на внешние воздействия и, такимобразом, потерять силу духа и потерять самих себя.
Женщинам необходимо время, когда они закрываютсвои границы для всего, кроме самой себя.
Нам необходимы моменты,когда мы запираем все постоянно открытые двери своего существа иукрываемся за ними. Нам необходимо время, когда мы физически,эмоционально и психически недоступны ни для кого и ни для чего, кромесобственных потребностей, мечтаний и порывов. Нам нужны подлинныемоменты наедине с собой.
Закройте лавочку научет. И не беспокойтесь о клиентах. Они будут тут как тут, когда выснова начнете торговать.
Соберите осколки вашей души
Я знаю, что большинствоженщин проводят жизнь отдавая себя по частицам. Мы отдаем часть себявозлюбленному, часть — детям, часть — друзьям, родителям,родственникам своей «половины», начальникам,работодателям, разным комитетам, вообще всем, кто попросит, и дажетем, кто не просит. Мы беспечно разбрасываем пригоршнями частицысвоей души, а потом удивляемся, что в какой-то момент чувствуем себятакими опустошенными, эмоционально исчерпанными, и никак не возьмем втолк, отчего это случилось.
Для того чтобы обрести целостность, женщине нестолько требуется открыть себя, сколько вернуть обратно частицы себясамой, розданные другим.
Если вы думаете, чтодругие люди забрали у вас силы, вы никогда их не вернете, потому чтовы никогда не отдавали их. Если вы понимаете, что отдавали свои силы,сами вы можете начать процесс их возвращения.
Мое подлинноепробуждение как женщины началось, когда начался процесс возвращенияутраченных частиц Себя. Это были осколки моей души, кусочки МеняСамой, составляющие моей целостности, мое самоуважение, моя правда,мое доверие, которые я отдала моему отцу, моим бывшим мужьям, моимвозлюбленным, моим работодателям, моим гуру, моим деловым партнерам.Некоторые кусочки я раздала еще ребенком в надежде, что меня будутлюбить, в надежде удержать папу, а когда он все-таки ушел, в надеждевернуть его через какое-то время. Некоторые кусочки я отдавала, когдавлюблялась, в надежде избежать конфликтов, в надежде придать всемупривлекательный вид, дать мужчине почувствовать, насколько идеально яему подхожу, чтобы он не предпочел другую. Некоторые кусочки яотдала, не замолвив за себя слово, когда следовало это сделать,притворяясь, что получаю достаточно, когда мне хотелось большего,плача, когда нужно было дарить, улыбаться, вместо того чтобы уйти.
Все это духовныевзятки. Мы выторговываем что-то за частицы своей души, предаем самихсебя… Но ради чего? Для того чтобы у нас был кто-то? Для тогочтобы носить кольцо, доказательство того, что мы любимы? Чтобы неостаться в одиночестве в субботний вечер?
Чтобы владеть отличнымдомом, отличными вещами, даже если мы при этом несчастны? Чтобы удетей был отец, даже если он законченный алкоголик?
Каждая женщина имеетсвою цену. Каждую искушают по-разному, склоняя к предательству себясамой. Для меня искушением всегда было чувство принадлежности клюдям. Я платила любую духовную цену любовникам, друзьям, учителям —любому, кто своими поступками демонстрировал, что он находится здесьради меня, кто оставался со мной. Для многих женщин искушениемявляется надежность положения. Я знаю по меньшей мере с десятокподруг, которые остаются со своими мужьями, потому что чувствуют себя«комфортно» и не хотят отказываться от такого образажизни. Они готовы вести пресную, полную притворства жизнь ради того,чтобы разъезжать в своем шикарном лимузине и сохранить свой особняк сприслугой.
Мне горько за каждуюженщину, которая продает свою душу и отказывается от своего имени,чтобы почувствовать себя кем-то. Мне горько за каждую женщину,которая готова поменять свои ценности, взгляды и даже размер грудиради того, чтобы мужчина принял ее. Мне горько за всех тех из нас,кто разбрасывается своей душой.
Наступит в вашей жизнивремя, когда вы не сможете двигаться дальше, не собрав себя заново.Наступит время, когда вы поймете, что нельзя достичь душевногоспокойствия, если вы не вернете обратно эти сиротливые частицы себясамой. Вы внезапно пробудитесь и поймете, что пора идти собиратьосколки своей души.
Как мы делаем это? Длякаждого это происходит по-разному. Некоторым из нас, у кого почти неосталось душевных сил, чтобы снова стать самими собой, нужно уйти отчеловека, с которым они живут. Некоторым необходимо начать говоритьправду тем людям, от которых они ее скрывали. Некоторым — статьменее многословными и больше вслушиваться в свое собственноемолчание. Некоторым нужно уйти с работы. Некоторым нужно установитьновые правила для тех, с кем они имеют дело. Некоторым нужно отменитьвсе правила. Некоторым нужно запереть дверь, отключить телефон ипобыть какое-то время отшельницей. Некоторым, наоборот, нужно выйтииз дому и перестать прятаться.
Медленно, по кусочку,мы вновь собираем себя воедино. Каждый раз, когда я возвращалачастицу себя в свое сердце, я чувствовала, как моя душа радуется,словно мать, обретя давным-давно потерявшегося ребенка. И послевозвращения каждой частицы я шла по жизни более мужественной и сменьшей боязнью.
Я слышала много разсамые разнообразные варианты притчи о прутиках. Если вы возьмете одинпрутик и попробуете его переломить, вы легко сделаете это. Но если высложите вместе много прутиков и попробуете их сломать, у вас ничегоне получится — слишком прочным получится пучок. Женщина безсвоих недостающих кусочков — это все равно что один прутик. Еелегко сломать. Но женщина, у которой все кусочки души скрепленывоедино, обладает силой целого, и ее не сломить.
Освободите свой дух
Путь, который женщинапроделывает назад к целостности, непростой. По крайней мере, так былоу меня. Иногда мы не знаем, с чего начать, как нам сделать первый шагнавстречу подлинным моментам, потому что мы так давно не ощущалиподлинной эмоциональной свободы. Вы видели когда-нибудьдокументальные фильмы про животных, которых с рождения держали вклетках? Когда клетку наконец открывают, животное почти всегдаотказывается из нее выходить. Вы думали, что оно бросится из клетки соблегчением — наконец-то свобода! — но на самом делевсе происходит по-иному. Животное считает, что дверь клеткипо-прежнему на месте — ведь она все время там была. И вот оносидит, ничего не предпринимая, в своей маленькой тюрьме, боясьпереступить границы того, что стало для него безопасным прибежищем.
Порой привычка терять себя сильнее, чем привычкабыть самими собой, и тогда мы не знаем, как убежать на волю.
Вот одна доподлиннаяистория о том, как я научилась выпускать на свободу свой дух.
Несколько лет назадменя стало охватывать сильное беспокойство. Это состояние не было мнев диковинку, с шестнадцати лет оно проникало в мою жизнь и затемстихало, подобно ветру, и каждый раз, разметав все, что я тактщательно приводила в порядок, оно приносило с собой какую-нибудьбеду. Или, точнее сказать, я сама накликала на себя беду, потому что,почувствовав, как внутри меня повеяло ветром беспокойства, я впадалав своего рода духовную горячку и как безумная искала что-нибудь,способное утолить мою жажду перемен. Если это ощущение было не оченьострым, я удовлетворялась тем, что наводила чистоту во всем доме, илименяла машину на более новую модель, или задумывала экзотическоепутешествие. Но несколько раз беспокойство овладевало мной настолькобезраздельно, что мне хотелось все разрушить и совершить нечтопоистине драматическое: завести любовную интрижку, развестись илисменить карьеру. Ветер беспокойства ни разу не сдул меня с моегокурса, и в конечном счете все заканчивалось должным образом, потомучто, как бы там ни было, я никогда не производила перемен, длякоторых еще не пришло время. Но этот процесс, с его спонтанностью,зачастую изматывал меня, причинял боль другим людям и пугал менясвоим размахом.
Когда у меня началисьвстречи с Джеффри, я чувствовала себя как человек, который страдаеттайной болезнью. Что я ему могла сказать? «Знаешь, со мнойиногда такое случается… я немножко свихиваюсь, дает о себезнать оборотная сторона моей натуры, но, если ты застанешь меня втаком состоянии, помни, что ты тут ни при чем». Я так бояласьпотерять над собой контроль, разрушить наши отношения и лишитьсясамого прекрасного, что у меня было. Конечно, я вовсе не намереваласьэтого делать, но, с другой стороны, у меня и прежде никогда не былотаких намерений. «На этот раз, — поклялась я самойсебе, — когда это случится, я буду наготове». И вотя стала ждать, когда задует ветер.
И он подул —вызвавший ежедневный выброс адреналина, приятный легкий бриз, которыйсменился хорошо знакомыми порывами: освободиться! Но от чего? На этотраз я была счастлива. На этот раз я знала, что мне нужно остатьсятам, где я нахожусь. На этот раз мне не нужен был ветер, вызволившийбы меня из взаимоотношений или ситуаций, в которых я увязла.
И вот день за днем яборолась с силами внутри меня, нашептывающими: «Беги…Беги…» «Кто обращается ко мне? —недоумевала я. — От чего они призывают меня бежать? И кудая должна бежать?» Я молила о том, чтобы получить ответы на этивопросы, чтобы мне приоткрыли правду, придали мудрость, котораяпозволила бы выиграть эту битву.
Моя учительница Кристэл
Духовные учителяявляются в разном обличье. Они даже не обязательно знают, что ониучителя. Они возникают в вашей жизни, когда вам нужно о чем-тонапомнить и указать путь.
Моим учителем в тобеспокойное время стала собака по кличке Кристэл. Кристэл,великолепная сибирская лайка, жила по другую сторону улицы от меня. Явсю жизнь до смерти боялась собак, любых, особенно больших, до техпор пока не завела собственного пса Бижу. Он помог мне подружиться сокрестным собачьим обществом и ввел меня в волшебный мир животных.Так вот, когда мои соседи принесли домой Кристэл еще крошечнымщенком, я поняла, что мне предоставляется случай познакомиться скрупной собакой в ту пору, пока она еще маленькая, и полностью изжитьсвой страх.
Когда Кристэл немногоподросла, мы с Бижу стали заходить к ней во двор поиграть. Ясделалась ее первой подругой за пределами ее двора, а Бижу, каквыяснилось, — первым и единственным другом среди собак.Кристэл все еще была маленькой, и Бижу мог резвиться с ней, не боясьбыть растоптанным, но она росла не по дням, а по часам, и я знала:недалеко то время, когда она будет весить фунтов сто.
Однажды летом, когдаКристэл было всего четыре месяца, мой сосед сказал нам, что они уедутна несколько дней и собака останется одна, если не считать другасемьи, который будет приходить и кормить ее. Помню, меня это оченьвзволновало. «Ведь она еще щенок, — думала я просебя. — Правда, она уже достаточно выросла». И яубеждала себя, что все обойдется. Позднее, той ночью, меня разбудилкакой-то странный звук. Вначале я никак не могла понять, что этотакое, знала только, что этот звук пронзает мне сердце. Потом ядогадалась, что это Кристэл. Она выла, как волчица, она плакала отодиночества.
Я тихонько выбралась изпостели и в темноте приблизилась к пустому соседскому дому, прошлачерез задние ворота. Там была Кристэл — она сидела на крыльце,дрожа всем телом, и ее густая шерсть отливала в лунном светесеребром. Я подбежала и обняла ее. «Бедная Кристэл, —зашептала я. — Все тебя оставили, а ты не понимаешь, чтоони вернутся. Бедный ребенок». Обхватив ее мускулистое тело, япокачивалась вместе с ней из стороны в сторону, а она тыкалась в меняносом. Уходя, я пообещала вернуться на следующий день проведать ее.
К моему удивлению, наследующее утро разразился мощный ливень. В Южной Калифорнии в июлередко идут дожди, но в тот день это случилось. Я поняла, что Кристэлнегде укрыться. Естественно, ее хозяева не могли предвидеть дождя ине сделали над крыльцом никакого навеса. Я наскоро собрала сухиеодеяла, пластиковые пакеты для мусора и помчалась к дому Кристэл. Онастояла там, ожидая меня, вся вымокшая и дрожащая. И я снова обнялаее, положила ей сухую подстилку и сказала, что все будет хорошо.
Через несколько днейвернулись хозяева и поблагодарили меня за то, что я сделала, нотеперь у нас с Кристэл все пошло по-другому. Между нами установилсяконтакт, нас связали крепкие узы, природу которых я не вполнепонимала. Дело было не только в заботе, которую я проявила о ней. Нассоединила какая-то мощная сила. Теперь мне было очень тяжело смотретьна Кристэл, запертую за воротами. Она могла побегать в своемпросторном дворе, но ее никогда не выводили на прогулки, и она небыла знакома с миром, простирающимся за воротами. Каждый раз, когдамы с Бижу проходили мимо ее дома, Кристэл просовывала голову сквозьзабор и поскуливала. У меня слезы наворачивались на глаза, я едвасдерживала себя, чтобы не схватить ее в охапку и не убежать к холмам.«Сама не пойму, почему эта собака так меня растрогала, —рассказывала я Джеффри. — Я ведь знаю: домашние ее любят иона любит их. Я просто не могу избавиться от желания вывести ее заограду». Кристэл никак не шла у меня из головы, и я не зналапочему.
Бегство Кристэл
Однажды, когда яработала на компьютере, мне показалось, что кто-то постучал впарадную дверь. Я спустилась вниз и, открыв дверь, к своемунесказанному изумлению, обнаружила там Кристэл, которая деликатносидела на моем крыльце и виляла хвостом как сумасшедшая. «Какты выбралась?» — недоуменно спросила я, обнимая ее. Япровела ее обратно через улицу, и хозяйка поразилась не меньше моего,узнав, что собака сбежала. «Наверное, кто-то оставил воротаоткрытыми», — предположила она, заводя Кристэлвнутрь. Когда я повернулась и пошла домой, мне почему-топредставилось, что Кристэл улыбается мне вслед.
А потом Кристэлпринялась рыть подкоп возле ворот. Я знала, что она делает. Онапыталась выбраться наружу и побегать на воле. Ей это удалось. Каждыенесколько дней я обнаруживала ее у своего порога, ее прекрасныетемные глаза глядели с шальной радостью, лапы были облеплены грязью,огромное тело вздрагивало от волнения. Мои соседи снова и сновазакапывали яму, а Кристэл опять вырывала ее и совершала ритуальныйпобег. А я безмолвно ей попустительствовала.
Однажды вечером передсном я начала читать «Женщину, которая бежит с волками».В ней Кларисса Пинкола Эстес великолепно пишет о Ла Лоба, «той,которая знает», Дикой женщине, заключенной в каждой из нас,которую необходимо воскресить и выпустить на волю. В ту ночь мнеприснилась Кристэл. Я видела, как она украдкой роет подкоп, чтобысбежать из обнесенного забором двора. Я слышала, как она взывает комне первобытным рычанием. И на следующее утро, проснувшись, я всепоняла:
Кристэл стала моимзеркалом, воплощением моей собственной Дикой женщины, страстной,таинственной, инстинктивной частью меня самой, которую я всю жизньудерживала за запертыми дверьми. Она взывала ко мне из своей уютной,но обрекающей на заточение тюрьмы, это был зов того, кто стремитсяпередвигаться свободно, без ограничений, бежать без оглядки, петьголосом, рвущимся из души. Ее зов всколыхнул меня, и, сама не знаюпочему, мой собственный встревоженный дух отозвался. Мы былисестрами, мы принадлежали к одной стае. И она поняла это раньше меня,потому что в ней жила мудрость волка, она посмотрела в мои глаза иразглядела, как моя собственная душа, истосковавшаяся по воле,мечется, роет землю под воротами, которые я сама же и воздвигла.
Каждый раз, когдаКристэл появлялась у моей двери, я радовалась ее побегу, потому чтоэто было как раз то, в чем я нуждалась, — подкопаться подмои собственные эмоциональные барьеры, те «можно» и«нельзя», согласно которым я жила, правила,регламентирующие, какие стороны своей натуры я могу показывать мужу,друзьям, публике, а какие должна скрывать, Теперь я поняла своютревогу. Теперь я поняла тот голос, который порой раздавался в моейголове, нашептывая: «Беги… Беги…» Это быламоя Дикая женщина, возникающая из-под земли, где я пыталась еепохоронить, предостерегающая, что я задохнусь, если не сломаюсобственных преград. Неудивительно, что примерно каждые пять лет вменя вселялся бес, и я совершала нечто ужасное, не укладывающееся нив какие рамки. Я была словно цепная собака, которая, сорвавшись спривязи, набрасывается на каждый мусорный бак в окрестностях,выплескивая накопившуюся энергию.
Кристэл подсказала мнеответ.
Я хотела не бегства, я хотела свободы. Я нехотела убежать. Я просто хотела побегать.
После каждого новогоприключения Кристэл всегда послушно возвращалась домой. Ей нехотелось уйти навсегда. Она только хотела уходить время от времени. Вэтом и заключалась моя истина. Я знала: чтобы обрести свою свободу,мне больше не нужно куда-то уходить. Мне просто нужно выпустить своюДикую женщину размяться.
Вот так Кристэл научиламой дух свободе. Сейчас у меня не бывает прежних ураганных приступовбеспокойства, разве только повеет иногда ветерком. Когда этослучается, я знаю: пора бежать, и я устраиваю себе выходной, пишустихи, или провожу время в женском обществе, или отправляюсь наконцерт «Грейтфул дэд» и отплясываю там до упаду. А потомвозвращаюсь домой.
Как вам узнать, чтопора выпустить на волю свой дух? Вы становитесь вспыльчивой,раздражительной, вам все надоедает, вы ко всему придираетесь, у васвсе путается в голове, вы чувствуете себя усталой или чуточкусумасшедшей. Вас тянет есть всякую дрянь, отослать куда-нибудь детей,сказать мужу, чтобы он нашел наконец свои ключи от автомобиля,поселиться в отеле, заказать еду в номер и всю ночь напролет смотретьромантические фильмы. Это означает, что к вам взывает Дикая женщина.Идите к ней. Выясните, по чему именно она изголодалась, насытьте ее,а потом выведите на прогулку поиграть.
Вскоре после моегопрозрения хозяева Кристэл снова переехали на восток и забрали ее ссобой. Их новый дом стоит на нескольких акрах земли, и Кристэл теперьбегает где ей заблагорассудится. Я очень скучаю по ней и думаю о нейкаждый раз, когда прохожу мимо тех старых ворот, но на сердце у менялегко, так как она счастлива: ее душа сказала мне об этом. Онанавсегда останется одним из самых ценных для меня учителей.
Беги, моя Сестра-Волчица. Земля, по которой тыступаешь, радуется, ощущая твой танец.
Ищите подлинные моменты наедине с собой
Вот несколько способов,которыми мы, женщины, можем создать для себя подлинные моменты.
Ищите уединения
Женщинам необходимыпериоды тишины, когда единственный голос, который мы слышим, —это наш собственный. Мы так привыкли считать чей-то голос болееважным, чем наш собственный. Такое происходит с большинством из нас,особенно если мы вырастаем думая, что бог — это мужчина.
Если вас учили видеть в боге мужское начало, высмотрите извне себя, извне своей женской способности к духовнымконтактам, а не изнутри их.
Долгое время я зависелаот мужчин, задававших мне направление, ведущих меня, и не доверяласвоему внутреннему голосу. Я провела большую часть жизни причисляямужчин к той или иной разновидности спасителей. Большинство из них неотказывались от пожалованного мной статуса. У меня был гуру, муж,считавший себя гуру, деловые партнеры, хотевшие убедить меня, что иони тоже мои гуру. Я тратила столько времени, выслушивая их мнения,что мне некогда было выявить собственное.
Устраивайте для себяпериоды тишины, чтобы зазвучал ваш собственный голос мудрости. Емунужно окрепнуть, чтобы его не перекричали все остальные голоса извашей жизни, которые, возможно, попытаются оспаривать ваши чувстваили ваше знание. Ведите дневник, в котором записывайте только то, чтоговорит ваш голос, Прогуляйтесь в каком-нибудь тихом месте.Прислушайтесь. Вскоре вы услышите, как ваша душа разговаривает свами.
Дайте рождение чему-то
Когда женщина рожает,она обращается к своему волшебству, способности изменять форму вещей.Поэтому каждый раз, когда вы хотите, чтобы возник подлинный момент,дайте рождение чему-то. Не важно, что вы породите — сад, пирог,новаторскую идею на работе, сказку на ночь для детей, письмо кподруге, исцеление для себя или чистоту на кухне. Вы почувствуетеживотворную силу, которая плещется внутри, связывая вас с самойПриродой-Матерью.
Уверена, нам необходиморегулярно давать чему-то рождение, иначе мы потеряем свою связь сподлинными моментами. Есть женщины, которые беременеют снова и снова,не потому, что они готовы к этому или хотят еще одного ребенка, апотому, что они пристрастились к процессу рождения как кединственному источнику их личностных и духовных сил. Зачастую приэтом они дают начало собственному рождению, к которому подсознательностремятся. Они отчаянно нуждаются в том, чтобы дать рождение себесамим, утраченным частицам своего духа, своего созидательного начала.
Нам необходимо неограничиваться физическим рождением ребенка и рассматривать все своисозидательные акты как дающие чему-то жизнь. У меня нет своихсобственных детей. Но я мать. Я способствовала развитию жизни вомногих формах. Я приумножала любовь.
Все женщины — матери, потому что, куда бымы ни шли, мы увлекаем за собой жизнь и любовь.
Ищите в других женщинах учителей, сестер и подруг
Женщинам, нужны женскиезеркала, в которых они откроют свою красоту. Когда мы, женщины,собираемся вместе, мы черпаем силы в нашей однородности. Мы помним,кто мы такие. Мы вспоминаем движения нашего Танца.
Из века в век у женщинвсегда были женщины-учителя, бабушки, мудрые старухи, у которых ониискали защиты и посвящения в тайны. Они были поводырями на нашем путии напоминали нам о наших чести и достоинстве. Но вот уже несколькостолетий мы живем в довольно своеобразном обществе. Мы дали мужчинамвласть очерчивать нам рамки, наставлять нас, указывать нам на нашеместо. Мы утратили связь с Древними матерями, прародительницами всегосущего. Мы забыли о своем волшебстве. Мы сбились с пути.
С тех пор как ввосемнадцатилетнем возрасте я отправилась в духовные странствия, уменя были только учителя-мужчины. Но они не могли научить меня бытьженщиной. И потому последние несколько лет, отчаянно борясь за то,чтобы вновь обрести целостность, я страстно желала себе женщину —наставника и поводыря. Я молилась о том, чтобы найти ее, и знала,что, пока не встречу ее, я не обрету законченности.
Чуть ранее, в этомгоду, мы с Джеффри находились в Биг-Суре, штат Калифорния, готовясь ксвадьбе, которая должна была состояться несколькими месяцами спустя.Одна из помогавших нам женщин подошла ко мне и сказала: «Возможно,это прозвучит несколько странно, но на задней обложке книги, которуюя читала сегодня утром, мне повстречались имена супружеской четыкоренных американцев, и я хотела бы рассказать о них. Онисоучредители некоммерческой организации под названием „ОднаЗемля, один мир на всех“, деятельность которой направлена наустановление уважительных взаимоотношений между людьми и всеми живымисуществами. По некоторым причинам я подумала о вас и о работе,которой вы занимаетесь, и решила, что вам пригодятся их адрес ителефон». Я поблагодарила ее, и, когда взяла у нее листокбумаги, что-то подсказало мне, что нужно позвонить немедленно.
Так я и поступила, и мыдоговорились встретиться на следующий день в маленьком городке сбогатым историческим прошлым, где они жили, —Сан-Хуанда-Баутиста, одной из старейших калифорнийских миссий. Этобыли Хуан Хозе Рейна, которого все звали Сонни, и Элейн Рейна,известная как Синяя Птица. Сонни — писатель, защитникокружающей среды и духовный лидер коренных американцев. Элейн —художник-оформитель и дизайнер традиционной и современнойнациональной одежды. Когда Синяя Птица подошла ко мне в иххудожественном салоне и заглянула мне в глаза, у меня аут жезародилось предчувствие, что она именно та женщина, какую я ищу.
Мы сели на открытомвоздухе во дворе, залитом солнцем, и начали разговор не на какие-топоверхностные темы, а о том, кто мы такие на самом деле, потому чтомы уже почувствовали мощное связующее начало. Джеффри рассказал им оего жизни, мечтах, работе хиропрактика. Потом я заговорила о своейдороге исканий, об уроках, которые я усвоила на этом пути, о моемстремлении познать еще больше.
Синяя Птица слушалавнимательно, а когда я закончила, она пристально посмотрела на меня исказала: «Знаешь, Барбара, тебе нужна Большая Сестра».Мои глаза наполнились слезами. У меня никогда не было сестры или дажепросто женщины старше меня, способной направить меня. И в этот моментя поняла, что нашла ее, а она нашла меня. «Добро пожаловать внаш дом, в нашу семью аборигенов! — провозгласила она. —Мы родственны по духу, и я счастлива воссоединиться с тобой,Маленькая Сестра».
С того дня Синяя Птицастала моей Большой Сестрой, моим учителем, моей подругой. «Женщинамнужно помнить, что они священны, потому что они дают жизнь, —напоминает она мне. — Благодари Создателя за опыт Жизни,радуйся ей, со всеми ее горестями и радостями, как самомудрагоценному сокровищу». Эта замечательная простая женщина учитменя, как почитать землю и все, что она порождает, учит уважению ксебе как к женщине и тому, как каждый день переживать подлинныемоменты.
* * *
Мои духовныенаставницы, Кристэл и Синяя Птица, явились в не очень традиционномобличье, потому что я не очень традиционная женщина, но ваши необязательно должны быть настолько необычными. У вас есть множествоучителей, готовых повести вас, множество женских душ, которые помогутвам на вашем пути обратно к подлинным моментам. Оглянитесь вокругсебя, посмотрите на ваших бабушек, тетушек, подруг, дочерей, и вынайдете их. Попросите, и вы обнаружите их присутствие. Вам непридется странствовать в одиночку.
Я посвящаю эту главумоей Большой Сестре и учителю, Синей Птице, чей дух мирно покоится намоем плече и увлекает меня за собой по земле, в глубину реки, внебеса.
«Лети, Маленькая Сестра», —шепчет она. И я лечу…
9. Мужчины и подлинные моменты
Я царствую уже почтипятьдесят лет с победами или с миром, любимый подданными, наводящийужас на врагов, уважаемый моими союзниками. Богатство и слава, властьи утехи только и ждали, когда я поманю их к себе, и нет уже земныхдаров, способных умножить мое блаженство. Находясь в таком положении,я старательно вел счет дням незамутненного, подлинного счастья,выпавшим на мою долю. Число их — четырнадцать.
ПриписываетсяАбдаррахману III, кордовскому халифу, 960 г.
Мужчинам непростопережить подлинные моменты, и они очень страдают из-за этого.Страдают и женщины, которые их любят. Страдают их дети.
Я не могу писать омужчине как мужчина — так, как я пишу о женщинах. Но я мотурассказать то, что видела, когда любила и работала вместе с мужчинамив своей жизни, и что я узнала от мужчин, которые просили меня статьих учителем. Эти наблюдения, хоть и скрупулезные и сделанные сизвестной долей обобщения, не могут одинаково подходить ко всеммужчинам, но они подтверждают истину, которая, я уверена, применима кбольшинству мужчин.
Истина эта вот в чем:мужчины умирают из-за того, что у них недостаточно подлинныхмоментов; они умирают эмоционально, потому что лишают себя любви иблизости, так им необходимых; они умирают физически, потому что жаждасвершений делает их жизнь зачастую настолько разбалансированной, чтоони не знают, когда остановиться и отдохнуть, и их организмы простоизнашиваются; они умирают духовно, потому что они не знают точно, какобратиться внутрь себя и начать путешествие к святому.
Если вы женщина,которая любит мужчину, вы, возможно, уже догадывались об этом егосвойстве. Ему чего-то не хватает. Вы не можете указать на этопальцем. Это совершенно не зависит от того, насколько усердно онработает, или от того, сколько у него свободного времени. Это нечтонематериальное. Скорее это некий уголок внутри его, в который онредко заглядывает, место, в котором нужно просто быть, место, гдеиспытываешь безмолвную восприимчивость, где ты открыт для таинствалюбви. Это то место, где вы мечтали с ним встретиться. Вы попадаететуда. Ждете. А он так и не появляется.
Если вы мужчина, то,возможно, испытываете эту жажду подлинных моментов, называя ихдругими словами, своими, мужскими. Это может быть страстное желаниеотдохнуть от громогласного ритма бесконечного поступательногодвижения, пронизывающего вашу жизнь. Это какое-то смутное томление,побуждающее вас уехать куда-то, сменить обстановку, томление,которое, как вы знаете, нельзя унять, сменив работу, машину илиженщину. Это какой-то внутренний голос, взывающий к вам и которому выхотите ответить, но не знаете как. Это беспокойство, которое никогдане проходит.
Вот что следует уяснитьо мужчинах и подлинных моментах:
Подлинные моменты — это быть, а неделать. Мужчины — люди действия.
Мужчин испокон векаучили действию: они охотились, строили, защищали. Таково было ихназначение, и именно через свою работу, тяжелый труд и достижения онисамовыражались и обретали значимость. С другой стороны, от женщинтребовалось искусство взаимоотношений: мы ублажали, воспитывали,налаживали контакты. Мы хорошо умеем чувствовать и быть. Вдвадцатом столетии в распределении обязанностей между мужчиной иженщиной понемногу стали происходить изменения, но мы не можемзабыть, что так было на протяжении долгого времени. И генетическаяпамять во многом напоминает нам о наших ценностях и подсказываетмодель поведения. Я до сих пор помню, как мама рассказывала, что ясильно отличалась от своего брата, когда мы были детьми. «Тебенравилось сидеть и разглядывать людей, раскрашивать картинки, игратьс бумажными куклами, — объясняла она, а Майкл все времябыл как заводной. Вечно на ногах». Что правда, то правда. Мыназывали брата «тягачом для мебели», потому что он,будучи еще совсем маленьким, всегда старался что-то переставить сместа на место. Если он не мог сдвинуть с места какой-то предметобстановки, он двигался сам. У нас есть старые пленки, на которыхМайкл, даже еще не научившийся говорить, носится кругами какугорелый.
Мужчины — людидвижения. Это у них в крови. И когда мужчина ищет смыслсуществования, он обращается к работе, к деятельности: завершаеткакой-то проект, сколачивает новые полки для гаража или садится закарточный стол. Он считает, что в этом найдет удовлетворение.
Но суть мужской работыизменилась коренным образом. Из завоевателей и солдат мужчиныпревратились в бухгалтеров, торговцев или компьютерных программистов.Они стали оставшимися не у дел воинами, безработными первопроходцами.Нынешняя работа не всегда приносит им такое же удовлетворение, какоеих далекие предки получали от строительства дома для семьи, битвы снеприятелем или вспашки поля. Она зачастую настолько лишена видимогосмысла, что дает им не слишком уж много подлинных моментов.
* * *
Мужчины чувствуют себяв физическом мире, в мире конкретных понятий, как дома. Им уютнеесреди того, что можно увидеть, потрогать, измерить. Они ориентированына цель. Вот почему они так любят делать — действие приводит крезультату, который вписывается в их систему ценностей.
Подлинный момент, какмы заметили, не обязательно возникает в результате явных достижений,свершений. Они менее ярки, более размыты, их проявления не стольощутимы, поскольку они невидимы. И так как это не те ощущения,которые мужчины ценят по своей природе, им не просто в полной мереосознать их значение. Если я мужчина и проработал на два часа большеположенного времени и получил плату за сверхурочные, от этого естьпольза — то, что я могу положить в карман, и это важно. Но еслия провел те же два часа разговаривая с женой или прогуливаясь водиночестве, то какая же тут польза? Я не могу ее измерить, и это некажется мне столь же важным и ценным, как сверхурочная работа.
Такое различиеценностей порождает постоянные конфликты и взаимное разочарование вовзаимоотношениях мужчины и женщины, Вот вы заикнулись мужу о том, чтовам хотелось бы тратить часть времени просто на разговоры с ним. «Очем?» — удивляется он. Внезапно вы чувствуете раздражениеи неловкость. Ну почему вы должны подбрасывать ему тему дляразговора? Неужели ему недостаточно одного вашего желания поговорить?Оказывается, нет. Обычная беседа, совместное времяпрепровождение,видимо, не представляют ценности для него, мужчины, который придаеттакое значение действию, а для вас, женщины, представляетсянеобыкновенно важным быть женой, матерью, сестрой, подругой и простобыть.
У женщин, когда ониперестают заботиться обо всех подряд и сосредоточиваются на самихсебе, очень хорошо получается просто быть. Поэтому мы так жаждемничегонеделания, особенно совместного с нашими партнерами. Мы знаем,что в процессе этого возникнут сладостные подлинные моменты.
Мужчинам нужно научиться считать ничегонеделаниеважным занятием.
Мужчинам нужнопрекратить свои поиски сиюминутной пользы, извлекаемой изсовершаемого действия, и прочувствовать, что на самом деле происходитв этот момент, именно в этом месте и именно сейчас.
Подлинные моментыслучаются в царстве безвременного и невидимого. Их ценность нельзясосчитать или измерить. Если вы попытаетесь подлинный моментизмерить, он исчезнет.
* * *
Отправиться на поиски —это не больше и не меньше чем начать задавать вопросы.
Сэм Кин
Путешествие обратно кподлинным моментам — это, как мы уже говорили в четвертойглаве, путешествие, полное вопросов вроде: «Живу ли я так, какя хочу, или так, как хотят другие?», «Счастлив ли я?»,«Даю ли я достаточно любви?», «Получаю ли ядостаточно любви?». Чтобы ответить на эти вопросы, вамприходится преодолеть страх перед незнанием и найти в себе мужествожить некоторое время в неопределенности.
Для мужчин этонепростая задача. Мужчины — люди земли. Им нужна надежная,прямая, хорошо выверенная дорога. Им часто бывает не по себе или дажестрашно от расплывчатого, неясного, неустойчивого, загадочного…(А ведь это не что иное, как довольно точное описание женскойпсихики!) Соответственно, им труднее задавать вопросы, искать,исследовать — ведь все это область неизведанного.
Женщины любят задавать вопросы. Мужчины любятполучать ответы.
Человек задает вопроспри условии, что не знает на него ответ. Женщины, как правило, небоятся фразы «я не знаю», своего рода интеллектуальногосвободного падения. В конце концов, мы умеем поддаваться ивыплескивать наружу чувства Мы практикуем это каждый день, когдалюбим, когда у нас менструации, когда рожаем, когда целуем на ночьсвоих детей и провожаем их в школу. Среди тех, кто работает надсобственным развитием, входит во всякие группы поддержки, покупаетсамоучители и обращается к психоаналитикам, больший процентсоставляют женщины, потому что мы чувствуем себя вполне комфортно,задавая вопросы, более того, нас это даже стимулирует, и мы обычно неспешим получить ответы.
Мужчины же предпочитаютзнать. Для мужчины знание — форма действия, демонстрацияинтеллектуальной мощи. Я видела, как мужчины готовы отправиться богзнает куда, лишь бы не произнести слов: «Я не знаю».Вместо этого они делают заявления вроде: «Я не хочу говорить обэтом», «Ну почему тебе никогда не угодишь?»,«Замолчишь ты когда-нибудь?» или просто «Расслабься,все идет как надо». Не желая признавать, что в головах у нихпросто нет ясных ответов, они изворачиваются, избегают отвечать, аесли вы проявляете настойчивость, пытаются отпугнуть вас своейзлостью, чтобы выгадать время, поразмыслить и занять позицию знания иопределенности.
Нежелание сознаться в споем неведении приноситмужчинам вред. Из-за этого им приходится топтаться на месте.
Это не дает им двигаться вперед, не даетпрорваться на следующий уровень эмоциональной и духовной свободы.
В своей очень умнойкниге «Огонь в животе» Сэм Кин описывает поиски мужчинысебя самого как путешествие с переходом из одного состояния в другое…«от самонадеянности к сильным сомнениям… от манипуляцииготовыми формулами к жизни, полной вопросов». Жить задаваясьвопросами означает жить постоянно уступая и теряя контроль надситуацией. Это идет вразрез с тем, чему их учили. Их училидоминировать, покорять, стойко держаться, а не уступать.
Я говорю об этом согромным уважением. Это те самые качества, которые давали мужчиневозможность бороться с врагом, убивать ради того, чтобы защитить своюземлю и свою семью, бродить по чащам, охотясь за дичью, чтобыпрокормить тех, кого он любит, вместе со своими братьями восставатьпротив угнетателей, отнявших у него свободу, забираться на следующуюгору в поисках безопасного места для нового жилища.
Но в своем поискеподлинных моментов мужчина должен призвать на помощь свое мужество,чтобы отказаться от поведения воина, которое разрушает его самого иего взаимоотношения с близкими. Это означает научиться говорить своейвозлюбленной: «Я не уверен», «Мне нужно время,чтобы поразмыслить над этим», «Нельзя ли чутьпомедленнее, я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду», «Чтобы ты хотела получить еще от меня?», «Нельзя ли намчто-то изменить?» и «Прости». Это означает время отвремени добровольно пожить в неопределенности, открыть себя длязагадочного и неожиданного, вступить в момент, не имея никакой другойцели, кроме как ощутить его во всей полноте и через него узнать, чтовы по-прежнему мужчина.
Это все, чего мы,женщины, хотим от вас. Мы хотим, чтобы вы отправились в путешествие снами. Мы хотим вместе совершать открытия. Мы хотим стать товарищамипо духу. Мы хотим открывать новые области близости, новые царствафизической страсти, новые уровни счастья. Мы хотим вместе возноситьсяк вершинам любви. Мы не хотим оставлять вас позади. И, несмотря навсю вашу закалку, несмотря на то, что каждая клеточка вашего естествавопиет: «Если я так: распущу себя, я перестану быть мужниной»,знайте, что, по крайней мере в наших глазах, вы будете самымпочитаемым победителем и самым храбрым героем.
Застывшие чувства и святые слезы
Ну а теперь перейдем ктой части обсуждения, в которой речь пойдет о чувствах и котораяприведет вас, мужчин, в трепет. Потому что, для того чтобы испытатьподлинный момент, будь то с любимым человеком, с ребенком или с самимсобой, вам необходимо захотеть чувствовать в полную меру. Абольшинству мужчин трудно это сделать.
Потому что напротяжении столетий мужчины оставались чужаками по отношению к томумиру эмоции, в котором мы, женщины, расцветаем. Вам приходилосьучиться ничего не чувствовать, чтобы выжить. Как бы вы задушиличеловека голыми руками, будь у вас чувство сострадания? Как бы вымогли держать копье на изготовку, готовые встретить несущегося на васдикого зверя, если бы вы испытывали страх? Как бы вы могли по приказубросить гранату во вражескую деревню — зная, что при этом,возможно, погибнут невинные люди, но что если вы этого не сделаете,то убьют вас, — если бы вы испытывали при этом мучения?
В двадцатом столетииничего не изменилось. Современный деловой мир настолько же жесток инастолько же деморализует, как поле битвы. Мужчины вознаграждаются засвою жесткость и беспощадность и падают в глазах окружающих, если ихзаподозрили в излишней «мягкости». Если вы выказалистрах, вас не уважают. Если вы демонстрируете непоколебимуюуверенность, вас признают лидером. Изменилось оружие, но правила игры— те же самые.
То, что требовалось отвас, чтобы «быть мужчиной», в свою очередь требовало отвас заглушить свои чувства — вот цена, которую вы заплатили засвою мужественность. И в этом заключается ваша дилемма. Вы не можетеизжить в себе способность чувствовать страх, стыд и скорбь без того,чтобы перестать чувствовать радость, любовь и сострадание. Как многомужчин вокруг нас ходят охваченные скрытым отчаянием, их сердцапереполнены застывшими чувствами, которые они не хотят или не могутвыплеснуть наружу. Ваши женщины, ваши дети тянутся к вам, умоляютприсоединиться к их Танцу, а вы качаете головой: «Нет!»Мы отворачиваемся и плачем, придя к выводу, что вы нас не любите, иникак не разгадаем тайны, которую вы тщательно оберегаете: вы забыли,как танцевать.
Если вы честны с самимсобой или обратите свое внимание внутрь, вы почувствуете психическиетравмы, которые вы унаследовали вместе со своей мужественностью, этизастарелые раны, которые мешают вам жить так радостно, как вы этогозаслужили, которые мешают вам пуститься в беззаботный танец с теми,кого вы любите, которые мешают вам испытывать подлинные моменты. Этишрамы, эти рубцы и есть тот ландшафт, который вы должны покорить,если хотите жить по-настоящему, в полной мере как человеческоесущество, как мужчина. И опять Сэм Кин подает свой мужской голос:«Мужчине приходится слишком многое оплакать, прежде чем онвозродится».
Чтобы вылечиться, вам нужно залечить рану, ачтобы залечить ее, вы должны ее почувствовать.
Для того чтобыобратиться к своим ранам и растопить ваши застывшие чувства,требуется мужество, умение прощать и слезы. Я уверена: все слезысвяты и по ним мы узнаем, что лед вокруг нашего сердца тает. Слезынелегко даются мужчине, но они вернут вам те частицы самого себя,пропажи которых вы даже не замечали. Я испытывала гордость,присутствуя в течение долгих лет преподавания при том, как тысячимужчин снова плачут — впервые с младенческого возраста. Этонекое таинство, точно так же, как роды это священнодействие: ведь вмир приходит новое живое существо. Для того чтобы помочь вам понятьвсе это, очень важна акушерка; она застанет вас в тот момент, когдавы прорываетесь через панцирь бесчувствия. Любая открытая любящаяженщина подойдет для этого, лучше, если это будет ваша женщина!
Некоторым женщинам особенно дороги подлинныемоменты, пережитые с любимым мужчиной, когда он позволяет разделить сним его слезы.
Когда Джеффри доверяетмне настолько, что не скрывает своей боли и позволяет обнимать иутешать себя в моменты, когда ему тяжело, меня переполняетблагодарность. Он приоткрыл дверцу в святилище своего сердца ипригласил меня внутрь. Не может быть большей близости.
Выполняйте туэмоциональную работу, которая вам необходима. Это самая важная вашаобязанность по отношению к браку, вашим детям и самому себе.
Проклятие стаи. Одиночество самца
Мужчины любятпринадлежать к стае. Они стаями смотрят спортивные состязания, стаямивыпивают, стаями беседуют у автомата с холодной водой, стаямиотправляются на рыбалку. В стае они чувствуют себя в безопасности. Встае они перестают испытывать одиночество, и при этом их никто невынуждает открывать что-то относительно себя. Несмотря на это,большинство мужчин, которых я знаю, одиноки — не потому, что уних нет компании, а потому что они не способны вместе испытыватьподлинные моменты.
Это одиночество не такявно, оно больше напоминает глубоко укоренившееся чувствообособленности. Мужчины сообщают друг другу о всяких незначительныхсобытиях, например, кто выиграл в последнем матче, сколько онизаплатили за новый глушитель и что они думают о ножках новойсекретарши. Но тщательно скрывают от других свои мечты и тайны. Это впорядке вещей, если закадычные друзья не знают даже, что один из нихнесчастлив в браке, волнуется за пожилого родителя, что у негопроблемы с сексом или что он просрочил не один месяц с оплатойсчетов. Они просто не затрагивают эти темы.
Недавний докладМак-Гилла по вопросам интимной жизни мужчин показал следующее:
Только у одного издесяти мужчин есть друг, с которым он разговаривает о работе, деньгахили своих отношениях с женщиной.
Только у одного изболее чем двадцати мужчин есть друг, с которым он обсуждает своиощущения от самого себя, секса и другие, еще более интимные темы.
Это означает, чтобольшинство мужчин никогда в жизни не разговаривают о чем-тодействительно важном, личном с другими мужчинами. Они никогда неиспытывают подлинных моментов с человеком того же пола, со своимдуховным братом.
В прошлом месяце мы сДжеффри обсуждали одного из наших общих друзей, одного из лучшихприятелей Джеффри.
— Жаль, чтона него с женой сейчас столько всяких бед свалилось, —заметила я.
— О чем этоты? — недоуменно спросил Джеффри.
— Ну, тыведь знаешь, как тяжело им достаются деньги, знаешь, что они с трудомсводят концы с концами.
Продолжая рассказывать,я поняла, что Джеффри понятия не имеет, о чем идет речь.
— Дорогой,неужели он ни разу с тобой об этом не обмолвился?
— Нет, —ответил Джеффри удивленно. — Я как раз вчера с нимразговаривал, он сказал, что у него все отлично. А ты когда с нимобщалась?
— Сегодня.Он не выдержал и заплакал по телефону, и я вместе с ним.
Мы оба изумленнопокачали головами, поняв, что Джеффри вообще не знает, что происходитв личной жизни своего близкого друга. В чем же мой секрет, почему онпередо мной раскрылся? Это очень просто… Я спросила его, каксемья, и, услышав неуверенность в его голосе, сделала первый шаг ипредложила поговорить об этом, то есть сделала то, что постеснялисьбы сделать большинство мужчин. Я нарушила мужское табу, гласящее: «Неуглубляйся в личную жизнь», но, поскольку я женщина, мне этосошло с рук.
* * *
Существует определенныйуровень комфорта, который мужчины испытывают, собираясь в группу, икоторый исчезает, когда мужчина остается наедине с другим мужчиной.Это происходит потому, что динамика отношений между двумя людьмитребует интимности, а если мужчину страшит близость с женщиной, топредставьте, какая скрытая паника его охватывает, когда перед нимвозникает перспектива близости с другим мужчиной.

Если вы мужчина,вообразите на минуту, что сейчас за полночь и что вы сидите у огня,разговаривая с другим мужчиной. Вы поверяете ему свои самые глубокиечувства, ваши самые сокровенные мысли, и он делает то же самое. Вычувствуете, что вас понимают так, как давно уже не понимали, как васдаже никогда не понимала женщина, которую вы любите, потому что она —не мужчина. Между вами и вашим другом — живая, крепчайшаясвязь, между вами течет осязаемая сила братства, сила однородности.
Внезапно вам становитсяне по себе. Вы чувствуете любовь к другому мужчине. Если выгетеросексуал, вас охватывает паника при мысли: «Я не должениспытывать ничего подобного. Что все это значит?» — ивэтот момент вы что-либо предпринимаете, чтобы ослабить интенсивностьконтакта: отпускаете шутку, встаете и потягиваетесь, меняете темуразговора. Возможно, впоследствии вы даже станете избегать этогочеловека, чтобы принизить важность для вас того, наплыва эмоций. Язнала мужчин, которые буквально выдумывали несуществующие поводы дляпрекращения дружбы, потому что начинали бояться, что полюбили другогомужчину.
Все это —основанное на страхе гомофобное поведение, при котором сильный моментлюбви совершенно неправильно принимается за сексуальное влечение. Высовершаете ошибку, пытаясь придать этому событию смысл и последствия,ему, подлинному моменту любви, не присущие. Большинство мужчин вообщене доводят дело до такой близости. Подсознательно предчувствуя истараясь избежать столь пугающего момента, они удерживают всех мужчинна некоторой дистанции. И в результате приходят к тому, что у них неостается ни одного близкого друга одного с ними пола.
Страх, который большинство мужчин испытываютперед близостью с другим мужчиной, делает уродливой мужскую дружбу.
Нечто похожее поройпроисходит и с женщинами. Для нас тоже существует порог терпимостипри отношениях с подругой, переступив который мы ощущаем дискомфорт,но это происходит уже на той стадии, на которой большинство мужчинбросилось бы наутек с отчаянным воплем.
* * *
Отсутствие духовного единения ссобратьями по полу может стать самой болезненной раной.
Роберт Блай
Каждому мужчиненеобходимо связать себя с другим человеком сердечными узами. Емунеобходима замена братьев и отца, о которых он всегда мечтал, нокоторых, возможно, никогда не имел. Ему необходимо удовлетворить своюпотребность в близости с кем-то, помимо его возлюбленной, чтобы нетолько она давала выход его чувствам (это, в конце концов, сведет еес ума, а его сделает обидчивым). Ему необходимы отражения егособственных поисков для осознания своего мужского начала, товарищи подуху, которые обоснуют его поиски так, как этого не сможет сделать ниодна женщина.
Найдите друга. Снимитес себя маску. Покажите ему, кто вы на самом деле. Не бойтесь, какойбы близости вы ни почувствовали… это — просто любовь.
* * *
Несколько слов длямужчины, который любит женщину. Это то, что ваша возлюбленная хотелабы вам сказать:
«Хочешь узнатьсекрет, как сделать меня по-настоящему счастливой? Раздели со мнойподлинные моменты. Вот по чему я истосковалась. Вот что я пыталасьтебе втолковать. Внезапные объятия после обеда, поцелуй в ванной безовсякой причины, звонок с работы только для того, чтобы я услышала „ялюблю тебя“, какой-то момент любовных ласк, когда ты сжимаешьменя так крепко, словно хочешь сказать: „Да, Я здесь, с тобой,и мне больше ничего не надо“, — вот в чем януждаюсь.
Когда я кажусь злой,или впавшей в меланхолию, или встревоженной, то это не потому, чтомне пора идти в отпуск, не потому, что мои гормоны шалят, —это потому, что я не могу найти тебя. Я тянусь к тебе сквозь темноту,но ты не протягиваешь своей руки навстречу, чтобы ухватиться за мою.Я взываю к тебе в своем сердце, но ты встречаешь мои мольбымолчанием. Куда ты ушел? Мне не хватает тебя — не твоего тела,а разговора с тобой, твоего столь ценного духовного начала.
Вот чего я хочу от тебя— чтобы ты встретился со мной в том месте, где любовьотзывается в твоем сердце. Всего на какой-то момент почувствуй, какты любишь меня, прочувствуй до той степени, когда любовь тебяразрывает на части, и вот тогда нежно обхвати мое лицо своимиладонями, загляни мне в глаза и утопи меня в своей любви».
* * *
Если вы приглядитесь кдействительно счастливому человеку, то обнаружите, что он строитлодку, пишет симфонию, дает образование сыну, выращивает в своем садудвойные георгины или ищет яйца динозавра в пустыне Гоби. Он не станетискать счастье, как закатившуюся за батарею пуговицу от воротника. Онне станет преследовать его как самоцель. Он ощутит себя счастливым,будучи влюбленным в жизнь все двадцать четыре напряженных часа всутки.
У. Беран Фульф
Еще несколько последнихнапутствий, прежде чем вы отправитесь в путешествие за подлиннымимоментами.
…Регулярно находите спокойное время, когдавы можете побыть в стороне ото всех, когда останетесь наедине ссобой… Заведите дневник Это может показаться старомодным, ноженщины на протяжении столетий осознавали силу, которая скрыта взаписанных мыслях. Никому нельзя читать записи, кроме вас самих…Культивируйте особого друга, вместе с которым вы сможете расти…Меньше делайте… Больше спрашивайте. Ходите по земле. —Прислушивайтесь к своему сердцу… А испытывая сомнения,попросите вашу спутницу жизни, чтобы она помогла вам умножить числоподлинных моментов… Мы с удовольствием это сделаем…
10. Подлинные моменты и семья
Через пятьдесят лет будет неважно, на какой машине вы ездили, в каком доме вы жили, сколько денегу вас лежало на счете и как выглядела ваша одежда. Но мир станетнемножко лучше из-за того, что вы сыграли важную роль в жизниребенка.
Аноним
Все, что я уже написалав этой книге о том, как создавать подлинные моменты, можно перенестии на, ваши взаимоотношения с семьей — вашими родителями,детьми, братьями и сестрами — и на избранный круг ваших друзей.В этой главе содержатся некоторые дополнительные мысли о семьях сдетьми потому, что есть особые, важные вещи, связанные с любовью кдетям, о которых нам необходимо помнить, и потому, что в эти грозные,подвергающие нас испытаниям времена наши дети, как никогда, нуждаютсяв нашей любви и поддержке.
* * *
Дети — сильныесаженцы, которые вырастают в сады. То, что мы привьем в сознание исердце ребенка, потом окажет воздействие на тысячи людей. Вот почемудети всегда ассоциировались с надеждой, они — наш шансвырваться из порочного круга, сбросить цепи прошлого и сделатьбудущее лучше. Они — путь к исцелению и новым начинаниям.
То, какими станут вашидети, обязательно отразится и на вас. Вы всегда будете одним из самыхмощных факторов в их жизни, потому что это было вашим делом —ухаживать за саженцами Так, чтобы из них вырос сад. Инстинктивно выэто чувствуете и поэтому пытаетесь дать вашим детям все те вещи,которых у вас никогда не было, и всячески о них заботитесь. Но вваших искренних стараниях вы забываете одну основополагающую истину:
Нельзя быть хорошим родителем, не заботясь осамом себе.
Если ваша задача —поливать ростки — души ваших детей, значит, нужно бытьуверенным, что ваша лейка наполнена. Необходимо, чтобы сердце вашебыло наполнено. Необходимо убедиться, что вы обеспечиваете себедостаточно любви, поддержки, подлинных моментов, прежде чем высможете давать это своим детям.
Наполнить сперва самихсебя — это то, с чем трагически не справляются многие родители,оправдываясь тем, что они отказывают себе ради того, чтобыудовлетворить потребности своих детей. Застрельщики демографическоговзрыва в пятидесятых и шестидесятых в первую очередь повинны в такойситуации. Мы пытались стать суперродителями, предлагая нашим детямвсе виды развлечений, все возможности для образования и материальныеблага, которых сами не имели в детстве. Правда и то, что есть многоравнодушных родителей, которые пользуются телевидением какэлектронной нянькой и даже не замечают, что их собственные детиобделены вниманием. Но большинство из нас испытывают чувство вины,оставляя время для себя самих, боясь, что однажды, когда наши детиподрастут, они станут нас укорять: «Это все ты виноват, не надобыло брать тогда отпуск [идти в спортзал, проводить день с другом,доучиваться в школе], тогда я бы сегодня не попал в беду!»
Я знаю одну женщину,которая живет ради детей. Она отказалась от всех своих увлечений,интересов, даже от подруг, ради которых нужно на какое-то времяотлучаться от своих двух девочек. Недавно я уговорила ее позавтракатьвместе, это была непростая задача. Заехала за ней; по сцене прощания,происходившей в ее доме, можно было подумать, что она отправляется втрехнедельное путешествие по Африке: она зачитала сиделке пятьсписков, без конца говорила детям, что уезжает всего на два часа, иизвинялась за то, что вообще их оставляет. Не успели мы войти вресторан, как она позвонила домой узнать, как там ее дети.
— Марлен, —сказала я, — ты уехала всего двадцать минут назад. Неужелитак необходимо сейчас им звонить?
— Ну, ониведь не привыкли, что я куда-то ухожу, — ответила она,покачивая головой. — Они расстроятся, что меня нет рядом.
— Но ониведь уже не младенцы, — напомнила я. — Однойпять лет, другой семь: Как же они научатся самостоятельности?
— Можетбыть, я слегка перегибаю палку, но я не хочу, чтобы они росли сами посебе, как я в свое время.
Для меня этот разговорбыл нелегким. Как я могла объяснить подруге, что она пренебрежительноотносится к себе самой? Как я могла втолковать ей, что обеспокоенабудущим ее детей, потому что они и шагу без нее не смогут ступить?
* * *
Ничто не оказывает стольсильного психологического воздействия на окружение родителей иособенно на их детей, как непрожитая жизнь.
К. Г. Юнг
Когда вы безразличноотноситесь к самому себе ради своих сыновей и дочерей, вы оказываетеим медвежью услугу. Если вы, живете ради детей или жизнью своих детейи пренебрегаете своими потребностями, вы учите их приносить в жертвусебя, чтобы сделать счастливым кого-то другого, — системаценностей, которая в конечном счете никогда не срабатывает. Возможно,пока они еще очень молоды, им нравится, что их ждут, распростершисьниц. Но это испортит их, лишит воображения, а повзрослев, они увидятв вас несчастное существо с неосуществленными мечтами и почувствуютсебя виноватыми за то, что вы отказались от всего ради их блага.
Я могу обещать вам одно— никогда ваши выросшие дети не скажут: «Мама, папа, ятак вам благодарен за то, что вы без остатка пожертвовали своимсчастьем, интимными отношениями и своим собственным развитием радитого, чтобы я никогда не слышал слова „нет“. Я рад, чтовы жили убого ради того, чтобы у меня было все, что я захочу.Спасибо, что вы не прожили жизнь во всей ее полноте. Я собираюсьпойти по вашим стопам, отказаться от всех радостей в жизни иудовлетворения своих запросов, когда у меня появятся дети».
Дети учатся, наблюдая за вами. Если вы уделяетевремя тому, чтобы для себя создавать подлинные моменты, они научатсяделать то же самое.
Если вы отводите времяна то, чтобы подпитывать свое сердце, ваши дети научатся подпитыватьсвои собственные и не довольствоваться эмоциональной пустотой. Вместотого чтобы приносить свою жизнь в жертву своим детям, живите так,чтобы быть им образцом для подражания.
* * *
Лучшее, что вы можете потратитьна своих детей, — это ваше время.
Луиза Харт
Чего дети на самом делехотят от нас, взрослых, в своей жизни?
Они хотят чувствовать,что их любят и ими дорожат.
Они хотят чувствовать,что вносят изменения в нашу жизнь.
Они хотят чувствовать,что они такие, какими и надо быть.
Они хотят чувствовать,что мы гордимся ими и не жалеем, что они не родились другими.
Каждому ребенку, длятого чтобы развить в себе здоровую любовь к себе и правильнуюсамооценку, необходимо знать, что его мнение по этому вопросусовпадает с мнением его родителей.
Разделять со своим ребенком подлинные моменты —это лучший способ показать ему, как он важен для вас, и дать емупрочувствовать всю силу вашей любви.
Любовь, а не игрушкидает детям почувствовать свою ценность. К сожалению, в нашем обществемы осыпаем детей материальными благами, пытаясь компенсироватьнехватку подлинных моментов контакта. Для многих родителей проще,экономнее по времени и менее чревато конфликтами купить новуюигрушку, нежели разделить с ними моменты откровенности и любви.
Одна из самыхпоразительных историй, которую я услышала вскоре после землетрясенияв Лос-Анджелесе, как раз имеет отношение к этой подмене ценностей.Землетрясение началось в 4.31 утра в понедельник. Несколько часовспустя на улицу выбрался телерепортер с камерой, чтобы отснятьразрушения, и увидел огромную очередь, петлявшую вокруг здания. Онрешил было, что эти люди выстроились друг за другом, дожидаясьэкстренной медицинской помощи, питьевой воды или фонарика, посколькубольшая часть города осталась без электроэнергии. Но дело было совсемв другом.
Ради чего тысячи людейвыстаивали в очереди всего несколько часов спустя после такоймасштабной катастрофы? Они ожидали, когда в местный магазин игрушекзавезут новинку — электрических рейнджеров!!! Эти родителиоставили своих перепуганных детей дома с друзьями или родственниками,среди битого стекла, во время остаточных подземных толчков, чтобы тричаса дожидаться, пока откроют магазин и они смогут купить пластиковыхсолдатиков!
Я уверена, намерения уэтих родителей были благие. Конечно же, многие из них думали: «Бьюсьоб заклад, этот электрический рейнджер поднимет Джимми настроение».Но на самом деле тем утром перепуганным детям в Лос-Анджелесе нужныбыли не пластиковые воины. Им нужно было знать, что с ними ничего неслучится, если произойдет еще одно такое же или еще более сильноеземлетрясение. Им нужно было поговорить о своем страхе; им нужнобыло, чтобы их подержали на руках; им нужна была любовь.
Когда вы дарите своим детям материальные благавместо любви, вы учите их, что счастье им принесет не любовь, а вещи.
Это трагично, что вконечном счете многие дети получают уйму вещей, но мало подлинныхмоментов интимности со своими родителями. Слово «интимность»редко ассоциируется у нас с детьми, мы используем его, описывая своипереживания от близости с возлюбленными. Слово «интимный»происходит от латинского «intimu», что означает «самыйглубокий». Интимность — это ощущение контакта с самойсокровенной частью другого человека. Интимный контакт с вашими детьмипроисходит, когда соприкасаются ваши души, и это самый прекрасный изподлинных моментов.
Ваши дети жаждутощутить эти подлинные моменты с вами. Они хотят интимности. Им нужноваше время и ваше полное внимание. Когда вы отдаете ребенку все своевнимание, он чувствует свою важность, чувствует ценность того, кто онесть, и того, что он собирается сказать. Десять минут внимания,полностью отданного ребенку, стоят десяти часов, в течение которых вытаскаете его по разным аттракционам, но при этом не уделяете и толикивнимания заключенной в нем личности.
Сколькие из нас теперь,став взрослыми, любят своих родителей, но чувствуют, что те нассовсем не знают? Сколькие из нас чувствуют, что у них никогда не быловремени понять, что за люди мы внутри, со всеми нашими надеждами ивсеми нашими страхами? Сколькие из нас, те, от кого откупалисьвещами, оглядываются назад, тщетно стараясь отыскать хоть какое-товоспоминание о подлинном контакте и безусловной любви? Сколькие изнас до сих пор плачут, потому что их отец или мать не хотят понять,кто на самом деле их дети?
Сядьте со своимребенком. Загляните поглубже в его сердце. Прислушайтесьповнимательнее к его словам. Откройте уникальное и прекрасноедуховное начало внутри его. В мире нет никого другого, подобного ему.
Дети посылаются нам богом. Обратите внимание,кого прислали на ваше попечение.
Любовь виноватого: дилемма, встающая передродителем в разводе
Воспитывать детей —всегда испытание, но в особенности это касается одиноких иразведенных родителей. Их часто гложет чувство вины за несложившиесяотношения, и они страшно боятся, что эта неудача грозит их детямвозникновением эмоциональных проблем. И вот они ударяются в то, что яназываю «любовь виноватого», — удушливое,самозабвенное, непрерывное внимание, обращенное на своих детей. Оникак будто приговаривают себя к некоему виду покаяния: «Разведясь,я искорежил жизнь своих детей, и вот теперь у меня больше не будетникаких радостей. Я не стану ходить на свидания, я не буду видеться сдрузьями и, может быть, этим искуплю свои грехи». Такимродителям еще труднее уделить время на создание подлинных моментовкак для самих себя, так и совместных, для себя и детей.
Если, будучи родителем,вы испытываете чуть ли не стыд и пытаетесь оправдываться, делаячто-то для себя, знайте, вы стали жертвой любви виноватого. Выобнаружите, что постоянно извиняетесь перед детьми за вещи, в которыхнет ничего предосудительного. «Мамочке сегодня нужно сходить кзубному врачу, но я обещаю, потом до конца недели мы не расстанемсяни на секунду, хорошо?» — таким образом вы внушаетеребенку, что ваше предназначение — быть его рабыней и чтокаждый раз, удовлетворяя личные потребности, вы нарушаете правила.
У меня есть друг,разведенный отец. Он не хочет никого заводить, потому что «этоплохо повлияет на детей». Когда те приезжают к нему на уик-энд,он даже не отвечает на телефонные звонки друзей. «Не хочу,чтобы они чувствовали себя так, будто я снова их бросил», —объясняет он. Можете вы себе представить, что у него за дети? Этоцеликом поглощенные собой, эгоистичные, плаксивые человечки, невосприимчивые ни к чьим чувствам, кроме своих собственных. Онитребуют постоянного внимания к себе и все новых развлечений. Они незнают, что такое провести пять минут в тишине или в одиночестве. Да икак им не быть такими? Ведь отец невольно учит их этому, отказываясебе в собственных потребностях и желаниях ради них.
Наш высокий уровеньразводов породил целую расу «отцов из Диснейленда»,«отцов на выходные», вроде моего друга, который пытаетсявтиснуть две недели жизни и развлечений в те два дня, которые одинили два раза в месяц проводит с детьми. Они приходят домой, запасаясьвзятками в виде игрушек и подарков, казалось бы, так и говорящими: «Япринес тебе все это, чтобы ты простил меня за то, что я больше неживу с вами». Они задабривают детей разной уличной снедью,фильмами ужасов, тем, что, в отличие от матери, разрешают имзасиживаться допоздна. Они становятся приторно-улыбчивыми папочками,оставляя матери самую тяжелую работу по воспитанию.
Позвольте мне сказатькое-что как человеку, который много лет назад был одним из этихдетей: мы втайне ненавидели эти покаянные дары, эти суетливые визиты,призванные скрасить тот факт, что вас не будет дома ночью, чтобыподоткнуть нам одеяло, мы ненавидели вас и за то, что мама плачет,что наша семья разрушена навсегда. Мы ненавидели ваш гордый взгляд, скоторым вы заваливали нас играми, куклами и нарядами, ожидая, что мыпридем в восторг от этих самых жалких приношений, как будто вы насамом деле считали, что мы слишком маленькие и не поймем, что наспокупают. И мы чувствовали презрение к вам, когда в конце дня вывздыхали с облегчением, после того как накормили и развлекли нас,словно любимого домашнего зверька, и раздувались от сознания того,что вы прекрасный отец и теперь все в порядке.
И когда вы подходите кмашине и машете рукой на прощание, нам хочется выкрикнуть во всю силунаших маленьких легких: «Нет, не в порядке!! Эти дурацкиеигрушки и лакомства не поправят дела! Почему ты не разговариваешь сомной по-настоящему? Почему ты не замечаешь, как; мне плохо? Почему тыне хочешь просто обнять меня и сказать, как сильно ты меня любишь?»
Вот что хотят объяснитьвам ваши дети, пятилетние или пятидесятилетние, уже обзаведшиесясобственными детьми, независимо от того, развелись ли их родители илиживут вместе: «Все, что мы всегда хотели, все, что мы хотимсейчас, — это подлинных моментов с вами, тех моментов, вкоторые вы видите нас, принимаете нас и любите нас. Большего нам ненадо».
* * *
В тот год, когда моему сынуКевину было восемь, один из водителей часто опаздывал, забирая нашихдетей из школы. Однажды, когда Кевин приехал домой особенно поздно, яспросила его, что случилось. Он ответил, что служащий школы предложилему подождать автобуса в комнате, примыкающей к директорскомукабинету. Я спросила сына, не было ли ему ужасно скучно эти полчаса.«Нет, — сказал он, — я рассматривал узорына обоях».
Сузан К. Перри
Дети по природе своейзнают, как испытывать подлинные моменты. Они живут в безвременномнастоящем. Мир обыденного видится им полным чудес и тайны, и с этимощущением они пропитывают волшебством самые обычные вещи. Абстрактныеузоры на обоях становятся захватывающими картинами. Старая скатертьстановится бальным платьем. Домашняя собака становится свирепымльвом, охраняющим юного принца. Каждый предмет, каждое действиеобретает важность и значение.
Мои самые увлекательныевоспоминания о детстве никак не связаны с игрушками, купленными вунивермаге, они связаны с теми моментами волшебства, которые мысоздавали вместе с братом. Одним из наших любимейших занятий былопостроить домик из больших кусков красного картона, потом повеситьнад входом мамин старый шифоновый шарф, а потом часами сидеть в этомдомике. Мы представляли, что сидим в пустыне в экзотическом арабскомшатре, и свет просачивавшийся через этот одноцветный алый шарфнаполнял наше убежище ярким сиянием. Это было особенное место, где мыповеряли друг другу тайны, страхи и фантазировали о своем будущем.
Все дети знают, как приоткрыть дверь в царствочудес.
Если вы хотите иметьбольше подлинных моментов в своей жизни, попросите ребенка, чтобы онвзял вас в свои мир. Попробуйте ступать за ним след в след в течениенескольких часов или всего дня, делайте то же, что и он, играйте в тоже, во что и он, и вы вспомните, что такое смотреть на мир глазамиребенка. Уделив им пристальное внимание, вы заметите, что детипостоянно приглашают вас в свой волшебный мир, но вы отклоняете этоприглашение. Они предлагают вам драгоценный дар — возможностьощутить подлинные моменты.
На прошлой неделе вовремя утренней прогулки я встретила свою маленькую подружку, котораяживет на моей улице. Ее зовут Элекс. Когда я остановилась, чтобыпоздороваться, она рассказала, что собирает старые цветы, засушиваети складывает из них картинки. Моим первым побуждением было закончитьпрогулку и броситься обратно к компьютеру, поскольку тогда у менябыла в разгаре работа над книгой. Потом я вспомнила, что книга мояназывается «Подлинные моменты» и что мне нужно переживатьбольше таких моментов. И вот я спросила Элекс, могу ли я помочь ей всборе цветов для ее коллекции, и предложила поискать подходящиеэкземпляры в большом саду за моим домом.
Следующие несколькочасов мы с Элекс бродили по заднему двору, выискивая цветки сосломанными стеблями, готовые вот-вот осыпаться, и лепестки, ужележащие на земле. Она показала мне, как прекрасно сочетаются друг сдругом разные цвета и какого потрясающего эффекта можно достичь,переплетая веточки и листья с цветами. Минут через десять я заметила,что напряжение, которое я испытывала весь день, начинает спадать, ивскоре я уже сосредоточенно и радостно собирала увядшие цветы сосвоей девятилетней подругой. Это было чудесное утро.
Каждые несколько неделья задаюсь целью разделить подлинные моменты, подобные этому, сокрестными ребятишками. Я с Бижу сижу на обочине в обществедвоих-троих детишек и просто разговариваю с ними — о школе, одрузьях, об их мыслях и чувствах. Они позволяют мне войти в их мир,напоминают, как придать всему значение: мы лежим навзничь инаблюдаем, как облака меняют форму, разглядываем образованные имикартины; мы смотрим, как играют друг с другом собаки или кошки, ипредставляем, что они говорят друг другу; мы разговариваем о любимыхлакомствах и фильмах. У меня часто возникает чувство, что время,которое я провожу на улице с моими маленькими друзьями, наслаждаясьподлинными моментами, важнее для моего благополучия, чем все книги,которые я когда-либо написала, все семинары, которые я когда-либопровела.
Если у вас есть дети,значит, вы обладаете естественной возможностью переживать подлинныемоменты прямо дома. Если у вас, как у меня, нет собственных детей,одолжите их у кого-то, и пусть они станут вашими поводырями на дорогеобратно к невинности и чуду.
Вы можете научиться у детей в не меньшей степени,чем научить их.
* * *
Если ты счастлив, то всегдасможешь научиться танцевать.
Старинная балийскаяпословица
Представьте, что вашребенок малюет абстрактные картинки на белой бумаге и режет их накусочки. Вы подходите и спрашиваете его, чем он занимается. Онсмотрит на вас с досадой: разве и так не видно, чем он занимается? Онрисует картинки и режет их на кусочки. На самом же деле суть вашеговопроса такова: зачем ты этим занимаешься? какова цель твоихдействий? чего ты надеешься достигнуть? Вы переносите свои ценности сцелевой ориентацией на ребенка и таким образом изымаете его измомента.
Мы все время задаемдетям неверные вопросы:
«Для чего то?»
«Что ты будешь сэтим делать?»
«Зачем ты этоделаешь?»
Если бы мы умелимысленно возвращаться в детство, если бы мы переживали большеподлинных моментов, эти вопросы не возникли бы, потому что мы ужезнали бы ответы: «Я просто делаю то, что я делаю», «Янахожусь там, где я нахожусь. Может быть, через минуту я решу сделатьиз этого что-то еще, но сейчас я вполне счастлив, поступая именнотак».
Это хорошо —внушать детям, как важно ставить перед собой цель. Но в нашихпопытках помочь им стать «преуспевающими» мы часто лишаемих естественного, интуитивного понимания ценностей и вторгаемся вподлинные моменты, которые они спонтанно создают для себя.
Постоянно спрашивая у детей о цели всего, что ониделают, мы учим, что их задача в жизни — делать, а небыть.
Многие из наших«взрослых» проблем уходят корнями в искаженную системуценностей, в которой акцент делается на наши достижения, что являетсякритерием самооценки, а не на то, кто мы такие. Нам нужно помочьдетям разорвать этот замкнутый круг, напомнить им, что своеобразие импридают не их достижения, а их личностные признаки. К несчастью, учаэтому своих детей, мы не можем полагаться на нынешнюю системуобразования, которая полностью ориентирована на цель. Это наша задачавнушить сыновьям и дочерям словами и своим поведением, что мы любимих и восторгаемся ими не за достижения, а за чистую добродетель,озаряющую их сердца.
Хватит беспокоиться отом, кем станут ваши дети. Довольно стараться превратить их вкого-то. Ваше дело — помочь им быть счастливыми, и, дополняябалийскую пословицу, если они счастливы, то всегда смогут научитьсяне только танцевать, но и стать доктором, или художником, или кемзахотят, потому что они уже овладели самым важным в жизни предметом.
Создание подлинных моментов с вашими детьми и дляних
Вот еще несколькосоветов — как пережить больше подлинных моментов со своимидетьми:
Давайте им возможность в полной мере переживатьсвои эмоции
Дети интуитивно знают:для того чтобы избавиться от неприятных эмоций, нужно вначале вполной мере их испытать. Они плачут навзрыд, а через пять минут ужеулыбаются. Они ссорятся, а через полчаса уже не помнят, из-за чегозлились друг на друга. Это мы, взрослые, совершаем ошибку, заставляянаших детей подавлять свои эмоции, говоря им: «Не распускайнюни!», «Глупо из-за этого плакать» или «Нашелиз-за чего злиться». Делая это, мы изымаем их из моментов, вкоторых они существуют со своей болью или со своей радостью.
Оставьте детям ихчувства. Помогите им отыскать слова для эмоций, клокочущих внутриних. Покажите, что вам понятны их переживания, спросите, можете ли импомочь. Зачастую помочь нельзя и нужно просто оставить их в покое,дав понять, что их боль причиняет вам еще больше страданий, чем имсамим. Конечно, это поможет, если вы придерживаетесь той же линии всвоей собственной жизни!
Поощряйте ваших детей к ведению дневников илижурналов
Когда мы записываемнаши мысли и чувства относительно какого-то дня или события, мыотступаем на шаг, чтобы яснее их увидеть, и извлекаем урок изувиденного. Ведение дневника или журнала — великолепный способсоздать подлинные моменты для себя, взрослого человека, и детям онтоже подходит. Дневник становится им особым, потаенным другом,отдушиной для выхода эмоций, учит раздумьям, вниманию к тому, чтопроисходит в их мире. Если ваши дети слишком молоды, чтобы писать, выможете предложить им продиктовать вам свои мысли или чувства и,возможно, рисовать сопутствующие словам картинки, Повзрослев, онисмогут использовать время записей для сосредоточения на себе исамосозерцания.
Создавайте семейные традиции для совместногопереживания подлинных моментов
Те же самые моментылюбви, описанные мною в конце главы «Подлинные моменты илюбовь», очень хорошо практиковать в кругу семьи. Я научилатысячи родителей упражнениям в выражении признательности,благодарности и прощения и слышала о том, какое удовлетворение, ониполучили, поделившись этим со своими детьми. Некоторым людям нравитсяотводить время раз в неделю, допустим в воскресенье вечером, длятого, чтобы посидеть со своими домашними и поупражняться в выраженииблагодарности и (или) признательности. Возьмитесь за руки и поочереди делитесь тем, за что «я благодарен тебе…»,или говорите: «Что мне в тебе действительно нравится, так…»— и так далее, В других семьях любят использовать сокращенныеварианты этих упражнений перед едой, один-два раза в неделю, А когдав семье случается какая-то ссора или появляется напряженность,необходимо упражняться в прощении. Не забывайте: это не только длядетей, в это нужно вовлечь и всех взрослых.
В следующем,заключительном разделе этой книги я поделюсь своими соображениями поповоду того, как создавать подлинные моменты в вашей жизни. Япризываю научить всему этому ваших детей и сделать традиции любвинеотъемлемой частью вашей семейной жизни.
* * *
Дети — это… оченьдревние души в крохотных телах.
Магистр Адальфо
Ваши дети — этоне ваши дети. Они — ваши учителя, ваши поводыри, те, ктобросает вам вызов, те, кто преподносит вам уроки, те, кто говорит вамправду, те, кто исцеляет ваши сердца, те, кто шлифует ваши души. Онисоединены с кладезем мудрости и любви, который большинство из насутрачивало по мере взросления. Они видят ангелов, они испытывают неоговоренную условиями любовь, они соприкасаются с космосом.
Все дети —маленькие мистики. Они с легкостью курсируют между видимым иневидимым мирами. Они еще не заперты в рамках времени и пространства.Они умеют летать.
До тех пор, пока мывдалбливаем в них свои представления о том, что подлинно, а что нет,все дети обладают естественной духовностью. Они помнят то, что мызабыли, и очень печально, когда мы не уважаем и не признаем ихврожденного знания, мы заставляем и их забывать эти вещи.
Вот одна прекраснаяистория, которую я услышала некоторое время назад — о матери,которая только-только родила второго ребенка, еще одного мальчика.Кажется, было так: однажды ночью она, подойдя к детской, увиделасвоего старшего сына, ему тогда было три года, который стоял уколыбели брата, не сводя глаз с лежавшей там маленькой фигурки. Чтобы там ни происходило, она не хотела вспугнуть его и поэтому осталасьстоять за дверью. Она увидела, как ее старший сын наклонился кноворожденному братику и доверительно прошептал: «Тс-с…Эй, Джимми! Это я, твой брат Денни. Расскажи мне, какой он, бог…А то я уже начал забывать».
Глаза материнаполнились слезами, когда она стала свидетельницей этого святогоподлинного момента. Она поняла: Денни знает, что маленький Джиммитолько что пришел из мира духов, мира, который Денни смутно помнил,но с которым стал утрачивать связь по мере того, как все большеидентифицировал себя через телесную оболочку и через ту роль, чтоотведена ему в качестве человеческого существа мужского пола по имениДенни. В этом тайном разговоре он тянулся к Джимми, надеясь сновавернуть себе часть истины, которая, как он чувствовал, с каждым днемвсе больше ускользает от него.
Мне нравится этаистория. Она говорит все, что можно сказать о том, кто такие на самомделе наши дети:
Пусть они войдут в вашу жизнь как учителя, какниспосланный вам дар… Пусть они покажут вам, как находитьзначение и радость в каждом моменте… И если вы забыли, какойбог, спросите ребенка, он напомнит вам…
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ДОРОГА К ПОДЛИННЫМ МОМЕНТАМ

11. Повседневная духовность: подлинныемоменты наедине с собой
Лишь человеческие существапроводят различие между человеческим и духовным. Эти понятиянеразрывны. Они переплетены друг с другом. Если вы не откроете своегосердца людям, для вас окажется сложным открыть свое сердце господу.Если вы не любите людей, включая себя самого, вам будет труднополюбить господа. Ваш духовный путь берет начало в вашейчеловечности.
Рон Сколастико
Когда-то очень давнонароды, заселявшие Землю, знали истину Единства: важна лишь радостнаяпеснь духа; человеческое — это лишь веселый танецбожественного; Земля, животные, ветер, солнце и звезды — братьяи сестры, у них на всех одно сердце, бьющееся в космическом ритме. Иих знание Единства делало благодатными дни их жизни, потому чтопридавало святость всему, что они переживали.
Но со временем истинабыла предана забвению и возник Путь Разъединения. И народы сталиверить, что господь — не то же, что они сами, и находится внеих и что «Природа» — слово для неодушевленныхпредметов, таких, как горы, реки и деревья, назначение которых —служить человеку. И они решили, что некоторые люди, такие, как жрецыи прорицатели, и некоторые места, такие, как церкви и храмы, вбольшей степени исполнены духовного, нежели остальные, и, значит, онилучше. Они поставили небо над собой, и земля перестала быть для нихсвященным местом И вот их повседневная жизнь стала обыкновенной,потому что они утратили свою связь с божественным.
* * *
Мы —прапраправнуки и прапраправнучки тех, кто следовал ПутемРазъединения. Мы отделили духовное от повседневной жизни и такимобразом отделили себя от повседневного ощущения духовности. Духовноестало ассоциироваться с воскресными церковными службами, или сосвященным днем отдохновения, или с йогой и медитацией, или спутешествием в Индию, или с паломничеством к известному европейскомусобору. Мы считаем, что молитва более духовна, чем езда навелосипеде, что читать религиозную литературу благочестивее, нежелизаниматься любовью. Мы разделили духовную и светскую жизнь и теперьудивляемся, почему она так часто кажется нам бессмысленной и лишеннойцели.
Мы даже отделились отсамого своего дома, Земли. Мы не внемлем ее ритму. Мы пытаемсяконтролировать его при помощи технологий, как будто сама планета —это дикое животное, которое мы решили приручить. Мы относимся к Землес враждебностью. Если на нашем пути гора, мы ее сдвигаем. Если деревозагораживает нам вид, мы его срубаем. Мы отравляем воды, загрязняемвоздух, и, поскольку имеем глупость считать себя чем-то особенным,отдельным, мы не видим, что, вредя нашей матери-земле, мы вредим исебе.
Поиск подлинныхмоментов и повседневной духовности должен начаться с возвращения наПуть Единства.
Повседневная духовность — это не убежите, вкотором вы прячетесь от вашей обычной жизни в поисках какого-тоособенного, возвышенного ощущения, она означает, что вы полностьюотдаетесь всему, что переживаете.
Это не путь, уводящийвас от человеческого к духовному, от земли к Небесам, это скорее тотпуть, что приводит вас к обычному и повседневному и предлагает найтив нем духовное. Он начинается и заканчивается там, где вы уженаходитесь, прямо здесь, прямо сейчас. Больше нечего искать, большенечего требовать. У вас уже есть все необходимое.
* * *
Мы — не человеческиесущества, имеющие духовный опыт. Мы — духовные существа,имеющие человеческий опыт.
Рам Дасс
Когда я сталаискательницей, я положила начало тому, что назвала «духовныйпуть». В своем стремлении познать бога я отвернулась от земныхвещей. Я часами, а иногда и днями погружалась в себя. Я проводилацелые годы отшельницей, в молчании, живя в горах и видя перед собойтолько других медитирующих. Я рассматривала свою телесную оболочкукак помеху просветлению, свои человеческие желания — какпрепятствие для достижения чистого духовного состояния. И смотрела насвою жизнь на Земле как на своего рода тюремное заключение, которое яотбывала, не имея из-за этого возможности вернуться обратно «домой»,в свои божественные пенаты.
За эти годы я испыталамного прекрасного, возвышающего, но счастливой могла быть, толькокогда занималась своей «практикой духовного». Последолгих поисков решения этой дилеммы я наконец пришла к важномузаключению о том, что человеческая жизнь и есть практика духовного, азначит, я практиковалась в человеческом бытии!!! Таким образом, язанималась неблагодарным делом. По сути дела, я пыталась изживать всебе человеческое начало. Неудивительно, что так жалко выглядела, —я пыталась выйти сухой из воды!
С того времени яработала над, тем, чтобы объять свое человеческое начало, а не бежатьот него, и искала в нем тот самый духовный опыт, который привыклаискать где-то еще. Теперь я знаю, что мое присутствие здесь, наЗемле, не приговор — это дар; что быть человеком означает непотерю духовного, а возможность для духа наслаждаться, будучи вфизической сфере. Я здесь, потому что я любима.
Чтобы испытыватьповседневную духовность, нам нужно помнить, что мы — духовныесущества, какое-то время проводящие в телесной оболочке. Мы неотделены от духа. Разделить нас невозможно. Мы — дух в обликечеловека. Таким образом, мы связаны со всей жизнью. Цветок —это дух, облеченный в цветок, помидор дух, облеченный в помидор.Скала — дух, облеченный в камень. Книга, которую вы держите вруках, дух, облеченный в книгу. Мы все вышли из одного источника. Мывсе сделаны из одних и тех же невидимых частиц вещества. Мы все —Одно Целое. Как части единого организма, называемого Жизнью, мыабсолютно зависим в своем выживании от всего физического мироздания.Ваше тело не заканчивается кожным покровом — оно простираетсяза пределы физических границ в окружающую атмосферу, котораяподпитывает ваши легкие; оно через космос тянется к Солнцу, котороенасыщает почву светом и дает вам лес, камни и землю, чтобы вы могливыстроить себе жилище. Таким образом, ваше тело неизменнораспространяется во всех направлениях и содержит в себе все.
Само ваше существование— плод вечного космического ухаживания Неба за Землей. Разве выне видите, как любят вас ваш отец-Небо и ваша мать-Земля, которые вкаждый момент сходятся, чтобы дать вам жизнь? Вот форма медитации,которой я учу слушателей на одном из своих семинаров:
Земля — моя мать,
Небо — мой отец.
Я — дитя вселенской любви…
В следующий раз, когдавы почувствуете разъединенность с окружающим вас миром или когда выбудете искать подлинные моменты, выйдите из дому, сядьте на траву илина землю и повторяйте эти слова про себя или вслух, с открытымиглазами или с закрытыми. После каждого повтора делайте глубокий вдох,наполняясь дарованным вам воздухом. Вскоре вы почувствуете вашу связьс целым и узнаете, что такое покой.
* * *
Люди видят бога каждый день.
Они просто его не узнают.
Перл Бейли
Когда мы отделяемдуховное от повседневного, мы ограничиваем свои возможностииспытывать подлинные моменты. Мы пропускаем обыкновенные чудеса,потому что ищем чего-то яркого, чего-то кричащего о себе: «Я —особенное, я — святое». Мы отвлекаемся на поискиэкстраординарного и вообще не узнаем святое, когда сталкиваемся сним.
На днях я со своимхорошим другом разговаривала о процессе нашего собственного роста, ион спросил меня, верю ли я, что в этом мире есть действительно святыелюди. Я поразмыслила с минуту и ответила, что верю: каждый раз, когдачеловек приходит из обители любви и доброты, он свят. Английскоеслово «holy», что означает «святой», имеетгреческий корень «holo», что переводится как«законченный», «цельный». Итак, святость насамом деле — это целостность, а святые — это те люди,которые соприкасаются своей целостностью со сложным многообразиемВселенной.
Я поняла, что необязательно далеко ходить в поисках подлинных моментов святости. Ониесть повсюду. Вам нужно лишь быть внимательнее…
Однажды вечеромнесколько месяцев тому назад мы с мужем, выходя из ресторана,услышали, как кто-то поет. Мы подняли глаза и увидели мужчину среднихлет, медленно бредущего по тротуару, он нес несколько полиэтиленовыхпакетов и грустно напевал сам себе. Я вначале подумала было, что унего приступ меланхолии, потом, подойдя ближе, заметила, что на немпотрепанная одежда, что он тощий, голодный наверняка и дрожит отхолода. «Скорее всего бездомный», — с грустьюподумала я. Он не собирался останавливать нас и просить денег, онпросто шел мимо.
Что-то в его песнеглубоко тронуло мое сердце, и я решила заговорить с ним.
— У васпрекрасный голос, — обратилась я к нему.
Он остановился иулыбнулся нам.
— Сердечновас благодарю, — ответил он. Раньше он звучал лучше, но отсырого воздуха сдал.
— А вы неспоете нам еще? — попросили мы.
И он запел —вначале негромко, застенчиво, а потом, забыв, кто он и где находится,уже в полный голос, вкладывая в этот гимн всю душу, все свое сердце.В какой-то момент он перестал быть уличным бродягой, ищущим, где быприткнуться на ночь. Он стал артистом, имеющим собственныхслушателей, он делился с нами своим даром — единственным, чемон мог поделиться, — радостью пения, которую он каким-тообразом ухитрился сохранить, хотя потерял все остальное. Его голоспарил над нами, он наполнил ночь исконной святостью, потому что в неммне слышались голоса всех человеческих существ, что когда-либообращали песнь к господу, будь то в восторге, во тьме или в отчаянии.
Когда он закончил, мы ввосторге зааплодировали. Энди, так его звали, извинился за то, чтознал лишь несколько мелодий.
— Последнеевремя жизнь у меня не ладится, — объяснил он. —Все напасти на меня свалились, я потерял и работу, и жилье, ностараюсь не унывать.
Слушая рассказ Энди оего невероятно трудной жизни и улыбаясь ему ободряюще, я понимала, онпреуспел в том, что большинству людей, включая меня саму, даетсяочень нелегко. Несмотря на все, он по-прежнему радовался жизни. Оншел по жизни с песней. Он переживал подлинные моменты.
На прощание мы далиЭнди немного денег и пожелали удачи. Я знаю, мы что-то изменили в егожизни — не долларами, которые вложили ему в руку, а тем, чтопозволили ему в определенный момент стать кем-то особенным и, в своюочередь, повлиять на нас. Тем вечером нам повезло. Энди стал нашимучителем, нашим ангелом, бредущим по тротуару; он, столь непохожий насвятого, и был настоящим святым. Его непреклонный дух напомнил мне,что, несмотря на все блага моей жизни, я, в отличие от него, неразгуливаю с радостными песнями.
* * *
Подлинные моментысвятости случаются, когда мы переживаем моменты целостности с самимсобой, окружающей средой или другим человеком. Проживая день, ищитемоменты святости и повседневные чудеса: ребенок, обнявший вас безовсякой причины; стая птиц, летящая в облаках; восхитительноеразнообразие фруктов и овощей, произрастающих из земли и ожидающихвас на рынке; передаваемая по радио песня, в которой вы слышитечто-то нужное вам; одинокий желтый одуванчик, пробивающийся черезтрещину в асфальте.
Когда вы остановитесь и обратите внимание насвятые моменты и повседневные чудеса, вы станете жить в благоговейномизумлении, помогая господу в сотворении божественной любви.
Проживать каждый день с почтением
Мы с мужем недавнопровели несколько недель на Бали, одном из островов, составляющихИндонезию. Жители Бали славятся своим дружелюбием, а познакомившисьво время путешествия с некоторыми из них, я бы сказала, что они ктому же самые счастливые люди. Не из-за того, чем они владеют, —в материальном плане у них мало что есть: средний годовой доход надушу населения составляет приблизительно триста долларов; большинствобалийцев живет в раскрытых настежь домах, без оконных стекол идеревянных дверей; подавляющее большинство моются и стирают одежду вреках и ручьях, омывающих буйно разросшиеся рисовые плантации. Но яникогда не назвала бы народ Бали бедным — он обладаетредкостным даром понимания того, как по-настоящему наслаждатьсяжизнью и находить священный смысл в каждом ее моменте, и в этомсекрет их счастья. Они — мастера создавать подлинные моменты.
Каждое утро мы сДжеффри шли завтракать в гостиничный ресторан, где нас приветствовалаПуту, наша улыбчивая официантка Путу была одним из самых довольныхлюдей, которых я когда-либо встречала Ее глаза искрились радостью,всем своим поведением она излучала тепло и спокойствие. Когда явпервые ее встретила, мы только-только приехали из СоединенныхШтатов, и в ее присутствии я еще лучше поняла, насколько я напряжена,суетлива и издерганна. Я наблюдала за ее изящными движениями, яслушала ее смех, когда она передавала мне стакан сока, и я поняла:Путу знает что-то такое, чего не знаю я. Несмотря на все мои успехи,на роскошь и комфорт, в которых мы ежедневно купаемся в СоединенныхШтатах, мне пришлось признать, что Путу гораздо счастливее меня. Иона тоже это понимала.
Мы никак не можемпонять, — призналась она на своем правильном английском, —почему все люди, которые приезжают сюда из Америки, так много имеют ипри этом выглядят такими несчастными.
Путу сказала это мнебез всякой назидательности. Она просто никак не могла взять в толк,чем это мы, туристы, заняты в своей повседневной жизни — таким,что это заставляет затворить наши сердца и души в гораздо большейстепени по сравнению с ее друзьями и домашними, ведущими незатейливуюжизнь на острове. Но, пообщавшись с Бали, я нашла ответ. Я узналаего, наблюдая за одной парой, — маленькие, высохшие, летвосьмидесяти, они обрабатывали свою рисовую делянку, как делали этовот уже шестьдесят лет подряд, а когда я проходила мимо,остановились, чтобы весело помахать мне. Я узнала его у нашего гидаАди, который рассказал, что каждое утро просыпается в волнении и емуне терпится узнать, — каких интересных людей, какиекрасивые виды откроет ему господь на пути, пока он будет нас возить.Я узнала его от мастера, резчика по дереву в одной крохотнойдеревушке, который обращался с каждой статуэткой Будды так, словноэто был сам Великий Будда, любовно отшлифовывая деревянный живот.
У всех этих добрыхлюдей было нечто общее — они проживали каждый день своей жизнис радостью и почтением. Собирая рис, они благодарили его за то, чтоон вырос; выходя к теплу, они благодарили солнце за то, что оновстало; они получают удовольствие от каждого нового знакомства; онипразднуют каждый новый день как благодать. Они мастера повседневнойдуховности. Храм их — вся Земля, и сам факт их существования —повод для торжества.
Моя удивительнаяпоездка на Бали стала смиряющим и вдохновляющим опытом. С тех пор какя вернулась, я пытаюсь жить с большим почтением к окружающей меняжизни и, когда я делаю это, получаю в награду много подлинныхмоментов.
* * *
Человек, спросив своего раввина:«О мудрейший, как мне лучше служить господу?» —ожидал получить глубокомысленный ответ. Старый раввин подумал исказал: «Ты лучше всего послужишь господу тем, что делаешь вданный момент».
Старая притча хасидов
Подлинные моментынаедине с собой возникают не тогда, когда вы делаете что-тоособенное, из яда вон выходящее, но, как гласит великий мудрецИогананда, «когда ты совершаешь обычные дела необычнымспособом». Делайте то же, что и всегда, но обратите вниманиевот на что:
Осмысленность — вот что превращает обычнуюзадачу в экстраординарный опыт.
Медитация по принципу «Именно сейчас»
Я хочу поделиться свами моей излюбленной методикой, позволяющей жить осмысленно, новначале позвольте объяснить вам, откуда она пришла. Однажды, примерногод назад, я вывела свою собаку Бижу на утреннюю прогулку. Пройдяпочти четыре квартала, я внезапно остановилась и поняла, что я вовсене гуляю, а думаю о недавнем телефонном разговоре с телепродюсером: яникак не могла решить, нужно ли мне нанимать нового сотрудника. Ябыла где угодно, но только не на улице. «Счастье можно найтитолько в данном конкретном моменте, — напомнила я себе, —но как мне попасть обратно в этот момент и как оставаться там, когдая туда вернулась?»
Внезапно у меня вголове промелькнули два слова: «Именно сейчас…» Ярешила воспользоваться этой фразой и наполнить ее тем, что я вдействительности делала в данный момент. Вот каков был ход моихмыслей:
«Сейчас я иду сБижу вверх по холму… Вот сейчас я ставлю одну ногу на мостовуювпереди другой… Вот сейчас я смотрю, как маленькое ловкоетельце Вижу скачет впереди меня… Вот сейчас я смотрю в голубоенебо… Вот сейчас я любуюсь тем красным цветком… Вотсейчас я именно здесь, именно сейчас…»
Пока я практиковаласвою медитацию по принципу «Именно сейчас», умственноенапряжение спало, дыхание мое стало глубже. Я прекратила попыткитащить за собой Бижу и получала удовольствие, останавливаясь вместе сним. Я стала чувствовать себя сосредоточенной в каждом моменте, ичувство спокойствия, умиротворенности стало наполнять все моесущество. К концу прогулки я чувствовала себя так, словно побывала вмини-отпуске, с лица моего не сходила довольная улыбка.
С того дня я все времяпрактикую медитацию по методике «Именно сейчас», особеннокогда ищу подлинные моменты.
Несколько советов для медитирующих по методике«Именно сейчас»
Постарайтесь делать этопо меньшей мере раз в день, Вы можете использовать эту методику,когда вы за рулем, во время пешей прогулки, за обедом, когда вынаблюдаете за людьми, строя что-либо, занимаясь любовью, делая все,что угодно.
Отнеситесь со всейсерьезностью к методике «Именно сейчас» хотя бы на пятьминут, тогда вы почувствуете ее достоинства.
Всегда заканчивайтефразой:
«Именно сейчас яименно здесь, именно сейчас…»
Неплохо делать глубокийвдох и выдох и расслабиться перед каждым «именно сейчас»,потому что дыхание всегда мгновенно помещает вас в данный конкретныймомент.
Я обнаружила, что этатехника наиболее действенна, когда вы произносите «Именносейчас» про себя, а не вслух.
Возможно, вам захочетсяпоэкспериментировать.
Использование «Именно сейчас» вкачестве дыхательной медитации
Одна из разновидностейвашей техники осмысления: вы используете ее вместе с дыханием, сидяспокойно, с закрытыми глазами, Найдите удобное место, где вас никтоне потревожит. Закройте глаза, думайте о своем дыхании, когдавтягиваете в себя воздух и когда выпускаете его. Потом начинайте просебя медитировать «Именно сейчас» следующим образом:
Вдыхая: «Вотсейчас я вдыхаю».
Выдыхая: «Вотсейчас я выдыхаю».
Повторить…
Вы заметите, как вашедыхание начнет замедляться, станет более ровным и что промежуткимежду каждым вдохом и каждым выдохом наполнятся безвременнымспокойствием. Не стремитесь сосредоточиться, думая о «Именносейчас»… просто расслабьтесь и хорошенько думайте овдохе и выдохе.
Если вам захочетсяиспользовать технику дыхания «Именно сейчас» длякакого-то вида эмоционального исцеления, вы можете использоватьследующие фразы:
Вдыхая: «Именносейчас я вдыхаю любовь».
Выдыхая: «Именносейчас я выпускаю из себя страх».
Повторить…
Я использовала это насеминарах и добилась замечательных результатов. Возможно, вы дажезаметите, как старые, похороненные эмоции выходят на поверхность иочищаются или на глаза у вас наворачиваются слезы, которых вы давноуже не проливали.
Другие способы создания подлинных моментовнаедине с собой
Ведите журнал илидневник. Не столько записывайте события, сколько запечатлевайте вашиспонтанные чувства, ваши наблюдения, ваши подлинные моменты. Нетнеобходимости писать каждый день; даже если вы садитесь за дневникнесколько раз в неделю, это уже ценно. Чем больше внимания выобращаете на подлинные моменты, которые только что пережили, тембольше этих моментов вы распознаете в следующий раз.
Проводите сами с собойсеансы внутреннего ориентирования. Один из вариантов ведениядневника: представьте, что вы соединены с могучим источником мудростии правды. Видится ли он вам как Поводырь или Учитель или просто каксгусток энергии — попросите его передать вам послания, вкоторых вы нуждаетесь в процессе записывания чувств. Откройте себявсему, что придет вам на ум, и записывайте то, что вы «услышите»у себя в голове. Не останавливайтесь, чтобы проанализировать илипонять то, что у вас получается. Когда вы закончите, прочитайте то,что вы только что «приняли», — вы поразитесьмудрости внутреннего руководства, которое через вас излилось настраницы.
Устраивайте осмысленныепрогулки. Даже если у вас нет собаки, вам необходимо время от временивыходить прогуляться. Вместо того чтобы просто куда-то идти,совершите осмысленную прогулку, пользуясь во время ходьбы медитациейпо принципу «Именно сейчас». Вы обнаружите внутри себя ивовне себя вещи, которых раньше не замечали.
* * *
Просто быть — ужеблагословенный дар. Просто жить — уже святость.
Раввин Абрахам Хешель
Вчера во всем миреумерли приблизительно 20 000 человек. Их пребывание на Землезавершилось. Они не проснулись сегодня утром. Они не почувствовали,как солнце коснулось их лиц, не почувствовали, как ветер обдувает ихкожу. Они не услышали смеха, пения, переклички птиц. Они не смоглисъесть яблоко или выпить стакан воды. Их не обняли, не поцеловали, имне улыбнулись. Они не увидели звезд, мерцающих в сегодняшнем вечернемнебе. Они не смогли поднять глаза на Луну. Они не смогли прочестьэтих слов, закрыть книгу, выключить свет и забраться под одеяло лишьдля того, чтобы увидеть сон и снова проснуться.
Вы живы. Вы сейчас здесь. У вас есть завтрашнийдень. Это благословенный дар. Наслаждайтесь обычными повседневнымичудесами, которые составляют вашу жизнь… Они и станут наиболеесвященными подлинными моментами.
12. Молчание и святые места
Нам необходимо обрести бога,а его нельзя найти в шуме и суете.
Бог дружен с тишиной.
Мать Тереза
Зачастую именно втишине и уединении вы находите свои самые значимые подлинные моменты.Тишина подпитывает душу и врачует сердце. Она создает изолированнуюпрослойку между вами и шумным, требовательным миром, в котором выживете, безмолвное чрево, в котором вы рождаетесь снова и снова.Молчание обладает собственным потенциалом регенерации, Оно всегдасвято. Оно всегда возвращает вас домой.
Уединение необходимодля глубокой тишины. Вам нужно найти время на то, чтобы побытьодному. Один и одинокий — не одно и то же. В английскомзвучании и написании слово «один» происходит изсредне-английского оборота «весь целиком». Когда вы один,вы не просто удаляетесь ото всех, вы пребываете с самим собой, вы«весь целиком» остаетесь наедине со своей собственнойсутью; вы возвращаетесь к целостности с самим собой. Таким образом,вы не ощущаете нехватки людей, которых вы на время оставили, вы,осознаете свою заполненность. И именно в этом состоянии, будучи «весьцеликом», вы способны прислушаться к своим внутренним голосам,узнать направление у своих собственных поводырей и вернуть себе своисобственные мечты.
Древние понималиценность одиночного странствия, молчаливого сидения в дозоре укостра, пытливого созерцания. Но мы живем в такие времена, когдатехнология лишила нас тишины и уединения. Становится все труднеенайти по-настоящему спокойное место. Даже среди недвижимых гор, дажев пустыне то и дело раздается рев реактивных самолетов, грохотавтомобилей, мчащихся с включенным на полную катушку радио. Оченьтрудно остаться в совершенном одиночестве при том, что на планете наспять миллиардов.

У большинства тишины вжизни совсем мало. Попробуйте вспомнить, когда в последний раз,включая и время сна, вы находились в тишине более часа. Выпросыпаетесь под треск будильника, вы смотрите телевизор, пока едитеи одеваетесь, вы едете на работу, слушая утреннее ток-шоу, высъедаете ленч в шумном ресторане, и так проходит день. Мы стольпривыкли к нехватке тишины, что, столкнувшись с ней, чувствуем себянеуютно. У меня есть друг, который живет в Нью-Йорке и который часторазъезжает. Он никогда не покидает дома, не прихватив с собой однуштуку, «генератор шума» — устройство, создающеепостоянный шумовой фон, который люди включают, чтобы уснуть. Каждыйраз, останавливаясь в моем доме, расположенном в горах за пределамиЛос-Анджелеса, он жалуется: «Здесь слишком спокойно, у меня отэтой тишины мурашки по коже бегают». Потом включает своюмашинку и, слушая шум, легко засыпает.
«Мурашки»моего друга вызваны дискомфортом, который он ощущает, когда тишинаустраняет все отвлекающие факторы, обращая его внимание внутрь себя,заставляя его побыть с самим собой.
Молчание и уединение — словно очная ставка.Они тотчас же заставляют нас погружаться в тишину, и по этой причинеони так жизненно важны для нашего духовного здоровья.
Тишина позволяет вам навсе обращать внимание, наблюдать за потоком ментального хлама,проходящего через ваше сознание. Это все равно что сидеть на берегуреки и смотреть на обломки, проплывающие по воде. Когда вы выбираетеуединение и тишину, вы становитесь свидетелем мыслей, реакций,эмоций, которые влияли на вашу способность принимать ясные решения,или отыскивать ключ к решению проблем, или распознавать своиподлинные чувства. Вы можете исследовать все эти эмоциональныеосколки, отметить те из них, которые не способны сослужить вамникакой службы и даже, напротив, причиняют вам боль, вносят сумятицув вашу жизнь, и решить, что вам выкинуть, а что оставить.
Представьте, что выразвешиваете картины в своей гостиной. Вы настолько поглощены этимзанятием, что не удосуживаетесь сделать паузу, отойти назад ипосмотреть, ровно ли висят картины. Вы просто заколачиваете гвозди встену. Отвести время для тишины означает отойти на достаточноерасстояние, чтобы определить, ровно или косо висят картины в вашейжизни. Тишина поможет вам ясно увидеть, порой в первый раз, чтоименно у вас разладилось.
Уход в себя обеспечивает гораздо более мощныйвыход из себя.
Когда вы найдете времядля явного ничегонеделания, тишины и уединения, ваша деятельностьстанет гораздо более эффективной и значимой. Великие мудрецы, шаманы,святые и воины всегда это знали. Они уходили в тишь передстранствием, битвой, торжественной церемонией, военным походом. Ониискали уединения на вершинах холмов, под полной луной, в глубинелесных чащ, в вигвамах, в часовнях. Там они опустошали себя,сбрасывая с себя бремя ограничений, открываясь для священной тайнывакуума. Они выходили за пределы времени и пространства. Они ждали,пока их объемлет жизнетворная сила — Источник всего сущего. Апотом они возвращались, чтобы взвалить на себя земные заботы, обладаясилой и провидением, которые можно получить только из контакта сБезграничным.
В моей собственнойжизни именно молчание заложило основу для творчества и свершений,которыми я больше всего горжусь. Когда мне было двадцать с чем-то, япроводила целые месяцы на курсах медитации с наставниками помедитированию. Часто мы днями, а то и неделями наряду с обычнойпрактикой медитации соблюдали молчание. Несколько недель подряд я непроизносила и не слышала ни единого звука: ни разговоров, ниприветствий, ни шуток… только тишина. Чем глубже я погружаласьв молчание, тем более проникновенным становился мой духовный опыт.
Оглядываясь назад, японимаю, что это были одни из самых сильных по своему преобразующемувоздействию моментов в моей жизни, подготовивших меня для той работы,за которую я взялась в последующие годы. Мой муж поддразнивает меня,говоря: «Да, но, покончив с молчанием, ты заговорила и с техпор уже не останавливалась!!!» В чем-то он прав. Я настолькоуглубилась в себя, что была как стрела на оттянутой назад тетиве, и уменя часто возникает чувство, что меня выпустили и я до сих пор лечу.Я знаю, что, не получи я в свое время возможности совершитьпутешествие в глубь себя, я ни за что не смогла бы вылететь в мирнастолько сосредоточенной и целеустремленной и никогда не научиласьбы прислушиваться к направляющим меня силам.
* * *
Чем больше ты говоришь об Этом,чем больше ты думаешь об Этом, тем больше ты удаляешься от Этого.Перестань говорить, перестань думать, и не останется ничегонедоступного твоему пониманию…
Сенгстан
Сила молчания — вего пустоте. Молчание — это восприимчивое пространство. Оносоздает священный вакуум, окошко, через которое вы можетевоспринимать истину, перспективы, силу, исцеление, откровение. Вмолчании вы минуете слова и контактируете с бессловесным. Васнаполняет умиротворенное знание.
Молчание — не тоже самое, что молитва. Молитва — это способ направить своимысли и чувства, сфокусировать их и отослать к источнику. Молчатьозначает слушать, воспринимать, быть. Это попытка дотянуться доисточника или вступить с ним в контакт. С другой стороны, молчаниепозволяет вам прислушаться к источнику внутри вас, стать с ним однимцелым. Молитва направлена изнутри. Молчание направлено внутрь себя. Вмолитве вы — отправитель, а в молчании вы — получатель.
Я верю, что бог,божество, Космический Разум, Высшая Сила или любая другая сила, вкоторую вы верите, существует для того, чтобы к ней взывали, чтобы ееблагодарили и ценили. Но я также верю, что контакт с Духом подобенрадио с обратной связью, через которое вы можете и приниматьпослания, и отправлять свои собственные. Если вы не чувствуете себясвязанным с Духом настолько, насколько вам бы хотелось, хотя выистово молились традиционным способом, вам, возможно, следует меньшемолиться и больше вслушиваться. Возможно, господь давно ждет случаяпоговорить с вами, но вы не даете ему вставить и слово!..
Учитесь вслушиваться в тишину
Погрузиться в молчание,как и плавать в океане, — это целое искусство, котороетребует практики. И чем больше вы практикуетесь, тем лучше у васполучается. В качестве первого шага нужно успокоить свой разум,отказаться от своего обычного мыслительного процесса. Это все равночто сесть в лодку, которая унесет вас от берега в открытое море.Точно так же, как лодки бывают разных видов, существует множествоспособов успокоить свой разум. Вы можете выбирать из всегомногообразия методик медитирования и дыхательных упражнений то, чтовам подходит. Потратьте время и найдите самую действенную для себя. Вконце концов, если вам не нравится ваша лодка, вам не захочется частона ней плавать.
Когда вы обзавелисьтранспортным средством, готовым унести вас от ландшафтовповседневности, вам необходимо овладеть искусством лавирования ввоздушных потоках и волнах. Бывают различные «волны» илиуровни молчания.
…Естьповерхностное молчание, безмятежное, расслабленное, которое,убаюкивая, приводит вас в сконцентрированное пространство.
…Есть глубинноемолчание, мощный вихреобразный порыв любви и постижения истины,который, вовлекая в свою круговерть ваш дух, забрасывает его на новыеуровни сознания.
…А еще естьприливная волна молчания, всепоглощающая сила, которая захлестываетвас с головой, поглощает ваше «я», вашу индивидуальность,заставляя вас погружаться в вихревую массу Света и Благости до техпор, пока вы не сольетесь с ними в единое целое.
Отправляйтесь в путьоттуда, где вы находитесь, и пусть само Молчание станет вашимпроводником. Оно доведет вас туда, куда вам необходимо попасть.
* * *
Если вы не привыклиобращаться внутрь себя, вам придется проявлять терпение до тех пор,пока вы не научитесь плавать во внутреннем пространстве. У вас уйдеткакое-то время на то, чтобы подстроиться под его ритм и мелодию.
Представьте, что выгуляете по лесу с другом, а тот захватил с собой портативныймагнитофон, из которого гремит музыка. Вы не можете расслышатьничего, кроме музыки. Если ваш друг выключил магнитофон, вы вначалетоже мало что слышите, ваши уши еще не привыкли к тишине. Вскоре выначинаете различать звуки, которые постоянно там присутствуют: шелестлистьев на ветру, копошение маленьких зверьков в кустарнике,поскрипывание тяжелых ветвей. Чем дольше вы прислушиваетесь, тембольше слышите.
То же самое происходити в путешествиях, которые вы совершаете внутрь себя. Поначалу вам,возможно, покажется, что ничего не происходит, что вы просто сидите,дышите и медитируете. Вскоре, однако, вы научитесь различать чувства,которые не заявляют о себе громко, но которые постоянноприсутствовали там под шумовой завесой повседневного состояния вашегоразума.
Когда вы сдружитесь с молчанием, оно заговорит свами так же громко, как все самое громкое, что только есть во внешнеммире. Вскоре вы не сможете игнорировать его голос, который в конечномсчете есть голос вашего собственного духа, взывающею к вам.
Вот несколькопростейших способов испытать в своей жизни моменты тишины:
Водите машину свыключенным радио. Машина — прекрасное место для медитации. Вамне наскучит ваше занятие, вы не можете просто встать и уйти.Некоторые величайшие откровения снисходят на меня, когда я веду своюмашину. В течение двенадцати лет я раз в месяц в выходные провожусеминар в Лос-Анджелесе, и каждый раз в пятницу вечером, когда еду встудию, я веду машину в полной тишине, особенно за пределами города.К тому времени, когда я прибываю на место, я уже получаю необходимоеруководство и ответы, которые искала.
Сделайте из своеймашины святое место. Когда вы одни, постарайтесь ехать в тишине илислушайте мягкую музыку без всяких лирических переживаний. Неотрывайте глаз от дороги, но прислушивайтесь к своему внутреннемуголосу.
Сидите в тишине присвете костра или при свечах. Разожгите огонь в камине или простозажгите свечи, поставьте их поближе к себе на стол, так чтобы быловидно их пламя, выключите свет. Убедитесь, что телевизор и радиовыключены и что вас никто не потревожит. Сядьте и смотрите на пламя.Вслушивайтесь в потрескивание поленьев или наблюдайте за тем, каквоск стекает по свече. Представьте свет, озаряющий все темные,потаенные уголки внутри вас. Обратите внимание на то, что вы видите.Или, если вы ничего не видите, просто наслаждайтесь простотоймомента.
Совершите молчаливуюпрогулку с любимым человеком. Это способ разделить с кем-то вашемолчание. Найдите приятное место для прогулки — чем спокойнее,тем лучше. Возьмитесь за руки. Прочувствуйте ритм шагов друг друга,теплоту кожи, соприкасающейся с вашей. Вскоре вы заметите, как вашисердца ведут между собой неслышную беседу.
* * *
Ваше святое место там, где высможете снова и снова находить себя.
Джозеф Кэмпбелл
Я уверена, что каждомуиз нас нужно святое место, символическая обстановка, котораямобилизует наше сознание и заставляет его сосредоточиться на нашемнастоящем путешествии. Обладание собственным святым местом поможетвам пережить в своей жизни больше подлинных моментов. Оно позовет васобратно к подлинным моментам, которые у вас случались прежде, иоблегчит ваше паломничество внутрь себя.
Святым местом можетстать подушка в углу вашей спальни, где вы молитесь или медитируете,полка или шкаф, куда вы кладете вещи, имеющие для вас особоезначение, даже стена, на которой висят памятные сувениры,напоминающие об этапах вашего развития. Это может быть место, где высидите или преклоняете колени. Оно не обязательно должно бытьпросторным — пусть это будет секция вашего туалетного столикаразмером шесть на шесть дюймов.
Место становится свято,если вы намерены сделать его таковым. Вот в чем все дело. Вам ненужны причудливые статуэтки или помпезная мебель. Вам нужно лишь то,что вы хотели бы туда поместить, предметы, которые помогут вамсосредоточиться и всколыхнуть свой дух. Ваше святое место можетвключать в себя:
Фотографии людей,которых вы любите, — ваших партнеров по браку, вашихдетей, друзей, членов семьи, домашних животных.
Фотографии покойныхродственников, которых вы любили.
Религиозные илидуховные символы, исполненные для вас значения.
Портреты вашихнаставников и учителей.
Памятные сувениры,напоминающие вам об особых подлинных моментах вашей жизни.
Любимая книга,вдохновляющая вас: ваша Библия, молитвенник или какая-то другая.
Предметы, взятые изприроды, которые напомнят вам о связи с Землей: камешки, кристаллы,цветы, ракушки и прочее.
Свечи.
Мое святое место в доменаходится в комнате, в которой я пишу. В данный момент я смотрю нанего. Оно расположено в верхней части невысокого кабинета, где окно.Там собраны многие предметы — и уже перечисленные мной, идругие, — которые мне дороги. Это место, где я молюсь, гдея сосредоточиваюсь, где я прошу руководства, где я выражаюблагодарность за то, что мне ниспослано. У меня существуют особые,интимные ритуалы, которые я отправляю здесь, ритуалы, разработанные,чтобы помочь мне обратиться внутрь себя и вспомнить, кто я на самомделе и зачем я здесь. Когда я растерянна или напугана, когда я выхожуиз равновесия, я поднимаюсь наверх в свое святое место, встаю наколени или сажусь возле него и пользуюсь им, чтобы вернуться обратнок себе домой.
Даже когда япутешествую, я создаю маленькое святое местечко, где бы нинаходилась. Первое, что я делаю, поселяясь в номере отеля, —достаю несколько сокровенных предметов и раскладываю их возлекровати. Теперь комната — моя, теперь я спокойна. Некоторымлюдям нравится иметь еще одно святое место вне дома. Если вампосчастливилось жить в таких условиях, когда это возможно, то святымместом вне дома может стать дерево позади вашего дома, или местечковозле озера, или скала, нависшая над океаном. Приходя туда, вы можетезахватить с собой какие-нибудь важные для вас предметы или прийти безвсего и просто ждать, пока святость Природы-матери поможет вернутьсяв равновесие.
Не торопитесь создаватьсвятое место там, где вы живете, если у вас еще нет такового. Простовознамерьтесь позвать его в свою жизнь, а потом выждите какое-товремя. Пусть ваше святое место сообщит вам, где оно хочет находиться.Постепенно оно начнет заявлять о себе, по мере того как вашипредметы, один за другим, отыщут свой путь туда. Некоторыми из нихбудут вещи, которые появились у вас довольно давно. Некоторыми —нежданные дары. Со временем вы создадите свои собственные, уникальныеритуалы и подлинные моменты в своем святом месте.
Чем больше вы посещаете ваше физическое святоеместо, тем больше вы привыкаете контактировать со святым местомвнутри вас, и вскоре, куда бы вы ни шли, вы будете носить святоеместо с собой.
* * *
Вырвитесь из круга времени ивступите в круг любви.
Джалаледдин Руми
Простейший способсделать некое пространство местом, где вы можете переживать подлинныемоменты, — это привнести туда любовь. Любовь делает любоепространство святым, а каждый момент исполненным значения. Когда вы свашим партнером ночью, лежите в постели и прижимаетесь друг к другу,вы — в святом месте. Когда вы расчесываете волосы дочери, вы —в святом месте. Когда вы обняли друга, охваченного грустью, вы —в святом месте. Любовь ввергает нас в безвременное пространствовосторга. На то время, когда мы купаемся в любви, она становится длянас всем. Ничего другого не существует.
После того, как вы прочтете это, закройте глаза.Дышите плавно и глубоко до тех пор, пока не обратите своего сознанияизвне вовнутрь себя. Плывите по вашим мыслям и вокруг ваших чувств.Не останавливайтесь до тех пор, пока не отыщете Тишину. Ныряйте внее… глубже, глубже. Теперь плывите в Тишине. Дайте ейпроникнуть в каждую клеточку вашего естества. Осознайте ее какСпокойствие. Осознайте ее как Любовь. Станьте тишиной…
13. Ритуалы и подлинные моменты
Когда люди участвуют вцеремонии, они вступают в священное пространство. Все, что находитсяза пределами этого пространства, теряет свою важность. Время течет вдругом измерении. Эмоции изливаются более свободно. Тела участниковнаполняются жизненной энергией, и эта энергия выплескивается наружу иосвящает все сущее вокруг. Все обновляется; все становится святым.
Сан Бир
Ритуалы создаютогромные возможности пережить подлинные моменты. Они переносят вас изобыкновенного повседневного мира в мир священный и помогают вам вновьустановить контакт с жизнью как единым целым. Когда вы совершаетеритуал или личную церемонию, на вас тут же нисходят сознание иосмысленность. Вы именно здесь, именно сейчас вспоминаете о вашемистинном предназначении, питаете свое сердце и обновляете ваш дух.
Потому что с той поры,как род людской ходит по земле, мы делали ритуал частью нашей жизни.Древние, которые пришли в этот мир раньше нас и жили в гармонии сземлей, осознавали важность священных церемоний как пути установленияконтактов, как способа придать высший смысл суровой, часто полнойтяжких испытаний жизни. Были ритуалы для выращивания урожая, ритуалыдля празднования жатвы. Были ритуалы, посвященные смене времен года,ритуалы, посвященные изменениям, произошедшим в нашем организме.Песни, пляски, скандирование, пиршества, обряд очищения, молитвы —все это происходило не с бухты-барахты, а в предписанное время.
Постепенно, столетие застолетием, мы разъединялись с землей и переходили от духовногосуществования к более светскому. И в процессе этого мы удалили изсвоей жизни многие ритуалы. Мы были слишком заняты достижением новыхвысот, чтобы остановиться и отправить церемонии, не дающиенемедленного результата, — то, к чему мы болезненнопристрастились.
Некоторые, ритуалыостались, но они померкли перед нашими материалистическимиценностями, особенно здесь, в Америке. Дни рождения, рождественскиепраздники и годовщины стали поводами для получения подарков, длятого, чтобы объедаться и пить без меры, а не для того, чтобыпраздновать любовь и обновление. Брачные церемонии стали поводом длятого, чтобы устроить пышный банкет, а не освятить союз двух сердец.Даже смерть не устояла перед натиском коммерциализма: мы тратимкрупные суммы на изготовление гробов и обелисков, но не удосуживаемсяотдать все почести и благословить дух нашего друга или родственника.
Когда жизнь наша лишенаритуалов, мы мчимся по ней очертя голову. Мы не останавливаемся,чтобы поразмыслить над значением того, что происходит с нами. Нам,оказывается, трудно вспомнить свое предназначение в более широкомконтексте. Мы забываем, кто мы такие. Мы сбиваемся с пути.
Когда наши ритуалы отдаляются от духовного иэмоциональною и фокусируются на материальном, наш дух не находит путидля возвращения в свою обитель.
* * *
Мне пришлось проделатьпуть в тысячи миль, чтобы во время нашего недавнего пребывания наБали лицезреть пример того, как ритуал делает более яркой нашу жизнь.У балийцев есть ритуалы и церемонии для всего: утренние ритуалы дляначала работы, ритуалы освящения мостов, чтобы по ним безопасно былоездить, ритуалы, посвященные первым шагам ребенка. Пока Ади, нашмягкий, добросердечный гид, возил нас с мужем среди буйно разросшихсярисовых плантаций и холмов острова, он с почтением истолковывал намвсе особые молитвы и церемонии.
«Ритуалы дают намвозможность сосредоточить внимание на том, что важно», —почтительно сказал он.
Душевный покой, которыйиспытывает человек на Бали, берет начало в обостренном ощущениисмысла, с которым жители Бали делают все в своей жизни. Не в примернам, жителям западного мира, они не дожидаются определенныхнескольких дней в году, чтобы устроить празднество, связанное с ихдетьми, или пищей, которую дает земля, или с любимой семьей. Они изодня в день воздают должное благам своего бесхитростного, гармоничногобытия. Каждый день становится чередой поистине подлинных и важныхмоментов.
* * *
Для чего нужны ритуалы?
Ритуалы залают жизни ритм
Они — ударыбарабана, отмеряющие время, пока вы идете своим путем. Ониобеспечивают непрерывность. Они — предсказуемые интервалы внепредсказуемом мире. Таким образом, соблюдение ритуалов становитсянеразрывной нитью, которая вплетена в ваши дни и ночи, соединяя вас стем, что вам знакомо. Молитва, которую вы произносите каждое утро,встречая рассвет, церемония, которой вы и ваш возлюбленный отмечаетекаждую годовщину вашего союза, прогулка в одиночестве, совершаемаявами каждое воскресенье, — все это становится вехами,которыми вы размечаете свой путь. Они останавливают вас и заставляютобратить внимание на то, где вы находитесь, на эмоции, которые вычувствуете, на тот момент, в котором вы пребываете.
В последний денькаждого уходящего года мы с Джеффри выполняем особый ритуал. Мыпроводим несколько часов сидя в спокойном месте и выражаяблагодарность за все, что случилось с нами за последние двенадцатьмесяцев. Мы воздаем должное друг другу и остальным людям, отдавшимнам свою любовь; мы вместе признаем ценность произошедших за этовремя событий, уроков, извлеченных нами, испытаний, с которыми мыстолкнулись, и новой мудрости, которую эти испытания нам принесли.Месяц за месяцем мы прослеживаем год и вспоминаем важные моменты,милые сердцу эпизоды и чудесные дары. К началу нового года мычувствуем себя очень счастливыми и осыпанными благами.
Печально, что так многолюдей предпочитают отмечать важные моменты в жизни такими обильнымивозлияниями, что на следующий день у них в головах не остаетсяничего, кроме похмелья. Это тоже своего рода церемония, но в ееоснове — стремление ввергнуть себя в бессознательное состояние,а не в более осознанное. Наш новогодний ритуал приносит нам чувствоудовлетворенности минувшим годом и волнение по поводу наступающего.Мы завершаем год подлинными моментами, а это — превыше всего.
Ритуалы существуют, чтобы праздноватьвозрождение, чтобы отмечать переход от одного жизненного этапа кдругому
Они важны для того,чтобы с должным почтением переступить символический порог. Мыиспользуем их, чтобы отметить очевидные изменения в жизни: рождение,вступление в брак и смерть; но есть много других важных поводов,которые остаются незамеченными, а потому неосвященными: образованиеновой семьи, перемены в карьере, новоселье, избавление от пагубногопристрастия, излечение болезни или последствий несчастного случая,начало менструаций и затем их окончание, развод или разрыв отношений,начало последним ребенком самостоятельной жизни, достижение своейзаветной цели. Отмеченные ритуалами, эти события наполнятсяподлинными моментами и глубочайшим смыслом.
Несколько лет назад,когда мы с Джеффри заговорили о женитьбе, я обнаружила в себе сильноебеспокойство и страх. Я знала причину: мне все еще было очень больноиз-за несложившихся отношений, которые, как мне казалось, я«сломала», словно ценную вещь. Мне было жаль, что преждея уже была замужем и что я не могу выйти за него так, как выходят впервый раз. Обратить время вспять невозможно, и потому я решиласоздать себе переходный ритуал, чтобы официально покончить с периодомболи, в котором я пребывала так много лет, и отметить начало новогопериода — удовлетворенности. Я отправилась в заветное место —на холм, возвышающийся над океаном, где я могла посидеть одна. Явзяла с собой фотографии всех мужчин, которых я прежде любила, инесколько памятных сувениров, оставшихся после них. Я также взяланесколько особых предметов из своего домашнего святого места, которыевсегда помогают мне прикоснуться к высшей истине. А потом я выполниласвой ритуал «освобождения», в котором благодарила каждогоиз этих мужчин за те уроки, которые он мне преподал, и за любовь,которую они дали мне, взяла обратно те частицы себя, которые, как мнеказалось, я дала каждому из них, и попрощалась с прошлым. Я разорвалафотографии и письма и сожгла их в маленькой вазе, превратив в пепел.Взяв пепел в руки, я предала его земле и ветру и попросила о том,чтобы мое сердце излечилось от страха перед обязательствами и сновастало единым целым, чтобы я могла отдать его Джеффри все, безостатка.
Этот ритуал ознаменовалмой переход от женщины, которой я была прежде, к женщине, которой ястала. Он дал мне момент, чтобы полностью осознать свою трансформациюи формально освободиться от прошлого. После этого я почувствоваласебя так, словно сбросила тысячу фунтов страха. Конечно, я продолжалатрудиться над тем, чтобы выработать в себе доверие и упрочить нашиотношения, но эта церемония стала поворотным пунктом в процессе моегоисцеления.
Возможно, вы прошличерез многие жизненные стадии, не делая остановок, чтобы воздатьдолжное своему путешествию, а может быть, вы именно сейчас проходитечерез какой-то важный этап. Найдите время, чтобы создать себенаполненный смыслом ритуал и отметить ваше новое рождение.
Ритуалы для исцеления и обновления
Их можно использовать,чтобы очистить и укрепить ваш контакт с богом, вашей работой, вашимпартнером и с вами самими. Вы можете создать ритуал обновления, когдаснова испытываете потребность в ясности и силе, когда вы нуждаетесь вруководстве, в том, чтобы вас направили, или когда вы и тот, кого вылюбите, хотите перейти на более глубокий уровень близости, ночувствуете, что-то стоит у вас на пути.
Я совершаю ритуалыобновления, прежде чем засесть за книгу, когда чувствую себя духовноотгороженной и слишком зациклившейся на своей работе и когда пытаюсьпобороть какую-то застарелую эмоциональную боль, которая проходитслишком медленно. Иногда я создаю их дома, в своем святом месте;Иногда — в ванной, если мне хочется по-настоящему «очиститься»,иногда я выбираюсь на природу: на вершину горы или в одно из самыхпотрясающих мест в Седоне, штат Аризона Я всегда чувствую себя послеритуалов обновления уравновешенной и защищенной.
* * *
Только в груди разжег я пламя.
Сердце мое — алтарь.
Сердце мое — алтарь.
Стихотворение буддийскогомонаха
Все ритуалы берутначало и заканчиваются в моем сердце. Они связаны не с местами, онисвязаны с предметами. Они связаны с любовью, уважением и памятью.
Все, что делаетсяосмысленно и с определенными намерениями, является разновидностьюритуала. Создавая ваши собственные ритуалы, не попадайтесь вматериальные ловушки и не забывайте про свою цель: создать моментдуховной связи и осмысленности. Вам не обязательно окружать себясвечами и кадильницами, или стремиться попасть в какое-тоопределенное место, или использовать какие-то особые формулы; если выхотите, можете этого не делать. Все, что требуется, — этоваше решение придать важность времени и месту, в которых вынаходитесь, а переживаемому вами опыту — святость.
Что превращает момент в ритуал? Ваше намерениенаполнить свое время ритуальным значением и целью. В вашей властипридать смысл тому, что вы делаете.
Каждому из наснеобходимо заново создать и соблюдать свои собственные ритуалы.Некоторые вы будете выполнять ежедневно, некоторые — в особыхслучаях. Вот несколько концепций, которые придадут смысл нашимтрадиционным поводам для торжеств. А какими из них пользоваться и каких построить — решать вам.
Дни рождения.Празднуйте рождение того человека, которым вы стали за минувший год.Принесите благодарность за еще один год жизни и за все дары, которыевы получили. Избавьтесь ото всего, что вы не хотите брать в следующийгод. Отдайте должное родителям за то, что они встретились и дали вамвозможность появиться на свет.
Годовщины совместнойжизни. Празднуйте свое развитие как семейной пары в минувшем году.Воздайте должное любви и преданности, которыми вы друг друга одарили.Отметьте изменения, которые вы усматриваете в вашем партнере.Подтвердите приверженность вашим отношениям, обновите давние клятвы ипридумайте новые для следующего дня.
Прием друзей по поводубудущего ребенка.
Каждый может поделитьсясвоей мудростью, высказать пожелания матери и ребенку, преподнестидар знаний как альтернативу чисто материальным подношениям. Можнорассказать еще не родившемуся ребенку о том, как его все любят и кактрепетно ожидают его рождения.
День благодарения.Разделите с кем-то свою благодарность за радости года. Сделайтеблагодарственные звонки по телефону, напишите благодарственныеписьма. Скажите спасибо Земле за то, что она приютила вас иподдерживала в вас жизнь, подарив вам Пищу.
Рождество, Ханука2,Пасха, Песах3,Новый год. Празднуйте благословенные дары этого года, любовь, которуювы получили, и свет, который направлял вас в жизни. Поделитесь своейблагодарностью и любовью с теми, о ком вы заботитесь. Дарите.Вступайте в новый цикл с радостью. Освободитесь ото всего, от чего выхотели бы избавиться, от тех ваших составных частей, в которых выбольше не нуждаетесь и которые не служат вашему высшему благу.Распрощайтесь с кусочками прежнего, умирающего себя и приветствуйтесвое воскрешение в новом качестве и начало путешествия к большейсвободе.
Отпуск. Наметьте цели,связанные с личностным и духовным обновлением. Задайтесь намерениемне возвращаться с каким-то бременем, напряженностью илиэмоциональными преградами, теми, с которыми вы уезжаете. Используйтевремя отпуска для исцеления и восстановления связей с самим собой и стеми, кого вы любите.
* * *
Наша планета, наш дом,знает секрет ритуалов и обрядов. Каждое утро солнце поднимается вкрасно-оранжевом зареве, чтобы поцеловать землю, обдав ее светом итеплом; птицы поют свои первые ликующие песни, сады приветствуют вассвоим пышным многоцветьем. Каждый вечер солнце садится, закрашиваянебо прощальными закатными красками и погружаясь в темноту; сверчкистрекочут свои ритмичные колыбельные, и земля засыпает. Каждую зимуземля покорно сбрасывает с себя старое, освобождая место для новойпоросли. Каждую весну она гордо отмечает свое обновление изобилиемжизни.
Земля не позволяетсвоим изменениям совершаться невозвещенными. Она ознаменовывает ихвеличественным и полным драматизма ритуалом. Мы должны учиться уземли и отмечать наши циклы священнодействием. Она указывает нампуть.
Если вы живете со святостью и осмысленно, каждыймомент может стать церемонией, празднующей вашу связь с Создателем исо всем живым…
14. Благодарность и добрые поступки
Мы не можем совершать великихдеяний — только малые, но с великой любовью.
Мать Тереза
Несколько лет назадженщина по имени Анна Герберт из графства Марин, штат Калифорния,осознала фразу, вертящуюся у нее в голове:
«Практикуйте бессистемную доброту инеосознанные красивые поступки».
Она принялась делитьсяэтой мыслью с друзьями, называя ее формой «позитивной анархии»,и решила поэкспериментировать с такой философией, совершая добрыепоступки наобум. Она разводила цветы на уродливом пустыре, онавносила плату за проезд по мосту за несколько автомобилей позади нее.Вскоре эта идея распространилась в виде лозунгов на автомобильныхбамперах по всему графству, и так родилось движение «партизанскойдоброты».
Добрые поступкисоздают, подлинные моменты. Они — живые ритуалы повседневнойдуховности. Они соединяют ваше сердце с сердцем другого человека исоздают каналы, по которым перетекает ваша любовь.
В бессистемной добротепрекрасно то, что каждый день предоставляет вам тысячи возможностей.Машина, ожидающая, пока вы пустите ее в свой ряд, человек, несущийсяк лифту, в котором вы стоите, или обронивший вещь и нуждающийся втом, чтобы вы ее подняли. У вас есть дети, которым так нужно, чтобывы назвали их особенными, ваша законная половина, которой нужносказать, что он любим или она любима, друзья, минутного телефонногоразговора с которыми достаточно, чтобы высказать, как вы имидорожите, собаки и кошки, которым хочется, чтобы их погладили,почесали, чмокнули, и сотни незнакомых людей, для которых улыбкаозначает, что они не совсем уж нёзаметные.
* * *
Два года назад мы сДжеффри сняли небольшой коттедж на маленьком островке, чтобы провестиотпуск, который мы устраиваем себе в конце каждого года. В первыйдень после прибытия, едва усевшись внизу почитать, я услышалажалобное «мяу», звучавшее как плач. Заглянув в заросли, янашла ее: тощую, кожа да кости, облезлую бездомную кошку. Онасмотрела на меня так, словно не ела уже несколько недель, и дрожалаот страха и голода. Я знала: если накормить ее, она не оставит нас впокое все следующие десять дней, но у меня сердце разрывалось примысли о ее страданиях. Я сходила в дом, принесла банкуконсервированного тунца и поставила у нее на виду.
Минут двадцать кошкамяукала и завывала, но не приближалась к еде. Я поняла, что еезапугали, и она привыкла к тому, что все здешние туристы на нее орут,гонят прочь, и она не верит, что я не обижу ее, как остальные. Я селана землю и заговорила с ней успокаивающе, обещая заботиться о ней,если она сама даст мне такую возможность.
Наконец мояприятельница-киска осторожно подошла к тунцу, проглотила его сволчьей жадностью, быстро, как только могла, и бросилась в заросли.Но я знала, что она вернется, — так оно и случилось в тотже день во время обеда Я уже была наготове. Чуть раньше я сходила вместный универмаг и запаслась кошачьей едой, и теперь у нее ушловсего пять минут на то, чтобы преодолеть страх и поесть.
В течение следующихполутора недель я заботилась о своей маленькой черной подружке.Большую часть дня она проводила вместе с нами, развалившись насолнышке, а несколько раз во время дождя я слышала, как она зоветменя, и отпирала дверь на крыльцо, чтобы она могла переждать непогодув сухом месте. Каждое утро, вставая, я уже предвкушала, что увижу еемордочку, высовывающуюся из зарослей. Джеффри то и дело напоминалмне, что, когда мы уедем, следующий жилец скорее всего опять еепрогонит, но мне не хотелось об этом думать.
В конце концов насталтот роковой день, когда мы должны были возвращаться домой. Кискасмотрела, как мы собираем вещи, сновала у меня под ногами, словнопрося: «Пожалуйста, не уезжайте». Я написала записку тем,кто поселится в коттедже после нас, умоляя их кормить кошку, иоставила для нее несколько консервных банок с едой. Но когда мыстояли у передних ворот с чемоданами и киска, расположившаяся передомной, не сводила с меня своих зеленых глаз, я заплакала. «Ябросаю ее, — с горечью говорила я себе. Я знаю, чтоне могу взять ее с собой в Соединенные Штаты, но, одарив ее своейлюбовью, я сейчас поступаю жестоко, забирая эту любовь обратно. Можетбыть, ей было бы лучше, если бы я вообще не давала ей почувствоватьвкус доброты».
Внезапно я услышала,как голос в моей голове зашептал: «Она в первый раз в жизниузнала, что такое доброта. Она всегда будет носить ее в себе. Онавсегда будет знать, что ее любили. Любовь никогда не бываетнапрасной».
Я уже никогда не узнаю,что сталось с моей маленькой черной киской. Надеюсь, что кто-тодругой о ней заботился. Зато я знаю: с ее помощью я пережила многоподлинных, драгоценных моментов во время того отпуска. Моя любовь идоброта, хотя я делилась ими недолгое время, что-то изменили в еежизни, а ее любовь сыграла роль в моей.
Любовь и доброта никогда не пропадают попусту.Они обязательно что-то меняют. Они благословенны для того, комупредназначены, и благословенны для вас, дающего их.
Существует неисчислимоеколичество способов создавать подлинные моменты, делясь своейдобротой, вы можете наделать сандвичей, поехать в городской парк ираздать обитающим там бездомным людям; вы можете оставить маргариткуна ветровом стекле незнакомого человека; вы можете сказать официанту,обслуживающему вас в ресторане, что у них отличное заведение. Вамдаже не придется совершать никаких физических действий; если простоадресовать людям свои добрые мысли, окружить их любовью, это тожедействует благотворно. Когда вы видите, что кто-то выглядитнесчастным или одиноким, представьте, что они окружены светом илюбовью. Когда думаете о людях, испытывающих страдания, потерянных,направляйте на них энергию любви.
Ни в коем случае нельзянедооценивать целительную силу повседневной доброты. Одно слово любвиспособно поднять человека из глубин отчаяния и дать ему надежду; однаулыбка поможет ему поверить, что он что-то собой представляет;единожды проявленная забота способна спасти ему жизнь. Я личнознакома с десятками людей, которые признавались мне: они всерьезпомышляли о самоубийстве, до тех пор пока какой-то незнакомец непоздоровался с ними в лифте или друг не позвонил, чтобы сказать: «Ядумаю о тебе». Одного подлинного момента любви достаточно,чтобы изменить ситуацию.
Если бы каждый из вас,прочитавший это, начал бы с завтрашнего дня совершать по одномулюбому доброму поступку в день, наш мир бы переменился.
* * *
Мы все связаны со всем и вся воВселенной. Таким образом, все, что человек совершает как индивидуум,влияет на общее положение вещей. Ко всем мыслям, словам, образам,молитвам, благословениям и поступкам прислушивается все сущее.
Серж Кайли Кит
Вчера я взбиралась нагору. Достигнув вершины, я села на плоский пятачок между двумявысокими каменными пиками и оглядела горизонт. День был ясный, виднобыло на мили: древние красные каменистые каньоны — монументытем гигантским природным катаклизмам, что породили этот чудный уголокна юго-западе Соединенных Штатов, округлые холмы, поросшие кактусами,верблюжьей колючкой и дикими цветами, и небо, бирюзово-синее, словнопростирающаяся вечность. Налетающий сильными порывами ветер целовалгору и меня, обдавая теплым, сладким дыханием. Как будто тожезавороженные величием этого края и этого великолепного утра, дваястреба парили почти недвижно над моей головой, улавливая колебаниявоздуха широко раскинутыми крыльями.
Я пришла на эту гору впоисках подлинного момента, и я нашла его. Все остальное, помимоместа, где я находилась, и связанных с ним ощущений, исчезло, во мнеосталась лишь благодарность за то, что удостоилась такой чести уСоздателя. Я была благодарна за то, что такое место существует. Зато, что в моих ногах достаточно силы и я могу взобраться по крутымсклонам и попасть сюда. За то, что достаточно хорошо вижу, чтобынасладиться столь прекрасным небесным творением. За моего любимогомужа и спутника в духовных странствиях, присутствие которого рядом яощущала. За то, что до сих пор меня в моей жизни направляли иоберегали так, чтобы я могла очутиться в этом моменте.
Мое сердце наполнилосьтихой радостью. Мой разум очистился и открылся для спокойствия. Иодна фраза эхом отдавалась в моей голове: «Спасибо Тебе…»
В конечном счете подлинные моменты — всегдамоменты благодарности.
Мы не можем пережитьсчастливого момента, не испытывая подлинной благодарности. Сам посебе факт, что вы здесь, что вы способны переживать подлинный момент,делать то, что вы делаете, наполнит вас благодарностью. Само вашесуществование — чудо, такое же, как и мир, в котором вы живете.Вам не обязательно взбираться на горную вершину, чтобы преисполнитьсяблагодарностью. Каждый раз, когда вы останавливаетесь и на какой-томомент отдаете все свое осмысленное внимание факту вашего присутствияздесь, на Земле, ваш дух будет шептать: «Спасибо».
* * *
Если вы хотите пережитьподлинный момент и ничего из написанного здесь не приходит вам напамять, просто начните сосредоточиваться на вашей благодарности.Найдите что-то такое, за что вы испытываете благодарность, а потомдайте волю своему чувству. Может быть, вы благодарны за то, что вашидети живы и здоровы. Может быть, вы благодарны за любовь, которую вашдруг постоянно выказывает вам. Может быть, вы благодарны за то, чтопроснулись в уютной постели и у вас есть чем подкрепиться. Можетбыть, вы благодарны, что прожили так долго, несмотря на все вашиусилия по саморазрушению. Предайтесь без остатка чувствублагодарности, и у вас возникнет подлинный момент.
Если вы живете с постоянной благодарностью, вашажизнь становится молитвой.
Мы часто считаеммолитву просьбой, мольбой о милости или благодати, возносимой квысшей силе. И существует время и место, в которых мы просим Дать намнаставление и силы. Но в английском «молиться» на самомделе означает «восхвалять». Испокон веков мужчина иженщина осознавали силу молитвы как средства отблагодарить за чудомироздания, чтобы воздать должное дару жизни. Такая молитвастановится затем проводником, по которому течет наша благодарность.Она соединяет нас с нашей любовью к жизни и напоминает о том обилииподлинных моментов, что ниспосланы нам.
Сан Бир, святойнаставник и автор из коренных американцев, говорит, что молитва этоспособ, «к которому прибегают люди, чтобы вернуть мирозданиючасть энергии, которую они постоянно получают». Земля дает намместо, куда ступить; воздух дает нам возможность дышать; водаудовлетворяет нашу жажду, солнце греет нас и освещает наш путь.Благодарность дает нам возможность снова привести свою жизнь вравновесие.
Как наши молитвы ивосхваления влияют на Вселенную? Они — энергия, пульсациялюбви, а любая пульсация влияет на все мироздание. Когда выиспытываете в своем сердце благодарность, конкретным образом вылюбите мироздание.
Земля — живой,дышащий организм. Подобно вам, подобно любому живому существу, ейтоже необходимо, чтобы с ней обращались с любовью и добротой. С какойлегкостью мы забываем, что мы гости на этой планете, что Земля-матьщедро отдает себя ради нашего комфорта и удовольствия. Если васпригласили погостить, станете ли вы вываливать объедки в доме хозяевна пол? Подмешаете отраву в их воду? Снесете ли стены, чтобырасчистить место для собственных пожитков? Станете убивать хозяйскихдомашних животных, чтобы вам стало просторнее или просто дляразвлечения?
А ведь именно так мыобращаемся с нашей планетой — словно грубые, бесчувственныегости, которые ошибочно полагают, что могут уйти в любой момент. Ноэто — наш дом. Нам больше некуда идти.
Нельзя больше приниматьнашу хозяйку Землю-мать как нечто само собой разумеющееся. Нужновести себя в гостях как подобает приличным людям: уважать место, гдемы находимся; убирать за собой, предлагать свою помощь, если в этоместь необходимость, и в первую очередь научиться говорить «спасибо».
* * *
Начните с того, что прикаждой возможности говорите «спасибо» мирозданию. Можнопрямо с этого момента…
…Если поблизостиесть окно, выгляните наружу, обратите внимание на деревья или другихлюдей, которые составили вам компанию здесь, на Земле, или дневнойсвет, позволяющий вам увидеть всю эту красоту, и скажите: «Спасибовам!» Произнесите это вслух. Вы получите от этого удовольствие.Вы улыбнетесь.
…Если вы дома ихолодильник ваш набит продуктами, которыми Земля щедро вас снабжает,откройте дверцу, полюбуйтесь разнообразием вкусной пищи и скажите:«Спасибо!»
…Войдите вдетскую спальню. Понаблюдайте за спящими детьми. Они «отпочковались»от вашего тела благодаря гениальной выдумке божественного разума.Поцелуйте их в лоб, поправьте одеяла и скажите: «Спасибо!»
…Сделайтеглубокий вдох. Ощутите, как воздух струится в ваши легкие, подпитываяваше тело жизнью. Выдохните — и освободитесь от всего, что вамне нужно. Вдохните снова — вам хватит воздуха на каждый новыйвдох, и его совершенная формула сохраняет вам жизнь. Снова выдохнитеи скажите: «Спасибо!»
Спасибо за то, что вы читаете мои слова, получаяимеете с ними любовь. Спасибо, что вы отправились в путь вместе сомной и прошли так много. Мы уже почти дома…
15. Как найти путь Домой
Я искал бога, а находил лишьсебя. Я искал себя, а нашел только бога.
Из суфийского учения
Где истинный конечныйпункт вашего путешествия Домой? Это место находится именно здесь,именно сейчас. Только в этом моменте вы можете найти себя. Только вэтом моменте вы можете обрести бога.
Потому что всегдасуществует только данный конкретный момент, потом — другой, заним — третий…
Я провела всю своюжизнь учась, как вернуться в тот момент, где уже нахожусь. Постепенновсе большая часть меня оказывается здесь по мере того, как я собираюкусочки своего духа, сбежавшие из дома. Один за другим онивозвращаются из своих поисков того, что, как предполагалось, сделаетменя счастливой. Постепенно они поняли, что счастье нельзяприобрести, ему можно только научиться.
Когда я ищу счастье, я теряю его. Когда япрекращаю поиски и отдаю себя тому, где я нахожусь, я обретаю его.
Подобно этому, мы всезабываем, кто мы такие, потом вспоминаем и забываем снова, потомснова. Это путешествие не по прямой, а по кругу, туда-сюда. Но каждыйраз наше забвение становится все менее болезненным, а воспоминание —более легким.
Кто-то объяснил мне всвое время, что наш духовный рост происходит по той же схеме, покоторой орел поднимается над землей к небу. Он не летит вертикальновверх. Он кружит, снова и снова повторяя свою траекторию, но каждыйраз из более высокой исходной точки. Вот так же мы возвращаемсяДомой: мы медленно поднимаемся к полнокровности и свободе тех, кем мына самом деле являемся, до тех пор, пока наконец не становимся однимцелым с истиной.
Талмуд гласит: «Укаждого стебелька травы есть свой ангел, который, склонясь к нему,нашептывает: „Расти, расти…“» Вас тоженаправляют и берегут во время вашего путешествия Домой. Учителяпоявятся, когда понадобятся вам и когда вы будете к этому готовы. Ониуже появились. Одних вы узнаете, других, возможно, нет. Не забывайте,что учителя принимают разные обличья и некоторые, самые лучшие,возможно, вообще не похожи на учителей.
Задача ваших учителей —не привести вас куда-то, а помочь вам обратить внимание на то, где вынаходитесь. Знайте: чем больше вы отдаетесь во власть каждогомомента, тем скорее вы сможете испытать все те любовь и душевноеспокойствие, которые ожидают вас здесь.
* * *
На что это будет похоже, если выбудете проживать каждый день, совершать каждый вздох совсевозрастающим искусством? Представьте, что вы шедевр, которыйраскрывается каждую секунду каждого дня, произведение искусства,которое обретает форму с каждым вдохом.
Томас Крум
Сейчас вечер,смеркается. Я оказалась на заднем дворе, откуда видно, как с морянаползает туман и заволакивает долину, лежащую между моим холмом иокружающей первозданностью. Небо огненно-лиловое. Единственные звукииздают ночные птицы — они ритмично чирикают, словно довольныеобезьяны. Здесь все недвижно.
Я сижу со своим песикоми любуюсь красотами природы, словно желаю ей доброй ночи. А потомдумаю про себя: «Здесь всегда будет так, даже через сорок илипятьдесят лет, когда меня уже не станет на свете и я не смогуосознать все это. Тот же туман будет стелиться на закате в жаркиелетние дни, заволакивая ночь дымкой. То же самое спокойное море будетпростираться вдали, те же деревья будут отбрасывать тени на лужайку.Та же луна будет подниматься сквозь облака, серебря долину своимсветом. Все это будет, но только без меня».
Какое-то время меняпереполняет сознание вечности природы. Я чувствую себя крошечной,напуганной и безнадежно незначительной. Что имеет смысл в моей жизни?Какой из моих поступков, из моих достижений?
Моя собака запрыгиваетко мне на колени, чтобы было виднее. Внезапно я вспоминаю, что отменя требуется делать лишь то, что я делаю:
Остановиться, присестьи лицезреть величественное мироздание…
Пользоваться своейпривилегией и благословенным даром — жизнью…
В полной мереприсутствовать именно здесь, именно сейчас…
Любить… Бытьблагодарной…
Праздновать жизньмомент за моментом…
Я — частьсовершающегося священнодейства…
Я — часть того,что делает его прекрасным…
Пусть ваша жизнь обогатится подлинными моментами,и пусть будет спокойным ваш путь…

Расскажите друзьям:

Похожие материалы
ТЕХНИКИ СКРЫТОГО ГИПНОЗА И ВЛИЯНИЯ НА ЛЮДЕЙ
Несколько слов о стрессе. Это слово сегодня стало весьма распространенным, даже по-своему модным. То и дело слышишь: ...

Читать | Скачать
ЛСД психотерапия. Часть 2
ГРОФ С.
«Надеюсь, в «ЛСД Психотерапия» мне удастся передать мое глубокое сожаление о том, что из-за сложного стечения обстоятельств ...

Читать | Скачать
Деловая психология
Каждый, кто стремится полноценно прожить жизнь, добиться успехов в обществе, а главное, ощущать радость жизни, должен уметь ...

Читать | Скачать
Джен Эйр
"Джейн Эйр" - великолепное, пронизанное подлинной трепетной страстью произведение. Именно с этого романа большинство читателей начинают свое ...

Читать | Скачать
remove adware from browser